Истина в забвении

      Холодно. Очень холодно.       Все тело болит так, словно над ним измывались несколько дней. Я боюсь пошевелиться, потому что меня ломает изнутри даже собственное дыхание. Кажется, у меня сломаны ребра. Но нельзя быть до конца в этом уверенной без осмотра, нужно как-то встать и ощупать своё тело. Нужно. А для начала нужно открыть глаза, но тело не слушается меня. От слова совсем не слушается. Я даже не помню как двигать конечностями.       Спустя пятьсот тысяч убогих попыток, мне все же удалось приоткрыть глаза. Какое-то время передо мной плясали то чёрные пятна, то искры, но в следующее мгновение я начала видеть хоть какие-то очертания.       Очевидно одно — я лежу на каменном полу лицом вниз уже какое-то продолжительное время, потому что все тело затекло, а на лице, наверное, образовалась вмятина. Пол ледяной и как будто бы сырой, поэтому меня то и дело бьет дрожь.       Воняет. Несёт сыростью, мочой, запекшейся кровью и гнилью. Тошнота подходит к горлу, но я сдерживаю рвотные позывы.       Очевидно и другое — я в клетке. Меня окружают три каменных стены, а спереди решетка. Судя по всему, это какая-то тюрьма, потому что напротив меня установлена клетка идентичная моей, но в ней никого нет. Даже как-то грустно без компании.       Я постепенно начинаю шевелить, то одной ногой, то другой, потом руками. С правой рукой что-то не то, похоже на вывих или сильный ушиб, на ноге совершенно точно сломан палец, рёбра по-прежнему болят при дыхании, значит всё-таки перелом. Во рту кошки насрали, на голове один сплошной колтун, все тело усыпано синяками. По мне проехались асфальтоукладчиком? Похоже на то… Одежда вся в грязи, местами разодрана настолько, что я ощущаю себя практически голой.       Черт возьми, что со мной произошло? Как я тут очутилась? Да и где я вообще?       Мои мысли прервали приближающиеся шаги и мученические стоны человека. Я опять рухнула на пол и приняла свою изначальную позу. — Очередная грязнокровная сука? — голос однозначно мужской, хриплый и противный. Что означает «грязнокровная»? — Ага, но это не такая нужная, как та, — второй голос принадлежит уже более молодому мужчине. Кого он имеет в виду? — ту трогать нельзя, а на эту всем насрать. Даже если сдохнет — никто не заметит. — Тогда самое время для разрядки, мальчик мой, — она не видит лица этого человека, но он совершенно точно ухмыляется в этот момент. — Фу, блять. Я не буду трахать кого-то с тобой на пару, тем более грязнокровку, извращенец. Не хочу потом год отмываться от этого дерьма. — Какие мы нежные, мне же больше достанется, — сразу после его слов раздался шум расстегивающейся ширинки и звон ремня.       Все, что происходило дальше, я бы предпочла не слышать. Никогда. Кто-то с грохотом повалил тело на землю, попутно разрывая одежду. — Прошу, не надо! Пожалуйста! Прекратите! Не надо! — женские крики мольбы, заставили мое тело сжаться.       Я должна держать себя в руках, если я подам хотя бы один признак жизни, то есть вероятность стать следующей. Эгоистично? Да, это отвратительно, я отвратительна. Но мне так страшно, что я стараюсь не анализировать свой ужасный поступок. Да и что можно сделать в такой ситуации? У меня переломаны конечности, я еле стою на ногах, чем же я помогу? Отговорить их? Да это даже звучит смехотворно.       Все, что мне остаётся — это посильнее сжать кулаки, закусить губу и стараться не вслушиваться. Шлепки, крики, мольба, плач. Шлепки, крики, мольба, плач. Шлепки, крики, мольба, плач. Шлепки, крики, мольба, плач. И так раз за разом.       Меня тошнит, меня прямо сейчас вырвет. Я хочу оглохнуть и никогда ничего не слышать. Пожалуйста. — Эта была слишком крикливая, но зато узкая, — все тот же отвратительный голос. — Если бы я трахался с тобой, я бы и не так орал. Ты столько шуму навёл, скажи спасибо, что я наложил заглушающее, — что он имеет в виду? Какое такое «заглушающее»? — Сколько времени грязнокровка Поттера не приходит в себя? — Недели две, может, она сдохла давно. Хотя нет, она бы уже начала разлагаться. Надеюсь, она все же жива, я бы ей засадил, — первый мужчина залился смехом. — Ты пробовал хотя бы иногда не думать своим хуем? Если нет, то попробуй. И жизнь заиграет новыми красками, — ёрничал молодой