Неизменно

      У Изуку много шрамов.       Они покрывают всё тело, сливаются, стареют. Изуку пересчитывает, сбивается, начинает заново. Изуку не бинтует их, не прячет за громоздкой одеждой. Носит гордо, носит, как напоминание.       Напоминание о том, что ещё дышит.       Шрамы напоминают о первых издевательствах, первых взрывах. Изуку улыбается безмятежно, пересчитывает. От хулиганов получил больше всего.       Изуку помнит, как его впервые скинули с крыши. Не сам, но хулиганы решили, что это будет хороший конец дня. Потом они решили, что одного раза недостаточно.       Изуку помнит, как получал их случайно. Зацеплялся за что-то, падал куда-то. Зацеплялся, падал и ойкал, шипел и сдерживал слёзы. Повышал терпимость боли.       Изуку помнит, как на него нападали. Во времена героев и злодеев это не редкость. Его резали и взрывали, сжигали и топили, застреливали и топтали, душили и ещё раз резали.       Изуку помнит, как наносил их сам. Помнит нервные срывы и бесконечные слёзы, помнит канцелярский нож и ванную посреди ночи.       Изуку помнит, бережно хранит воспоминания, холит и лелеет.       Изуку любит свои шрамы всем сердцем. Всем своим разбитым, разорванным сердцем, каждым осколком и частичкой.       Изуку любит все свои шрамы и хочет заработать новых.