your petals and your thorns

Медленно, но верно, еще одна отметина превратилась в две, которые затем превратились в четыре. Бомгю был более чем уверен, что удвоил бы и это число, если бы Тэхён не надавил на его руку в жалкой попытке оттолкнуть его, скуля при этом, чтобы он дал ему секунду отдышаться. Бомгю был достаточно любезен, чтобы оставить последние четыре на животе Тэхёна, гарантируя, что они будут легко скрыты рубашкой, но затылок и лопатки Тэхёна не были удостоены такой же милости. Два любовных укуса было нелегко скрыть, и на них уже начали появляться синяки, что резко контрастировало с его кожей, которая медленно начала восстанавливать свой солнечный оттенок. — Боже... Бомгю, чертов вампир, как же мне это скрыть? — ныл Тэхён, осматривая засосы в зеркале. — Ты хоть понимаешь, как мне будет неловко объяснять ребятам, если кто-то из них увидит? — Ну, просто скажи им, что это дело рук самого Чхве Бомгю, — хмыкнул Бомгю, со вздохом садясь на кровати. — А теперь иди сюда, я хочу посмотреть, как хорошо я тебя пометил. — Ты... Ты не можешь быть... Так ты не видел их, когда оставлял, или что? — Нет, я не обращал на это внимания, так что иди сюда и дай мне полюбоваться моей работой. Хотя Тэхён и издал недовольный вздох, он все же вернулся к кровати и одной рукой стянул рукав рубашки, а другой слегка подтянул ее за подол. На его животе Бомгю мог видеть все четыре любовных укуса, расположенные друг от друга, образуя почти ромбовидную форму. Из любопытства Бомгю попытался дотронуться до засосов, но Тэхён вздрогнул от его прикосновения. — Не смейся надо мной, просто тебе сейчас странно прикасаться к ним! — прошипел Тэхён, когда Бомгю не смог, даже не пытаясь, сдержать смех. Как и ожидалось, он замахнулся на Бомгю, который легко поймал его за запястье. — Знаешь, тебе стоит найти новый способ показать, что ты злишься на меня, потому что это становится предсказуемым, — проворчал Бомгю, отталкиваясь от кровати, в то время как Тэхён вырвался из его объятий. — Но, если честно, мне нужна помощь, — сказал он с неловкой усмешкой. — Я еще не закончил свои букеты. Я, наверное, сделал один, и все. Тэхён замолчал и только смотрел на Бомгю. — Ты... Бомгю, ты это не серьезно. До тебя я успел сделать семь других букетов, а на твой единственный ушло почти два часа? — Эй, я все еще новичок! Да и Ёнджун не помог, так что у меня тоже нет ни одного корсажа, — скрестив руки, пробурчал Бомгю. — Но в любом случае, ты поможешь мне, так как любишь меня, верно? — Нет, я помогаю тебе, потому что уже почти пять, я устал и хочу только спать, — со стоном поправил Тэхён и, схватив Бомгю за руку, повел его вниз по лестнице. — Теперь пойдем, потому что ты не собираешься лежать и ничего не делать, пока я делаю всю твою работу. — Ты многого от меня требуешь, думая, что я смогу сосредоточиться на глупом букете, как будто тебя нет рядом, — пробормотал Бомгю на ухо Тэхёну, вырывая руку из рук флориста и упираясь ею в спину. — Но, конечно, я сделаю все, что в моих силах. Тэхён заставил их обоих остановиться и посмотреть на руку Бомгю, а затем на его лицо, стараясь изо всех сил подавить вздох, закатывание глаз или, возможно, и то, и другое. — У меня такое чувство, что ты ведешь себя так из-за разговора с Ёнджуном, и я не знаю, как к этому относиться. — Знаешь ли, я мог бы пофлиртовать и без разговора с Ёнджуном. — Конечно, парень, который не может посмотреть мне в глаза и сказать, что хочет поцеловаться, может флиртовать, — хмыкнул Тэхён, тон его был легким и в то же время саркастичным. — О, определенно, на сто процентов может. Я виноват, что думал иначе. Надувшись от того, что не может придумать ответ, Бомгю просто посмотрел на затылок Тэхёна, в то время как младший не мог не хихикнуть над собственной шуткой. Но мысль, которая не продлилась и миллисекунды, быстро ухватилась за него, и Бомгю небрежно схватил Тэхёна за задницу. Неудивительно, что последствия наступили так же быстро: Бомгю едва успел увернуться от удара, который на него обрушил испуганный и взволнованный Тэхён.

