Заманчиво открытая клетка

       Голова Грейнджер покоилась на коленях Теодора. Они сели поближе к окну, чтобы видеть метеорный поток. — Где ты был? — отвлекаясь от неба, спросила девушка. — У Розмерты.        Нотт накручивал локоны девушки на палец. Он положил один прямо на лицо. Гермиона выдохнула, но прядь лишь немного скатилась и теперь лезла в глаза. Она дунула ещё раз, но тщетно. Тео тихо рассмеялся. Девушка потянулась рукой, но Нотт перехватил ее. — Эй… — запрокинув голову, она посмотрела на парня. — Попроси. — прошептал слизеринец.        Гермиона попыталась освободить руку, но через несколько секунд Нотт схватил и вторую. — Ну, же. Просто попроси. — он специально крутил в свободной руке перстень, демонстрирую преимущество. — Ничего сложного. — Убери, пожалуйста, волосы. — смирившись, произнесла шатенка. — Убери, пожалуйста, волосы, Тео. — Это нечестно. — сузив глаза, сказала девушка. — А я не играю по честному, Гермиона.        Девушка ухмыльнулась. Из его уст его имя приобретало новый оттенок. Она могла бы слушать слизеринца часами, но то, как он произносит ее имя — вечность. — Убери, пожалуйста, волосы, Тео.        Нотт убрал прядь к остальным.        Они просидели на башне ещё несколько часов. Он забыл обо всем, что ждало его за пределами школы. Мысли цеплялись за Санос, но Нотт упорно откидывал их в дальний угол разума. Его зеленые глаза блуждали по лицу гриффиндорки, пытаясь найти ответ на вопрос, которым он задавался после того поцелуя. Что ты разбудила? Таких вопросов в его голове было столько, что он мог бы перечислять их несколько часов. И ни одного ответа. — Пора в башню. — уже сонным голосом заметила девушка. — К сожалению.        Теодор кивнул и поднялся. Гермиона убрала флягу с пледом в сумку, встала и зевнула. — Если так изволит ваша душа. — Ты перебарщиваешь. — подняв бровь, сказала девушка        Нотт, закатив глаза, ухмыльнулся. В такие мимолетные моменты все вопросы растворялись. Он не находил на них ответ, но они казались излишними. Будто она сама была ответом на все его вопросы. Ответом, который он не мог разобрать. Будто он скрыт за плохо наложенным дезиллюминационным заклинанием, что иногда дает сбой.

***

       Теодор зашёл в гостиную, ожидая встретить лишь тишину, однако на диване сидела Паркинсон. Она обернулась на звук и отложила старый журнал, что постоянно листала от скуки. — А я все гадала, когда же ты придёшь.        Нотт прошел в глубь гостиной и сел на соседнее кресло. Панси не изменила своего отношения к нему. Она даже пыталась достучаться до него в сентябре, но Теодор прямо послал ее. — Зачем ждала? — Значит уже лучше. — брюнетка улыбнулась. Получив немой вопрос, она вздохнула. — Ты меня игнорировал три месяца, Тео. А сейчас ты сам сел рядом.        Нотт промолчал. Девушка была права. Он игнорировал только ее, ибо только Панси пыталась сделать что-то с его состоянием. Остальные же игнорировали и избегали, что ему только на руку. Он просто был никем, и это его устраивало.       Панси прищурилась. Ее рука потянулась к свитеру парня. — И кто она? — держа в руках каштановый волос, спросила Паркинсон. — Неужели слухи Браун — не слухи? — хохотнула слизеринка, выкидывая волос на пол. — Мне твоя забота не нужна, я как-нибудь сам разберусь — уходя, произнес парень. — Лучше следи за Малфоем, Панс. — Я за вами всеми слежу, Тео. — возвращаясь к журналу, крикнула девушка.        Нотт поднялся в спальню. Драко и Блейз спали, что показалось ему странным. Если Забини засыпает часа по два, то сколько же Панси ждала его одна?

