Ситх

      — Знаешь, если ты не поделишься хоть долей информации о том, что именно ты ищешь, я вряд ли смогу тебе помочь, — немного ошеломленно пробормотал я, рассматривая мельтешащие фигуры в полном вооружении.       Учитывая, что загорелось целое здание, в этом нет ничего удивительного.       Чем моему собрату ситху не понравилась именно эта группа - я прищурился, с трудом рассматривая строение черно-синей брони — мандолорцев, я ума не приложу.       Я перевел взгляд на Джона, который, в свою очередь, смотрел в местный бинокль на группу вооруженных людей.       Эх, как бы хотелось узнать, о чем он думает или, на худой конец, что он чувствует, но…       Во-первых, это действительно не вежливо и игра на грани фола (а он и так чуть ли не представляет собой полный пример антисоциальности или просто человека, который редко с кем общается, а если и общается, то через нож и бластерный огонь).       Во-вторых, я почти не чувствовал своих ментальных щупов вообще — только постоянных холод.       Я неуютно поежился и поплотнее укутался в свою новую мантию-плащ.       Но, судя по языку тела, он очень спокойный и уравновешенный человек.       Так же не могу не отметить, как плавно он передвигается — как по земле, так и по крышам.       Не знаю на счёт его владения световым оружием (я видел только искру, так что не могу сказать, что именно оно собой представляет), но я определённо не хотел бы драться с ним на кулаках.       Молчание снова затянулось.       Я продолжал терпеливо ждать, прекрасно понимая, что парень просто слишком долго обрабатывает запрос и рано или поздно я получу ответ.       Что вскоре и произошло.       — Я не знаю.       Не то чтобы от этого у меня не подогревался пукан (от точности информации зависит моя жизнь как бы между прочем).       Терпение.       Вдох.       Выдох.       — Тогда откуда ты знаешь, что это там? И зачем тебе это надо?       …       Будь у меня часы на запястье, засек бы время, чтобы вычислить сколько нужно времени для загрузки этого брандмауэра.       — Сила.       Что это должно мне объяснить?       Я почти мог поклясться, что видел слегка приподнятые уголки губ.       — Ты улыбаешься.       — Нет, — на этот раз ответ пришёл мгновенно.       — И плохо врешь.       Тот в ответ только пожал плечами и, положив местный прибор дальнего видения во внутренний карман плаща, стал плавно, словно одна из теней, а не человек, спускаться на землю.       Я, бросив последний взгляд на устроенный (каким-то образом) им беспорядок, тоже стал спускаться, но гораздо менее элегантно из-за плохого самочувствия.

