Заманчиво открытая клетка

       Нотт все же смог выбраться из объятияй спящей гриффиндорки. Он положил около нее скомканое одеяло, надеясь, что во сне Грейнджер не заметит подмены. К счастью, кто-то из эльфов забрал испорченные вином джинсы Гермионы и уже вернул их обратно без пятна. Тео задернул шторы, чтобы Грейнджер могла поспать дольше, ибо ветер высоко в небе быстро гнал облака, и через пару минут солнце вновь появилось. Он спустился на первый этаж. - Мистер Нотт, что желаете на завтрак?        Тео обернулся. Уорти выглядела здоровой и подозрительно радостной. - Оладьи. Только позже. - Да, сэр. Накрывать на двух персон, верно? - Вот кто был в комнате ночью. - вспомнив, что кроме Уорти никто без разрешения не появляется, Нотт понял. - Сэр, как вы себя чувствуете? Мне сказали, что вы были странно бледны вчера и плохо себя чувствовали.        Нотт затаил дыхание. Тео услышал шаги на лестнице. Кто-то из домовиков сказал Уорти. И только она знает о его зависимости. Главное, чтобы его сейчас не сдали со всеми потрохами Грейнджер, которая притаилась у лестницы. - Думаю, это после посиделок с Забини. Все в порядке.        Уорти кивнула и исчезла. Нотт развернулся к лестнице. Грейнджер не было видно, но он четко слышал шаги, а эльфы лишний раз не бродили. - Подслушивать некрасиво. - он поднялся обратно. - Я не подслушивала, а просто... - появившись в поле зрения парня, начала девушка. - решила не мешать вашему диалогу. - Верю, верю. - поцеловав шатенку в макушку, Нотт вернулся в комнату. - Идёшь?        Гермиона последовала за парнем. Она проснулась, когда поняла что рядом не Нотт, а прохладное одеяло. Она встала и двинулась в поисках Тео. Дом в дневном свете выглядел ещё лучше, чем в освещении свеч. Лучи солнца светили прямо в окна коридора, ведущего к лестнице. К ее удивлению картин почти не было. В голове всплыли воспоминания о поместье Малфоев. Портреты предков блондина были в каждой комнате. Здесь, в фамильном доме Ноттов она видела лишь несколько, и то пустых, рам. Она разглядывала пустые картины и неизвестные имена. Только под одной Грейнджер прочла знакомое Теодор Нотт, но и она была пуста.        Шатенка уже почти спустилась, когда услышала два голоса. Грейнджер не хотела подслушивать, но когда услышала, что Тео был подозрительно бледен, остановилась. Она сразу подумала о его состояние, когда он употреблял эти чертовы таблетки. Объяснение вечером с Забини было достаточно логичным и Грейнджер выбросила этим мысли из головы. - Тео! - отвернувшись от колдографа, который брюнет направил на нее, пискнула шатенка. - У меня на голове сущий кошмар. Я только проснулась. - Твой "сущий кошмар" выглядит прекрасно. - не отводя от лица камеру, произнес Нотт. - Никогда не поддерживал Малфоя в его высказываниях на твой счёт.        Гермиона все же развернулась и одарила его теплой улыбкой. Такой теплой, что Тео замешкался, но все же успел щелкнуть на кнопку. Она подошла к окну и открыла шторы. Нотт поморщился от яркого света, однако не отводил от шатенки взгляда. И вот опять. Солнце подсвечивает ее волосы. Опять. Опять. Опять. Грейнджер слишком совершенна для него. На фоне окна она выглядит как ангел. Свет за ней местами пробивается через ткань его футболки на хрупком теле. И он ещё раз нажимает на кнопку. - Ну все, все. - залезая обратно под одеяло, говорит девушка. - Давай ещё немного поваляемся.        Нотт соглашается. Он ложится рядом и ежится, когда чувствует холодные ноги на груди. На его лице явно появляется недовольство, ведь в следующую секунду Грейнджер заливается смехом. Она перемещает их выше, там где ещё не грелась. - Пригрел змею на груди... - накладывая согревающие чары на шатенку, шепчет Нотт. - Ой, ой, ой - бубнит Грейнджер и отодвигается от парня.        Нет, его это не устраивает. Шатенка уворачивается, когда рука Тео пытается дотянуться до нее. Парень тихо смеётся, но пока поддаётся ей. Когда на лице Грейнджер появляется победная улыбка, Нотт хватает ее за ногу и тянет к себе. Она брыкается, но он вовремя уворачивается, чтобы не словить вторую ногу в правый бок. - Это нечестно! - оказываясь под парнем, ворчит Гермиона. - Мы - он целует ее в губы. - это - и ещё раз. - прошли, Грейнджер. - и последний. - Честные игры не для меня.        