Шрамы на моём теле

Вики

— Итак, итог: твой отец мёртв уже как семь лет, а ты об этом не знала, потому что сбежала от него по непонятной для меня причине. Правильно? Я молча кивнула головой, смотря на прозрачный бокал, в котором бежево-желтая жидкость красиво пускала пузырьки. Мими продолжила: — И теперь ты считаешь себя плохой дочерью? — заинтересованно спросила она, открывая одну из бутылок шампанского, украденных с какого-то магазина на Земле. — Я не плохая дочь, — уверено заявила, стуча ноготком по стеклу. — Значит он плохой отец, — предположила дьяволица и попала в яблочко. Мне уже стоит перестать мучать себя чувством вины и понять, что я никаким боком непричастна к его инфаркту. Он совсем не ценил меня, пока не потерял, и это не моя проблема. Я глубоко вздохнула и прикусила нижнюю губу под внимательный взгляд подругу. — О мёртвых либо хорошо, либо ничего... — хотела бы добавить «кроме правды», но замолчала. Я не готова говорить об этой правде. Мими задорно рассмеялась и, наливая шампанское себе в бокал, недоумевающе спросила: — Это у вас такая земная пословица или что-то в этом роде? Типа, сказал один смертный, и вы все хором начали повторять за ним? Я довольной улыбнулась, рада изменению темы разговора. — Что-то типо того. — Звучит бредово на самом деле, — сделала вывод девушка. — Да, но и вы бессмертные тоже странные, — заметила я, и Мими удивлённо подняла брови в немом вопросе. — По сто лет учитесь в школе, хотя для этого достаточно выделить один год. — Если я окончу школу, значит я стану взрослой, а взрослеть я не хочу, — озорно пояснила девушка. — Людям дано так мало времени на жизнь, и третью часть её вы тратите на чёртово обучение. Это просто какая-то жуть! — она оживлённо начала махать руками, выражая своё негодование. — Не знаю... По-моему, узнавать что-то новое лучше, чем постоянно тусить и пить не просыхая, — я слабо повела плечами. — Слышал бы тебя сейчас Ади, довёл бы до смерти своими аргументами, почему бухать — это полезно. Я хихикнула и подняла свой бокал, наполненный игристым белым вином. — Давай же тогда позаботимся о своём здоровье и хлебнём этого чудесного пойла, — торжественно проговорила я. Мими улыбнулась во весь рот, и наши стеклянные изделия соприкоснулись, делая звонкое «цок». — Ты, кстати, была упоминала Люцифера, — неожиданно вспомнила подруга. Я малость передёрнулась от этого имени и хмуро покосилась на девушку. — Хочешь поговорить об этом самодовольном эгоисте? — Почему бы и нет, — ответила она, слабо улыбаясь. — Мне интересно, что ты думаешь на его счёт? Я налила в свой бокал ещё шампанского и залпом выпила его до дна под заинтересованный взгляд Мими. — Нечего тут и думать. Избалованный сын своего власного папаши и не более, — резко выдала я, подливая ещё алкоголя. — Ни сердца, ни совести. Настоящий дьявол! — Так он и есть дьявол, — хихикнула подруга, после чего я недовольно сжала свои алые губы в тонкую линию. — А ещё ты дочь Ребекки... Тебе же от этого хуже. Я свела брови, непонимающе уставившись на неё. — При чём здесь это? — Говорят, твоя мать что-то сделала Сатане, и он её возненавидел. Думаю, фамилию Уокер не любит теперь вся верхушка. — Сплетни... — скептично сделала вывод я, после чего Мими легко повела плечами в ответ. — Раньше я, Люцифер и Дино хорошо общались, но это было очень давно, — задумчиво начала она после некой паузы. — Когда ему исполнилось десять лет, наверное, что-то случилось, потому что он начал отдаляться от нас, а потом и вовсе сделал из Дино своего главного врага, а меня просто игнорировал. Мы не знаем по сей день за что к нам такое обращение, но прошло много лет, и это уже стало совсем не важно. Я меланхолически начала водить глазами по комнате, обдумывая её слова. Может, что-то действительно произошло в юности Люцифера, но сейчас он совсем не маленький мальчик, а состоятельный мужчина. Поэтому его эгоистичное поведение нельзя ничем оправдать. — Люцифер... интересная личность. Мне кажется, вам пошло на пользу то, что вы перестали общаться. Каждый идёт своей дорогой, — умеренно проговорила я, снова наливая себе бежево-желтый напиток в бокал. Алкоголя в бутылке оставалось всё меньше, а тепло по организму разливалось всё больше. — И мы с Дино тоже идём своей дорогой, которые не сойдутся, — с какой-то грустью в голосе тихо сказала Мими, на что я даже внимание не обратила. Затем она подняла новую бутылку шампанского и звонко вымовила: — Предлагаю напиться! Я заинтересованно посмотрела на её расплывчатый силуэт и хитро улыбнулась.