***

      Ну, могу сказать, что «проверку темнотой» этот парень прошел на пять с плюсом.       Потому даже я стал немного спотыкаться в этих туннелях.       Да, у меня все еще оставались сомнения по поводу принадлежности Джона к одноименным разумным с крайне дурной репутацией.       В основном потому что я не мог по настоящему его проверить с помощью менталки — наиболее надежного способа так как у меня уже есть пример в виде Селесты.       Которая сейчас, скорее всего, находится где-то в гильдии наемников или в любом другом месте, где она может с чистой совестью надрать кому-то задницу.       Я мысленно фыркнув, пригибаясь под очередным слишком низким потолком бочком проползая в вслед за Джоном.       Чтобы вы знали, на английском языке (вроде бы американская версия, не уверен) на исходной планете Земля Джоном Доу называют лицо, которое не могут опознать правоохранительные органы.       Поэтому, учитывая влияние на вселенную Звездных Воин, это имя действительно вызывает скептицизм.       …       Наверное, вас всех гложет сомнение, почему же я за ним следую, раз он весь из себя такой подозрительный?       Ответ: вот именно.       Поясняю: если бы этот парень умел хорошо врать и при этом хотел бы что-то от меня получить (например, моей скоропостижной кончины), он бы попытался навести на себя как можно более невинный вид.       Либо использовал бы другого, более профессионального и опытного, разумного для этого.       В любом случае, я узнаю антисоциального человека, когда его увижу.       На самом деле, я даже не сказал бы, что он антисоциальный (они более агрессивны в отстаивании своих границ), просто…       Неловкий при социальном общении.       Настолько неловкий, что это выражается практически во всех его словах и действиях.       Хотя несмотря на все это у него определенно тот же уровень эмоционального восприятия, как и у большинства нормальных разумных.       Почти уверен, что у него так же есть тактильный голод, но я пока не могу это подтвердить или опровергнуть — он старается держаться от меня на определенном расстоянии, не смотря на нашу договоренность о союзных отношениях.       Но обсуждать с парнем его же проблемы — вверх неэтичности.       Особенно учитывая все вышеперечисленное.       Я хочу сказать, если я попытаюсь ему как-то в этом помочь, есть вероятность, что он просто на рефлексах воткнет световое оружие в печень.       В конце концов, это требует определенного уровня доверия, которого мы, разумеется, не достигли.       И, возможно, психолога.       Вот о чем я размышлял, когда мы внезапно вышли в просторное помещение.       И когда я говорю о просторном помещении, я имею ввиду какой-то огромный колодец с каменными стенами размером с футбольное поле.       Вода, на которую я очень старательно не обращал внимания во время нашего пути сюда, шумно стекала и падала на дно, где закручивался гребаный водоворот.       Мы оба замерли внутри одной из таких широких труб, из которой и текла эта вода, и без эмоций на все это смотрели.       В свете местного спутника даже камень, казалось, носил синеватый оттенок.       Я поднял голову вверх, чуть откинув черный капюшон, вдруг поняв, что мое зрение на самом деле отключилось и… встретился взглядом с синим забралом.       Даже мои ментальные способности не нужны, чтобы определить, что разумный был наполнен чистейшей яростью. Впрочем, как и его товарищи по команде, стоящие за его спиной.       А луч местной луны и тени, отбрасываемые трубами, делали их ауру еще более угрожающей.       Похоже, отвлекающий маневр моего товарища не совсем удался.       Благо, враждебно настроенный мандолорец находился на совершенно противоположной стороне от нас и, соответственно, не мог нас доста…       Я проглотил свои слова обратно, когда они достали бластеры и — я прищурился — да, у одного точно была снайперка.       Джон и я одновременно подняли световое оружие, и пространство осветилось еще и красными оттенками.       — Куда? — коротко спросил я, плавно отражая первый бластерный болт.       Спасибо, наёмники хаттов, вы предоставили мне самый обширный опыт, который только могла предоставить эта вселенная.       Мой собрат ситх, ничего не ответив, внезапно повернулся боком и, хорошенько разбежавшись, спрыгнул на внешнюю сторону другой трубы, которая находилась пониже той, на которой мы стояли, и уходила вдоль всей этой каменной стены, и побежал.       И при этом он не забывал отражать бластерные заряды.       Если бы я не знал о его, гм, ситуации, я бы подумал, что он выпендривается.       Вздохнув, я осторожно последовал за ним, стараясь, хотя и держаться на расстоянии, чтобы не отвлекать, но при этом и не отставать.       А потом громкий звук заставил меня бросить короткий взгляд в сторону наших противников.       Только для того, чтобы увидеть, как один из них летел в мою сторону с помощью своего реактивного ранца и продолжал стрелять по ходу дела.       Черт, ума не приложу, что именно здесь происходит, но ситуация накаляется.       Я ловким движением рук располовинил свой световой посох и, все еще продолжая отражать летящие на меня снаряды, замахнулся и бросил одну часть по кругу, при этом болезненно напрягая свои едва живые ментальные щупы.       Половина моего светового посоха, звучно рассекая холодный воздух, как я и задумывал, залетела за спину мандолорского воина и подрезала его «крылышки».       Он, явно не ожидая такого поворота событий, удивленно вскрикнул стал завалится на бок в воздухе.       Хочу сказать, что такой акробатический трюк в воздухе не совсем соответствует нормам безопасности — поэтому разумный отлетел в сторону с гулким шумом врезался в стену, заставив все в ближайшие двадцать метров задрожать от взрыва.       Не повторяйте дома.       Бросив последний взгляд в его сторону, я сменил свое мнение.       Ну, или под присмотром профессионалов.       Оставив раненого мандолорца висеть там, где он весел, быстро подхватил подвластную моей воле и летящую в мою сторону оставшуюся половину светового посоха и побежал дальше, ровно по следу моего союзника.       Который, в свою очередь, уже далеко забежал.       Ну, что за день, эх.

