Чёртов танец

— Эй, чего не веселитесь? — Да песни какие-то стремные, будут нормальные, так выйдем! — отвечал темноволосый высокий парень, когда к его столику подошла пьяная подруга.       Новогодняя вечеринка была в самом разгаре. Звенели бокалы, отовсюду слышались взрывы хохота, а в центре лофта танцевали самые раскрепощенные. — Эээй, тут Арс хочет выйти на сцену, дайте норм музло! — на крик девушки обернулось пол зала. Толпа одобрительно загудела, а Арсению ничего не оставалось кроме как выйти и спеть эту чертову песню.       Стоя на сцене, он очень много думал, про своих новых друзей, про жизнь, которая так сильно изменилась за последние года, и…о нём Он стоял рядом со своими знакомыми и стеснялся выйти в толпу, так как не любил пьяные сборища. Но все равно вместе со всеми в этот момент смотрел на сцену и легко улыбался, когда к Арсению подключились одноклассницы на припеве.       Песня закончилась и сменилась каким-то медляком. Парочки медленно выползали к центру зала, а лучшие друзья собирались тройками-пятерками и начинали пьяно качаться из стороны в сторону. Более трезвые и стеснительные люди остались на диванчиках и лишь посмеивались, наблюдая за происходящим. — Потанцуем? — мужская рука с длинными тонкими пальцами появилась перед Антоном. Тот нахмурив брови, поднял взгляд и увидел слегка запыхавшегося после прошлой песни Арсения. Волосы его были небрежно заправлены назад, а взгляд горел каким-то задором, пока парень стоял в ожидании ответа, но тут же погас, когда блондин медленно, но уверенно покачал головой. — Я не танцую. — проговорил Антон, в то время как у Арсения внутри что-то перемкнуло. «Не танцует значит?» — подумал темноволосый и решил, что больше всего теперь, он хочет танца от этого мальчишки. Обычный танец, который принес столько вопросов, мыслей, слёз, боли. Обычный танец, который стал самым желанным событием в новом году. Обычный танец, с которого началась эта история.       Арсений был очень общительным и веселым парнем. Его нельзя назвать душой компании, но и скучно с ним не было. Он это знал, и нагло пользовался. Когда их класс расформировали и смешали с параллелью, он сразу же начал искать новые знакомства. Наметив пару людей, он начал приглядываться к их поведению постепенно сближаясь. Класс быстро разделился на мелкие группы, но в целом оставался достаточно дружным.       Арсений познакомился с новеньким Димой Позовым, отличником, одним из самых умных в классе, но не заучкой, а вполне себе задорным парнем, который любил развлекаться и отдыхать. Следом потянулись друзья Димы и сформировалась какая никакая компания. Но почему-то внутри что-то было неспокойно. Арса сразу привлек этот застенчивый на первый взгляд паренек в кругу общения Димы, который не стремился вливаться в их компанию. Он не выглядел интровертом, но почему-то сидел в стороне.       Этот вопрос не давал Попову покоя и поэтому, самым наглым образом, третьего сентября, когда из колонок орала всем известная песня, перед уроком физики он подсел на первую парту к светловолосому мальчишке. И…вопреки своим ожиданиям не начал разговор. Два урока подряд они молча сидели за одной партой, что было удивительно, ведь Арс всегда общался со своими соседями под злобное шиканье учителей.       Все пошло не так с первого же дня знакомства. Английский, физика, биология…учителя этих предметов могли наконец насладиться тишиной с первой парты. Прошла неделя, две, Арс сблизился с Димой, но абсолютно никак не познакомился с Антоном. Даже как звали этого парня Попов узнал не от него.       