Случайность. Или нет?

Дни в хорошей компании проходят незаметно, не так ли? А если жизнь наконец начинает играть яркими красками, становится более насыщенной на события, то тем более. Так и произошло с парой молодых людей, так сумбурно познакомившихся в баре благодаря случайности. Недели, проведённые вместе, казались лишь часами, но в тоже время — многие так не узнавали друг друга за месяцы. Что там — за годы. Они могли поговорить обо всём на свете, обоим было интересно то, что раньше казалось чем-то пресным, чем-то не для них. Евгения никогда не думала о том, что сможет влиться в компанию рок музыкантов, но, к удивлению всех, включая Роберта, её тепло приняли. Неироничный интерес к тому, что они делают и умение не мешать делали девушку идеальной публикой. Даже Саймон был мягок к ней и уже не так раздражался, когда девушка взаимодействовала с Робертом. Возможно, причиной тому была абсолютная чистота намерений, полное отсутствие пошлости в действиях обоих. Ребят из группы удивлял и умилял столь платонический союз, и никто не был против, ведь Роберт всё это время пребывал в отличном расположении духа, ни конфликтов, ни сложностей из-за многочисленных зависимостей не возникало. Они считали, что она — именно то, что сейчас нужно Роберту, она была как фея, вдруг появившаяся и решившая все проблемы. Хоть и было странно видеть такое преображение, коснувшееся лишь поведения мужчины с другими людьми, а не взглядов на жизнь и желания писать и петь минорную, возможно даже депрессивную музыку, все были более чем довольны исходом. … В очередной пасмурный день, когда ни гулять, ни работать не хотелось, Смит и Евгения были у него дома. Тяжёлые тучи, лениво проплывающие над черепичной крышей не беспокоили пару, в чьём доме светило солнце. Метафорическое, конечно, представлявшее из себя люстру в старомодном плафоне, со слегка гудящей лампой накаливания внутри, но молодым людям и не нужно было настоящее, ведь они были друг у друга. Они весело смеялись, обсуждая истории из своих жизней и просто наслаждаясь компанией. — Так ты красишься?! — с озорным удивлением переспросила Евгения. — Да, раньше только для концертов, но мне это нравится — не боясь быть осуждённым ответил Роберт. Когда девушка спросила, можно ли посмотреть на его косметику, мужчина с гордостью вывалил перед ней тривиальный набор: кремовые белила, простая рассыпчатая пудра, черные тени и карандаш для глаз, красная помада и пара кистей. Глаза девушки загорелись и она, прищурившись, спросила: — А можно мне тебя накрасить? — она улыбалась, предвкушая, как измалюет лицо ещё ничего не подозревающему Смиту. Он ответил ей с таким же хитрым прищуром. — Только если я могу накрасить тебя — в его улыбке промелькнула та чертовщинка, которую Евгения так любила. После утвердительного ответа Роберт добавил: — И сделать причёску! Глядя в слегка испуганные, но предвкушающие интересное времяпрепровождение глаза Евгении, мужчина рассмеялся и принёс расчёску и лак для волос. Уже представляя как хороша она будет с готическим макияжем и небрежным начёсом. Решив, что первой должна быть накрашена дама, Роберт усадил девушку перед собой на ковре и ловко наносил продукты один за другим, как если бы делал это каждый день. Девушку впечатлили его умения визажа, и ей не терпелось посмотреть на результат, но Роберт, хитро улыбнувшись, принялся за причёску. Никогда даже не знавшая, как делается начёс девушка была порядком удивлена тому, как как её каре превращается в высокую, объёмную причёску. Мужчина так и не дал ей посмотреть на результат, и они решили, что увидят шедевры друг друга одновременно. Начиная красить Роберта Евгения не знала, с чего начать. Под чутким руководством мужчины, который простыми словами и предельно тёплым тоном объяснял, как наносить продукты, она смогла нанести белила и припудрить их, случайно раздувая пудру по всему полу, на что Смит только рассмеялся. Его забавляла её очень сосредоточенная физиономия прямо перед его лицом и он не мог перестать улыбаться, чем очень мешал девушке наносить помаду. Оставив наивные попытки нарисовать ровный контур она просто обвела губы, решив сделать упор на нарочитою неаккуратность. Роберт никогда не мог доверить нанесение карандаша для глаз кому-то кроме себя, но сейчас он видел, как нежно и слегка трепетно она наносила косметику на его лицо. Когда самая «опасная» по мнению мужчины часть была пройдена без происшествий, и он выдохнул, расслабляясь, ему пришлось поплатиться за своё безусловное доверие — Евгения случайно ткнула ему в глаз кисточкой с тенями. Тихо ахнув, она заставила Роберта открыть глаз, и обнаружив мужчину в полном здравии и всё таком же прекрасном расположении духа, при том чуть ли не покатывающимся от смеху, всё же долго извинялась. Ей и вправду было очень жаль, но мужчина не видел в ситуации ничего ужасного, его по доброму забавляла неумелость девушки и страх навредить или сделать что-то не так. Оставив попытки привести Евгению в чувство словами, он заключил её в крепкие объятия и поцеловал. Удивление в её глазах стремительно сменилось на радостное возбуждение. Помада была безвозвратно размазана по всему лицу, волосы — ещё больше растрёпаны, но тот краткий миг поцелуя стоил того, чтобы пустить труды последних часов впустую. Смеясь, они покатились по ковру и лежали друг напротив друга, улыбаясь, смотря друг другу в глаза и чувствуя, что этот момент — самый искренний, самый откровенный и самый интимный за всю их жизнь. Поднявшись, молодые люди осмотрели результаты своих стараний в большом зеркале. Они выглядели, как идеальные представители «потерянной молодёжи» — белые, как полотно, лица, черные тени и подводка на глазах и сильно размазанная алая помада, идеально дополняемая начёсанными волосами, над которыми потрудились не только расчёска и лак для волос, но и ковёр. Хорошо рассмотрев эту, безусловно, прекрасную картину, пара решила перекусить. Евгения, попричитав, что в доме Роберта почти не было еды, и так жить нельзя, всё-таки нашла продукты на нехитрое блюдо — яичницу с сосисками, которое они быстро приготовили, шутя над тем, насколько комично смотрелись на кухне. Вечер завершился незаметно и молодые люди не заметили, когда на город опустилась ночь. Роберт понял, что они засиделись допоздна лишь когда отошёл за чаем, а вернувшись в гостиную обнаружил Евгению спящей на диванчике. Фыркнув себе под нос, и оставив чашки на столике, мужчина укрыл девушку пледом, ведь будить её было бы настоящим преступлением — так мило она спала. Убедившись, что предоставил ей комфорт, Роберт тоже пошёл спать. Это был прекрасный день, который был составлен из случайностей, которые и сделали его таким незабываемым.