Гермиона все же вылезла из под тела Нотта и легла рядом, укутавшись в одеяло. Ей было хорошо. Просто хорошо. Теплое дыхание Тео на макушке почти усыпляло, а запах его тела отправлял мозг куда-то далеко, где не нужно анализировать каждое действие. Грейнджер надеялась, что хоть волосы запомнят этот аромат и сохранят его в Париже, как минимум, до следующего принятия душа. - Что ты будешь делать потом? - играя с локоном, спросил Нотт. В ответ он получил лишь тишину. - После Хогвартса, я имею ввиду. Конечно, награды от министерства может хватить на какое-то время, но ты же Гермиона. Сидеть дома не для тебя. - Я не знаю. Стажировка в Министерстве звучит конечно жутко престижно, но и жутко скучно. - она не врет. Грейнджер кажется, что просто взять и начать спокойную жизнь как один из офисных работников министерства - не для нее по ряду причин: это слишком спокойно, слишком нормально, слишком неправильно после всего. - А ты?        Нотт молчал, изучая итак знакомые стены комнаты. Скорее всего, семейное дело не отпустит его, потому он никогда и не думал на этот счёт. Отец всегда говорил, что Тео займёт его место, как только будет готов. Но он не готов. Не потому что что-то не знает, нет. Просто в голове парня это выглядело иначе. Нотт думал, что постепенно начнёт вникать во все эти дела и отец будет помогать ему, если оно потребуется. Но отца нет. Потому у Тео точно нет выбора. Хотя, учитывая какой бизнес вёл его отец, времени у него хоть отбавляй. - Ну, так? - нависнув над лицом парня, спросила Грейнджер. - Ты живёшь здесь всю жизнь, так что на стены точно насмотрелся. - Ничего. Может, найду какое-нибудь занятие, просто чтобы не сидеть без дела. - Очень грандиозные планы, Тео. - Прости, меня не приглашали в Министерство. Да я бы и не пошел. - Ты такой... - Гермиона не договорила, так и не подобрав слова. - Угу... - протянул Нотт, убирая каштановую прядь за ухо девушки. - Думаю, пора завтракать.        Грейнджер поднялась с кровати и потянулась. - Я тебя молю, надень свою вещи.        Гермиона обернулась. На ее лице было читаемо непонимание такой страной просьбы. - Твою мать, Грейнджер. Меня заводит в тебе все, а когда ты полураздетая тем более. - его тон звучал, будто он констатировал ей о том, что за окном ясно.       Наблюдая за шоком от такого прямого объяснения, Тео на локтях поднялся с подушки. Он не заметил даже румянец на щеках Грейнджер. Почему ее вчера так смутило то, что она была в его футболке? На этот вопрос он так и не узнал ответа. - Может тогда ты выйдешь? - Серьёзно? - скептично подняв бровь, Нотт засмеялся. - Ну раз тебя заводит даже когда я в одежде. - отзеркалив его выражение лица, цокнула шатенка.        Тео все же вышел. Ну и долго это будет продолжаться? Нотт сделал вдох, делая вид, что ничего не происходит. Да, продолжай прятаться от меня. У тебя не выйдет. Я внутри тебя. - Отъебись.        Это было шипение. Не шёпот, не писк. Нотт отошел от двери, опасаясь, что в этот раз Гермиона станет "прерывать диалог" и увидит, что кроме него никого нет. Диалог? Я и есть ты. Это монолог, но называй как хочешь. Это не меняет сути. Тео почти сполз на пол, когда дверь комнаты открылась. - Очень аристократично ты ждёшь даму. - собирая волосы в хвост, сказала Грейнджер.        Ты хочешь, чтобы я ушёл. Я прав? Нотт не знал как послать его куда подальше, когда рядом идёт Гермиона. Это будет странно, если он начнёт говорить сам с собой. - Спустись пока в столовую. Я на секунду. - Тео не дождался ответа и завернул в гостиную.        Нотт закрыл дверь и почти упал в кресло. - Чего ты, блять, хочешь? Чего? - шёпот растворился в тишине комнаты. - Я первый спросил тебя. - Хочу. Хочу чтобы ты исчез и больше никогда не появлялся. - Все в твоих руках.        И Нотт опять услышал тишину. Он ушёл. На сколько, Тео не знал. Парень прикрыл глаза, чтобы прийти в себя. Это не помогло. Чувство тревоги сжирало его, текло по венам вперемешку с кровью. Сидеть дольше не было смысла. Голос сказал, что ушёл. Единственное что Нотт понял - он не лжет. Достаточно странное свойство для голоса в голове. Хотя, его наличие тоже не вписывалось в рамки нормы, но с этим Тео уже как-то сжился. Парень поднялся с кресла, чувствуя немного спокойствия. В ближайшее время он не появится        Гермиона уже сидела за столом. Она хотела спросить Нотта, куда он пошел. Однако, когда парень все же появился, шатенка промолчала. - Какие планы на сегодня? - отпивая кофе, спросил Теодор. - Планы на будущее мы обсудили.