***

      Так какое-то время и продолжалась игра в кошки мышки.       Мы уверенно и быстро спускались вниз по спирали, все ближе к воде, из-за шума которой становилось практически невозможно расслышать бластерные выстрелы.       Вот бы еще некоторые трубы не были такими хрупкими… но чего нет, того нет, работаем ножками.       А странная группа мандолорцев, в свою очередь, пыталась достать нас всеми возможными способами. Включая бомбы и местные гранаты, которые я едва успевал отбрасывать. К сожалению, они падали исключительно вниз, а не им же в руки — у меня едва хватало сил на это.       Очевидно, видя во мне слабое звено, основное внимание было акцентировано на мне, но, наученные горьким опытом своего товарища, они делали короткие перелеты, от трубы к трубе на расстоянии, используя дальнобойные средства для достижение своих целий.       Джону — стыдно признать, но я действительно подумал, что он забыл обо мне во всей этой погоне, что часто бывает в пылу погони — пришлось прикрывать меня своми собственными Силовыми приемами.       И спрашивается: кто теперь кому помогает в этой миссии, назначение которой мне до сих пор неизвестно?       Но это не могло продолжаться слишком долго — в конце концов, мы спрыгнули на странный каменистый нарост, который был даже как-то слишком близок к центру водоворота, но при этом достаточно крепким, чтобы его не утащило постоянным течением за собой.       Я, быстро проверив местоположение наших противников, повернулся к своему напарнику.       — И что теперь?       Джон, тоже напоследок бросив косой взгляд в сторону приближающейся (слишком быстро, на мой взгляд) группы мандолорцев, просто…       Пожал плечами и дельфинчиком сиганул прямо в середину водоворота.       Я сделал медленный, успокаивающий вдох.       Забудьте о том, что когда-то я называл его профессионалом.       Я так же медленно выдохнул, собираясь с силами.       А потом, вдохнув еще глубже, чем в прошлый раз, прыгнул за ним.       И при этом не забыл напоследок, не оборачиваясь, показать нашим преследователям средний палец.       Сила, надеюсь, я не окажусь сразу же на базе.       Меня ведь на смех поднимут.       Если мем не сделают.

***

      Сразу отвечаю: на базу я не вернулся.       Но зато я попал в еще более странное место.       Когда откашлялся от… все-таки будем называть это водой хорошо?       Так вот, когда я, стоя на коленях с мокрой насквозь одеждой, откашливался и чувствовал ужасный холод, я не сразу заметил, что зрение переключилось в «ночной режим».       Я просто чувствовал, что мне чуть холоднее, чем обычно.       Благо, Джон тоже был рядом со мной, полуприсев на корточки, он молча протягивал мне свой темный сейбер.       Не совсем понимая, что именно он от меня хочет, я схватился за железку и чуть не застонал от облегчения, когда тепло прошлось от руки по всему телу.       Когда я, наконец, более-менее пришел в себя, я наблюдал следующую картину:       Моим глазам предстало странное пространство, отчасти напоминающие музей. В основном такая ассоциация связана с тем, что в этой комнате (к слову, видимо, нам нужно было прыгнуть в водоворот, чтобы попасть сюда. Если найду этого садиста-строителя, пропишу профилактических люлей) находилось большое количество статуй.       К сожалению ни лиц, ни самого вида, ни чего другого более конкретного проанализировать было невозможно — видимо, камень поддался времени и теперь это просто что-то вроде набросков поз, разбросанных по кругу.       И я среди всего этого, вцепившийся в руку Джона, словно клещ, в то время как он напряженно замер, явно в растерянность.       Ну, хоть и не в отвращении, и то хорошо.       — Хороший Силовой прием, — прокомментировал я, разжимая хватку на своем собрате ситхе.       Через минуту, когда он ошеломленно рассматривал свои руки (я мысленно поморщился — действительно тяжелый случай тактильного голода), он в конце концов ответил:       — Спасибо.       Видимо, он сам не знал, за что благодарил.       Но ладно, пора переходить от слов к делу.       — Куда дальше?       Джон, оторвавшись от рассматривания своих конечностей, бросил еще один косой взгляд на меня и, встав, молча направился в сторону гостеприимно распахнутой каменной (!) двери.       Я последовал за ним, не забыв бросить подозрительный взгляд на остатки странных статуй.       Их положения были слишком агрессивными, на мой вкус.