* * *

Третья или четвёртая пустая бутылка небрежно лежала возле моей кровати. Не знаю откуда у Мими такие золотые запасы, но это безусловно радует. — Ха, смотри! Прям в глаз попала, — шаловливо проговорила она, смеясь и тыкая пальцем в небольшой дротик на фотографии Ангела Фенцио. Изображение уже было наполовину изуродованно маленькими стрелами и разукрашенно яркими красками, делая имитацию усов и моноброви. — Да, чёрт! Почему я постоянно мимо попадаю? — угрюмо пробурчала, пытаясь сфокусировать взгляд на снимке преподавателя, но из-за за выпитого алкоголя картинка перед глазами плыла. — Я так понимаю, твой дар — не меткость, — подруга изящно откинула волосы назад в знак победы. — В трезвом состоянии я всегда попадаю в яблочко, — уверенно заявила ей, напряжённо целясь и кидая дротик мимо фотографии раздажающего ангела. — Ты, наверно, хотела сказать: «Всегда попадаю в пространство вокруг яблочка», — дьяволица широко улыбнулась. — Во всём виновата эта ужасно вкусная штука, — я пальчиком указала на стеклянные бутылки, которые полтора часа назад были наполненны шампанским. — Ага, а ещё от вашего земного алкоголя становится почему-то очень жарко, — заметила Мими, интенсивно маша ладонями возле лица, и тут я с ней полностью согласна. Кожа горела от переполняемой энергии и мыслей в голове, одну из которых я решила озвучить: — Пошли купаться, я знаю отличное место. Дьяволица заинтересованно оглядела меня, затем посмотрела на часы, где минуту назад пробило полночь, и заговорчиски прошептала: — Обожаю пьяные приключения. Я хитро улыбнулась, не до конца понимая, что творю. Комендантский час в школе начинается с двенадцати часов ночи, но кого это сейчас волнует? Ученики часто нарушают запрет, а стражники закрывают на это глаза, продолжая заниматься своими делами, и всем от этого хорошо. Через небольшое количество времени мы уже были на месте назначения. Пещера, которую я часто навещала днём, ночью оказалась в тысячи раз превосходнее. Водопад и озерцо мерцались изнутри фиолетовым сиянием, при этом озаряя всё подземелье. Вокруг летали маленькие разноцветные бабочки, а чарующие цветы раскрыли свои бутоны в сторону большой луны, которую было видно в мелком просвете между камнями. Создалось ощущение, что я нахожусь в какой-то прекрасной сказке. Если Небеса такие волшебные, то какой же Рай? — Ну я так и думала, — пессимистично начала моя соседка. — Куда бы ты меня ещё привела, как не в ангельское местечко с цветами и бабочками? — Не будь букой, Мими. Тут озеро есть, или же ты предлагаешь нам барахтаться в адкоском котле? — иронично спросила я, неотрывая взгляда от прекрасного вида. Девушка лишь добродушно усмехнулась и начала подходить к светящейся воде, паралельно снимая свой топ и леггинсы. Я наблюдала за её действиями, будто приросшая к земле. Чёрт. Шрам.

