Заманчиво открытая клетка

      Блейз косо поглядывал на Паркинсон, которая подобно кошке вытянулась на всю кровать. Она каждое утро делала это, но мозг каждый раз был в восторге. К его счастью, Панси ещё ни разу не просыпалась в эти моменты. Забини уверен, что выглядит как полный идиот, но никогда не мог сдержаться. — Блейз, — послышался стук в дверь. — выйди на минутку. — Что такое? — поднимаясь с кровати, недовольно спросил мулат. — Никуда она не денется от нас. Ну, от меня точно. — Что, мам? — выходя из комнаты, склонил голову Блейз. — Чьи похороны были?        Забини вскинул брови. У матери всегда было два любимчика в их квартете. И это был не он, и не Малфой. Потому такой вопрос показался ему уж слишком странным. Она точно не могла забыть о том, что не стало именно Нотта. — Теодора.        Беатрис задумчиво кивнула. Блейз посмотрел на мать ещё более удивленно, но спросить с чего вообще такой вопрос он не успел. — Зайдешь ко мне, когда Панси поедет домой. — Зачем ей домой? — Блейз определенно не помнил, чтобы девушка хоть раз упоминала о своем желание навестить родителей. — Мне очень понравилась ее шляпка. — поправляя пучок, просто ответила женщина. — И накинь что-нибудь. Я все же твоя мать.

***

       Девушки даже не заметили как прошло два дня. Лита и дальше бы не замечала, если бы не работа. Во вторник они встали ближе к обеду, что устроило обеих. Только вечером они высунулись из дома, и то для похода в магазин. В среду Фонтанель повела ее на выставку. Вечером, когда ноги адски ныли, обе признались, что лучше бы провалялись весь день дома, а не культурно насыщались. В четверг Гермиона почти все время провела в гостевой комнате. Чувство неловкости не давало ей покоя. Лита же вечно повторяла, что дома точно никого не будет. Но проще не было. Она одна в чужом доме. У нее не возникало желание что-то украсть или сломать, но присутствие здесь уже казалось преступлением.

***

       За эти два месяца Магическая Британия почти заявила о ее пропаже. Спасло лишь интервью Гарри, который сказал, что с подругой все хорошо. О месте ее пребывания Поттер умолчал, что только подкинуло дров в огонь. Все та же Скиттер предположила о уходе из жизни Героини войны на фоне потери возлюбленного, что не осталось безнаказанно.        Паркинсон читала утренние новости, когда увидела эту статью. Она уже знала, что Грейнджер улетела во Францию. Блейз ещё в конце июня виделся с Поттером, ибо и их тоже волновала такая внезапная пропажа. Как потом узнали бывшие слизеринцы, Гермиона даже родителей толком не предупредила. В то утро Панси чуть не устроила уход из жизни самой Скиттер, прийдя к ней домой. Адрес любезно предоставила Беатрис, узнав поподробнее, каким образом с ними вообще связана Героиня войны.        В августе СМИ постепенно перестали мусолить тему девушки, над чем немного постарался и Поттер. У него самого было желание увидеться с Гермионой, но осознав, что подруга пока не хочет возвращаться ко всему, что связано с Магической Британией, решил ждать. Так все смирились, что Грейнджер вернется лишь по собственному желанию, если такое вообще возникнет.

***

      Лето уже почти кончилось, а квартирный вопрос шатенки все никак не двигался. Стоило Грейнджер что-то говорить о другой квартире, как Лита закатывала глаза и уходила. — Кто будет готовить мне ужин? — в конце каждого разговора спрашивала девушка.        Они уже шутили, что это больше похоже на отношения, нежели дружбу. И только кто-то из них говорил это злосчастное слово, как обе тут же менялись в лице. Гермиона не спрашивала у нее ничего насчет парней. Ей было достаточно информации о Рауле. Лита же итак знала, что это больная тема для подруги. Так они и прожили до конца августа, пока Грейнджер не стала настойчиво напоминать о том, что ей уже точно пора. — Гермиона, тебе когда-нибудь говорили, что-то просто невыносима? — в один вечер воскликнула брюнетка. — Так много раз, что я уже сбилась. — ставя тарелки на стол, ответила Грейнджер. — Но это ты говорила, что твои вернуться в сентябре. — Черт с тобой, завтра сходим посмотреть нам квартиру.        Хоть Лита и не горела желанием съезжать, но переубедить подругу она была не в силах. Оставаться в этой квартире ее заставляли лишь нынешние цены на аренду, но раз Грейнджер так приспичило, то пусть. Да и когда у нее появится шанс съехать отсюда, если не сейчас? После Рауля резкого появления друзей не последовало, сейчас она и вовсе все дни торчит на работе, где одни только работники ближайших офисов. К тому же, маглы. Не то чтобы девушка предвзято относилась к ним, но когда ты пользуешься магией с самого детства, скрывать это не так и просто.