голос. — Меня и так все устраивает, мальчик. К тому же это такая честь для них, практически благотворительность. Когда ещё им присунет кто-то чистокровный? — и опять они имеют в виду какую-то кровь, к чему это вообще? — Ладно, мне так похуй на происходящее, но скоро собрание, поэтому приведи себя в порядок и пора подниматься. Только запри эту суку получше, а не как тогда. Прошлую пришлось убить прямо рядом со входом, она залила весь холл своей грязной кровью. Люциус бился в истерике из-за того, что его мраморный пол испачкали, — все внутри сжалось от одного упоминания об убийстве. Как можно с такой интонацией и безразличием говорить о смерти человека? Кто эти люди, какого черта вообще происходит? Почему они все время говорят о крови и что им нужно от меня? — Да брось ты, это было даже забавно. Ладно-ладно, понял. Пошли уже, — раздался скрежет задвигающейся двери, — Коллопортус, — на каком это языке? Я все ещё ничего не понимаю.       Шаги все отдалялись и отдалялись. Но страх пошевелиться все ещё сковывал меня. Лишь через несколько минут, я осмелилась приподнять голову.       Теперь прямо напротив меня, в соседней клетке, лежало обезвоженное женское тело. На девушке не было одежды, но на полу валялись разодранные тряпки, которые наверняка какое-то время назад были на ней. Слёзы еле заметной дорожкой стекали по моему лицу, а страх лишь прогрессировал внутри меня.       То же самое произойдёт и со мной? Она мертва? Или без сознания? Зачем они это делают? Чего добиваются? Как я тут отказалась? Я умру? Кто эти люди? Я ничего не понимаю. Ни-че-го! Главное не впадать в истерию. Главное держать себя в руках и мыслить трезво.       Начнём с простого, что последнее я помню? Ни-че-го.       Отлично, теперь ещё проще, как меня зовут? Твою мать, я не помню как меня зовут.       Я потеряла память? Что это, черт возьми, значит? Как мне быть, если я нахожусь в аду и даже не помню своего сранного имени. Просто прекрасно, я в полной заднице.       Паника увеличилась троекратно, когда я отошла от своих мыслей и поняла, что опять слышу шаги, я практически успела принять исходное положение, как вдруг: — Грязнокровка? Как радостно видеть тебя вновь в добром здравии! Как спалось, птенчик? — прямо передо мной стояла женщина средних лет, с чёрными длинными и кудрявыми волосами, безумным взглядом и гнилой улыбкой. Она держала в руках… эм, деревянную палку? Угрожающе. — Чего молчишь, грязнокровка, язык прикусила? Ну ничего страшного, сейчас Темный Лорд разговорит тебя.       Она взмахнула своей палкой рядом с замком от клетки, и он отварился. Я проглотила шокированный вздох и уставилась на неё. — Чего вылупилась, ты пойдёшь со мной, — она дернула меня на себя, ее палка упиралась мне прямо в горло, второй рукой она сжала мое запястье и толкала прямо по коридору, — пошевеливайся, тварь.       Она вела меня куда-то, но я даже не смогла разглядеть куда, так как она постоянно заставляла меня смотреть в потолок.       Через некоторое время, женщина все же позволила мне рассмотреть окружающую обстановку. Я стояла посреди какого-то большого зала со столом посередине. С потолка свисали огромные люстры, сбоку горел камин, вдалеке расположились несколько колонн. За этим столом сидели несколько десятков людей в тёмных одеждах, перед ними не было никаких признаков трапезы, так что очевидно, что у них тут не светский перекус. — Выйдите, — бросил полушёпотом чей-то голос.       То, что я увидела дальше — будет меня преследовать ещё долго. Фигуры в тёмных одеждах стали растворяться, оставляя после себя только чёрную дымку. Я под наркотиками? Если нет, то тогда как это объяснить? В итоге в зале осталось человек семь, не больше.       Не успела я отойти от шока, как меня вновь сковал ужас, когда мои глаза заметили огромную змею, ползущую прямо по направлению ко мне. Я предприняла попытку шагнуть назад, подальше от этой гадкой твари, но тетка схватила меня за плечи и повалила прямо на пол, поставив на колени: — Далеко собралась? — заговорила она, смотря на кого-то.       