***

      Гермиона вернулась в Париж в двенадцать. Судя по всему, мама не заходила в комнату, ибо записка так и лежала. Нокс спрыгнул с подоконника, когда шатенка трансгресировала рядом с кроватью. Жмыр сразу же учуял знакомый запах, раз так радостно стал терется о джинсы хозяйки. Грейнджер вышла из комнаты. С кухни доносились голоса родителей, которые, судя по всему балуют себя поздним завтраком. - Ты так долго спала. Наконец-то высыпаешься. - заметив дочь на лестнице, порадовался Ричард. - С такими кругами под глазами вернулась из школы. Просто ужас. - Отец прав. Тебе нужен здоровый сон. - поднявшись из-за стола, согласилась Джин. - Я не стану завтракать, спасибо. - догадавшись, что мама встала, чтобы налить ей чай, сказала Гермиона.

***

       Нотр-Дам-де-Пари встретил их в лучах солнца. Они как раз успели к концу мессы, чтобы подольше насладиться готической архитектурой. Не то чтобы Грейнджеры были особо верующими, но сам собор был просто великолепен и не посетить его во время пребывания в Париже - просто глупость. Они шли по северной части собора специально, ибо там находилась одна из великолепнейщих роз. Солнце разбивалось о нее и переливалось всем цветами, которые только были. Витражные стекла никогда особо не нравились Гермионе, но эти... Они идеально вписывались в эту готику и не были нелепыми. - Теперь я понимаю, почему его строили почти двести лет. - рассматривая труды средневековых архитекторов, прошептала Джин. - Не понимаю, как можно было осквернять это здание. - глядя на одну из самых известных реликвий - венец Иисуса, сетовал отец. - В конце 18 века революционеры не обошли и его стороной. Бестолковые политики со своими войнами.        Гермиона поежилась от последнего слова. Мать приобняла девушку и бросила косой взгляд в сторону мужа. Ричард нервно выдохнул, вспомнив через что прошла его дочь.