***

       С самого утра девушки таскались по всему городу, пытаясь найти хоть что-то, за что стоит платить. Фонтанель уже сто раз пожалела, что согласилась с подругой, но Гермиона никак не могла успокоится. Она и так прожила у Литы два с половиной месяца. Небо над Парижем уже окрасилось в оранжевый, когда осталось ещё три варианта. — Если мы не найдем ничего достойного, то я готова жить в подсобке на работе. — устало произнесла брюнетка. — Тебе необязательно съезжать. Просто я уже слишком долго живу у тебя. — напомнила Гермиона.        Продолжения диалога не последовало. Девушки трансгрессировали на другую улицу, где находилась ещё одна из квартир. Гермиона оглядывала район, пока Лита что-то обсуждала с девушкой, сдающей квартиру. В своем навыке французского шатенка не преуспела даже за два месяца. Да и Фонтанель болтала с ней только на Английском, периодически вбрасывая французские ругательства. — Идем. — позвала Лита.        Квартира была на третьем этаже, что уже радовало обеих. Это не шумный первый, который зачастую им предлагали. Гермиона уже была согласна на все, как поняла, что это не так уж и необходимо. Хоть квартира и находилась на окраине города, но выглядела в разы лучше тех, что они смотрели на центральных улицах. Расположение вообще для них было не так важно, ибо передвигался они исключительно с помощью трансгрессии. Один раз и дернул черт поехать на общественном транспорте в час пик. Столько английского мата от Литы шатенка не слышала. Даже французы явно поняли, что говорит брюнетка явно не о прекрасной погоде за окном. Гермиона услышала знакомое слово, но до конца не верила. — Тут есть балкон. — с блаженной улыбкой перевела Лита.        Значит, ей не послышалось. Это казалось каким-то чудом: две комнаты, третий этаж, сносный интерьер и балкон. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Гермиона прошла на кухню. Здесь действительно есть балкон. — Лита, я согласна. — поворачиваясь к подруге, довольно кивнула головой шатенка. — Я ничего против не имею, но меня по прежнему привлекают исключительно парни-мудаки. Ни на одно, ни на второе ты не похожа. — выходя на балкон, ответила Фонтанель. — Ну, мне тоже нравится. — Я думала, тебе нравятся только парни-мудаки, вино и идиотские комедии. — в ответ съязвила Грейнджер. — Не трожь комедии. — улыбаясь Софи, которая явно ни слова не понимала, бросила Лита. — Nous sommes ravis. — обращаясь уже к француженке, произнесла брюнетка.        Дальше Гермиона их не слушала, ибо разобрать их быструю речь была не в силах. Спустя пару минут блужданий по квартире, Лита позвала ее. — Можем заехать уже тридцатого числа. Насчет Нокса я спрашивать не стала, ибо упустить такой вариант — безумие. Да и мебель он не царапает. — брюнетка пожала плечами, считая, что информация о волшебном существе явно будет не в их пользу. — Думаю, можно и захватить что-нибудь вкусного на работе и съесть за бокалом вина, ибо это определено стоит отпраздновать. — И куда уж без идиотских комедий. — напомнила Гермиона.

