Душа жива Forever

      «Здравствуй, дорогой дневник!       Всё — хрень. Всё бесит. Каникулы были успешно мной испорчены. Хотя ты об этом и так знаешь, но сегодня давай просто просуммируем мои несчастья…       Итак, о чём это я? Ах, да! Всё — хрень! Всё бесит! Каникулы испорчены капитально! Я — дура! Я отшила самого классного парня в школе! Не! Ну, а что? Он бы одним поцелуем не обошёлся тогда. Он только одного от меня и хочет! Вот я и отшила. Я-то не хочу этого вот так сразу. Фу, гадость! А я ведь могла надеяться ещё на продолжение, но… Этой пощёчиной я испоганила себе лето, но ему было наплевать, ибо Карл может «облапошить кучу таких же, как и я, симпатичных девчонок». Спасибо ему, конечно, за «симпатичную», но это такое себе утешение. Я-то думала, он за мной от большой любви бегает, а это было просто большое либидо. Зато из-за его внимания теперь все девчонки в классе меня возненавидят…       А еще я заболела перед тем, как ехать в Сочи! И меня оставили дома одну на съедение микробам! Согласись, что это просто отвратные каникулы…       Говорят, после чёрной полосы наступает белая… Надеюсь, она наступит скоро и компенсирует мне все мои страдания».       Ох. Вроде бы, ничего не забыла записать… Ах, да… Завтра в школу. Видеть презренный взгляд Карла и непонимающие глаза «подруг». А ещё завтра уроки. Ну, об этом и завтра написать можно, по свежим следам, так сказать.       — Смерть! Приди уже, мне всё так надоело! — сказала я перед сном. Я уже приготовила одежду на завтра, собрала портфель. Но я не хочу никуда идти. Хочу спать всю жизнь. Всю вечность…       Да… Родное крыльцо, родные трещины в штукатурке, родные погрызенные плинтуса, ниже которых оказалось моё настроение. Как я и ожидала, все смотрят на меня не из-за новой одежды, а из-за отказа Кириллу. Это его настоящее имя, «Карл» — прозвище. Когда-то я думала, как это круто, но вообще-то это тупо… В общем, мне туго пришлось в школе. Радует лишь то, что сегодня сокращённые уроки. И я узнала много нового о наших учителях… Ну да, одиннадцатый класс. Пора бы прозреть.       Некоторые факты наводят на мысль о том, что наш историк нетрадиционной ориентации… Например, его близкая дружба с физруком, которому эта самая дружба не нравится, различные странные шутеечки на уроках, акцент в изучении материала явно не на том… Это пугает, но зато мечты Кристины замутить с ним отклонились природой самого учителя и самой судьбой! Не видать ей умного качка Игоря Всеволодовича! Хотя бы ещё что-то положительное в этой школе, кроме теста англичанки на беременность. Ненавижу Кристи! Она считает себя крутой, вся такая на «понтах», клеится ко всем «классным» парням и издевается надо всеми, кто её не любит. Это я, пара обиженных одноклассниц и ботаники. Остальные её боготворят. Боже, избавь меня от этой стервозины! А лучше дьявол её побери! М-м-м, складно получилось как…       А всё благодаря урокам русского языка у Геннадия Павловича. Он-то натурал… Это заметно по его поведению со старшеклассницами. Ладно там подмигивания всякие и шуточные, надеюсь, воздушные поцелуйчики… Но когда он олимпиадниц под лестницей в щёчку целует, поощряя, это уже определённо знак того, что девочки интересуют его больше парней… С парнями в принципе этот номер не прокатил бы… Олимпиадников и отличников он спаивает пивом за гаражами. Ну, пока эффективно, но в год сдачи ЕГЭ вряд ли кто-то соберётся бухать, желая подтвердить красный аттестат. Девочкам тут попроще будет награду получать, выходит как-то по-сексистски… Вообще неимение жены слишком разбаловало этого учителя. Ну, я к тому, что, когда я отказалась от «награды» за отличную учёбу и победу в районной олимпиаде, я испугалась за глазное давление Геннадия Павловича. Там было, за что испугаться, потому что показалось, что будет не за что, и глаза вылезут из орбит. Вот это удивился мужик отказу… Кристина вот не отказывается, а даже требует. Она всегда по русскому получает пятёрки, так как шантажирует мужика тем, что может разболтать о его методе поощрения директрисе, имеющей виды на Геннадия. Взаимность никогда не переходила грани комплиментов в адрес Златы Анатольевны от «Генки», лишь бы она его не уволила. Но Злату Анатольевну это мало волнует, она женщина целеустремлённая.       Но это учитель русского. Английский мне всегда нравился больше. Хотя бы потому, что учитель — женщина, и женщина справедливая, порядочная. Я искренне радовалась, когда узнала, что она вышла замуж за любимого человека… Но после этой новости сегодня она объявила и ещё одну: скоро она уходит в декрет. Видать, сильно любили друг друга они этим летом… А, где нам теперь замену любимой учительнице искать, не сказала. Вот и думайте теперь, сдавать экзамены по этому предмету без препода, или не сдавать.       