Учёба начинала затягивать, наваливались работы, пробники, олимпиады. Трудности сплочали еще сильнее и без того хороших друзей. В какой-то момент Антон всё же подтянулся к их компании, оказавшись пусть и закрытым для незнакомцев, но общительным человеком. Арсу оставалось лишь наблюдать и ждать. Его определенно заинтересовал этот паренек, а потому, узнав побольше о интересах и вкусах Антона со слов друзей и из личных наблюдений, он подключил тяжелую артиллерию. — Будешь? — рядом с тетрадью блондина аккуратно опустился шоколадный батончик. Антон отвлекся от телефона и удивлённо посмотрел на соседа по парте. — Что? Я просто люблю батончики, вот взял сегодня, будешь? — повторил свой вопрос Арсений. — Не, спасибо, не хочу — покачав головой, ответил Антон и уже хотел вновь уткнуться в чтение, чего-то очень интересного. — Да чего ты, мне все равно одному не съесть, бери. Парень задумался и, тряхнув челкой, ухмыльнулся. — А давай, все равно позавтракать забыл — Антон взял батончик и с удовольствием начал сдирать упаковку. — Вот и отлично, буду значит таскать с собой ещё, чтоб если что спасти тебя от голодной смерти! — задорно улыбнулся Арсений и, оставив Антона умирать от наслаждения, повернулся к Позову, который сидел на второй парте, чтобы обсудить приближающуюся самостоятельную. Как бы то не хотелось Попову, больше они с Антоном в этот день не разговаривали.       Придя домой, Арсений первым делом зашел на страницу Шастуна. Тот давно был у него в друзьях, но никогда еще Арс не думал поискать их общие интересы в самом очевидном на первый взгляд месте. Увидеть десятки подписок на группы по аниме и тяжелому року он конечно не ожидал, но очень обрадовался. Аниме Арсений любил, но в его кругу общения этот жанр смотрело крайне мало людей. Один. И тот остался в прошлом. Стало достаточно грустно от воспоминаний и парень, выдохнув решил заглянуть в аудиозаписи. Они естественно были скрыты. Появилась новая цель…

***

      Арсений зашел в кабинет и с уверенностью, быстро поздоровавшись с одноклассниками, направился к своей парте. Антон сидел ближе к окну и от чего-то звонко смеялся, даже не заметив подошедшего. Дима и его друзья смотрели очередной вебинар со странным преподавателем, который пусть и в своей манере, но давал материал очень хорошо. Школьный же учитель явно опаздывал, что было на руку Попову. Он плюхнулся на свое место и сразу зарылся двумя руками в рюкзак. Покопавшись в нём пару минут и привлекая своим поведением внимание друзей, Арс вытащил на свет новый шоколадный батончик и положил на стол. — А вот теперь привет всем! — Арсюх, ты чего? Дома не кормят что ли? Первый урок же еще даже не начался. —Миша с удивлением смотрел на одноклассника, который самодовольно улыбался по никому неизвестной причине. — Да не, просто оочень люблю батончики, — многозначительно протянул Арс и разорвал упаковку. — будешь? Парень повернулся к Антону и протянул тому одну из двух шоколадных палочек, что находились внутри. Шастун нахмурился, но глаза его загорелись и было очевидно, что от лакомства он не откажется. — Да не, не хочу как-то, спасибо. — вопреки ожиданиям ответил парень. Тогда Арс молча положил батончик на его тетрадь и с наигранным интересом начал слушать пришедшего наконец учителя. Антону ничего не оставалось, кроме как недовольно фыркнуть и сложить вкусняшку в рюкзак до лучших времен. Батончик был съеден на следующей же перемене…       Когда день подходил к концу, а ученики уже спешили прочь от школы, Арс решил помедлить и дождаться Позова с друзьями, чтобы пойти домой вместе. Обычно он уходил один, так как любил слушать музыку по пути, но в этот раз наушники сели, а идти в тишине довольно скучно. Спустя пять минут, как основная масса учащихся схлынула на улицу, в гардероб спустилась та самая компания. И Антон. Антон тоже был с ними, громко рассказывал какую-то историю, от которой уже еле сдерживали смех друзья. Те, заметив Арсения внизу, прервали свои обсуждения и свернули за вещами, чтобы не заставлять того их ждать. Все знали, как редко он это делает, а потому удивились, но не придали особого значения. Выйдя на улицу и поежившись от холодного ветра, ребята решили попрощаться на крыльце, ведь троим нужно было идти в другую сторону. Так компания ощутимо уменьшилась. Дима, Антон, Витя и Арсений свернули и пошли вдоль забора