Дуэль\DUEL

Несколько месяцев спустя Амелия как раз садилась за стол после обеда, когда вошла ее секретарь, чтобы сообщить ей расписание на вторую половину дня. - У вас встреча со Скримджером в 2:00, а затем вы должны проверить новые руководства для авроров, прежде чем они будут розданы, - сообщила ей секретарша. - А что у меня сейчас? - спросила она. - Я как раз собиралась перейти к этому- сказала ее секретарь, - к вам пришел мистер Рэндини Томпсон, он говорит, что расскажет то, что знает только вам. - Я помню Рэндини, - ответила Амерлия, - пожалуйста, пригласите его. Кивнув, секретарь вышла, а через минуту вошел Рандини. - Как поживаешь, Рандини? - спросила она, - Сколько лет прошло? Двадцать? - Примерно столько, - подтвердила Рандини, садясь. - Последний раз, когда я тебя видела, ты закончил Хогвартс, а потом уехал путешествовать по миру, как все прошло? - спросила она. - Боюсь, могло бы быть и лучше, - мрачно ответил он, - об этом я и хотел с тобой поговорить. - Пожалуйста, рассказывай, - милостиво сказала она ему. - Сначала мои путешествия были довольно удачными, я путешествовал по всему миру на деньги, которые оставили мне родители, - начал Рэндини, - большая часть Европы была довольно хороша, потом была Азия, но потом в Непале я встретил женщину и влюбился, в итоге я поселился в Непале и женился на ней, работая там в непальском министерстве. - Мне приятно это слышать, Рандини, - любезно сказала Амелия. - Все было замечательно, по крайней мере, несколько лет, - продолжала Рандини, - но однажды ночью все изменилось. Когда мы с женой выводили принадлежащего нам яка пастись, на нас напал йети. Я пытался защитить от него свою жену, но в результате я был тяжело ранен и потерял сознание. Когда я пришел в себя, йети уже не было, как и моей жены. Как только я достаточно выздоровел, я отправился на поиски йети и моей жены, не обращая внимания на настойчивые заверения всех, что она, вероятно, уже мертва. Мне потребовался год, чтобы наконец выследить его, убить чудовище и спасти мою жену, но через несколько дней она умерла от болезней, которые получила в результате плена у йети. - Мне ужасно жаль это слышать, - искренне сказала ему Амелия, глубоко опечаленная его потерей. - Что еще хуже, деньги, которые я потратил на наем людей, чтобы помочь разыскать мою жену, истощили мои финансы, и когда один издатель предложил мне огромную сумму денег, чтобы я поделился своей историей, я принял предложение. Однако, получив мою историю, он лишил меня всех воспоминаний и оставил в Индии, где я не помнил даже собственного имени. Прошло много лет, прежде чем я наконец нашл в Индии волшебника, который тестировал экспериментальное заклинание, которое помогло восстановить все мои воспоминания, хотя на это ушло много времени, - признался Рандини, - когда моивоспоминания полностью восстановились, я вспомнил, кто это со мной сделал, и обнаружил, что он воспользовался моей историей, присвоив ее себе. Возможно, ты узнаешь его и историю, которую он написал "Год с Йети". Будучи достаточно знакомой с этой книгой, поскольку ей пришлось купить ее для своей племянницы Сьюзен, она воскликнула: «Ты хочешь сказать, что Гилдерой Локхарт сделал это с тобой? - Да, и у меня есть доказательства того, что он это сделал, - подтвердил он, раскладывая на столе письменные показания, которые, как оказалось, были написаны в основном на непонятном ей языке, - все от различных жителей непальской деревни, которые все еще помнили меня и мои поиски жены. Однако деревня была настолько отдаленной, что они даже не подозревали, что Локхарт написал книгу, основанную на том, через что я прошел. У меня также есть еще одна книга на английском языке от непальского министра. Просмотрев его записи, поскольку она могла хотя бы разобрать их, она пришла к выводу, что он, очевидно, говорит правду, и сказала: «Я считаю, что у нас уже достаточно доказательств, чтобы предпринять меры против Локхарта. Если то, что ты сказал, правда, а я считаю, что это так, то он уедет на очень долгий срок. Ты также можешь ожидать, что получишь от него очень большую компенсацию на возмещение ущерба». - Я благодарю тебе, Амелия, я просто хочу, чтобы то, что он сделал, не случилось больше с его ничего не подозревающими жертвами, - сказала ей Рандини. - Не