***

      Шаги Джона были уверенными и быстрыми, но тихими по длинному, белому в ситховском зрении коридору, который, казалось, и не собирался заканчиваться.       На самом деле, я действительно начинаю задумываться о том, что мой новоявленный напарник подрабатывает кем-то вроде шпиона, убийцы или мастера проникновения (вора) — уж слишком характерно было то, как он переставлял свои ноги, как держал осанку и как оценивал ситуацию, выглядывая из-под своего темно-зеленого капюшона.       Нет, без всякого сомнения, в каждой вселенной свои техники, но, если все время пристально всматриваться ко всем из них, то рано или поздно можно отыскать схожие черты.       Которые я наблюдал прямо сейчас.       Но несмотря на то, что я подозревал о принадлежности Джона к подпольному бизнесу, он не казался мне плохим человеком — по крайней мере, не по характеру.       В нем не было жажды наживы или трусости вора, в нем не было жажды крови или холодности убийцы и не было того самого глубоко анализирующего взгляда шпиона.       В основном он казался просто… неловким.       Слишком неловок для всех троих из них.       Молчу уж про ситха, с их одноименной уверенностью в своих силах и хитростью в планах, какими их часто показывали в фильме.       Здесь совершенно иной типаж, который мне раньше не попадался.       Волей неволей я задумался: кем же был создатель Джона? Не похоже, чтобы он был задуман как комедийный персонаж, больше похоже на…       Я не успел додумать мысль, как вдруг по всему коридору пронесся гулкий звук падения чего-то тяжелого, а после — агрессивные ругательства.       Похоже, эта группа мандолорцев была настолько отбитой, что сразу же последовала за нами.       Переглянувшись с Джоном, мы, не сговариваясь (я начинаю привыкать к этому), побежали.       Ведь в узком пространстве действительно трудно размахивать световым оружием, а бластеров никто из нас прихватить не успел.

***

      Не знаю, сколько времени прошло с момента нашего старта (возможно, минута-две), но так или иначе нам пришлось остановиться у развилки.       Всего были две дороги — направо и налево.       А посередине всех этих путей была подвешена каменная доска, на которую стоило мне только бросить взгляд и у меня сразу же сильно заболели глаза.       Я зашипел и прикрыл глаза рукой, но было уже поздно — внутренний переводчик пришел в движение, стараясь перевести все эти едва рассматриваемые царапки вместо букв.       Джон, явно обеспокоенный моим состоянием, двигал руками вокруг моего плеча и головы, но прикасаться не смел в силу своей болезни.       — Все нормально, дай мне секунду, — выдохнул я, медленно выпрямляясь из того кренделя, в который мне удалось согнуться в порыве боли.       — Ты… можешь это прочитать? Это важно, — тихо прошептал мой неловкий напарник, переминаясь с ноги на ногу.       Ах, так значит, меня взяли на роль переводчика, да?       Правда, каким образом он узнал о моей… особенности — совершенно другой вопрос.       — Мог бы сразу сказать, что тебе нужен переводчик, — не сдержал я своего языка, и почти сразу же пожалел, когда собрат-ситх напрягся, словно тетива лука и отвернулся от меня.       Если бы не мои предыдущие предположения, которые частично подтвердились, вся эта ситуация вызвала бы большое такое недоразумение, возможно, даже размером с планету.       С вымученным вздохом с похлопал этого неловкого разумного по плечу в знак того, что я не сержусь (или что он там надумал) и перевел взгляд на доску — у нас действительно было мало времени на разбирательства и заверения в дружбе, за нами была погоня.       В конце концов, коридор идет только в одну сторону.       Я быстро пробежался глазами по строкам.       — Это инструкция. Судя по всему, к лабиринту, — оповестил я, быстро настраивая коммуникатор на фотографирование.       Послышался короткий щелчок, и картинка с инструкциями была сохранена.       — Веди, — явно сосредоточившись на цели, а не на эмоциях спокойно проговорил собрат-ситх.       И на этот раз я повел нашу группу отчаянных приключенцев.