обсуждая новую игру на приставке, вышедшую пару дней назад. — Ну все, пацаны, мне направо, — спустя десять минут ходьбы сказал Дима. — мамке обещал в магазин заскочить. — О, я с тобой, энергос хочу жуть как! — для подтверждения своих слов Витя простонал, это вышло достаточно громко в полной тишине осеннего вечера и парни мигом заржали. — Ну так что, вы с нами? — Мне на автобус пора, я не хочу пропустить его, и так редко ходят заразы. Мерзнешь, ждешь их, а они всё не едут! — А ты где живёшь? — Да на Викторовской, новые дома там, где. — Знаю. — Арсений прервал разошедшегося на эмоциях Шаста. Тот удивленно замолчал, ведь это место было достаточно далеко от школы. — Не говори, что ты тоже живешь где-то рядом? — Не буду.       Повисла неловкая тишина. Дима, не раз бывавший у своего нового друга в гостях, согнулся от смеха, наблюдая за их удивленными лицами. — Ладно пацаны, удачи вам там добраться. Мы пошли — не переставая посмеиваться, попрощался Позов и качнув головой Вите направился в сторону магазина. Антон и Арсений запоздало крикнули что-то в ответ и молча пошли в сторону остановки.       Листья мерно похрустывали под ногами, да так, что ты невольно подстраиваешься шагами в ритм идущего рядом. Заметив это, Антон ухмыльнулся. Небо играло невероятными красками, а птицы, изредка пролетающие над головами, дополняли картину своими темными силуэтами. Холодные порывы ветра напоминали о приближении зимы, заставляли парней одергивать куртку и поглубже втягивать шею, ведь конечно же никто не догадался надеть шарф. Каждый шел задумавшись о чем-то своём, не желал нарушать пришедшую тишину, и был вполне доволен ею. Арсению, любителю ходить везде в наушниках, было очень комфортно идти в тишине. Идя рядом с Антоном не хотелось что-то говорить, одиночество не окутывало, заставляя вести бессмысленные разговоры, что показалось парню странным. Даже с Серёжей, раньше, когда они ходили вместе до дома, на протяжении всей дороги они не умолкали, а с Шастом это было будто бы лишним.       Погрузившись в свои мысли, Арсений не заметил приближающегося столба и уже был готов сойтись с ним то ли в схватке, то ли в страстном танце, но виновник этих самых мыслей имел другие планы на Попова. Дернув того за куртку в сторону, Антон ойкнул, да так громко, что Арсений даже не смог понять, чего он испугался больше, наглого вторжения в личное пространство, или же звука. Поняв наконец, что произошло, парень улыбнулся и поблагодарил спасителя. Священная тишина была нарушена, а мысли улетучились. — Так ты аниме интересуешься? — голубоглазый парень задал давно витающий в голове вопрос. — А…а откуда ты знаешь? — То есть все-таки интересуешься? — с ухмылкой подловил Арс. — да так, свои источники. Можешь что-то порекомендовать, а то смотреть нечего. — Ты смотришь аниме? Ну, наверное токийские мстители неплохое, недавно вышло вот…я сам не смотрел до конца, но буду на каникулах. — Антон был явно смущен тем, что кто-то спрашивает его совета, но гораздо сильнее он радовался, что появился человек, с кем он имеет общие нетипичные интересы. — А какую музыку ты слушаешь? — продолжал Арсений. — Рок? — А это ты откуда знаешь? — Антон начинал волноваться. — У меня свои источники, — уклончиво отвечал парень. — так что? Я вот рок люблю, Нирвана там, Король и Шут… — Ты слушаешь Нирвану? — подозрения Антона мигом улетучелись, когда он услышал название одной из своих любимых групп. — я обожаю Нирвану! Ты слышал…сейчас. —парень остановился и начал судорожно что-то искать по карманам, достав телефон, быстро тот разблокировал и включил наизусть знакомую для Арсения песню. — А можешь мне свои аудио открыть? Я домой приду, послушаю. Я меломан вообще, музыку люблю, особенно новую, необычную. — Да, конечно, — Шастун на эмоциях сразу же согласился. Неожиданно подошедший автобус Антона не дал друзьям поболтать подольше и они скомкано попрощались, причем каждый остался в мыслях другого до самого дома.

