Love is forever

— Ты… ты боялся, что я тебя брошу на произвол судьбы после этого? — слегка ухмыльнувшись от своей же догадки, произнес Хван. — Да… ведь кому нужны такие работники, которые болеют неизлечимой болезнью? Я боялся, что ты меня уволишь, а мне эта работа стала очень дорога. — Ох, ты ж моё солнце, — притянув к себе Феликса, старший его крепко обнял. — Я бы тебя ни при каких условиях не уволил. Я хочу тебя оберегать и всегда быть рядом с тобой.

Два месяца спустя

В последнее время Хёнджин стал замечать изменения в поведении Ли. Его холодное отношение к нему, отстраненность — всё стало сильно напрягать Хвана. Всё же было хорошо? Что случилось? Почему он каждый раз придумывает отмазки, чтобы не видеться с ним? Странное чувство опустошения не покидало Хвана. Он нуждался в Феликсе. Жаждал общения с ним. Ему его не хватало. — Феликс, ты похудел… — заметил однажды Хёнджин, но тот лишь махнул своей маленькой ручкой, мол, тебе показалось. А ведь ему не показалось. Такое упустить из вида никак нельзя. И ведь состоянии Феликса только ухудшалось, Хван это замечал. Младший его не подпускал к себе от слова совсем, избегал, старался по возможности приходить на работу в то время, пока Хёнджина не было на месте. И всё же старшему удалось найти момент, когда он смог поговорить с Феликсом. Хван подыскал время, когда Ли выходил из его компании и направлялся домой. Теперь тот никак не смог бы пропустить их разговор. — Ликси, солнце, что происходит между нами? — догнав Феликса, Хван сразу спросил, не начиная разговор с «привет» или чего подобного. — Почему ты каждый раз сбегаешь? — вопрос прямо в лоб, не возможно отвязаться. — Джинни, — всё также мило зовет. — нам следовало расстаться раньше, — взглянув на Хвана глазами полными слёз, Ли поспешил уйти, поспешно стирая их рукавом от куртки. — Феликс, постой же ты, — схватив за предплечье, Хван резко развернул того к себе. — Хён, прости… — Ли… Ликси? — мягкое тело опускалось на землю. Обморок. — Феликс, очнись, солнышко… Нет-нет-нет… Трясущимися руками Хван набирал номер скорой помощи, стоя на коленях перед размягченным телом Феликса. Что делать? Дыхание… дышит. Пульс тоже есть... какое счастье! Но эти противные гудки, доносящиеся из телефона только усугубляли всю ситуацию. Они будто били по ушам Хвана, раздаваясь как колокола. Он не слышал, что происходило вокруг. Шумный окружающий мир не существовал в это время для него. Был только он, лежащий перед ним Ли и гудки. Тяжелая атмосфера. — Я вас слушаю. Что у вас случилось? — спустя долгие и длинные минуты раздался голос женщины из телефона. Хёнджин такими же трясущимися руками взял телефон и быстро стал описывать ситуацию с дрожащим голосом, который никак не хотел успокаиваться. — Молодой человек, чуть помедленнее. Где вы сейчас находитесь? — Хван также быстро описал место положение, на что ему просто ответили: — Ждите, скоро приедет. Ждать. Это слишком невыносимо для старшего. Слишком больно смотреть на такого Феликса, худощавого, побледневшего, с синими губами, но с прекрасным желтым шарфом, который когда-то Хван ему подарил. Тот был так счастлив такому подарку, его улыбка была до ушей. От этого воспоминания становилось тепло на душе. «Он оставил его, но… но почему он хотел больше никак не контактировать со мной? Какой в этом смысл, если у нас всё было так прекрасно? В один момент, будто всё рухнуло, испарились те счастливые времена», — слезы сами по себе скатывались по лицу Хвана. Он старался стирать их с лица, но они наплывали с новой силой. И в голове крутилось лишь: — «Хоть бы он дышал. Хоть бы был жив. Пусть умру я, но он должен ещё побыть на этой земле». Вопросы с каждым разом прибавлялись, делая только хуже. Неужели все было настолько серьезно, что Ли даже пошел на такой риск, тем самым играя со своим здоровьем. Зачем? Приехавшая скорая помощь, отвела парня в сторону, пытаясь привести в чувство, но Хван никак не мог отвести взгляда с Феликса, которого тут же уложили на носилки. — Я должен быть с ним, — срываясь на крик, Хёнджин не мог сдержать слез. — Мужчина, вы кто для него? — женщина, которая держала Хвана, не давая пробраться к Феликса, спросила, немного треся за плечи, чтобы Хван смог отвести взгляда от младшего и посмотреть на неё. — Я… я… — что он должен был сказать? Он не являлся ни его родственником, ни парнем(уже). — Тогда, будте любезны отойти в сторону. — Куда вы его отвезете? — произнес светловолосый, пребывая в каком-то помутнении. — В городскую больницу. Куда ж ещё? Домой? — посмеявшись над словами Хёнджина, женщина направилась к машине скорой помощи. Городская больница. Нужно ехать туда. Туда Хван и поедет.