Июль 2015 года

Шесть тысяч восемьсот тридцать километров — именно такой путь я преодолела, чтобы оказаться подальше от двухэтажного особняка отца, наполненного ужасными воспоминаниями и моими пролитыми слезами. Чистый пляж и голубое тёплое море, атмосфера беззаботности и средневековые кварталы, изумительная каталонская кухня и большое количество уличных музыкантов — всё это есть Барселона, город, где я нашла себе место. Тут черпали вдохновение Пабло Пикассо и Джоан Миро, а я не исключение. Такой расслабленный образ жизни воодушевляет и придаёт надежды на хорошее будущее. Круглый живот виднеется через приподнятую футболку в отражении зеркала. Семь месяцев я ношу маленькое живое существо внутри себя, которое дало мне шанс начать свою историю с чистого листа. Это сложно, даже очень. Отёки конечностей, постоянная беготня в туалет, затруднённое дыхание, варикоз, а ещё страх материнства, никакой психологической и финансовой помощи. Но я сама выбрала этот путь и ни за что не вернусь в Колумбус. Капли дождя били по окнам недавно приобретённого домика. Мои уши чётко улавливали этот звук, но мысли были забиты совершенно другим. Что будет дальше? Действительно ли я смогу растить ребёнка своего насильника? Но это же по большей части мой ребёнок, ведь я буду всегда рядом с ним. А если у него будут глаза отца? Такие же мутно-зелёные, такие же ненависные. Как я буду в них смотреть каждый день? Горько вздохнув, я прикрыла глаза. Стараюсь не думать об плохом и верить, что всё будет замечательно. Моей голове надо отдохнуть и поспать. Вместо этого я сажусь в кресло с двумя набитыми подушкам и выдвигаю ящик комода рядом с собой. Достаю оттуда металлический складной ножик. Открываю его и вижу тонкое острое лезвие. Это то, что мне сейчас нужно. «Он — моя личная защита и он — моё наказание» Делаю неглубокий надрез на бедре. Чувствую приглушенную боль и какую-то лёгкость в душе. Кровь медленно начинает выливаться из только что сотворённой линии, делая тонкую дорожку по бледной коже вниз, а затем и красную крошечную лужу на полу. Ещё одно резкое движение лезвия по телу и ещё. Я судорожно выдыхаю. Зачем? Зачем я это делаю? Причиняю себе боль, чтобы очистить мысли? Это неправильно, так нельзя, но я продолжаю разрывать свою плоть и дальше. Проходит две минуты, и на моей ноги уже изображенно целое творение. Уточнённые свежие полосы поверх старых, ещё красных и не до конца затянувшихся ран измазаны алой жидкостью. Выглядит эффектно и кошмарно. Просто кошмарно... Селфхарм — это то, чем я занимаюсь последние несколько месяцев. Эти самоповреждения кажутся совсем безобидными, но на самом деле за ними прячется жуткое прошлое, от которого так просто не избавиться. Здесь нужна помощь специалиста, но я пока не готова к тому, что кто-то будет копаться в глубине моей души. Откидываю голову назад и зажимаю в руке лезвие, совсем не заботясь о чистоте мебели. Я начала новую жизнь и у меня куча планов на неё. Хочу стать дизайнером украшений, и пусть я окончила только девять классов, у меня есть все шансы продолжить обучение и поступить в университет. Эти рассуждение успокаивали меня, поэтому я погрузилась в мир мечтаний, но ненадолго. Очень неожиданно мой живот пронзила острая боль, отчего я дергнулась и мучительно застонала. Через несколько секунд боль повторилась, и я увидела страшную картину. Низ моей лавандовой юбки полностью промок из-за большого количества крови, но не из порезов, а из влагалища. Сердце вмиг застыло от этого зрелища, а рот открылся в немом шоке. Я безостановочно водила глазами по красной калюже, не понимая, что происходит. Телефон, лежавший на комоде, мгновенно очутился в моих руках. Дрожащие пальцы набрали сто двенадцать на дисплеи и нажали на зелёную кнопку вызова. — Скорая помощь, — через пару гудков послышался приятный голос девушки на другом конце трубки. — Прошу скорее, — еле вымолвила я, сгибаясь от боли, — Я беременна... и кровь... она вытекает и... боль в животе... сильная... — Скажите ваш адрес, — попросила администратор и после моего ответа что-то сказала персоналу. — Скоро к вам прибудет машина, а пока не отключайтесь, пожалуйста. Я сделала так, как попросила девушка, и стала соблюдать все инструкции, которые она мне давала. Спустя четыре минуты послышался звук сирен.

