Одна из тысячи истории.

Старые, запылённые часы выбили восемь. Мы дружной семьёй стояли у квартирных дверей, ожидая опаздывающих гостей. К нашему удивлению первыми пришли мамины знакомые с чудесной дочкой, которой недавно исполнилось семь. Их приход действительно шокировал, ведь обычно они опаздывали на каждую приглушённую встречу. Развеселив их бокалами папиного коктейля, я сопроводила семейную пару до нашей гостиной. В коридоре стало шумно, и любопытство само вырвалось наружу. Выглядывая из-за очередного угла, мой заинтересованный взгляд устремился на чью-то русую макушку. «А вот и виновник моих сегодняшних мучении.» На пороге нового и чистого дома стоял долгожданный военный, которого не в первый раз встречала за этот необычный день. Подойдя ближе мы обменялись смелыми приветствиями, даже посмотрев друг другу в чарующие глаза. Тогда казалось, что мои щёки розовеют, хотя на серьёзном лице парня выражалось куда больше нескрываемоемого смущения. По воле какой-то подозрительной судьбы мы снова сидели вместе, но теперь между нами не было ничьей сестры. Расстояние, которое прибывало между нами, значительно сокращалось с очередным движением людей, сидящих на зелёном и очень удобном диване. Сама того не замечая, моя рука еле прикоснулась к горячим и сухим пальцам юнца. — Ох, извини, пожалуйста. — Всё в порядке, — Нервно ответитл парень, то ли от неожиданности, то ли от казусной ситуации. После длительных минут молчания и поедания восхитительных блюд моих родителей, я, взяв волю в кулак, спросила: — Вкусно? — Не передать восторга в глазах военного. Похоже было, что всё это время он молился, чтобы что-то услышать из моих уст. — Да, очень. Правда острое, — Отвечал чуть насупившись и ,вглядываясь в пространство, продолжил. — Помню, как однажды на базе на спор съел перец чили. Было весело, но всё горело. Молоко не помогало. Кстати, да, не верь слухам, оно не поможет, — Молодой человек хмыкнул, рассказывая забавную историю прошлого. Поддавшись влиянию уголки моих губ расстанулись в светлой улыбке, а из гортани вырвался произвольный смешок. Наш уютный диалог продолжался недолго, пока не наступила очередная пауза. Частые поглядывания давали понять, что гостю скучно в тесной атмосфере праздника. Так что, когда он встал из-за стола по просьбе очередной тётушки, мне пришлось предпринимать крайне меры. Мой «друг» уселся на кресло прямо напротив меня. Это было идеальным положением, ведь между нами было полтора метра. И после длительных раздумий, я написала ему в личные сообщения. — Всё хорошо? Вижу, тебе не очень весело, — От сообщения исходила какая-то особая печаль. Мне хотелось, чтобы наш с папой уговор сработал. Но парня окружили со всех сторон мамины знакомые. Его рыскающий взгляд и лёгкий жест руки давали понять скрытое послание: «Прости, меня окружили, сейчас отвечу». Смешок сам вырвался наружу, когда наши взгляды пересеклись. Одобрительно кивнув, я снова засела за просмотром ленты нудных новостей, как неожиданно пришло оповещение. — Так. Я тут. А то меня облепили. На самом деле всё хорошо. Тебе я всегда готов улыбаться,— В этот момент мои мысли перемешались. Каждая клеточка мозга была в панике: „Как на это реагировать?” – проносилось строкой в пустой голове, поэтому единственный, что действительно смогла сделать – это тихо хихикнуть, закрывая пылающее лицо руками. Прежде, чем что-то успела ответить на провокационное сообщение, мне уже пришло новое. — Хахах, весело, конечно. «Он смотрел на меня.» Мой взгляд сам поднялся посмотреть смущённому парню в глаза. «Как это всё глупо.» — Хорошо, я тебе верю. Спасибо, — Беспечность и лёгкость фразы помогли растопить лёд между нами и небесные глаза загорелись. Моё беспокойство о сегодняшней ночи перестало нарастать, и, делая очередной глоток белого вина, не отводила взор на чудесную картину, сидящую передо мной. «Красивый.» — У тебя как настроение? — Уже неплохо. Думаю, что чем дальше, тем будет лучше. — Это верно. Ох, как же мне нравится, как вы на итальянском с отцом разговариваете. Очень забавно. — Поверь, не тебе одному. На самом деле итальянский довольно легко выучить, возможно когда-нибудь ещё сможешь понять, о чём мы говорим, — Дискуссия о языках интриговала. И ведь правда, человеку, который ранее не слышал простой иностранной речи, было бы интересно узнать множество деталей о ней. — Почему же „понять“? Я его