безопасный секс

Дазай недолго к нему приглядывается, какой смысл себя обманывать, если в вопросах сексуальных предпочтений он чётко так и не определился, а Чуя постоянно маячил перед глазами и доказывал обратное? На самое прозаичное: «Давай переспим», он пожимает плечами и вместо того, чтобы как обычно разозлиться и дать в глаз, отвечает согласием. Оба устали от работы, тренировок и прочего дерьма, в восемнадцать лет не хочется писать отчёты, хочется совершенно другого. К этому самому другому Дазай готовится целый день, покупает вино и красный букет роз, уже представляя, как Чуя будет беситься. — Если я разрешил тебе быть сверху, это не значит, что надо вести себя со мной как с девчонкой! Конечно, так и получается, Дазай зарабатывает царапину на щеке и не от ногтей своего любимого пёсика, а от острых шипов. Чуя, тяжело дыша, следит взглядом за тем, как Дазай смахивает капли крови со щеки и плотоядно облизывается. Уже через пять минут они потрошат аптечку на кухне в поисках чего-нибудь, чем можно было бы обработать рану. С равнодушным видом Осаму перебирает горстку разноцветных пилюль, пока на его колени приятной тяжестью не опускается Чуя. Такой домашний и тёплый. Незнакомое чувство накатывает тёплой волной. — Эй, чего это ты так покраснел? — Чуя заканчивает обрабатывать царапину и, как будто специально, ёрзает задницей по его ширинке. — Дазай, ты меня слушаешь или как? — Или как, — тихо отзывается Осаму. Когда Чуя находится так близко, становится жарко, появляется чувство пустоты и жгучего желания. Заграбастать, сгрести, забрать, украсть и никому не отдавать. — Я забыл купить презервативы. — Зато я не забыл. Дазай не даёт ему слезть со своих коленей, Чуя удивлённо вскидывает тонкие рыжие брови, а потом лезет рукой ему в брюки. — Мог бы и не одеваться, как на долбанное совещание, — прижимается к шее губами, минуя галстук. — Мне нравится, — не говорить же, что ему в принципе все равно во что он одет, это не имеет смысла. А вот залезть Чуе под майку имеет. Рука. Теплая и мягкая рука Чуи скользит по его члену, уверенно и нагло, словно не в первый раз. Дазай рычит сквозь зубы в ответ на смешок Чуи, который словно назло всё прекрасно понимает. Как и где дотронуться, как погладить и где сжать, чтобы было приятно до одури. — А ты оказывается опытный, — Дазай мстительно вскидывает бедра, чтобы толкнуться в чужую руку. — А ты оказывается уже большой мальчик, — Чуя уходит от ответа, хихикает куда-то ему в шею. — Но вот вино выбирать не умеешь, эту бадягу я пить не буду. — И не надо, — Дазай подхватывает его на руки и кидает на стол. Накахара болезненно стонет, но с охотой раскрывает объятья, принимает Дазая, словно изголодавшегося по ласке пса, который тычется ему мордой в живот. Осаму доволен как чёрт, потому что у Чуи очень нежная кожа, особенно над линией шорт. Ткань скользит ниже, Дазай ласкает губами зубчатый след от резинки, довольно урчит, когда его гладят по голове, зарываются пальцами в макушку. И чуть не сходит с ума от счастья, когда Чуя смыкает бёдра вокруг его шеи. — Знаешь, — Осаму трётся щекой о чужую коленку, — я совсем не против умереть вот так. — Стоя передо мной на коленях? — злорадно хмыкает Чуя. Но Дазай лишь грустно улыбается в ответ. Подхватывает его на руки и относит в спальню. — Не отпускай меня, — шепчет он в самые губы Чуи, обнимающего его ногами за талию и на каждую просьбу выстанывающего протяжное «да-а». Они несколько минут катаются по кровати единым клубком, обмениваются поцелуями и ласками. Чуя закатывает глаза от удовольствия, когда Дазай вжимается своим пахом в его и делает поступательные движения, имитируя секс. — Дай… дай мне… — Накахара расстёгивает молнию на брюках любовника, спускает бельё и двигает рукой почти вслепую, пока Дазай щекочет ему ухо своими стонами и несвязным бредом про то, как ему хорошо. — Займись делом, скумбрия, — улыбается Чуя и тыкает Дазаю в лицо упаковкой презерватива. Осаму с довольным рыком прикусывает зубами её уголок, чтобы потянуть от себя и разорвать. — Да ты у нас спец, — Накахара раскатывает резинку по его члену, пока Дазай трахает его пальцами, быстро и мокро, потому что влил в него половину флакона смазки. — А ты течёшь, как девчонка, — выдыхает Дазай, зачарованно наблюдая, как, от движений его пальцев, разлетаются в стороны капли смазки. — В твоих больных фантазиях, — стонет Чуя и едва не давится слюной, потому что Дазай подливает ещё смазки. — Осаму, — почти жалобно, — куда так… её слишком мног… Последняя гласная переходит в протяжный стон. Следующие несколько минут проходят в метаниях по постели, простыни закручиваются вокруг лодыжек. Дазай двигает тремя пальцами внутри него, свободной ладонью поглаживает его член, быстро и в едином ритме. — Давай, Чуя, кончай, — Осаму ускоряется, — кончай мне в руку. Накахара мотает головой и сдаётся, пачкает чужую ладонь, а затем вылизывает её послушным псом, засасывая пальцы. Его тело расслаблено и податливо после оргазма, Дазай входит легко и почти безболезненно, стенки мышц так сладко пульсируют вокруг члена. Но самым большим удовольствием было слегка приподнять чужие бёдра и наблюдать за реакцией Чуи на то, как Дазай трахает его. Медленно и резко. От каждого толчка Накахара проезжается спиной по кровати и негромко вскрикивает. Дазай выходит почти до конца. — Прекрати!.. Резко толкается обратно до звонкого шлепка. — Бл… Такой ритм сводит с ума, заставляет терять голову и прикрывать рот рукой. Но долго он так не сможет, Чуя не придумывает ничего лучше, чем притянуть Дазая в свои объятья, нашёптывая ему в ухо всякие глупости про то, как ему хорошо. Осаму меняет ритм на более быстрый. Чуя заходится криком, дрожит и извивается, пока Дазай замирает внутри него. — Хорошо так, — шепчет Накахара, когда они наконец расцепляются, и не может удержаться от подкола: — Хоть в чём-то тебе можно довериться, кроме работы. Дазай молчит, задумчиво выводит невидимые вензеля на голом бедре Чуи. Его голова занята совсеми другими мыслями, например, что в следующий раз он хочет без презерватива, сколько у Накахары было партнёров до него и согласится ли он пойти в душ вдвоём. — Скумбрия, не спи, — Чуя больно пихает его в бок, — давай, поднимайся, мне нужно сменить постельное бельё. Но в душ они всё-таки идут вместе и под струями тёплой воды по очереди опускаются друг перед другом на колени.