* * *

Капля пота лениво стекала с моего лба, падая где-то в район груди. Родильное кресло, на котором я лежала, уже не казалось таким мягким. Голова будто налилась бетоном, а мозг безостановочно спрашивал: «Что происходит?» — Ещё очень рано... — устало шептала я в перерывах между схватками. — Только седьмой месяц... — Не переживайте, так бывает, — сказал врач, паралельно читая медицинскую карту и удивлённо поднимая брови. Женщина, которая вела мою беременность и знала все изъяны организма, ушла на больничный. По этой причине мне предоставили другого доктора. — Пол года назад вам провели операцию в зоне шейки матки, — начал он, задумчиво оглядывая меня. — Рожать самостоятельно вы не в состоянии, поэтому будем делать кесарево сечение. Я прикрыла глаза, глубоко дыша. Я уже давно знала, что другого вариантов родить у меня нет, и была готова к этому, но не сейчас. Ещё два месяца должно пройти. Какие, мать вашу, роды? Мои мысли прервал новый поток боли.

* * *

Когда ты чего-то ждёшь, время, кажется, идёт слишком медленно, но по сути прошло только сорок минут. В этот небольшой период я взывалась ко всей Галактике, чтобы с моим ребёнком всё было хорошо. Тихий плач, больше похожий на мяуканье котёнка, прорезался в моей слух через пот и усталость. — Поздравляем, у вас девочка, — послышался ласковый голос медсестры. Не успела я ничего понять, как в мои руки положили тёплый свёрток, в котором маленький человечек немного пугливо смотрел по сторонам. Девушка в халате говорила что-то о весе и росте, и что проблем никаких нет, несмотря на то, что девочка родилась недоношенной. Но я слышала всё отдалённо. В этот момент существуем только я и моя дочь. Моя и ничья больше. — Карие... они карие, — лихорадочно шептала я, смотря в глаза малышки. Облегчённо выдохнула, ведь очень боялась увидеть другой цвет, который не даёт мне спать по ночам. Страх предстоящего будущего начал постепенно сжимать грудную клетку. Глядя на бледную кожу, пухлые щёчки и миниатюрный ротик своей девочки, я уже знала, что сделаю всё для того, чтобы она была счастлива. Ведь в чём тогда смысл моей жизни? Добро пожаловать, Луиза. Моя маленькая девочка Лу...