***

— Да, мам, я дома. Да, я пообедал. Нет, не хочу. Да, сделаю. Пока. — телефонный разговор с мамой застал Арсения в прихожей, с полурасстёгнутым ботинком и падающей из рук курткой. К пусть и редким, но нудным маминым расспросам парень уже привык, а потому холодно отвечал заученными односложными фразами в любом состоянии.       Когда ты живешь один с матерью, а отца помнишь только на старых фотографиях, начинаешь привыкать к ее гиперопеке, после привыкаешь игнорировать, а потом выстраиваешь личные границы поверх тех, что выстроила для тебя мать. Именно так и жил Арсений, чтобы выбраться из ее цепкого плена и получить долгожданную свободу, отдалился, постоянно указывал на свою самостоятельность, а после добился желаемого. Поэтому, несмотря на уйму запретов до 8 класса, в старших он уже мог ходить куда хотел и не имел ограничений по времени на ровне со сверстниками.       Добравшись наконец до ноутбука, Арс первым делом проверил домашку в электронном дневнике, и, с чувством выполненного долга, закрыл сайт, а к учебникам даже не притронулся. Радость от полученного доступа к аудио друга не давала покоя. Попов всегда считал, что единственный путь к внутреннему миру человека лежит через его музыкальный вкус. И вот внутренний мир Антона ему пришелся по душе. Различные знакомые и незнакомые опенинги, иностранный рок, русская попса нулевых. Листая список всё ниже, Арсений находил только больше совпадений со своими аудиозаписями. Конечно же он не вышел со страницы, не добавив парочку незнакомых песен себе и не поставив мысленную задачу обязательно послушать их завтра.       Мать, поздно вернувшаяся с работы, застала сына за увлеченным штудированием страниц википедии по «уродским мультикам, со странными названиями», услышав это, Арс лишь раздраженно махнул рукой и отказался от ужина.       Засыпал он с легкой улыбкой на лице и предвкушением грядущего дня.       Несмотря на ожидания парня следующий день начался как обычно. Опять опоздание, опять те же уроки, скукотища. Арсений с досадой подумал, сидя за столом в компании друзей, что забыл положить батончик с утра из-за спешки.       Другая мысль посетила его позднее.       Досада была не из-за собственного желания получить что то вкусное, а из-за желания вновь смутить блондинистого паренька, который никак не может расслабиться в его присутствии. — Ты сейчас куда? — спросил Витя, натягивая на себя куртку. Рядом стоял Арсений и вглядывался в сторону лестницы, явно о чем-то размышляя. — Да вот не знаю, мне ещё кое-куда нужно зайти. Ты иди наверное. — получилось не особо убедительно, но наивный друг поверил даже в это и с улыбкой обняв Арса, побежал к выходу.       Взгляд голубых глаз не отрывался от двери, лишь иногда дергался в сторону выходящих из нее людей. С каждой минутой огонёк внутри, зажжёный «гениальной» на первый взгляд идеей, потухал. Надежда, что Попов пойдет домой не один пропадала. Но как говорится, если ему что то вперлось в голову, это уже оттуда ничем не выпереть. Так не говорится, но Арсений любит оправдывать свои чаще всего нелепые затеи этой фразой. — Шаст! — высокий парень, хорошо заметный среди очередной толпы, вышедшей на первый этаж, разве что не подпрыгнул от такого возгласа. Арсений с широкой улыбкой стоял в стороне. — ты же сейчас домой? Пошли вместе? — Ну…пошли — немного равнодушно отозвался Антон, но внутри к его удивлению что то ёкнуло и будто бы заставило парня радоваться такому предложению.       На секунду в голове Попова проскочила назойливая мысль, что он навязывается, но он быстро ее отогнал, будучи уверенным, что такая прогулка сделает их с Шастуном хорошими друзьями.       Зачем ему это было нужно, он не знал, ровно как и почему именно Антона он хочет удивить, развеселить, смутить, почему именно Антона он хочет узнать получше. Все эти вопросы безусловно приходили ему на ум, но так как на них не находилось ответа, Арсений откладывал их в коробочку на полке височной доли, где то рядом с мозжечком. — Вот и твой автобус, — как-то очень уж грустно прозвучал этот факт, на фоне тех бурных обсуждений, которыми были заняты парни всю дорогу до остановки. Улыбка мгновенно пропала с лица Антона. Было очевидно, что и ему не хотелось заканчивать разговор. — Ну ничего, завтра поболтаем, удачи!       