***

       На балконе уже лежали желтые листья, когда Гермиона решилась навестить родителей. Лита почти заставила ее оставить Нокса в Париже, аргументируя это его неприязнью к аэропортам. В конце концов, жмыр остался с брюнеткой, которая была только рада. Грейнджер взяла билеты заранее, решив устроить родителям сюрприз. Фонтанель конечно намекнула, что стоит и с друзьями увидеться, но пока шатенка не была уверена, хочет ли она.       Погода в Англии не могла не радовать. Хоть и была уже осень, но асфальт был почти везде сухой, что казалось чудом для Лондона. Гермиона даже не стала трансгрессировать, решив немного насладиться родным городом. Поймав такси, Гермиона сразу вспомнила причину побега из Лондона. Воспоминания. Слишком много воспоминаний, утягивающих в те времена, куда она совсем не хочет возвращаться или в те, в которые при любом желании не сможет. Грейнджер поняла, что пропустила всю дорогу, опять уйдя в свои мысли, только когда машина остановилась.       Шатенка поблагодарила водителя, выходя из машины. Гермиона заметила маму еще с улицы. Она, как и всегда, занималась чем-то на кухне. Дверь шатенке открыл Ричард, явно не готовый увидеть на пороге блудную дочь. — Джин, дорогая, у нас гости. — крикнул в сторону кухни мужчина, удивленно поглядывая на Гермиону. — Ты бы хоть нас предупредила. — опомнившись, отец отошел от двери, пропуская дочь. — Это сюрприз. — мягко улыбнулась Гермиона.       Джин быстрее мужа отошла от удивления, и обрадовалась дочери. Весь ужин ее допытывали вопросами как у нее дела в Париже, чем она там занимается, и что это за таинственная подруга. Когда весь чай закончился, родители все же отпустили ее.       Шатенка замешкалась, стоя возле двери. Хоть она и уехала всего три месяца назад, но казалось, что прошла вечность, разделяющая ее жизнь на до и после. Грейнджер уже не могла представить, что вернется сюда насовсем, а не как гостья, хоть родители и будут ждать ее. Гермиона почти коснулась ручки, когда поднялась мама. — Не хочется? — тихо спросила Джин, видя растерянность девушки.       Шатенка неопределенно пожала плечами. Было чувство чуждости, словно здесь должна быть не она, а другая Гермиона. Не повзрослевшая из-за войны и смертей девушка, а маленькая, наивная девочка. — Может, заглянешь к Гарри? Он был у нас летом, просил передать, что они скучают. — Мне не хочется в Нору. — отрицательно покачала головой Грейнджер. — Он сказал, что теперь живет в доме крестного. Он и Джинни.       Гермиона задумалась. Может, в доме у Сириуса ей будет проще? Это Нора все такая же теплая и уютная, а дом на Гриммо никогда таким не был. Карие глаза нашли часы. — Гермиона, ты и не в такое время испарялась из дома. — заметив, что дочь замешкалась, напомнила женщина.       Дыхание на секунду остановилось, но Грейнджер не подала виду, что эта фраза явно была лишней. Быстро откинув воспоминания о позднем ужине, шатенка достала палочку. — Тогда, увижусь с Гарри и Джинни. — кивнула девушка.       Джин улыбнулась, радуясь, что дочь постепенно, но приходит в норму. Видимо, переезд сделал свое дело.

***

       Гарри едва не задушил девушку в своих объятиях. Гермиона трансгрессировала прямо в дом, а друзья как раз ужинали. Идя проверять кого принесло в такое время без приглашения, Поттер был готов к кому угодно, но не к Грейнджер, которая должна быть во Франции. — Мэрлин, Гермиона! — выходя из-за стола, воскликнула Уизли. — Все, все, Джинни. — обнимая девушку, прошептала шатенка, ребра которой вот вот треснут.        Уизли все же отпустила подругу. Она молчала, уперев руки в бока. Ждала, когда Гермиона начнет первая, ибо она целых три месяца ни с кем не выходила на связь. — Мы можем продолжить за столом. — предложил Гарри, который не успел даже в руки ложку взять. — Конечно, конечно. — опомнилась Уизли. — А ты рассказывай. — Что? — Гермиона, ты четверть года прожила во Франции. Мы понятия не имеем с кем, где, на какие деньги. — Ну, насчет денег все ясно. — пожал плечами Гарри, прожевав кусок мяса. — А с кем? Где? Что ты там дела все время? — не унималась рыжая. У нее было явно много вопросов. — Меня родители так не допрашивали, как ты. — хохотнула Гермиона. Она не понимала от чего именно, но на душе стало немного легче. — Со знакомой. У нее дома. Вечером мы смотрели всякую чушь и готовили кушать. — все же ответила на вопросы шатенка. — А днём? Утром? И откуда ты ее взяла? — Джинни, это правда похоже на допрос. — шутливо заметили Гарри. — Ой, а тебе неинтересно? — Ну, не так как тебе. — Поттер действительно не испытывал такого любопытства, как Уизли. Они все уже взрослые и у всех своя жизнь. — Гермиона же не спрашивает, чем мы тут питаемся и что делаем по вечерам. — Ну, про вас и в газете пишут. Так что, в общих чертах я знаю, что происходило в Лондоне. Кстати, вам нравится то в Министерстве? — шатенка вспомнила, что и Гарри, и Рон все же стали аврорами. — Ну, тяжело, но и не такое проходили. — пожал плечами парень. — Ага, стал есть как Рон. — кивнула в сторону брюнета Джинни. — Страшно представить, сколько теперь Рон ест. — Насчет Министерства. Тебя парень какой-то ищет. — Меня? Парень? — вскинула брови Гермиона. — Угу. — проглотив последний кусок курицы, продолжил друг. — Из отдела образования. Говорил, что принимал у тебя ЖАБА. Шмидт вроде.        Шатенка поджала губы. Она вспомнила до неприличия молодого экзаменатора. Только вот с чего он ее ищет, Гермиона не понимала. Да и не особо хотела. Дальше разговор пошел в спокойном темпе, чему Грейнджер была рада. Она совсем отвыкла от энергичной Уизли. И отвыкла от вида влюбленных пар, коими друзья являлись. Хоть они уже и стали более сдержанными, но атмосфера в доме так и кричала, что они счастливы. Гермиона была рада за них, как никогда. Но скобы, держащие дыру внутри, заскрежетали, напоминая о себе.