Наше время

— Чего стала, как не своя? Раздевайся, — ворчливый голос подруги вывел меня из флешбеков о прошлом. Я посмотрела на её тело в чёрном кружевном белье. Светлая кожа так красиво горманировала с темными волосами и губами, которые всегда были подведены чёрной помадой. Шикарные бедра и узкая талия, серие глаза и длинные ресницы. Она будто вышла из обложки журнала «Playboy». — Не жди меня, иди в воду. Я сейчас, — сказала и принялась снимать чёртовы туфли на платформе. Как Мими в них каждый день ходит и не страдает радикулитом? Дьяволица в ответ равнодушно повела плечами и немного неуклюже начала заходить в светящееся озеро, а я спешно отвернулась и сняла короткое платье. Лунный свет озарил уродливый поперечный рубец в надлобковой складке живота и мелкие шрамики по телу, которые я сделала себе сама. Какая же я всё-таки была дура... Пока Мими стояла спиной ко мне, я быстро забежала в воду, делая брызги вокруг, и накинулись на девушку с обьятьями. — Скучала? - весело пропела я и заметила в её руках бутылку того самого шампанского. — Видимо, ты нашла себе компанию получше. Пьёшь и без меня? — наигранно сурово спросила её. —Обижаешь, детка, — она схватила ещё один такой же напиток и резко открыла его, отчего на меня полетели струи алкоголя. Я рассмеялась, прикрывая руками лицо, и думала о том, как прекрасно, что мы взяли оставшиеся пойло с собой.

* * *

— Как думаешь... ик... я умру второй раз, если утону здесь? — бессвязно спросила я, прислонившись головой об камень за водопадом. Мими лениво помотала головой, паралельно выкручивая из своих длинных волос лишнюю влагу. — Я уже тонула. Как видишь, жива и невредима, — она демонстративно развела руки в стороны, показывая своё идеальное тело. — А что... ик... было? Демоница надумала губки и приложила указательный пальчик к ним, вспоминая этот период своей жизни. — Ах, точно. Меня на утро нашёл какой-то ангел и вызвал учителей. А когда мне стало лучше, дядечка Кроули махал мне пальчиком и говорил «ну-ну-ну». Я представила эту картину в своей голове и мне стало так смешно, что я не удержалась на ногах и нырнула под воду. Тонкие руки Мими обвили мою талию сзади и помогли стать в исходное положение. — Ты вообще не умеешь пить, детка, - заметила она и стукнула по моей ладони, когда я потянулась за новой бутылкой алкоголя. — Хватит уже тебе. Я недовольно нахмурила брови и начала брызкать в неё солёной жидкостью из озера. Подруга задорно рассмеялась и начала тоже самое делать в ответ. Нам было очень весело. Мы толкались и щекатали друг друга, плавали наперегонки. Но всему рано или поздно приходит конец. — Мими? — мягкий мужской голос окликнул мою соседку позади. Девушка повернула голову в сторону спрашивающего, и я увидела светлое пятно. Картинка в моих глазах начала настраиваться, после чего я разглядела знакомую блондинистую макушку. — Вики? — спросил ангел, ошарашенно оглядывая меня. Благо я была по грудь в озере. — Дино? — оторопело вопросилась я в ответ. — Вау, перекличка сделана, все на месте, — голос Мими вывел нас из мира "Очуметь". — Что вы тут делаете? — уже третий вопрос парня за пол минуты. Дьяволица изящно откинула свои влажные волосы назад и скрестила руки на груди, начиная толковать: — Перед тобой стоят две мокрые девушке в нижнем белье. Нам действительно нужно отвечать на вопрос или же это ты нам скажешь, что делает самый послушный и воспитаный ангел мира в такую пору здесь? — она выделила последнее слово и ладонью обвила пространство над нами. — Нарушаешь школьные законы? Ай-яй-яй, — её пальчик сделал движение вверх-вниз, будто ругая ангела. Это забавное представление девушки вызвало у меня новую волну хохота, поэтому я снова провалилась в глубину озера. Пока Мими вытаскивала меня, Дино заметил две пустые бутылки и одну только открытую. — Так, думаю, вам на сегодня достаточно, — он подал ладонь Мими, чтобы помочь ей выйти из воды. Закинув мою неподвижную руку себе за шею, она стояла и прищуренными глазами смотрела на сына Фенцио. — Во-первых, мы сами решим когда нам достаточно. Мы самостоятельные девушки, не надо нам помощь мужчины. Дино на это лишь картинно закатил глаза, но руку не убрал. Подруга продолжила: — А во-вторых, я никуда без неё не уйду, — она указала головой на меня. — Я донесу Вики, — предложил блондин, беспокойно оглядывая меня. — Не надо! — наконец-то подала голос я, хотя скорее это было похоже на какие-то мямли. — Я сама. Высвободившись из схватки Мими, я сделала кривой шаг к берегу, но тут же пластом упала обратно в озеро. Дино тяжело вздохнул, прикрыв глаза пальцами, пока я давилась водой. — Мими, ты сможешь идти одна? Подруга скептично оглядела меня, лежащую на поверхности воды, как труп, и кивнула. Ангел вытащил моё недвижимое тело из водоёма, снял свою белую рубашку и накинул её поверх, не застебая. Ткань тут же пропиталась влагой, прилипая к телу. Парень даже не осмотрел мою полуобнаженную плоть из уважением. Это было приятно. — Дино, я соберу бутылки и пойду за тобой, ладно? — спросила уже одетая Мими, поправляя прядь чёрных волос за ушко. Ангел кивнул и, взяв пьяную меня на руки, вышел из пещеры.

