Невозможно убежать

«Беги быстро ради матери и ради отца,

Беги ради твоих детей, твоих сестер и братьев,

Забудь свою любовь и оставь близких позади,

Тебе не унести все это, если хочешь выжить.»

Dog Days Are Over — Florence And The Machine

***

      Все началось внезапно. Люди начинали меняться, они превращались в кровожадных тварей. Поначалу правительство объявило карантинный режим: из города нельзя было выехать. Въехать, конечно, тоже не представлялось возможным. Все реже можно было встретить на улице гуляющих с детишками мамочек, и все чаще на тех же улицах встречались люди, одетые в защитные костюмы и респираторы. Это пугало. Лайт успокаивал свою младшую сестрёнку от сложившейся ситуации тем, что взрослые точно со всем разберутся и все выздоровеют. Он нагло лгал: знал, что ситуацию не исправить и в скором времени все станет только хуже.       Вскоре людей в респираторах, Лайт полагал, что это учёные или военные — точно сказать не мог никто, в город посылать перестали. Люди же, испуганные и боящиеся смерти, до последнего не желали верить, что мир скоро пожрет опасный вирус. — Врачи настоятельно рекомендуют отправлять заражённых вирусом в медицинский центр «Вамми», — девушка-репортер, идущая по пустынной улице города, доверительно заглядывала в камеру, показывая спокойную улыбку: пыталась вести себя максимально непринужденно, словно это не в ее городе каждый день сотни людей обращаются в кровожадных тварей. — Обратите внимание, что симптомами являются сильно покрасневшие глаза, — лжет. Глаза заболевших не просто краснеют — они буквально наливаются кровью. — Неадекватная реакция на происходящее вокруг, а также повышенная агрессия. Если вы наблюдаете хотя бы один из этих симптомов, мы настоятельно просим вас обратиться за помощью к специалистам. На этом все, с вами была специальный репортёр — Киёми Такада. До новых встреч в эфире.

***

      Сложившаяся ситуация пугала семью Ягами и они уже довольно давно думали над тем, чтобы уехать из злосчастного города. Даже начали было собирать вещи, но вдруг передумали. Очень зря, это все семейство поймет, но слишком поздно. Пока они могли только наблюдать за увеличением количества заражённых.

***

      Утром Лайта разбудил отец — быстро, ничего толком не объясняя, сказав только взять рюкзак и положить туда самое необходимое: максимальное количество консервов и крупы, а также одежды — желательно из джинсы или чего-то очень прочного, что по максимуму закрывало бы открытые участки кожи. Толком не проснувшийся подросток сделал все, что попросил отец. Обстановка, в которой они собирали вещи, была напряжённой и юноша сразу понял, что это — точка невозврата. Было жутко и практически до одури страшно выходить на улицу, ведь уже из окна своей комнаты он, Лайт, заметил то, во что превратилась их улица, и, видимо, весь город: брошенные машины, следы от крови на стенах домов и труп блондинки. Труп, ещё минуту назад лежащий на асфальте, который встал и пошел! У нее не было левой руки, а в животе зияла дыра. Парень сразу вспомнил фильмы ужасов про зомби и одноклассника, который всегда говорил, что это полная чушь и случиться такому на их веку не удастся. Только вот где сейчас был этот одноклассник? Наверное, сейчас он тоже мог доживать свои последние минуты жизни на асфальте, чтобы потом, как та блондинка, встать и искать теплой крови в теле того, чье сердце ещё бьётся. Стало ещё страшнее: как он, пятнадцатилетний паренёк, сможет выживать? Он же о жизни толком ничего не знает. Но вскоре они с семьёй спустились из квартиры к машине. Блондинка, шедшая не так далеко, увидев живых, чье сердце перекачивает столь сладкую для нее кровь и кто является столь вкусной плотью, понеслась по направлению к ним. Младшая сестра Лайта, Саю, уже села в машину и пристегнулась, в страхе прижимая к себе рюкзачок с вещами и плюшевого мишку. Но Лайт в машину сесть не успел, а потому в красках видел, как тварь напала на его мать, которая не успела подбежать к машине: повалив бедную женщину, окровавленное чудовище, бывшее когда-то девушкой, вцепились зубами в шею и принялось вырывать клочки мяса.       Страх окутал тело подростка и заставил окаменеть, оставляя в неспособности отвести от ужасной картины взгляд: как же так? Мама, его родная, любимая мамочка, только что живая, теплая и устало улыбавшаяся ему, была укушена и скоро станет одним из этих чудовищ. Но она не может! Ведь Сатико всегда была рядом, она мама и не может умереть! Мысль о том, что ее не стало у него на глазах и он ничем не смог ей помочь вызывала у Лайта паническую дрожь. Он мог, он ведь наверняка мог сделать что-то…       Соитиро резко и довольно грубо затолкнул парня в машину. — Братик, где мама? Почему она не поехала с нами? — Саю повернулась к Ягами и выжидательно уставилась на него. — Она… Её… — у Лайта тряслись руки и его била крупная дрожь. Хотелось кричать срывая голос, вырезать ту часть мозга, что отвечает за воспоминания, чтобы никогда больше не вспоминать о смерти матери но как только парень закрывал глаза он видел ее… Что сказать сестрёнке, которая ничего не видела и не может понять почему мама в машину не села?.. Он сам не до конца осознавал, что Сатико больше нет. — Солнышко, мама тоже заболела и её пришлось оставить в городе, — выдохнул глава семейства. Лгать дочери было больно, но смерть матери явно пошатнула бы ее детскую психику.       Остаток пути по трассе к выезду города семья провела в тишине.