***

      — После фонтана налево, — предупредил я, стараясь регулировать дыхание.       Мышцы адски горели от постоянного напряжения, даже сквозь выброс адреналина.       Уже мельтешил у меня на периферийном зрении одноименный настойчивый доктор, мельтешил…       Я споткнулся об свои же собственные ноги (какой позор…) и перед глазами замельтешило совсем другое (звездочки).       Но поцеловаться с полом я все же не успел — меня уверенной, но торопливой рукой подхватили за шиворот и дальше меня уже несли.       А я, на минуточку, хотя и сильно исхудалый из-за одной крайне проблематичной планетки, но все равно мужчина, который занимается… э-э-э… активным физическим трудом и, следовательно, у меня есть довольно-таки достойные килограммы.       В любом случае, постоянное покачивание (и как плащ не порвался? Нужно выставить пять звезд этому магазину, кажется, я нашел нормальный) все же сказалось на моем головокружении и меня невольно затошнило.       Забудьте, хочу к доктору Редвуду, даже если он будет невыносим — у него хотя бы медикаменты и кровать есть.       Джон, чуть ли не нарушая законы физики (хотя, что такое физика для адептов Силы?) даже не тормознул, когда увидел фонтан, а просто как бы… отпрыгнул? Отскочил от него? Короче, отрекошетил в левую сторону, попутно этот самый фонтан (к слову, неработающий) раздолбив инерцией.       Не хочу знать, что случится с разумным, который попадется под такой «пинок».       Когда я уже готов был блевануть по настоящему, мы, наконец, добрались…       До тупика.       А вот теперь мой собрат-ситх остановился, чуть покачнувшись на носках обуви, возвращая равновесие.       Потом он осторожно поставил меня обратно на землю и я, оперевшись боком об стену, включил свой коммуникатор, проверяя, свернули ли мы куда-то не туда.       — Все правильно, — минуту спустя вынес я вердикт, — мы не ошиблись.       И вроде бы сейчас, по канонам жанра, мой напарник должен был, например, возмутиться, может быть, попросить меня еще раз все перепроверить, или еще что-то в этом роде, но Джон просто…       Тоже резко пнул стену впереди нас, и замаскированная дверь просто отлетела на десять метров от его силы.       Я тихонько присвистнул, и это эхом отразилось по всему лабиринту.       Джон сделал скромный шажок от меня, явно смутившись.       Я спокойно похлопал его по руке (теперь главное мысленно не называть его песиком — это невежливо) и просто пошел вперед.       Скрытая комната чем-то напоминала мне тронный зал у какого-нибудь тёмного властелина — тёмное, продолговатое пространство и с чем вроде трона в конце.       Не позволяло мне об этом думать лишь то, что убранство было слишком пустым — ни ковров, ни гобеленов, ни прочих символов власти.       Просто пространство и стул в конце, на котором…       Мои зрачки, я уверен, расширилась до невероятных размеров, прежде чем Джон оттолкнул меня в сторону и сказал:       — Дальше я сам.       Я успел только моргнуть, когда мой собрат ситх схлестнулся в бою с полупрозрачной фигурой.       Когда я осознал, что это, судя по всему, был очередной призрак Силы (кто-то из создателей случайно сделал это тропом или что?), мне как никогда хотелось матекнуться, но отвлекать Джона во время боя было нельзя.       А потом полупрозрачный, блещущий синевой и явно более материальный, чем того бы мне хотелось, призрак, наряженный в такую же полупрозрачную мандолорскую броню, продолжая сильно давить на сейбер моего напарника, произнёс:       — Ты не принадлежишь моему народу… впрочем, это не имеет значение. Сражайся.       