Ледяное сердце

      Девять лет минуло с тех самых пор, когда Реджина Баккерт Редверская из древнего рода Крашвэл взошла на престол десятилетним ребенком. Жизнь, полная недетских забот, королевских обязанностей, строгой дисциплины и абсолютного отсутствия возможности познать себя как личность, отдаленную от престола, сделали из жизнерадостной и озорной девочки глубоко несчастную девушку, под ногами которой было самое мощное и процветающее королевство огня. Королевы не могут любить, не могут желать, они должны служить и править, как предписано. С таким лозунгом она просыпалась в окружении фрейлин в одних и тех же покоях, трапезничала в одной и той же зале в окружении фрейлин, гуляла по садам, украшенным также, как в прошлые года, в окружении фрейлин, даже справлять нужду ей приходилось под присмотром юных девиц. Ни с одной из них Реджина не водила дружбу. Танцы и балы не радовали ее глаз, песни заморских музыкантов более не услаждали ее слух, ухаживания многочисленных претендентов не волновали ее сердца. Все это повторялось в ее жизни, словно калейдоскоп, прокрученный миллионы раз. Единственной отрадой для юной королевы была власть, то, ради чего она пожертвовала личным счастьем и свободой. В ней одной она видела смысл, поскольку отдала за нее слишком большую цену. Но и здесь королева не находила должного удовлетворения, потому что была фактически отлучена от правления. - Госпожа, - за спиной послышался робкий голос фрейлины, - изволите пообедать? Двор собрался, ждут только Вас.       Реджина не обернулась, она редко одаривала фрейлин своим вниманием, данное поведение относилось не только к фрейлинам, но и ко всем придворным. Подобная холодность стала результатом слишком строгого воспитания, а позже разочарования и безразличия. Тем не менее, именно такая манера общения снискала к ней подлинное уважение при дворе. Юную королеву считали достойной носить столь высокий титул, отмечая благоразумие, нетерпимость к излишествам, сдержанность и истинно королевскую скромность. Реджина глубоко вздохнула и слегка наклонила голову, давая понять, что скоро будет готова. Фрейлина поклонилась и попятилась к двери. Королева подошла к резному зеркалу и придирчиво оглядела себя с ног до головы. - Вы выглядите прекрасно, моя госпожа, - другая фрейлина, красивая и изящная приблизилась к Реджине, светло-голубые глаза ее сверкали, точно бриллианты, - я думаю, эта брошь отлично подойдет Вам.       Тонкие, словно лебединая шея, руки фрейлины ловко прикрепили брошь в виде розы из самоцветов на платье из пурпурного сатина. Шея и грудь королевы были всегда закрыты от посторонних глаз, поэтому подобная брошь носила лишь одну цель, подчеркнуть формы и привлечь внимание к соблазнительным выпуклостям. Реджине претила участь стать объектом чьего-либо вожделения, пусть фрейлины услаждают фантазии мужчин. - Убери, - мягко скомандовала она, и резко направилась к тяжелой дубовой двери, за которой недавно скрылась фрейлина, известившая о готовности королевского обеда.       Фрейлины, что сидели с ней в ее покоях вскочили и засеменили вслед за госпожой. Длинный коридор ярко освещался полуденным солнцем. Реджина шла бодрой походкой, но нельзя было упрекнуть ее величество в спешке. Стражи учтиво кланялись своей королеве, краем глаза успевая ухватить кусочек от прекрасных прислужниц. Ее высочество вошла в зал, голоса стихли, и взоры обратились на нее. Она выждала несколько положенных секунд и окинула взглядом каждого из присутствующих, впрочем, не заостряя внимание на ком-то конкретно. Поприветствовав двор сдержанным кивком, она села на положенное место во главе стола, и трапеза началась. Слуги в красных ливреях занесли несколько серебряных подносов с запеченным поросенком, затем словно в танце, синхронно водрузили блюда на стол. Все радостно захлопали, отдавая дань уважения повару. Первый кусок полагался королеве. Реджина, после манипуляций королевского дегустатора, распробовала мясо и одобрительно кивнула, предлагая двору последовать ее примеру.       Фрейлины сидели подле нее и что-то непрестанно шептали королеве, в большинстве своем вздор. Лорд такой-то изменяет супруге с женой своего друга, этот герцог холостой, но бедный, тот богат, но уродлив, у того столько детей, эти не могут никак зачать наследника и прочая ерунда. Королева застывшими глазами взирала на гобелен, увешанный на противоположной стене. Окруженный горящими факелами рисунок, вытканный атласными и шелковыми нитями, словно оживал. Храбрые воины огненного народа одержали великую битву при штурме Ледяной крепости. Как это было давно, тогда народ огня был преисполнен достоинства, а сейчас вынужден торговаться о мире. - Ваше Величество, разрешите наш спор, - лорд Эртон, красивый мужчина с вьющимися волосами до плеч обратился к королеве, - я говорю, что лорд Кирк не продержится на турнире против водных и трех раундов, а лорд Карстон, утверждает, что ему не суждено продержаться и одного. А вы какого мнения? - Лорд Эртон, - Реджина одарила красавца легкой полуулыбкой, прекрасно понимая, что лорд кокетничает с ней, - совершенно неважно, сколько раундов продержатся храбрые воины огня в бою с водными, когда победа в очередной раз будет за вами. Если вы, конечно, из присущей вам деликатности и гостеприимства не позволите одержать над собой вверх.       