Люцифер

Некоторым и ночь не нужна, чтобы излучать мрак. Но всё же это по истине прекрасное время. Повсюду царит тишина, природа медленно затихает, небо прячет свои краски в одеяле темноты. Я неспешно шагаю по чрезмерно мягкой траве, сложа руки в карманы. Отец любит отправлять меня на Землю в такую пору, давая различные задания не сложного характера: разламай жизнь успешному адвокату, продай пятнадцатилетней тихоне марихуану, подстрой смертельную аварию для врача и другое. По его словам, мне не хватает практики в школе, поэтому я так совершенствую влияние на людей. Ни о чём не думая, я развернулся в направлении своего корпуса и уловил звук отдалённых шагов. Это не вызвало во мне ни капельки интереса, пока я не услышал знакомый мелодичный голос: — Дино... ты мой спаситель... — Тише, Вики. Резко становился и повернул голову в сторону этих двух. Увиденная картина заставила меня лукаво улыбнуться. Наш милый ангелочек Дино нёс на руках мокрую и, судя по всему, нетрезвую непризнанную, из одежды у который было лишь неплохое нижнее белье и уродливая рубашка. — Какие голубки, — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Давайте я вас сфотографирую для семейного альбома, — высунул из обеих рук указательный и большой палец, делая имитацию рамочки. — Что ты несёшь, Люцифер? — спокойно спросил ангелочек, но я видел как заиграли щелваки на его скулах. Непризнанная на руках парня уже спала, приоткрыв розовые губы. С её каштановых волос капала вода, делая мокрые следы на джинсах Дино. — Я говорю лиш то, что вижу, — так же ответил ему, водя глазами по обнажённом теле девушки. Под светом луны её кожа имела золотистый оттенок и блестела от влаги. Шёлковая ткань бюстгальтера скрывала набухшие от прохладного ветра соски. Грудная клетка поднималась и опускаться, отчего чётко были заметны дугообразные кости ребра. Живот казался слишком плоским и худым, а на нём... что это? Тонкий и бледный шрам почти незаметно спрятавшийся в складке кожи. Либо я этого просто не замечал раньше, либо непризнанная старательно скрывала его. Но зачем... — Дай нам уйти, Люцифер, — Дино смотрел на меня в упор, явно недовольным тем, как я рассматриваю шатенку. Я сделал шаг в сторону, давая возможность ретироваться. Когда ангел проходил мимо меня, я непринуждённо бросил: — Об этом никто не узнает, — я коварно блеснул глазами, — пока мне не будет это выгодно, — и мгновенно взлетел, оставляя после себя лиш поднятую пыль.