Ледяное сердце

Реджина колебалась недолго. Этот красивый чужестранец предлагал ей власть без обязательств, предлагал корону, не посягая на ее независимость. Безудержная натура огненной повелительницы безжалостно отвергала все разумные сомнения, таившиеся в обещаниях северянина. Голос рассудка не мог достучаться сквозь бурю эмоций. Решимость в черных горящих глазах говорила за нее. Она размышляла наверняка, не верила, что маг огня сможет когда-нибудь обучиться водной магии и наоборот. Тем не менее, ее не страшила вероятность того, что Клэй Латимер узнает или раскроет секрет огненной магии. Что с того? Сможет ли он обуздать огонь? А если и сможет? Чего ей бояться будущего, которое может и не настать? Страшиться собственной тени? - Я согласна на ваши условия, принц Латимер, - Реджина заметила блеск в глазах мужчины, - но и у меня есть условия. - Я не мог ожидать другого от королевы. - Если источник и вправду существует, я раскрою вам его, если это возможно, я обучу вас огненной магии, но я не гарантирую вам обладание магией огня. - Справедливо… - Но и Вы должны обещать, что как только источник будет раскрыт, вы поможете мне захватить власть и устраните Карла Бассета и духовный совет с моего пути. - Это именно то, что вы хотите? – Клэй прищурил глаза и скрестил руки на груди, словно на вымышленных весах взвешивал каждое слово королевы. - Да, - без колебаний ответила Реджина. - Отлично, - удовлетворенно улыбнулся Клэй, - тогда заключим сделку. - Разве мы не заключили ее только что? - Нет, - синие глаза вмиг вспыхнули. Клэй не без труда встал со стула и протянул руку в сторону королевы ладонью вверх, - я заключаю сделки как гэйот. Вы ведь знаете, кто такие гэйоты? Знаете, кому они поклоняются? Реджина вздрогнула. Она не знала наверняка, но догадывалась, о каком поклонении говорил принц. Темная магия. Королева подняла на северянина полные ужаса и одновременно решимости глаза, словно человек, стоящий на краю обрыва и устремивший взгляд в зловещую неизвестность. - Черная магия? – голос королевы предательски дрожал. - Вы боитесь? - Вы говорили, что не имеете дел с темными силами. - Так и есть. Я не заключал сделок с темными силами, чтобы победить вашу армию. Это другое. Реджина почувствовала, как земля уходит из-под ее ног. Всем своим нутром она ощущала, что все это так неправильно. Заключить сделку с язычником означало предательство ее Бога, ее веры. Ментальная война отразилась на девушке учащенным сердцебиением, нехваткой воздуха и тошнотой. Ей хотелось как можно скорее покинуть это душное подземелье, словно ее божество звало ее наверх, к святыням. Реджина никогда не была истинно верующей, глубоко внутри считала веру чем-то навязанным, неестественным для нее. Но почему-то именно сейчас, находясь глубоко под землей, в шаге от связи с темными силами, королева почувствовала теплоту того божества, в которого упорно отказывалась верить. Странная волна, вдруг охватившая ее тело, грела руки, ноги, спину, голову, отражаясь в глазах искрами разноцветного пламени. Клэй с восторгом вглядывался в пляшущие огоньки, они напомнили ему те, что он видел в лесу. Реджина же ощущала ледяной холод, что исходил из синих глаз северянина. Вдруг перед глазами королевы предстали бескрайние ледяные земли, слепящий глаза белоснежный покров и забирающийся под кожу холод. Изо рта девушки густо повалил пар, она взглянула на свои руки, те были покрыты тонким слоем льда и уже начинали чернеть. Внезапно тепло ушло, и королева ощутила, как холод пронзил сердце, словно ледяной клинок. Она вскрикнула от ужаса и крепко зажмурилась. Когда же открыла глаза, то увидела, что перед ней все также стоял улыбающийся принц Ледяной крепости с протянутой ладонью. То был миг, видение, предупреждение. Приходило осознание, что она должна уйти и никогда не иметь дел с чужестранцем из северной страны. С легким сердцем и чистым сознанием Реджина было собралась отказать принцу и уйти в свои покои, когда поравнявшись взглядом с северянином, наткнулась на языки синего пламени в красивых глазах. Будто неведомая сила подняла руку, положив ее ладонь поверх его. Клэй усмехнулся и, закрыв глаза, произнес шепотом заклинание. По мере того, как он продолжал говорить слова, Реджина наблюдала, как густой черный дым, словно цепи, сковывает их ладони. В какой-то момент ничего не