За столом прокатился одобрительный возглас, и беседа оживилась с тройной силой. Лорд Эртон, однако, не разделял их восторга. Он не ожидал такого укола от королевы, которая всегда, как будто, благоволила ему. Ее величество напомнила ему, как он сдал вдовью крепость войскам водных, а теперь вынужден принимать у себя делегацию водного принца. Все это неприятным осадком засело в лорде Эртоне и еще не раз будет бередить его душу. Он непроизвольно остановил свой взгляд на юной королеве. Встретив ее не в замке на троне, а где-нибудь на улице столицы, он, пожалуй, не обратил бы на нее никакого внимания. Королева не отличалась особой красотой или изяществом, казалась чересчур бледной, и практически никогда не улыбалась. Подбородок властительницы был тяжеловат для юной девицы и с возрастом грозился только расти, губы королевы нельзя было сравнить со спелыми вишнями, разве что с сушеными, настолько они были тонкими и постоянно поджатыми, почти скукоженными. Нос ее величества достался ей от отца, хищный и кривой, с небольшой горбинкой, правда, более изящный и мягко очерченный. Лоб королевы был широким и непропорциональным, скулы чересчур высокими и впалыми, а черты лица и вовсе резковатыми. Ни одной мягкой линии. Не смотря на свой юный возраст, она всегда выглядела намного старше своих лет. Единственным красивым элементом всего этого сумбура были глаза Реджины Баккерт. Большие, черные, словно маслины, глаза правильной овальной формы и длинные густые ресницы, в одночасье делали ее почти прекрасной. Лорд Эртон нередко ловил себя на мысли, что терялся, когда королева смотрела на него дольше пяти секунд. Тем не менее, если бы не королевский антураж, он бы и не заметил ее в толпе.       Взгляд мужчины непроизвольно заскользил по шее и далее вниз, насколько позволял стол. Юная королева всегда носила однотонные платья самого простого кроя, скрывая ото всех шею и руки. Для него всегда было загадкой стремление королевы скрыть свое тело. Может у нее там уродливые шрамы, или ведьмовские родинки? Как бы то ни было, каждый раз, когда она представала перед двором в очередном монашеском одеянии, он чувствовал отклик в своем теле, непреодолимое желание собственноручно убедиться в сплетнях и разгадать загадку закрытых платьев.       После вкусной трапезы двор и свита потянулись в сад на традиционную прогулку. Королева шла впереди процессии, каждый раз подле нее оказывался кто-то новый из двора, ее величество не поощряла и не выделяла фаворитов. На этот раз за локоть королеву придерживал герцог Бассет, свекор ее родной сестры и отец королевского советника Карла Бассета, главного лица в королевстве. Герцог Бассет прожил долгую и интересную жизнь, его янтарные глаза сверкали молодостью и остроумием, не смотря на почтенные седины, поблескивающие в темно-каштановых волосах. Он недавно вернулся из Ледяного королевства с дипломатической миссией и теперь описывал во всех подробностях и красках все удивительные красоты и достопримечательности, которые ему довелось увидеть. Королева слушала внимательно, но без особого энтузиазма, добравшись до фонтана, она поблагодарила герцога и поспешила в свои покои. Лорд Эртон проводил взглядом шелестящее пурпурное платье, пока королева не скрылась за железными воротами. Сердце лорда заныло. Не то, чтобы он был влюблен в королеву, но сама перспектива стать мужем, мужчиной юной и свежей повелительницы огненной страны кружила голову лучше любого вина. Мимо него проплыла белокурая фрейлина ее величества и сунула в руку записку. Позже он отведает ее тела, а сейчас придворный ее высочества торопился в свое поместье, скоро должен прибыть принц водной страны. *****       Реджина устало закатила глаза и посмотрела в окно. Лето в этом году выдалось довольно прохладным, она чувствовала изменения нутром, ее магия огня слабела с каждой секундой, проведенной около мадам Жюли, что учила ее светскому этикету и искусству флориста. Зачем ей знать, как должен быть композиционно правильно составлен букет цветов, если они держат самого лучшего садовника в королевстве? Кваканье престарелой мадам оборвал советник, слуга доложил о его приходе, и в дверном проеме появился худой