Момент хрупкой жизни

***

– Потанцуем. Ответила ему она, словно бы сама ему бросала вызов. В глазах её мелькнули огоньки, а на милом личике ухмылка появилась. Они смотрят друг на друга, никого вокруг не слышат и не замечают вовсе. Сейчас, именно в этот момент в этом огромном зале, где громкая музыка играет, а множество гостей о чем-то болтают, для Лин существует только Хёнджин, а для него – Лин. И все, что происходит в этом помещении, вдруг стало такой мелочью, что никого не волнует; ничего вовсе не привлекает внимания. Зелёные глаза блестят напротив тёмно-карих. В них загораются некие искорки. Лин словно играет с ним, как кошка с мышью; бросает ему вызов, не зная, насколько тяжёлыми могут быть последствия. А на последствия ей ровным счётом все равно, потому что знает она, что если кто-то осмелиться перейти ей дорогу – получит в ответ месть, что окажется в десять раз хуже. «Хочешь сделать мне больно? Я сделаю тебе ещё больнее». Рука Хёнджина легла на её талию; он крепко прижал её к себе, словно боялся отпустить, боялся, что она уйдёт. Уголки пухлых губ юноши, что имели слегка пунцовый оттенок, приподнялись, вырисовывая приятную улыбку на лице. Хван облизнул губы, после чего осмотрел свою жену с ног до головы. Она была прекрасна, впрочем, как всегда. Столь красивых женщин он ещё не встречал, хоть в его жизни Лин была далеко не первой. Ранее он и не думал, что сможет ему понравиться зеленоглазая, ведь таких женщин многие считали «наследницами ведьм». Хотя Лин и была подобна ведьме; было в ней что-то такое, что очаровывало, что-то, что притягивало; в ней была некая загадка, которую не каждому удастся разгадать. При желании она могла бы управлять кем угодно, словно куклами. Точно ведьма. Дережёр махнул оркестру, чтобы те начали играть песню, под которую молодожёны станцуют свой свадебный танец. По всему залу стала слышна мелодия скрипки, затем заиграли виолончели. Затем к струнно-смычковым инструментам присоединился и рояль. Пальцы пианиста ловко нажимали на множество клавиш одновременно и делая из этого чарующую музыку, что так ласкала слух всех присутствующих. Молодая пара начала двигаться. Все их движения были четко отточены, каждый из них старался показать свое умение танцевать во всей красе. А зрители были в полном восторге. Лин сверлит Хёнджина взглядом; танцуя, она вкладывает в это все свои силы. Они словно соревнуются друг с другом, пытаясь показать, кто лучше. А танец действительно выглядел эффектно. Хван руками плавно скользил по её талии, затем брал её за руку, кружил в танце, от чего гости охали и ахали, глядя на прекрасную картину, что открылась перед ними. Обувь стучала по полу, издавая тихие звуки, что едва слышны были. Фредерик, стоя уже где-то около рояля, затаил дыхание, наблюдая за молодыми. Всё-таки столько мучительных и долгих занятий прошли не зря. Мужчина положил руку на сердце, а его дар речи, кажется, вовсе исчез. Дворецкий, мистер Уильямс, пустил слезу, но тут же вытер её белым плоточком, что всегда находится в кармане его пиджака. Он поднес кусочек белой ткани к морщинистой коже, после чего вытер маленькую солёную капельку, которая чуть было не скатилась по его щеке. Внутри него смешивались чувства: не смотря на то, что чувствовал он гордость, в глубине души прекрасно понимал, что этот брак не сделает из неё счастливую девушку, а, скорее, наоборот. Музыка всё играла и играла. Сейчас наступает кульминация мелодии, пара выполняет самые сложные движения этой хореографии. Хоть движения и считались весьма сложными, все равно им все давалось очень легко. Ведь столько времени, столько сил и энергии они потратили лишь на то, чтобы это разучить, чтобы показать свои умения настолько хорошо, что у гостей челюсть отвиснет, а по окончанию они начнут аплодировать и кричать от восторга, что есть мочи. И вот, сердца обоих уже бьются в ускоренном ритме, дыхание учащается. Лин вдыхает приятный запах его парфюма всякий раз, когда меж ними остаются считанные сантиметры. Танец подходит к концу. Сначала медленно затихли виолончели, затем скрипки и остальные инструменты, что присутствовали в оркестре. И только пианист, играющий на рояле, все продолжал играть. Музыка заканчивается, его руки все медленнее бегают по чёрно-белым клавишам и в итоге заканчивают это на последней длинной ноте. Лин и Хёнджин окончили танец, застыв в финальной позе. Он придерживал её одной рукой за талию, другой же – взял её руку. Юноша переплел их пальцы между собой, держал крепко, наслаждаясь мгновением. Их взгляды направлены друг на друга, а всех остальных людей словно не существует. – Хорошо танцуешь, моя королева, – ухмыльнулся тот, слегка приоткрыв губы, чтобы отдышаться. – Вы тоже неплохо танцуете, король Хван, – лицо ее холодным остаётся, а тон стал более серьёзным. – Думаю, Вы уже можете меня отпустить, – попыталась она вырваться из его крепкой хватки. Юноша нехотя отпускает свою невесту. Все присутствующие громко кричали, аплодировали. В их глазах удивление читалось, явно такого никто не ожидал.

***

Гости уже собрались за огромным столом, на котором было множество изысканных блюд. Да уж, повара постарались на славу. По всему помещению слышались стуки серебряных вилок о тарелки. Множество бутылок рома и вина уже давным-давно были опустошены. Отовсюду слышатся чужие разговоры, а у Лин голова кругом идёт от такого шума. Да и не только от него, ведь в её желудке уже находились несколько бокалов вина. В глазах всё немного плывет, в помещении душно. – Я отойду. Мне нужно подышать свежим воздухом, – тихо говорит она своему мужу, на что тот, казалось, и внимания не обратил. Лишь мельком глянул ей вслед, когда она ушла из-за стола. Девушка вышла на большой балкон. Холодный ветерок слегка ударил в лицо, от чего лёгкая туманность в глазах тут же исчезла. Она сделала несколько глотков прохладного свежего воздуха, почувствовала сладковатый запах роз, кусты которых росли под этим самым балконом. Белые розы. Это были её любимые цветы. Она готова была смотреть на них часами, любоваться красотой нежного цветка с множеством приятных лепестков. Эти цветы буквально манили Лин своим соблазняющим запахом. Раздумья её прервал очень красивый, но незнакомый ей мужской голос. От неожиданности она даже вздрогнула. – Я Вам не помешаю, Лин?