выучу. Будешь мне помогать в этом, — От былой нелепости не осталось и следа. На лице юноши красовалась многозначительная ухмылка, которая до безумия сходила с ума. — Хахахах, неожиданно. А впрочем, неплохая идея. — Очень даже романтичный язык, — Ответ был таким необычным, что я не сразу осознала, что он имеет ввиду. Лёгкое смятение не давало думать над сообщением, и выдала первое, что пришло на затуманенный ум. — А мне всегда говорили, что он певучий. Какая дилемма однако, — Глупо, согласна, но так сложились обстоятельства. Мне нечего было ему сказать на это. — Не знаю, не знаю. Наблюдая за вами, только это мысль складывается о языке. — Может дело в нас? Думаю, ты прав, в нём есть какая-то своя химия, — Я отшучивалась, надеясь, на ответный смешок, пока не получила то, чего точно не ожидала услышать. — А может дело и в тебе, — Тысячи бранных слов кричали в голове. Ураган эмоций нахлынул, затягивая в дерби разума. Резко подняв тяжёлую голову мы пересеклись взглядами. Его небесно-лазурные зрачки впивались в каждую частичку кожи. Фразы путались на языке. Не знала чего он хотел, и что ожидала я. Лишь просто тонула в омуте глаз, так явно пожирающих меня. Это было не специально и уж точно без злых намерении. Два молодых сердца трепетали в вечерней глуши, не обращая внимания на других людей. Они только мешали проникаться химической реакцией между нами двумя. И так считала не я одна. — На самом деле раздражает тот факт, что в социальной сети проще начинать общение, — Возмущение так и кипело в моём партнёре. «План удался.» — Это по причине того, что мы не видим собеседника. Мол, можем говорить и делать то, чего в жизни, хм, с трудом бы сделали? Но, да, это правда немного вводит в дискомфорт. Хотя знаешь, уверена на девяносто восемь процентов, если мы сейчас сядем поговорить, у нас не получится, — Я хорошо помнила его слова о споре, и как он не мог отказаться от него, ведь «Дело принципа.». И хитрая тактика сработала. — Не получится? Не знаю, у меня вызывают дискомфорт только родители. Не особо люблю проявлять свои амбиции, — Молодой человек встал и направился в сторону комнаты, но чуть выждав у выхода из зала, оглянулся, смотря прямо мне в глаза. Я поняла тонкий намёк и пошла в след за ним. В соседней комнате было умиротворённо и тихо, словно стены имели своё магическое свойство. Мы аккуратно вошли на застеклённый балкон, гле было открыто большое окно, выставляющее на вид ночной мегополис. Взгляд не хотел открываться от пейзажа и, поставив бокал на оконную раму, я медленно покосилась на серьёзного мужчину в праздничной рубашке, которая была ему к лицу. Моя вопросительно изогнувшаяся бровь заставила парня расцепенеть. — Ох. Да, я, — Тяжёлые вздохи сталы отдаваться гулким эхом и в воздухе стала витать прежняя неловкость. — Слушай, если ты не хочешь об этом говорить, то не заставляй себя. Просто помни, что тебя здесь не будут отчитывать за твои эмоции, ладно? Всё в порядке. — Конечно, — Он выдохнул набирая в лёгкие морозный, декабрьский воздух. — На самом деле, это всё из-за отца. Конечно, возможно сам себя накручиваю и у них всё чудесно, но как же я его ненавижу, — Тяжёлые веки опустились и горькие слова врезались в душу. Он нёс тяжёлую ношу, пытаясь освободить родную маму от оков отца-мученника. — Знаешь, ты в своём прав. Они взрослые люди и сами решат всё, до того момента, пока это не станет вредить. Всё образуется, я уверена, стоит только подождать. К тому же, ты не беспомощный парень, а значит хороший конец обязательно наступит, — Искренние слова сами вырывались, пытаясь успокоить мечущееся юное сердце. Предложив глоток вина, стоявшего на подоконнике, молодой человек без раздумий отпил немного. Мы напоминали старых знакомых, которые вышли в канун нового года поговорить по душам. Наш разговор лился бесконечно. Иногда шутили, разбавляя обстановку. Куда чаще задумчиво смотрели на длинную дорогу, пустующую в зимнюю ночь. Мы снова смотрели в тёплые глаза. Они говорили за нас куда больше, чем их обладатели. Их ослеплял яркие лучи фейерверков и городских фонарей. Город покрылся криками и возгласами, а огни полиса пёстро переливались под надвигающимся сиянием. В зале стали слышны детские писки и звон бокалов, наполненных шампанским. Казалось, весь шум мира воцарил вокруг. И так тихо, сквозь гул машин и петард, прослышались два рвущихся, молодых голоса. — С новым годом.