И синий с красным сплелись в схватке.       Я, не совсем понимая ситуацию, но предполагая, что моё вмешательство было бы нежелательно в этом… испытании? В общем, я просто примостился в уголке, мысленно болея за Джона.       Не уверен, сколько времени прошло, но две противоборствующие стороны явно были равны — или близки к этому значению — в своих силах.       Стиль боя неизвестного мне призрака был свирепым, совершенно подавляющем в своём напоре и разрушительным, в то время как Джон… был Джоном — терпеливым и выжидательным. Он уверенно держал оборону, ровно до того момента, как находил слабое место своего противника и наносил уверенный удар.       Благодаря одному из таких ударов призрачный (?) шлем (?) отлетел (разве это не часть тела?) показывая под собой…       Ничего.       Это было самую малость жутковато — смотреть на то место, где должно быть лицо, и вместо этого находить только оболочку, как у манекена.       А потом Джон, пользуясь рассеянностью противника, быстро обезоружил призрака, заставляя его световой меч с сильным шумом упасть на землю, а потом расстворится.       Обернувшись в ту сторону, где должен был лежать шлем, я обнаружил лишь пустое место.       Не знаю как, но призрак… Усмехнулся.       — Хорошо… Ты доказал, что достоин его.       С этими словами — я успел только моргнуть — между призраком и Джоном возникла что-то вроде сферы, в середине которой парил… Ещё один световой меч?       Я почувствовал, как у меня дёрнулся глаз.       Что здесь, *крик гуся*, происходит, мне кто-то собирается сказать?!       Тем временем Джон молча выхватил честно заработанное (?) новое световое оружие, коротко осмотрел его со всех сторон и, кивнув своим мыслям, положил во внутренний карман мантии.       В воздухе повисло молчание.       Призрак терпеливо (и немного удовлетворенно?) смотрел на Джона, а мой собрат-ситх так же терпеливо, но безучастно смотрел на него в ответ.       Так, с этим пора кончать, а то я сойду с ума.       Но как только я собирался вмешаться в их странное взаимодействия (он предок Джона или что? Я не удивлюсь, если так — это вселенная переполнена драмой), как внезапно по коридору послышался такой топот, словно в нашу сторону мчится мамонт.       Как они могли выследить нас так быстро?!       В этот момент краем глаза я заметил мокрый отпечаток, оставленный на полу.       …       Они пошли буквально по следу.       *крик гуся*!       Видимо, поняв, что мы как бы находимся в патовой ситуации, призрак снова издал один из своих призрачных смешков и произнес:       — За троном есть выход. Я прикрою. Не умри.       Джон кивнул и направился в указанное место, а я поспешил за ним.       Подходя к трону (слишком простому, чтобы быть троном, на самом-то деле, я бы назвал это стулом) я увидел какую-то надпись на спинке и, потдавшись любопытству, но понимая, что времени на перевод у меня нет, быстро сфотографировал на свой коммуникатор.       А потом я догнал Джона, и потайная дверь с гулким шумом захлопнулась за нами сама собой.       Стало слишком темно даже с нашим зрением и поэтому нам пришлось подключить к делу наше световое орудие.       Не сговариваясь, мы снова побежали вперед.       Никто не заметил, что на стене отразились три человекоподобные тени, а не две, как полагается.