Я проследила за ее взглядом и увидела жуткую картину. Это был человек, хотя нет, на человека ОНО походило в последнюю очередь. Это был кто-то очень бледный, я бы даже сравнила его с живым трупом. Лысый, без носа, с гнилыми зубами, красными глазами и вертикальными прорезями зрачков, как у змеи. Это существо смотрело прямо на меня, жутко и заинтересовано, по спине пробежали мурашки. Его лицо озарила улыбка. — Нагайна, ты только посмотри, эта грязнокровка так тебя боится, что готова пойти на бегство, — его голос был похож на шипение змеи, сразу после его слов все помещение залилось неистовым хохотом всех присутствующих. Очень смешно, придурки. — Мой Повелитель, как Вы и просили, я привела грязнокровку Поттера к Вам, она пришла в сознание буквально пару минут назад, — вновь заговорила женщина. — Спасибо, Беллатриса, дальше я и сам справлюсь, иди на место. — Как пожелаете, Повелитель, — она услужливо склонила голову, и поспешила удалиться.       Этот «Повелитель» приближался ко мне, от его взгляда все мое тело начинало плавиться. — Как же так вышло, что Поттер оставил свою подружку без присмотра, совсем одну, скормил тебя голодным псам? Он же слюной брызжет, когда говорит о своих грязнокровках и предателях крови, а тут так просто, взял и отдал нам. Как так вышло? — он улыбнулся своими гнилыми зубами и протянул ко мне свои костлявые руки с когтищами, — Ну и чего ты молчишь? Хочешь, чтобы я тебя разговорил? — Я… Я ни-ничего не-не знаю, я-я к-клянусь, — это все, что я смогла из себя выдавить, когда его лицо приблизилось к моему, когда его когти вдавливались в мою шею, когда я чувствовала его затхлое дыхание на своих губах. Я буквально чувствовала смерть рядом с собой. — Грязнокровка боится меня. Но не боится мне лгать, дрянь, — я даже не успела уловить суть его слов, как тут же меня окончательно повалила на пол смачная пощёчина. Щека горела так, как будто меня приложили лицом к каменной кладке камина. — Повелитель, если Вам угодно, я бы лично мог заняться грязнокровкой, пару дней со мной наедине и она выложит все, что знает, — дрожащим голосом заговорил какой-то мужчина из-за стола. Он был то ли блондином, то ли седым, так сразу и не поймёшь, его волосы были затянуты в хвост. Лицо грубое, жёсткое, похоже на звериное, особенно когда он пытается выслужиться перед своим Господином. — Яксли, ты сомневаешься в моей убедительности? Считаешь, что я сам не в состоянии справиться? — Нет, что Вы, Повелитель, я просто хотел… хотел избавить Вас от этой грязи, взять на себя эту отвратительную работу. Но я конечно же уверен, что Вы-вы… — Заткнись, Корбан, боюсь, что тут, — в презрительном жесте, он указал на меня, — сейчас все бессильны. Хотя может и не все… Струпьяр заверил меня, что грязнокровка залила себе в глотку какое-то зелье прямо перед тем, как ее поймали. Вероятнее всего, из-за этого она ничего не помнит. Какая досада, — он вновь приблизился к моему лицу, меня затошнило, — Легилименс.       Все мое тело поразила боль, я чувствовала каждое своё нервное окончание, меня как будто выворачивали наизнанку. Перед глазами все потемнело, а в ушла звенело так, словно меня били церковным колоколом по голове. Только лишь через какое-то время я поняла, что все это время не было никакого звона — это был мой собственный крик. Я все это время извивалась на полу. Во рту привкус чистого металла. Кровь с моего лица капала куда-то вниз. — Пусто, — вынес вердикт безносый, — колдомедики из Швейцарии вынесли вердикт, что потеря памяти вызвана именно зельем. Оно спрятало все воспоминания грязнокровки, связанные с магией, включая ее магический отпечаток. Поэтому теперь она бесполезней магла, ведь на ней не работают даже самые простые заклинания. Ее тело отвергает любые проявления магии. Но я уверен, что у любого зелья есть своё противоядие, а ты как считаешь, Драко? — он резко повернулся в сторону людей, сидящих дальше остальных. — Повелитель, я думаю Вы, как всегда, правы. Как у любого заклинания есть контрзаклятье, так и у любого зелья есть противоядие. Понадобится немало времени, чтобы его создать, ведь изначальная формула нам неизвестна, но если очень постараться… — заговорил молодой парень. Его красивое лицо выражало ровным счётом ни-че-го, у него совершенно невероятные платиновые волосы (такое вообще возможно? Может быть, он крашеный?), уложенные настолько идеально, что это даже пугает. Он одет во все чёрное, как и остальные. Каменная статуя. Он похож