Придя домой после трёх уроков, я всё равно обрадовалась, что в первый день домашнего задания не задают. Я плюхнулась на свою кровать и уставилась в белый потолок. Хорошо лежать вдали от всяких вредин. Это мне ещё повезло, что они пока не сговорились против меня и не начали действовать. Помню, одну так загнобили, что та из школы ушла… Немного повалявшись, я решила погулять. А лучше — загулять! Но завтра снова в школу… Чёрт. Смерть там не торопится… А я её ещё вчера звала. Обидно, слышь?       Ох, и всё же жизнь прекрасна! Так красиво на улице… Аллеи хоть и отцветшие, и ветер носится с утра до поздней ночи, и уже холодно, но есть в этом какая-то прелесть неопределённости… Кладбище такое красивое! Я здесь часто бываю: и зимой, и летом, и осенью, и весной. Я стала частой гостьей кладбища, ну хоть не постоянной жительницей. Смерть обходит меня стороной. «Обижаешь, сестрюня! Слышь, гони сюда, помогай мне!» — подумала я про себя. Ну, это всё шуточки. Я не собираюсь накладывать на себя руки, фу, нет… Эти суки не дождутся!       Вскоре, в обнимку с могильным крестом и исписанным дневником, я уснула. Не выспалась из-за «праздничного» дня. Когда проснулась, уже начало темнеть. Как же это стрёмно: проснуться на кладбище в окружении свежих, сука, свежих, цветов?! А успокоиться только тогда, когда понимаешь, что ты там же и уснул и, слава Богу, вообще проснулся! Нет, не романтично. А стрёмно!       И тут я вспомнила, что по русскому наш плейбой всё-таки задал упражнение. Я кое-как поднялась на затёкших ногах, уже начала идти навстречу новым знаниям домой, но споткнулась об лавочку, упала и перевалилась через ограду.       Когда я начала соображать, то увидела под собой парня лет двадцати пяти в черном плаще с капюшоном, который при падении слетел. Его смазливое загорелое лицо меня настораживает, но его лыба сделала свое дело: я, наконец, поняла, что жертва здесь — я…       — Какого черта ты здесь делаешь, придурок?       — Во-первых, своего черта, а во-вторых, хотел задать тот же вопрос в более ласковой форме тебе.       — А теперь ласково отпусти меня, и разойдёмся.       — Это не я тебя держу, а сила тяжести… Я аж чуть не переломился… — а вот сейчас обидно было!       — Да я пушинка! Даже такой хиляк, как ты не переломился бы! — он, конечно, в плаще, мало что видно, но я как будто чувствую его рёбра, так что да, хиляк…       — Обижаешь, «сестрюня». И не только «хиляком»! Вот молодежь пошла… Людишки сначала зовут к себе на помощь, меняя твой первозданный пол на женский, а потом ещё сшибают с ног, и им же ещё что-то не нравится!       — Я никого на помощь не звала, Черныш! Особенно тебя! — я отшатнулась, я встала, действительно, не сдерживаемая им.       — Я не Черныш, я — Смерть! Меня-то ты как раз и звала уже два или три раза, — сбежавший из психушки парень тоже встал, легче, чем я с ободранной коленкой, отряхнулся и выпрямился — будто палку проглотил.       — До Смерти тебе далеко. Во всех смыслах. Не вешай мне лапшу на уши.       — Я эти красивые ушки твои сейчас косой отрежу, если не успокоишься…       Как ни странно, из-под плаща незнакомец вытащил косу два с половиной метра в длину. Страшно как, он ведь сам под два метра ростом, да теперь еще и с косой… Что? Реально Смерть за мной пришла? Я попыталась отойти, убежать, но меня больно удержали за локоть. Надо его хоть чем-то занять… ослабить бдительность… Надо его поспрашивать хоть про всякое-разное, а то вдруг это розыгрыш?       — Если ты настоящий Смерть, то тогда ответишь на мои вопросы!       — Если тебе делать нечего, кроме домашки по русскому языку, заданной плейбоем, давай.       —Откуда ты узнал, о чем я думала?       — Ну… Я же Смерть! Я должен знать всё, о чем думают люди перед их расставанием с Жизнью.       — Ты хочешь меня убить?       — Хочу, но не убить! А так, я просто захотел прочитать твои мыслишки по поводу Геннадия Павловича и Кирилла с Кристиной, которые провели целое лето, не вылезая из двуспальной кровати…       — Стоп! Ты сказал «хочу, но не убить»?       — Упс. Спалился. Хе-хе! Ладно, чего мне бояться? Это люди меня бояться должны, тем более что я в любой момент могу тебя убить, Ленусик!       — Не называй меня так, отродье! И давай говори, как есть, раз уж спалился со словом «хочу»!       — Если бы меня звал обычный человек, я бы его или её просто убил… А ты не обычная для меня. Возрадуйся, смертная дева! Ты мне нравишься!       Какого черта? Какое нафиг «нравишься»? Окончательно понимаю, что это розыгрыш и теряю сознание…