Шастун промычал что-то нечленораздельное в ответ, но почему-то продолжил стоять на месте, хотя уже загорелся зеленый цвет светофора и автобус начал своё движение к ребятам. Арсению вдруг очень захотелось показать значимость их совместной прогулки. Он не знал, насколько тактильным является Антон и что у него вообще с личными границами. Но не попробуешь- не попробуешь. Попов шагнул вперед и заключил высокого парня в осторожные объятия. Не успел Шастун хоть как-то на это среагировать, как Арс уже махал ему рукой, сворачивая на тропинку, ведущую на другую, нужную ему, остановку. Если бы парень простоял в прострации ещё хоть минуту, то точно бы пропустил транспорт, а потому пришлось оставить свои мысли на потом. «Мы получается друзья?» — звучало в его голове всю поездку. «Мы же вроде даже не друзья.» — звучало в голове Арсения, сидящего в другом автобусе. — Арсюша, я буду дома поздно, ужин в холодильнике я оставила! Не сиди долго, ложись спать. — Угу — Арсений! — Хорошо, мама. — раздраженно крикнул парень из своей комнаты, тщетно пытаясь доделать домашку по алгебре. Сумасшедшая учительница снова задала нереальный объем, и Попову предстояла очень интересная ночка, если он не хочет завалить приближающуюся контрольную. Именно поэтому наставления мамы лечь пораньше он пропустил мимо ушей. Ужин остался в холодильнике нетронутым.       Когда на часах было уже три часа ночи, а у Арсения плыло перед глазами, он начал бесцельно тыкаться в соцсети. Вдруг его внимание привлек зеленый значок у аватарки Шастуна. Еще никогда этот парень не был в сети так поздно. Арс зашел в диалог, перечитал скудное количество сообщений примерно одного сугубо школьного содержания и решился. Вы 3:04 «И чего это мы не спим так поздно?» Антон Шастун 3:07 «А сам то? Нужно было к зачёту всё доучить, уже ложусь.» Вы 3:07 «Матеша? Понимаю, а я так всегда ложусь, привычка. Ночью как-то всё по особенному что ли…» Антон Шастун 3:10 «Меня начинает рубить около 12. Те, кто может не спать ночами, монстры!» Вы 3:11 «Хехе…да, я такой. Кстати, у тебя завтра есть электив? Пойдём домой вместе?» Антон Шастун 3:12 «Давай, только сможешь подождать минут 15? Мне нужно сдать долги, я быстро!» Вы 3:12 «Ваще без б. А теперь спатеньки!» Антон Шастун 3:16 «Спокойной»       Отложив телефон в сторону, Арсений понял, что уже никакую алгебру он повторять не будет и лучше лечь спать. Как только голова коснулась подушки, голову атаковали непрошенные мысли. Арсений зажмурился и перевернулся носом к стене, лишь бы побыстрее заснуть. Но это было его проклятие, одно из. Первое это слишком реалистичные сны, а второе это невозможность сбежать от самокопания перед сном. Обыденность отбивала мысли и последний месяц Попова не мучала бессонница, но что то сегодня не давало покоя. Как только парень закрывал глаза, воображение начинало рисовать их прогулку с Антоном, его безэмоциональное согласие, объятия. Внутри вдруг что то резко сжалось, стало трудно дышать. В голове всплывали сцены из далекого прошлого. Кожа покрылась мурашками, по телу прошел холод. Парня вновь окутывало то состояние самобичевания, которое не преследовало его уже почти пол года. «Ты всех уже достал, отвяжись!» — те самые слова звучали по кругу, повторялись все громче в его голове. В сердце липкими щупальцами проникало чувство вины и стыда за свою излишнюю навязчивость.       Возможно, если бы в эту ночь мать была дома, то она бы услышала горький шёпот из комнаты сына. Но Арсению повезло быть наедине с собой или же нет. Он чувствовал что тонет, но хоть и отлично плавал, не мог выбраться сам. — Сука, зачем я вообще ему написал? А вдруг он хочет ходить один, а я ему даже выбора не оставляю? Он же всегда ходит в одиночестве, я ему мешаю. А зачем нужно было его обнимать, вдруг он такое не любит.       Парень перевернулся на спину и запустил руки в волосы, накрутив пряди, оттянул их, пытаясь вернуться в сознание. Нет, рисованием на венах, как многие его ровесники он не занимался. Бежал от подобных мыслей как от огня, но порой, в моменты сильных эмоциональных перегрузов, которые всё чаще устраивал его мозг, пытался прийти в себя с помощью боли. Дерганье себя за волосы, удары об стену, вдавливание ногтей в ладони до образования полумесяцев, Арсений отрицал, что это является селфхармом, отрицал, что не справляется с собой, но где-то глубоко в душе понимал, что это не нормально находить единственное спасение от моральной боли в физической, даже пусть и достаточно бесследной.       Волна воспоминаний отступала, глаза начали слезиться. Ухватившись за светлую, живую веточку здравых мыслей, Арсений начал повторять как мантру: — Если бы я навязывался, он бы сказал. Он бы не ответил, если был бы против общения. Он не такой, как они.       Почему-то хотелось верить, что Антон другой, что он умеет разговаривать с людьми, не будет тянуть до последнего и разрывать общение в грубой форме, разом вываливая ком обвинений. Шрамы прошлого наконец перестали так сильно терзать голубоглазого парня и он, проветрив комнату и придя в себя, смог наконец заснуть. До будильника оставалось всего три часа, завтра явно кто то завалит работу…