***

      На самом деле, мне уже давно пора было задуматься о том, как необычно яркие звезды в этой вселенной.       Ведь правда — на какую планету не попади, в какой город не зайди — ночью звезды всегда осветят путь.       Вот о чем я думал, когда стоял посреди пустыни справа от Джона и, запрокинув голову, смотрел на ночное небо.       Мы уже успели отойти на большое расстояние от черного выхода и уже не так сильно боялись поимки агрессивными мандолорцами.       Внезапно подул легкий, прохладный ветерок, поднял немного песка с одной из дюн в воздух и красиво его закружил.       Чувство удовлетворения от удавшейся миссии не покидало меня.       Как и сильное любопытство.       — Все, что тебе было нужно, это новый световой меч? — спросил я, бросив на своего товарища косой взгляд.       — Он важен, — ответил в свою очередь товарищ, доставая предмет нашего разговора и протягивая его мне.       Я, приподняв бровь, взял это и стал рассматривать — у основания действительно было необычная роспись и сам цвет был интересным.       — И он нужен тебе, — судя по всему, закончил предложение Джон.       Я моргнул, когда мозг внезапно дал сбой и не позволил понять только что сказанное.       — Что, прости? — поднял я голову в полном недоумении и… обомлел.       И, чтобы вы понимали, в этом нет ничего удивительного.       Ведь не каждый день ваш напарник по приключению начинает медленно растворятся в воздухе в вихре ярко-синих песчинок/искр.       На данный момент от него осталась только половина, и в этой половине явно чувствовался сильный — скорее эмоциональный, чем физический — дискомфорт и неловкость.       Я почувствовал, как упала моя челюсть.       А тем временем Джон, неуютно отвернув от меня голову, продолжил:       — Это ключ… используй его правильно, хорошо?       Все, что я мог сделать — это кивнуть, и оставшаяся половина тела в тот же миг исчезла, оставив после себя только воспоминания, сноп этих странных искаженных искр и чувство дежавю.       Минуту спустя я, чувствуя некоторую отстраненность, все-таки решился и активировал новое лазерное оружие.       С сильной вибрацией из основания появилось очень интересное лезвие.       А интерес заключался в том, что оно было в основном черным, с белым скачущим током по краям.       Мои нервы не выдержали такого насилия.       — *КРИК ГУСЯ*!!!

***

Неизвестно где.

      Фигура неторопливым шагом шла по пустыне.       Темно зеленый плащ медленно развивался на ветру.       Какое-то время спустя из-за дюн показался корпус корабля — явно сворованного, потому что он не совсем подходил по стилю фигуры и раньше его видели у одного особо неприятного космического пирата, промышляющего передачей наркотиков и работой с хаттами.       Фигура внезапно остановилась.       В ее плечах читалась некоторая неуверенность.       Голова повернулась назад, явно в поисках кого-то или чего-то.       Но потом кулаки под длинными рукавами мантии сильно сжались, и фигура быстро пошла в сторону космолета.       Уже внутри темного пространства, сидя в кресле капитана корабля, фигура откинула темно-зеленый капюшон, показывая под ним поистине вызывающие сочувствие зрелище: лицо было настолько сильно изрисовано шрамами, что почти казалось не настоящим, иллюзорным.       Но не смотря на все то, что должно было уродовать этого мужчину, мягкость остальных его черт лица — теплых глаз, ямочек на кончиках губ и многих других, более мелких — он казался по своему красивым и просто добрым, а не зловещим.       «Мягкая хурма», — как бы выразился один очень знакомый нам новоявленный лорд ситхов.       А потом мужчина тихо вздохнул и, покопавшись в бардачке, достал маленькую коробочку.       Подержав ее недолго в руке, он издал еще один вздох и в два быстрых движения снял с себя две золотистые линзы, в которых ранее было вставленная — по особому заказу за месяц до того, как он отправился на эту планету — система ночного видения.       Обошлось это очень дорого.       А потом — ну что за зрелище — ярко зеленые глаза, почти лаймового оттенка, посмотрели в сторону темного сейбера.       Пару мгновений спустя красный кристалл, так и пульсирующий темной энергией в ментальном спектре, был изъят из основание и его место занял другой светящийся камень — ярко зеленого цвета.       Активировав пару раз свой — без сомнения, очень светлый — сейбер, мужчина перевел задумчивый взгляд на красный кристалл в своей руке.       Потом, явно подумав, что это может пригодиться позже, он убрал его в ту же коробку, в которой лежали линзы, а потом засунул это все в бардачок.       Через минуты или две звездолет поднялся в воздух и вскоре покинул планету, словно его тут никогда и не было.

      Маленький театр.

Фэй: где Бродяга? Автор: *тыкает пальцем в Джона* он здесь!

***

Автор: чтоб вы знали, когда глава была скопирована в ворд, страница была под номером «66». Совпадение? Не думаю.