высокий мужчина. Спокойные светло-карие глаза, богатые, но сдержанные одежды, коротко стриженые усы и редкая бородка. Длинные волосы собраны в хвост. В руках у советника лежала потертая кожаная папка, которая стала незаменимой частью его внешнего облика. - О, лорд Бассет, - мадам Жюли профессионально присела в реверансе, и, сказав ее величеству, что продолжит занятие на следующий день, чинно удалилась. - Ваше величество, - советник поклонился, - одно дело требуют вашего безотлагательного участия. - Моего участия? – удивилась Реджина, изо всех сил пытаясь скрыть волнение. Ей тут же захотелось вылить ушат яда в адрес советника и спросить, что же такое случилось? Может, нужно благословить детский хор, или крестить какого-нибудь ребенка, а может, помолиться за всех в церкви? - Видите ли, ваше величество, - советник занял кресло напротив, окинув взглядом сидящих фрейлин, - разговор деликатный. - Они останутся, - настояла королева, зная, что все равно девушки узнают все, что им нужно. - Хорошо, принц Клэй Латимер прибыл во дворец. Так скоро? – читалось в глазах королевы. Советник продолжил. - Его свита расположилась, как вы знаете, у лорда Эртона, но сам принц пожелал отправиться на охоту. Принц молод и импульсивен, а наши леса славятся на весь континент. - Причем здесь я? – прервала его Реджина, теряя терпение. – Если принц желает охотиться, я не вижу никаких препятствий, чтобы он этого не делал. И сомневаюсь, что с этой задачей вам без меня справиться не под силу. - Все так, ваше высочество, - улыбнулся советник, - но дело в том, что принц просит донести до вашего высочества его просьбу присоединиться к нему на охоте, так сказать, познакомиться до официального приветствия в неформальной обстановке.       Все перевернулось в душе Реджины. Какой дерзкий, неслыханный поступок, на грани оскорбления. Но почему стало так волнительно на душе, почему она чувствует, как пылают ее щеки? Какая заманчивая, соблазнительная перспектива встречи. Он хочет подружиться с ней, или полюбоваться, как лихо она скачет на коне, а может, хочет покрасоваться сам? Принц, конечно, был чертовски прав насчет неформальной встречи, словно прочитал ее мысли, почувствовал ее желания. - Что вы посоветуете? – спросила она советника. Советник удовлетворенно улыбнулся. - Как управляющий дворцом, а так же ведающий внешней политикой государства, я также отношусь, хоть и косвенно, к контролю по соблюдению официального этикета, и как уполномоченный ваш слуга, я бы конечно посоветовал Вам отказаться от столь неприличного, но необычного приглашения, - затем он резко поднялся и приблизился к королеве. Реджина, опешив, вскочила с места, воспользовавшись ее замешательством, советник взял королеву за руки и чуть стиснул их в своих ладонях, - но как человек, не лишенный земных страстей, я советую Вам принять приглашение и сразить принца своей красотой и грацией.       Еще секунда, и сцена могла показаться неприличной, но советник вовремя разжал руки и отошел от королевы на безопасное расстояние. Реджина почувствовала острое желание помыть руки или хотя бы отряхнуть их, так неприятны ей были касания этого человека. Как я уже сказала, - королева старалась выглядеть невозмутимой, - если принц желает охотиться, я не вижу никаких препятствий для этого. Официальное приветствие пройдет завтра, значит, так тому и быть, мы увидимся на официальном приеме. А сейчас время для молитв. С вашего позволения. - Ваше величество, - советник покорно склонил голову и вышел из кабинета.       Как только дверь за советником закрылась, фрейлины зажужжали словно пчелки. Не обращая внимания на то, какое впечатление произвел на девушек молодой принц своей наглой выходкой, Реджина подошла к алтарю и преклонила колени. В глазах вспыхнули огни, и вдруг девушка почувствовала то, что не ощущала многие года. Из недр ее тела повалил жар, которого она ранее не ощущала. Пламя растекалось по венам, словно раскаленная магма. В один миг все факелы и свечи в королевских покоях вспыхнули с такой силой, что заставили перепуганных фрейлин закричать от страха. Пламя бушевало и перепрыгнуло на шторы, гобелены и даже мебель. Реджина силой и окриком заставила фрейлин побежать за стражниками, которые уже успели удалиться на расстояние двух комнат, и попросила остаться с собой только ту, что предлагала ей брошь. - Сюзанна, - почти скороговоркой проговорила она, не обращая внимание на огонь, - я хочу, чтобы ты отправилась на охоту вместо меня, можешь взять с собой кого хочешь. Понаблюдай за принцем, изучи его, затем доложишь мне и только мне лично. Поняла? А теперь ступай, оставь меня одну. - Да, ваше величество, - улыбнулась фрейлина и, поклонившись, наконец, оставила королеву в собственных покоях совершенно одну.