☆彡 Краткое пособие: «Как вырастить суккуба?»

☆彡

      Джисон просыпается от звуков шагов, разносящихся совсем рядом, лениво открывает заспанные глаза, слезящиеся от яркого солнечного света, попадающего в комнату сквозь окно. В затёкшем теле все ещё четко чувствовались усталость и тяжесть от долгого сна.       — Разбудил? — Хенджин говорит тихо, все ещё не до конца уверенный в содеянном.       — Да, сколько времени? — Джисон потирает глаза, чуть поднимаясь и замечая соседа, рассматривающего что-то на своей спине, стоя в одном полотенце перед большим зеркалом.       — Зеркало в ванной слишком маленькое, - сразу же неловко оправдывается он. - Сейчас около часа.       — Забей. Просто будь тише в следующий раз,- голова неприятно гудела после продолжительного сна.       Хенджин чуть усмехнулся, встречаясь взглядом с Ханом.       — Как скажешь. Можешь помочь? - парень подходит ближе, протягивая тюбик крема и указывая на спину. — Не могу дотянуться.       — Иди сюда.       Хенджин садится на край кровати, спиной к старшему. Его волосы были все ещё влажными после душа, а редкие капли соскальзывали с прядей на голую кожу, опускаясь ниже. Парни были достаточно близко, чтобы можно было уловить цитрусовый запах шампуня. Хан выдавил немного крема сразу на спину, размазывая его тонким слоем по острым широким плечам, по аккуратно очерченным лопаткам и вдоль ровного позвоночника. Кожа соседа была мягкой и нежной, осыпанная редкими маленькими родинками и каплями воды. Красиво.       — Я закончил.       — Хорошо, — удовлетворенный работой Хенджин перехватывает ладонь старшего, скользя лениво по своему предплечью, размазывая остатки крема, вызывая на удивленном лице Джисона гримасу недопонимания, но Хван только смотрит выжидающе прямо в глаза.       Хенджин был так близко впервые, Хан даже замечает родинку под глазом, возможно, которую намеренно скрывали косметикой. Младший слегка покусывает губы, а после легко опрокидывает Хана обратно на постель за плечи, нависая сверху, на что Джисон лишь удивленно хмыкает.       — И что ты делаешь? — голос звучит ненамеренно свысока, вся эта ситуация очень забавляла. В его глазах Хенджин был достаточно робким парнем, боящимся своих желаний, старательно прятавший все это под очевидным слоем сарказма.       — Хочу сказать «спасибо», — совершенно невинно произносит сосед.       — Прости, Джинни, но слов мне более чем достаточно. Меня не привлекают парн… блять.       Старший уже хотел подняться, когда Хенджин уверенно сжал его член через спальные штаны.       — Кажется, ты так не думаешь. Но если хочешь, то можешь считать это извинениями за то, что я перервал твой сладкий сон.       Младший едва касался, вел своей ладонью по тяжело вздымающейся груди, скрываясь под резинкой боксеров, спускаясь ниже, чувствуя, как тело под касаниями напрягается рефлекторно, не без стыда ощущая, как под его ненавязчивой ладонью, возбуждением наливается чужая плоть.       Щеки и кончики ушей Хвана начинают краснеть, и Хан не может сдержать нервный смешок от мысли, что ему достался ходячий пиздец, а не скромный сосед-затворник. Джинни сейчас был чертовски красив, но в эту секунду это можно было описать скорее словом «дьявольски». И этого было недостаточно, чтобы Хан Джисон так просто уступил своим принципам.       — Я не, — вообще-то он и не знает, что хочет сказать. Тело уже предвкушает ощущение горячего ротика по всей длине. Парень громко сглатывает, ловя на себе обожающий взгляд младшего, удобно устраивавшегося между его ног, выгибая спинку и чуть приподнимая бёдра, опасно прикрываемые полотенцем. Тот облизывает пухлые губы, закусывает нижнюю, пока в карих глазах легко читается полная готовность выпросить его член любыми способами.       — Сон-и, всё в порядке? — заботливо интересуется младший, в глазах которого вспыхивают искорки насмешки, продолжая ласкать его своими длинными изящными пальцами.       Джисон готов завыть от того, насколько сейчас у него всё не в порядке. Как мозг борется с телом, что уже стремится получить разрядку. Он снова хочет возразить, но тело прошибает небольшой разряд. Хенджин наклоняется ниже, невесомо целуя головку, а после раскрывает ротик и дразняще высовывает кончик языка, смотря прямо в глаза Джисону, в которых уже пляшут черти от одной этой картины и предвкушения. Кажется младшему просто необходимо, чтобы тот смотрел и упивался всем этим, утаскивая его далеко за собой, на самое дно, как искусный русал.       Всего секунда, и старший вздрагивает, зажмуривая глаза от ощущений, и в тот же момент распахивает их, тяжело дыша, яростно вдыхая горячий воздух, заполняя пустоту, засиявшую глубоко в легких. Он лежал на своей кровати, стараясь отдышаться, замечая, что за окном стемнело, а время на телефоне говорило о том, что он проспал всего пару часов. Дверь в комнату оказалась открытой, так что Хан мог легко расслышать хлопок входной двери и звуки двух знакомых голосов. Хану казалось, что он закрывал её.       Осознание того, что это был всего лишь до ужаса реалистичный сон, успокаивает немного. Правда, смотреть в глаза Хенджину не хочется от слова совсем. Точно с такой же силой хочется избавиться от выпуклости в штанах и провалиться сквозь землю.