***

       Гермиона сонно потянулась. Грейнджер встала и направилась в ванную. Рукава свитера, что она не сняла перед сном из-за запаха Нотта, упрямо скатывались к запястьям и впитывали прохладную воду. Когда она вышла из ванной, то заметила что все соседки уже давно проснулись и покинули спальню. Комната была пуста, а за окном светило декабрьское солнце.        Гермиона вышла в гостиную, но тут же остановилась. Сегодня была суббота. В ее голове уже собиралась картинка ее прогулки с Ноттом по Хогсмиду, как она рассыпалась на миллион кусочков, ударившись о реальность. Вчера они ни к чему не пришли. И это было не единственной причиной. Какая к чертям прогулка? Это же все еще Нотт. Мы не можем просто взять и гулять под ручку где хотим. Я даже не хочу этого. Господи, я скоро сойду с ума! — Гермиона, где ты была весь вчерашний день?       Гарри только зашел в гостиную, как сразу увидел подругу. Все понемногу возвращались с завтрака, однако Рона в их числе не было. Поттер вздохнул и сел на диван. — Так что? — кивая на свободное место рядом, спросил гриффиндорец.        Гермиона села рядом, пытаясь придумать что-то подходящее, однако мысли возвращались к неопределенности отношений со слизеринцем. — Слушай, можешь рассказать мне все. — начал Гарри, видя растерянность подруги. — Даже если у тебя кто-то появился. Конечно, Рон сейчас это не воспримет, но я могу не говорить ему. Просто я волнуюсь за тебя.        Гермиона посмотрела на Поттера. Действительно, это же Гарри. Гарри, с которым они обошли пол-Англии и провели вместе столько лет. Однако скребущее чувство внутри не покидало ее. — Ты прав, но я пока не хочу говорить кто он. Вдруг это все несерьёзно и всего на неделю. — шатенка взмахнула руками.        Гермиона подумала о сказанном. … несерьёзно и всего на неделю. Эти слова впечатались так сильно в голову, что если вскрыть ее черепную коробку, то эти слова точно будут высечены там.