именно на неё. — Ну так постарайся, мальчик мой. Я же могу на тебя положиться? — и снова эта гнилая улыбка. — Конечно, мой Повелитель, я сделаю все возможное, — сказал парень, опустив глаза вниз. — Вот и славно. Люциус, глядишь хотя бы от твоего сына будет больше пользы, чем от тебя. Я думаю, не стоит напоминать, что произойдёт с каждым из вас, если все пойдёт не по плану? — Конечно, — на этот раз заговорил мужчина с такими же платиновыми волосами, но уже длинными. У него было такое же красивое лицо, но его уродовали многочисленные морщины. Они точно были родственниками, потому что их сходство невозможно отрицать. — Не разочаруйте меня, — это были последние слова, которые бросило это существо, после чего он испарился в дымке. Ее я уже видела ранее, но я все ещё в шоке.       Через какое-то время за ним последовали еще несколько человек.       Повисла тишина. Я продолжила валяться на полу, как поломанная кукла, потому что мои сломанные ребра после этой пытки раздробились вдвойне. — Тинки, — наконец раздался голос молодого парня, после чего из ниоткуда появилось странное создание, похожее на эльфа из детских книжек про волшебство, — отведи ее в подземелье. — Хорошо, хозяин, — существо приблизилось ко мне и коснулось моего запястья.       Мир вокруг меня закрутился таким вихрем, что как только все это прекратилось, я выблевала все содержимое своего желудка на пол. Я опять валяюсь на полу, это уже похоже на очаровательную традицию. Превосходно. Вокруг меня уже была не клетка, но это все ещё похоже на тюремную камеру. — Мисс плохо? Мисс нужна помощь? — заверещало существо. — Нет… — Я пошевелила рукой, тело поразила неимоверная боль. — Ладно, да. У меня кажется сломано что-то. — Мисс должна сказать Тинки о том, где у неё болит, — создание выглядело слишком взволновано. — Рёбра болят, нога и рука, ещё поясница, но там, скорее всего, просто синяк. Да. Да, кажется, это все. Неверное. Эм… А что… а что ты такое? Ой, прости, это не то, что я хотела сказать, кто ты? — так неловко я давно себя не чувствовала, хотя откуда мне знать, я же ни черта не помню. — Тинки забыла, что Мисс не помнит. Тинки жаль Мисс. Тинки — домовик или же домовой эльф, моя обязанность служить всю жизнь своим хозяевам, — эльфийка произнесла это с гордостью, хотя это звучит скорее пугающе. Это же рабство… — Какой семье ты… служишь? — Тинки достаточно разговорчива, пока она заживляет мои раны, я выведаю у неё как можно больше информации. — Тинки личный эльф хозяина Драко, но я служу и остальным членам семьи Малфой. Сейчас будет больно, Мисс, — она не соврала, потому что в следующую секунду я заорала как резанная. Мне вправили кисть. — Малфои, кто они такие? — Это очень древний и чистокровный род. — Почему все говорят о крови, к чему это? — Тинки и так уже много сказала Мисс, Тинки пора. — Тинки, прошу тебя, ответь на последний вопрос, большего я не прошу, пожалуйста. Я совсем ничего не помню и не понимаю, что происходит, помоги мне. — Хорошо, Тинки ответит. Все волшебники делятся на чистокровных, полукровок и грязнокровок, последних еще называют магглорожденными, но Тинки нельзя их так называть. Никому нельзя. Чистокровные — это те, чьи родители, обе бабушки и оба дедушки были магами. У настоящих чистокровных волшебников не должно быть маглов в родословной. — Маглы- это… — Не волшебники, простые люди. Полукровки — волшебники, рождённые от чистокровного волшебника и магла, либо от чистокровного волшебника и грязнокровки, либо от двух полукровок. Ну и грязнокровки — волшебники, рождённые в семье маглов. — Так, ясно, а… к которым я отношусь? Я волшебница или магла? — Мисс грязнокровка. Ваши родители маглы. — А как меня зовут? Я знаю, что просила ответить всего на один вопрос, спасибо тебе за это, но я подумала, может быть, ты знаешь мое имя. — Гермиона, Мисс зовут Гермиона Грейнджер. — Гермиона значит… Спасибо, Тинки, спасибо за все. — Тинки пора уходить, но Тинки вернётся. Мисс должна поспать, дать организму восстановиться. — Прощай, — не успела я договорить, как эльфийки и след простыл.       Так-так. Меня зовут Гермиона Грейнджер, я грязнокровка, заточенная в камере. Я — волшебница? Зачем я сама лишила себя памяти? Что будет со мной дальше? Чем дальше, тем интереснее…