***

Сидя на мягком диванчике и ожидая хоть какой-либо информации по состоянию Феликса, старший кусал губы от напряжения и непроизвольно тряс ногой. Такое бы поведение другого человека выбесило бы его, но сейчас он полностью понимает тех людей, которые так делали. Врача ещё не было, что выводило Хвана на ещё более выраженное переживание и волнение. — Где сейчас находится новый прибывший? — какая-то женщина стояла у стойки регистрации и мучала медсестру вопросами. — Да, да, Ли Феликс. Хорошо, спасибо, — услышав всё, что ей требовалось, она устало села на соседний диванчик, недалеко от Хвана, зачесала волосы назад и облакотилась на руку, поставив локоть на подлокотник. — Вы мама Феликса? — неожиданно для самого себя Хёнджин задал вопрос. — Да-да, всё верно. — Приятно познакомится, а я… — протягивая руку, Хван не успел договорить, его прервали. — Я знаю кто ты. Ты — Хван Хёнджин, — протягивая в ответ руку и пожимая её, мисс Ли улыбнулась ему. — Наслышана о тебе. Феликс много говорил о тебе. — Только вот зачем он такое сотворил? — с грустью произнес тот, зная, что задал риторический вопрос, не требующий ответа. — Ах, совсем забыла. Он просил передать, если мы однажды встретимся, то я должна напомнить о подарке, который он тебе подарил. «Теперь он может его открыть», — такие были его слова, — слегка пожимая плечами, совершенно не понимая для чего это надо было передавать через неё, она произнесла. — Подарок… — задумчиво произнес Джин, вскочил и что есть мочи поспешил домой. Он вспомнил про подарок, который Феликс дарил относительно недавно. Хван даже не удосужился попрощаться с мисс Ли, надеясь, встретиться с ней еще раз. На всех парах он примчался домой, достал тот таинственный подарок, развернул его и нашел только одну касету. — Касета? Странное у него, конечно, понятие «подарок», — усмехнувшись своим словам, Хван решил всё же узнать, что же в этой записи.

Привет, Хёнджин.

Худой мальчик, что сидел по ту сторону экрана, помахал сидящему напротив экрана старшему.

Что ж, думаю, мой план пришел в действие, раз ты смотришь эту запись. Мне столько всего хочется рассказать тебе, но постараюсь не затягивать эту запись.

Странно, но слезы сами стали копиться в глазах Хвана, закрывая вид пеленой. Возможно, это было связано с тем, что Хёнджину было невыносимо смотреть на такое состояние Феликса снова. Приходилось моргать, но из-за этого скопившиеся слезы вытекали, оставляя противную холодную дорожку после себя.

Уверен, что у тебя появился вопрос: зачем всё это я продумал и вот так нагло заставил тебя переживать обо мне?

— Ты прав, — кончик губ слегка приподнялся, понимая, что Ли прав.

Я хочу забыть тебя. Желательно, навсегда. Я хочу, чтобы ты никогда не появлялся в моей жизни. Я любил тебя, но ты мою любовь не принимал. Ты… ты наглый обманщик. Я не могу поверить, что доверился тебе, верил тебе, как никому другому, а ты... так подло со мной поступил.

Сделав небольшую паузу для передышки Феликс продолжил:

Помнишь, ты говорил, что не целуешься с кем-то не по любви? Ты соврал. Соврал да так, что позволил мне увидеть, как ты мне изменяешь. Ты даже не пытался оправдаться передо мной за этот случай. Знай, что ты сделал мне очень больно. Да, конечно, я мог бы всё это забыть на следующий день, но ты меня очень огорчил и такое я выкинуть из своей головы никак не могу. Я хочу сделать также больно, как и ты сделал мне. Теперь, я думаю, ты понимаешь, как мне было тяжело в тот момент. Конечно, то что происходило тогда со мной и то, что происходит сейчас с тобой — это разные состояния, но по эмоциональному - они равны. Я любил тебя, Хёнджин. Помни об этом всегда.

«Зачем? Зачем ты так сделал?» — схватившись за волосы, Хван просто склонился, смотря, как слезы капали на его колени. Кое-как собравшись с мыслями, Хёнджин принял решение, что должен попытать удачу и вернуть Феликса. Он был ему дорог. Очень. Он любил Ликси, но видимо этого было не достаточно. Измена — не простительно. И он об этом знал. Но он не любил кого-то так сильно, как Ли. Поднявшись на ватных ногах, он поспешил вернуться обратно в больницу. Попытаться всё вернуть. Припарковав машину недалеко от больницы, Хёнджину оставалось просто пройти через дорогу. Ноги ватные, уши заложило от повышенного давления, слезы, которые продолжали скапливаться, одни скатывались, но на замену им появлялись другие. Такой удручающей походкой он начал свой путь прохождения по дороге от машины до больницы. Глухой удар. Тело начинает болеть. Уши гудят, не слышно абсолютно ничего. Потемнение в глазах и одни непрекращающиеся мысли с одним именем — Феликс. Темнота. А так хочется света. Хоть маленький лучик света. Хоть что-нибудь. Но… нет. Хвана сбила машина. Он умер на том же месте. Умер спокойно с надеждой внутри, что с Феликсом они обязательно встретятся. В этой жизни им не повезло, значит в повезет в следующей. И он в этом уверен.