***

       Шатенка не знала как поймать Нотта в школе и обсудить с ним их отношения, поэтому пошла в Хогсмид с Гарри и Роном, решив, что если это ему нужно, то он сам найдет ее. Последний вроде как успокоился, но начинать беседу с подругой не решался. Поттер, в свою очередь, выступал как звено, что не отпускал от себя обоих. Это было кстати, ведь волшебников было очень много и затеряться было легче простого. — Так что насчёт Розмерты? — спросил Рон, когда до паба оставалось пару метров.        Гарри резко развернул их в сторону «Трёх мётел», от чего поскользнулся и чуть не потянул за собой друзей. Только Гарри открыл дверь, как рядом возник Нотт. — На пару слов, Грейнджер. — произнес слизеринец и, не дожидаясь ответа, двинулся прочь.        Гарри и Рон хотели было догнать Нотта, как Гермиона их отдернула. — Я сама. — кивая на паб, отчеканила девушка. — Какие у вас могут быть темы для разговора, Гермиона? — встрепенулся Уизли.        Шатенка проигнорировала вопрос друга и последовала за Теодором, который был едва различим в общем потоке студентов. Только она его нагнала, как он свернул в переулок. — Ради всего святого, Нотт! — зайдя следом, воскликнула девушка.        Переулок был пуст, что не складывалось с картиной на главной улице Хогсмида. Гермиона уверена, что почти вся школа решила именно в этот выходной прогуляться до деревушки.       Теодор стоял облокотившись на стену, будто все это время был здесь, а не петлял между волшебниками в Хогсмиде. Гермиона ждала следующих действий слизеринца, однако он привычно закурил, не проронив ни слова — Что дальше? — не выдержав, спросила Грейнджер.        Нотт ухмыльнулся и продолжил курить. — Тео…        Слизеринец не дал ей договорить. Только из ее уст послышались три буквы, как он оттолкнулся от стены, и теперь стоял перед ней в паре сантиметров. Гермиона поддалась вперёд. Свободной рукой Нотт прижал девушку сильней и поцеловал ее. Легко и почти неощутимо. Однако запах сигарет остался на ее губах. — Я просто хотел позлить твоих гриффиндорцев. — затягиваясь, прошептал парень.        Гермиона вопросительно подняла глаза на Нотта. Он лишь ухмыльнулся и выкинул окурок.        Зайдя в паб, Грейнджер направилась к столу Гарри и Рона. Те о чем-то разговаривали, но завидев подругу умолкли. Шатенка села рядом с Гарри, на почти последнее свободное место во всем пабе.        В «Трёх метлах» яблоку негде было упасть. Видимо мороз не особо всем нравился, и студенты предпочли погреться у Мадам Розмерты.        Только Гермиона отогрелась, как им принесли сливочное пиво. Грейнджер отодвинула кружку к Гарри, ибо этот напиток ей уже наскучил. Рон начал говорить что-то о делах Артура в министерстве и они с Гарри быстро втянулись в беседу.        Через пару минут, следом за девушкой, зашёл Нотт. Он окинул взглядом присутствующих, что без умолку тараторили о Рождестве. Завидев пустующее место рядом со знакомой фигурой, он пошел прямо к нему.        Панси и Дафна сидели неподалеку от троицы гриффиндорцев. Брюнетка периодически кидала заинтересованные взгляды на Грейнджер, однако никаких изменений в ней она не заметила. Только Паркинсон решила забросить это дело, как на соседнее место сел Тео. Гринграсс заметно напряглась. — Какая честь, Мистер Нотт. — наигранно прикрыв от удивления рот, произнесла Панси. — Не льсти. — он откинулся на спинку стула — Тебе не идёт.        Брюнетка глянула на него, а потом на Грейнджер. Гриффиндорка не успела отвести взгляда от Нотта, и Панси это заметила. Гринграсс же молча доедала мороженное. Она еле сдерживалась, чтобы не отодвинуться от парня, однако аристократические манеры давали о себе знать и она молча сидела ни сдвинувшись. — Есть другая причина, почему ты выбрал этот столик? Или единственная причина только что… — Паркинсон умолкла, когда Нотт бросил косой взгляд. Она знала этот взгляд. Значит она права. — Вы единственные, кто не треплется о проклятом рождестве и подарках. — все же повернувшись к собеседнице, ответил парень.        Гринграсс съела последнюю ложку мороженного, быстро попрощалась с подругой и покинула паб. Слизеринец почти улыбнулся, когда Дафна сказала что-то о сестре, которой нужно помочь в Хогвартсе. Полчаса назад он видел, как Астория самозабвенно примеряла колечко одной из однокурсниц в начале улицы деревушки. Он сомневался, что в примерке кольца она не справится одна, но не стал задерживать так торопившуюся девушку. — А вот Грейнджер только недавно говорила о подарках. — ехидно улыбнувшись, протянула девушка. — Ваши взгляды расходятся насчёт рождества? Или сам Теодор Нотт решил сделать исключение и подарить что-то гриффиндорке? Если да, то я готова оплатить тебе весь вечер в этом пабе. — хохотнула Панси.        Нотт закатил глаза. Кататься на его последних нервных клетках — ее любимое занятие. Паркинсон делала это так мастерски, что когда верёвочка рвалась, то она магическим образом спрыгивала с нее, вместо того чтобы провалиться с омертвевшими клетками в самый низ и расшибиться там насмерть. К несчастью Тео, делала она это в отместку за его дрянное поведение. А в этом году другого было не дано. — Ты хочешь посплетничать о подарке для Грейнджер? — отпивая из стакана брюнетки, скептически спросил Нотт. — Я знала что у тебя есть сердце. Конечно, чёрное как ночь, но есть. — вернув свой сок, улыбнулась Панси. — А ещё хватит смотреть на нее, словно она сейчас превратиться в мантикору. А вот посплетничать о подарке, да ещё и для Грейнджер… Я только за.