***

       После такой длительной прогулки пришел аппетит. Ричард почти сразу выловил взглядом вывеску какого-то кафе и уже через пару минут они сидели за столиком. Гермиона отказалась от десерта, надеясь заглянуть к Лите. Джин и Ричард согласились, ибо прошлый пирог все ещё усиливал слюноотделение только одним воспоминанием. Солнце уплывало за горизонт, окрашивая улицу за окном в оранжеватый оттенок.        Когда с французской кухней было покончено, все были довольны. Оставалось только доехать до дома. К их счастью, ресторан был недалеко от собора, а значит неподалёку точно есть такси, которое только дожидается туристов. Гермиона кое-как объяснила мужчине, что ее нужно будет оставить раньше и водитель покатил по улицам Парижа.        Когда шатенка переступила порог кафе, Литы нигде не было. Спустя пару минут девушка все же появилась из кладовки. - Гермиона, рада тебя видеть. - плюхнувшись на один из диванчиков, сказала брюнетка. - Устала? - рассматривая витрину, поинтересовалась Грейнджер. - Народу много? - Да лучше бы.        Гермиона обернулась и вопросительно глянула на девушку. - Да там... Дела семейные и все такое. - заваривая себе кофе, отмахнулась Лита. - Ясненько... - протянула шатенка. - Не хочу тебя напрягать, но можно вон тот пирог с ежевикой. - указывая на один из аппетитных кусочков, улыбнулась девушка. - Это наглость конечно, но можешь взять сама? - блаженно отпивая кофе, спросила Лита. - Если я встану, то только чтобы меня положили в гроб. Под прилавком ящик, все пироги там.        Гермиона нахмурилась. Не от "наглости", а от формулировки. Все пироги. Грейнджер зашла за прилавок и открыла названный ящик. Все сложилось. Ну конечно. Заклинание незримого расширения. - Очень умно. - кладя деньги, отметила шатенка. - Ну, мы простые смертные тоже смышленые. - хохотнула девушка. - Это ещё не все. На ящик наложено заклинание и еду там можно хранить месяца два. Ба продумала все - Аплодирую твоей бабушке. Ладно, я пошла. Родители очень ждут вот это, - кивая на упаковку с десертом, Грейнджер направилась к выходу. - к чаю. - Пока, пока. Я тоже уже домой скоро.        Гермиона зашла за уже достаточно привычный угол и трансгресировала в комнату. Нокс гонялся за каким-то фантиком, который явно стащил с кухни, и чуть не врезался в появившуюся хозяйку. Грейнджер скинула верхнюю одежду и спустилась на кухню. Чайник уже закипел. Шатенка зевнула и принялась разливать чай. - Спать уже хочешь? - заметила Джин. - Немного. Так много ходили сегодня. - Спать нужно ночью, Гермион. - разрезая пирог, сказала женщина. - Я итак сегодня встала позже вас. - нахмурилась шатенка. - Ты спустилась на кухню позже нас с отцом. А ночью тебя дома не было. - понижая голос, цокнула мать. - Мам.. - Нет, нет, нет. - перебивая дочь, начала Джин. - Ты уже взрослая, и я тебе не указ. Просто я слышала вчера ночью этот же звук, с которым ты сейчас появилась. И его я слышала утром. Значит, ночью тебя не было. - Я была... - Я не закончила. Так вот, я тебе доверяю. Не отчитывайся передо мной. Просто не особо это вежливо вытаскивать девушку из дома посреди ночи и возвращать под утро. А тем более если это Теодор. Теодор ведь? - выждав утвердительный кивок, она продолжила. - Глупостей не натворите вдвоём. И спи нормально. - Джин чмокнула дочь в лоб. - Дорогой, потом поиграешь с Ноксом. Гермиона опять принесла пирог из того магазинчика.