было видно, кроме черного дыма и силуэта напротив. Вдруг королева услышала жуткий звук, напоминавший то ли звериный вопль, то ли душераздирающий женский крик. Повсюду послышались стонущие голоса и звероподобные рыки. Реджина испугалась и дрогнула, но Клэй крепко держал ее руку, словно показывал, что не стоит бояться видений. В следующую секунду голоса смолкли, и густой туман рассеялся, словно его никогда и не было. Свет едва догоравших свечей был ровным и ярким. Клэй отпустил дрожащую руку королевы, мужчина тяжело дышал и выглядел взволнованным. - Вы видели ее? - Кого? – спросила Реджина, пряча глаза. - Женщину в огне, видели ее? - Я никого не видела, - соврала королева, - а должна была? - Нет, простите, - Клэй не смог скрыть разочарования, которое мигом отразилось на безупречном лице. Он повернул тело боком, освобождая королеве проход. Парочка не без труда выбралась наружу. Темное небо сверкало россыпью ярких звезд. Реджина с любопытством наблюдала, как Клэй любовался небесными светилами, запрокинув голову и глубоко дыша. - Волшебная ночь, - произнес он, продолжая смотреть вверх. - Мне нужно идти, - неуверенно произнесла королева, - завтра первый день турнира. Клэй бросил на девушку долгий, тягучий взгляд, словно оставляя мягкий отпечаток на резких, грубых чертах. - Вас проводить? - Нет, - заторопилась королева, озираясь по сторонам, - я сама. Всего доброго. Озадаченно нахмурившись, Клэй наблюдал, как темный силуэт скрывается среди деревьев. Стоило ей исчезнуть из поля зрения, как тяжелые мысли камнем легли на сердце. Клэй не сомневался ни на секунду в своем предприятии, но чувство, что он что-то упускает, не давало северянину покоя. Он брел среди сочной зелени, ощущая босыми ногами предрассветную прохладу, когда извилистыми тропами вышел к небольшому озеру. К тому моменту, как он ступил на крохотный песчаный берег, пламенно алые лучи успели едва прикоснуться к ровной водной глади, создавая причудливую игру света. Это позабавило принца, ему захотелось остановить этот момент, пока палящее солнце не сожжет красоту предрассветной магии. Принц согнулся в колене, потер ладони и протянул руки к озеру. Как только пальцы соприкоснулись с водой, изо рта мага повалил густой пар. В месте прикосновения, словно змеи, поползли ярко-синие полосы-ленты, превращая водное пространство вокруг себя в ледяную твердь. В считанные секунды озеро обратилось в заледенелую пустыню. Клэй недовольно прищурился, солнечные лучи слепили глаза, отражаясь от озерной глади. Вся жизнь в водоеме будто застыла во времени, виднелся каждый организм, словно бы застывший в воздухе, настолько прозрачной была замерзшая вода. Клэй мрачно глядел вглубь озера, его магия несет лишь смерть, тогда как он жаждал быть живым. Принесет ли огонь успокоение его сердцу? Он неожиданно вспомнил, когда впервые увидел магию огня. Ему тогда не было и десяти лет. В казарму, где он с остальными братьями проходил обучение, привели пленного огненного воина. Он никогда не видел таких людей прежде. Черные, словно уголь, глаза, казалось, пожирали пространство вокруг. Их командир решил, что будет неплохой идеей потренировать будущих воинов в полевых условиях реальной опасности. Первым на пленного пошел самый старший на тот момент ученик. Рослый водный маг с усмешкой поглядел на противника и, создав в воздухе три ледяных шара, направил их на него. Ледяные глыбы больно ударили пленного в грудь, живот и голову, разлетевшись на мелкие осколки. Но мужчина не сдвинулся с места, руки воина были крепко связаны за спиной. Маленький Клэй заметил это, и возмущение от несправедливости отразилось мигом на его лице. Пленник ухмыльнулся в ответ и, боковым зрением наблюдая за командиром, напряг разом все мышцы. Неимоверными усилиями веревка разорвалась, руки огненного мага освободились. В это мгновение старший ученик создал в воздухе еще парочку глыб и направил их на врага. Реакция последовала незамедлительно. Столпы пламени расплавили глыбы, забрызгав окружающих кипящей водой. Больше всего досталось нападавшему. Сквозь пар все увидели, как несчастный катается по земле, прикрыв руками лицо и истошно крича. Пока кричавшего оттаскивали, оставшиеся ученики окружили пленного, словно стая волков. Один, создав из рук ледяные копья, бросился вперед, стараясь достать чужестранца. Тот