***

Верный своему слову, Бомгю едва мог сосредоточиться на букете перед ним. Чаще, чем ему хотелось бы признаться, он замечал, что его взгляд снова возвращается к розовым губам Тэхёна, которые надувались, когда он сосредотачивался, или к чуть заметным засосам, которые в основном были скрыты свитером Тэхёна. И, конечно же, Тэхён всегда ловил его: он внезапно поднимал голову и пристально смотрел в глаза Бомгю, пока брюнет не начинал слишком волноваться, чтобы выдержать его взгляд. Но, используя остатки силы воли и угрозы Тэхёна запереть его наверху и заставить спать внизу, в комнате снабжения, Бомгю сосредоточил все свое внимание на букете. Даже если присутствие Тэхёна отвлекало его. — Именно поэтому мне следовало бы заняться рисованием, — ворчал Бомгю под нос, выпрямляясь и с облегчением вздыхая, когда услышал треск. Он не был уверен, сколько именно часов прошло, но знал, что довольно много, так как некогда чистое небо теперь было полотном из красных и желтых цветов, а солнце скрылось за высокими зданиями, и вдоль тротуара зажглись фонари. — Уже поздно, поэтому мы могли бы остановиться ненадолго, — хмыкнул Бомгю, откладывая в сторону три готовых букета и частично сделанный корсаж. — Они все равно не заберут его еще два дня, так что... Подожди, Тэхён? Бомгю только покачал головой и вздохнул, увидев Тэхёна, голова которого, прикрытая белым капюшоном, лежала на прилавке за тремя другими букетами. Бомгю мог только предполагать, что его отдых был мирным, так как не было заметно ни единой заминки в том, как его тело ритмично поднималось и опускалось, когда он слегка похрапывал. — Тебе надо было просто лечь в постель, а не спать на прилавке, дурачок, — негромко укорял Бомгю, поднимая парня, держа его за ноги. Хотя было очевидно, что Тэхён проснулся от резкого движения, он не сделал никаких попыток открыть глаза, просто переместился в более удобное положение, положив голову на грудь Бомгю. — Мы определенно не закончили с этими цветами, — устало пробормотал Тэхён, на что Бомгю издал тихий смешок в ответ. — Ты едва проснулся, и это первое, что пришло тебе в голову? — Магазин — это мое все, так что да. — Не думал, что по степени твоей любви и привязанности я окажусь на втором месте после цветочного магазина, — обиженно надулся Бомгю, открывая одной рукой дверь на лестничную клетку. — Но, нет, конечно, мы не сделали этого. Мы можем закончить все завтра. Выпустив недовольный звук, Тэхён не стал спорить, лишь пробормотал под нос что-то вроде "зря потратили время", после чего снова заснул. Бомгю только и мог, что закатывать глаза, прижимая флориста к груди, пока поднимался по лестнице, и при этом не мог отрицать, что Тэхён гораздо очаровательнее, чем он мог бы физически выдержать.

***

Почувствовав, что его тело сильно раскачивается на плече, Бомгю со стоном частично открыл глаза, чтобы увидеть теневой силуэт Тэхёна, стоящего над ним. Но, даже не смотря на то, что в комнате не горел свет, по периодическим сопениям, которые он пытался подавить, Бомгю понял, что младший плачет. — Хён, тебя опять вырвало? — тихо спросил он, усаживаясь на кровати и включая ночную лампу. — Было больно... Боже мой. Дыхание Бомгю прервалось и остановилось, когда он заметил пятна на белой толстовке и кровавый след, который медленно скатывался по губам Тэхёна. — Черт, у тебя есть поблизости салфетки? — спросил он, стараясь сохранять спокойствие и оглядывая кровать. Переведя взгляд на сторону кровати Тэхёна, Бомгю заметил легкие кровавые пятна и пять лепестков золотисто-желтой розы и розовой каллы, которые частично окрасились в красный цвет, слегка разбросанные по кремовым простыням. — Тэхён... Слова Бомгю оборвались, и он застыл на месте, когда Тэхён положил свое дрожащее тело ему на колени и положил голову ему на шею. — Больно, - прохрипел Тэхён, его голос был хриплым и грубым. — Мое горло. Оно... Оно очень болит, — пытался объяснить он, пока его слезы смачивали голую грудь Бомгю. — Мое горло, моя грудь, все болит. Просто... пожалуйста, пожалуйста, сделай так, чтобы это прекратилось. Не в силах вымолвить ни слова, Бомгю лег на спину, прижав младшего к груди, и изо всех сил пытался успокоить его, проводя рукой по спутанным красным локонам. — Скоро все закончится, Хён, — тихо прошептал он. — Просто дай мне еще немного времени, хорошо? Бомгю знал, что он не собирается этого делать, и что в любом случае будет лучше, если он этого не сделает, но ему хотелось, чтобы Тэхён сказал что-нибудь в ответ. Возможно, тогда он смог бы игнорировать бурлящее чувство вины в глубине своего желудка.