уклонялся, стирая кожу в кровь, одновременно пытаясь защититься от града ледяных острых сосулек, летящих на него со всех сторон с бешеной скоростью. В какое-то мгновение Клэй подумал, что магу огня конец, как вдруг воин издал бешеный рев, и пламенная стена растопила все вокруг, заставив нападавших отступить далеко назад. Было видно, как ученики напуганы разрушительной силой огня. Они были в ужасе и совершенно не знали, что делать. Из головы юнцов улетучились все уроки и наставления их командира, стоило им почуять нестерпимый жар, исходивший от плененного воина. Он плавил все вокруг, даже мерзлую землю и воздух. Клэй помнил, как неистово плясали языки пламени, пожирая на своем пути все живое, и каким победоносным безумством торжествовали черные глаза чужестранца. Этот взгляд навсегда врезался в память юному принцу. Точно такой же взгляд был у королевы Реджины. Маленький Клэй застыл на месте, испытывая одновременно и страх и восхищение. Словно в замедленной съемке, он видел, как оранжево багряный столп пламени, переливаясь внутри диковинными цветами, окутывает его со всех сторон, ощущал кипящий жар на своем теле, даже чувствовал, как плавятся его волосы, слышал запах гари, но не мог отвести взгляда от танцующих ярких вспышек, что так заворожили его. В какой-то момент он услышал голоса, звучащие в пламени, они звали его, шептали его имя. Вдруг магия исчезла, дикий холодный ветер сбил Клэя с ног. Когда он открыл глаза, то увидел, как в толстой ледяной броне их командир прорывается сквозь пламя, как остроносый драккар рассекает гигантские штормовые волны. Огонь не тронул лед, расступился перед ним. Пленный воин сомкнул ладони перед собой, стал в боевую стойку, затем, отведя правую руку назад, левой направил всю энергию на неприятеля. Командир с трудом увернулся, едва коснувшись огненного потока. В эту же секунду в структурированный пламенный луч ворвался инородный элемент. Синие змеи обвили пламенный столп, и на глазах изумленных детишек огонь превратился в лед. Пленник в ужасе отпрянул. Еще бы чуть-чуть и его собственная рука могла заледенеть. Набрав в легкие как можно больше воздуха, словно дракон, он изрыгнул пламя, в черных глазах бешено плясал огонь. Голубые глаза водного мага заледенели и казались со стороны совершенно стеклянными. Он скрестил руки и выставил их перед собой. В мгновение ока огненный поток был остановлен ледяной стеной. Командир тут же соорудил нечто, напоминавшее снежный кокон, который не пропускал атаки огненного мага, защищая его создателя со всех сторон. Наконец, огненный маг выдохся, поток пламени постепенно затих, ему стало неимоверно холодно. Густой горячий пар повалил со рта пленника, и он затрясся мелкой дрожью. Блеск черных глаз погас. Когда пленного увели, командир торжествующе воззрился на своих учеников. Он объяснил им принцип водной магии во льдах. - Надежная защита, вот что самое главное в водной магии ледяных народов. Лед, - говорил он властным голосом, - это водная земля. Наша сила в стойкости, твердости, незыблемости. Наш главный элемент – надежная, нерушимая защита, вот почему символом силы магии ледяных народов считается Ледяная крепость. Никому и никогда не удавалось сокрушить Великую Ледяную крепость. - Но, учитель, - горячо возразил Клэй, - огненному королю Вильгельму удалось однажды покорить Ледяную крепость. - Да, - недовольно произнес командир, - но крепость была покорена хитростью. Вам всем известно, что предатель отворил ворота, и враг смог прорваться внутрь. - Но предателя так и не нашли, - не унимался Клэй, намекая на то, что слухи о предателе не более чем выдумки. - Должно быть, его убили те же, кто и подкупил, - еще более недовольным голосом произнес командир, стараясь не смотреть на назойливого мальчишку, - вот почему предательство это самый низкий и недальновидный поступок. Как можно довериться тому, кто предал свою страну? - Учитель, - юного Клэя распирало детское наивное любопытство, он, казалось, совсем не замечал с каким презрением его братья, придворные, учителя смотрят на его смуглую кожу и необычные для водного народа ярко синие глаза, - почему пленный маг потерял силу? Я заметил, что он вдруг стал дрожать. - Правильный вопрос, - командир снисходительно кивнул головой, - мы, северный народ, не ощущаем того холода, который царит в ледяных землях. Это естественная для нас среда обитания. Мы черпаем силу из застывшей воды, они же черпают силу из огня. В местах их рождения холода нет, а потому в наших краях их способности слабеют. Да, Вам, никогда прежде не покидавшим наши земли, сейчас трудно понять, что в мире есть места, где царит совершенно иной климат. - Значит, если мы ступим на их земли, то и наша магия ослабеет? - Совершенно верно, - отчеканил командир, - вот поэтому мы возводим стены изо льда, поэтому оттачиваем защитную магию веками. Юный Клэй был поражен до глубины души. Он и подумать не мог, что есть в мире силы, способные сокрушить таланты ледяных воинов, о которых с самого своего рождения он слышал столько легенд. В душе юного мага произошел переворот. Ему вдруг стала противна философия ледяных воинов. Неужели их удел только защищаться? Действительно, после смерти его отца, короля Ледяного Царства, завоевания прекратились. На трон взошел его дядя, Кристофер, именуемый пятым. Он быстро свернул все захватнические амбиции отца. Весь его талант и помыслы были направлены на удержание завоеванных водных земель. - Скажите, учитель, каков стиль огненных магов? - Их сила, как я уже сказал, заключается в огне. Что такое огонь? Каков он, по-вашему? – командир обратился к сидящим вокруг костра ученикам. - Опасный, - сказал один. - Разрушительный, - сказал другой. - Слепящий, горячий, коварный, - слышалось отовсюду. - Правильно, - удовлетворенно улыбнулся командир, - но самое главное вы не учли, огонь – неуправляем. В этом его сила и одновременно слабость. Маги огня… Командир не успел досказать мысль, как его прервал юный Клэй Латимер, бастард покойного короля. Мальчишка отличался хорошими способностями, но был слишком назойливым и непочтительным. - Мне показалось его атаки были необычными, резкими, стремительными, и стиль у него был атакующим, агрессивным, активным, не похожим на наш. - Конечно, агрессия важна в битве, но агрессия должна быть разумна, не расточительна, иначе, как вы уже видели, можно выдохнуться и вовсе утратить способности… - Но, пленник был на чужой территории, вы сами сказали, и все-таки огонь способен стать угрозой даже во льдах. Иначе вы бы не прятались в коконе, словно трус. Слова дерзкого юнца стали последней каплей. Разъяренный командир холодным, полным презрения и ненависти, расчетливым движением влепил наглому бастарду такую затрещину, что кровь изо рта хлынула алым потоком и забрызгала белый снег вокруг. Но вместо испуга или плача, в полной тишине раздался детский зловещий смех. Юный бастард насмехался над учителем, который в мгновение ока потерял в глазах ученика свой авторитет. Следом засвистели пощечины, еще и еще, но безумный мальчишка лишь улыбался окровавленным лицом. Тогда не на шутку испуганный командир выгнал юнца из казармы и с позором погнал его из службы обратно в Ледяную крепость. Клэй оскалился, словно волк, вспоминая эту историю. Удивительно, как он мог забыть ее? Именно в тот момент он усвоил хороший урок, что все в мире неизбежно меняется, все находится в непрерывном движении, хаосе, и в этом хаосе, как ни странно, заключен вселенский порядок. Оставаться на месте, значит умереть или медленно сгинуть во льдах. Сила это непрерывное движение, энергия завоевания. Ему больше не хотелось быть пассивным наблюдателем собственной жизни, ему уже не хотелось мириться с позорным положением бастарда. Пленный маг огня научил юного Клэя, что никакое обстоятельство не может заставить его делать то, чего он не хочет, или быть тем, кем он не желает быть. Он сам вершитель своей судьбы. В мгновение ока какая-то сдерживающая преграда разорвалась между ним и его учителем, перед которым он, как и всякий юный воин, обыкновенно испытывал трепет и благоговение. Он нарочно оскорбил своего бога, чтобы испытать себя, а когда получил пощечину, почувствовал неподдельный восторг. Он понял, что никто не в силах причинить ему боль, кроме него самого. Ибо он и есть сила. Ибо он и есть бог. Вот почему он восхитился юной королевой, вот почему отступился от плана, вот почему заключил союз. Она напомнила ему это странное, давно забытое детское чувство, которое по мере взросления притупилось, обросло обязательствами, долгом, привычками и разумным повиновением. Словно из глубин его подсознания, через нее, огонь снова шептал ему, снова манил за собой.