***

— Ну разве это не сюрприз? — спросил Кай, его слова были дразнящими, когда Тэхён сел рядом с ним. — Не знал, что мы тут теперь получаем засосы, - проворчал он, пытаясь рассмотреть отметины, которые были плохо скрыты консилером. — Похоже, вы с Бомгю неплохо ладите. — Не заставляй меня жалеть о том, что я пришел сюда, едва присев, — проворчал Тэхён, еще больше отстраняясь от Кая и сузив глаза на Субина. — И я перекладываю всю вину на твоего тупого парня с розовыми волосами. — Ты так говоришь, как будто это он сказал тебе сидеть здесь с засосами, — сказал Субин с невозмутимым лицом. — Ёнджун взрослый человек, я не могу контролировать то, что выходит из его рта, и, кроме того, это всего лишь засосы. — Вы, ребята, видите только два из шести засосов, которые оставила на мне эта чертова пиявка, — поправил Тэхён тоном, который показался ему плаксивым. — И это вина Ёнджуна, потому что внезапно после их "мужского разговора" Бомгю начал оставлять на мне следы, хватать меня за задницу... — Другими словами, он сделал Бомгю мини-копией себя, - вмешался Субин. — Но ты уверен, что это не просто Бомгю, которому стало удобнее с тобой? — Зная его, возможно, так оно и есть, и я бы хотел, чтобы он немного успокоился, — вздохнув, сказал Тэхён. — Честно говоря, я думаю, что мне становится скорее хуже, чем лучше, — признался он, опустив взгляд на свои руки. — Пару дней назад я с трудом встал с кровати, и Бомгю пришлось мне помогать, я даже не мог сидеть больше десяти минут, когда работал, потому что меня тошнило, а недавно меня тошнило шипами... — Подожди, шипы? В смысле, колючки, которые заставляют тебя истекать кровью? — перебил Кай, явно озадаченный тем, как он уставился на Тэхёна. — Я даже не знал, что такое возможно. — Очень даже возможно, и поверьте мне, это так же неудобно и больно, как и звучит, — пробормотал Субин, вздрогнув от этой мысли, и посмотрел на Тэхёна с обеспокоенным выражением лица. — Как долго ты уже рвешь шипами? — Начал почти неделю назад, а вчера вечером выкашлял несколько штук. — А Бомгю знает об этом? Тэхён понял, что оба его друга уже знают, что он ответит на этот вопрос, и в течение нескольких секунд молчания он наблюдал за их лицами и вскоре был встречен грустным взглядом младшего и неодобрительным — Субина. — Тэхён, ты должен был сказать ему об этом в тот же день или хотя бы на следующий, — нахмурившись, заметил Кай. — Он ведь пытается в тебя влюбиться... — И именно поэтому я не хочу ему говорить, — сказал Тэхён. — У него и так много забот, а если я скажу: "Эй, угадай что, я теперь блюю шипами", то это заставит его еще больше беспокоиться обо мне, что в итоге приведет к стрессу. — Это действительно так, Тэ? — спросил Субин, как будто вопрос был риторическим. — Или тебе просто неудобно рассказывать ему о том, что происходит с твоим ханахаки? — спросил он, на что Тэхён лишь опустил взгляд на свои руки, не в силах встретить взгляд собеседника. — Тэ... — Слушай, это просто немного странно для меня, хорошо? Два месяца я делал вид, что все в порядке, и запирал двери, когда меня тошнило, даже когда я был один, а теперь вдруг, когда я уже привык к этому, мне больше не нужно ничего этого делать, — расстроено объяснил Тэхён, снова подняв глаза на Субина. — А Бомгю... Я действительно честен, когда говорю, что не хочу волновать его еще больше. — И ты считаешь, что если я ничего не расскажу ему о том, что с тобой происходит, и он узнает об этом почти травматическим способом, то это будет меньше волновать его? — спросил голубоволосый, приподняв бровь. — Тэ, ты должен рассказать ему, и не только минимум, но и все. — Наверное, будет лучше, если ты спросишь и о том, как Бомгю справляется со всем этим, — тихо проговорил Кай. — Ёнджун сам сказал, что он только и делает, что затыкает рот, пока не стало слишком тяжело. Тэхён застыл на месте, когда его захлестнула волна осознания и ужаса.

"Я никогда не спрашивал, как он себя чувствует... блять".

— Знаешь, когда Субин предложил нам сегодня встретиться, я рассчитывал отлично провести время, а не устраивать сеанс терапии посреди кафе, — ворчал Тэхён, опускаясь на свое место и вздыхая. — Как я вообще могу спросить его о чем-то подобном? — Отведи его куда-нибудь, где ему будет удобно, и спроси его там, — предложил Кай. — Только не будь слишком откровенен, потому что, зная этого парня, он просто отмахнется от вопроса и сделает вид, что все в порядке. Должно быть, Субин заметил, что на лице Тэхёна появилось озабоченное выражение, так как рука старшего быстро встрепенулась и легла на его бедро. — Просто постарайся не думать об этом так сильно, хорошо? Да, это будет долгий и, возможно, разочаровывающий разговор, но поверь мне, он того стоит, — с утешительной улыбкой заверил Субин. — Просто... когда дело доходит до таких вещей, их нельзя и не стоит торопить. Особенно когда речь идет о любви. И хотя Тэхён знал это, он просто хотел, чтобы процесс был таким же легким, как Субин говорил.