волнуйся, я займусь этим, - сказала она ему. DUELDUELDE Гарри было довольно скучно сидеть, рассеянно слушая, как Локхарт рассказывает о том, что он якобы сделал в одной из своих книг, большую часть времени он просто проводил в классе, передавая сообщения Габриэль, но теперь в них фигурировали все члены Дома Пивз, за вычетом Флер. Габриель тихо рассмеялась, представив, как Локхарт просыпается и обнаруживает, что он лысый, и удивилась, когда в класс вошли Скримджер и Робардс, два аврора, с которыми он познакомился прошлым летом. - Гилдерой Локхарт, Вам придется пройти с нами, - мрачно сказал Скримджер. - По какой причине? Неужели мне присуждают еще один Орден Мерлина? - с надеждой спросил Локхарт. - К сожалению, нет, - ответил Скримджер, - Вы арестованы за ложные утверждения, которые Вы сделали в своей книге "Год с Йети", выдачу себя за другого волшебника и незаконное стирание памяти. - Я утверждаю, что это совершенно нелепо, - попытался возразить Локхарт, хотя его лицо, казалось, свидетельствовало об обратном, демонстрируя выражение полной вины и страха. - Пойдемте спокойно, и нам не придется усложнять ситуацию, - предупредил Скримджер. Локхарт попытался убежать, но его легко и быстро поймало одно из заклинаний Скримджера, выведя из строя. После того как Робардс связала его и отобрала палочку, она левитировала его тело к дверному проему. Однако перед тем, как уйти, Скримджер сказал: «Занятия на сегодня официально отменены». Наблюдая за тем, как все трое уходят, Су повернулась к ним и сказала: «Я знала, что он долго не протянет». - Кто-нибудь хочет поиграть во "Взрывной щелчок"? - предложил Габриель. DUELDUELDUELDUEL Через несколько месяцев после своего короткого пребывания в тюрьме Люциус Малфой снова начал строить планы мести Дамблдору, мадам Боунс и мальчишке Поттеру. Хотя первые двое казались довольно хорошо защищенными, а мальчишка Поттер - почти также, он также понимал, что есть еще определенные вещи, которые он может сделать, чтобы добраться до мальчишки. Придумав, наконец, план, он отправил своему сыну Драко сообщение о том, что ему нужно сделать. Однажды вечером Драко получил свою возможность: он пошел и отозвал Ориона Белта в сторону, заметив его одного в коридоре. - Орион, мне было жаль слышать о болезни твоей шестилетней младшей сестры, - сказал ему Драко, - что говорят медики? - Они говорят, что ей осталось жить около 6 месяцев, даже при постоянном уходе, - вздохнул Орион, - есть лекарство, но зелье, которое ей понадобится, стоит гораздо больше, чем мы можем себе позволить. Моему отцу уже пришлось продать большую часть своей коллекции мечей, чтобы оплатить ее уход и дать ей столько времени, сколько мы сможем. - А что, если я попрошу отца купить тебе зелье, которое тебе понадобится? - проницательно сказал Драко. - Это было бы замечательно, - с благодарностью сказал Орион, а затем посмотрел на него с подозрением и сказал: «Подожди-ка, в чем подвох?» - Какой подвох? Разве я не могу сделать доброе дело по доброте душевной? - ответил Драко с насмешливым милосердием. Орион ответил: «Ни ты, ни твой отец ни за что не согласились бы потратить на кого-то такие деньги, если бы не хотели получить что-то взамен». Драко, наконец, решил высказаться: «Твоя сестра получит зелье, которое ей нужно, и все, что ты должен сделать взамен, это убить Гарри Поттера». - Ты, наверное, шутишь? Ты хочешь, чтобы я убил кого-то? - недоверчиво спросил Орион. - Это будет очень просто, всего лишь быстрый бросок кинжала в его сердце или перерезанное горло, и дело сделано, - ответил Драко. - Я не буду совершать убийство, - отказался Орион. - Тогда твоя сестра умрет, - просто ответил Драко, прекрасно понимая, что у него есть преимущество. Орион, казалось, раздумывал над этим, прежде чем наконец сказал: «Ты должен поклясться, независимо от того, поймают меня или нет, что достанешь моей сестре зелье, если я это сделаю». - Конечно, мы, Малфои, люди слова, - настаивал Драко. Убедившись, что он действительно говорит ему правду, Орион согласился. - Если ты не выполнишь свое обещание, я гарантирую, ты будешь следующим, чье горло я перережу, - пригрозил он. Драко только усмехнулся, это была пустая угроза, он знал это. Если Орион хоть пальцем тронет его, отец в отместку быстро убьет всю его семью, в этом он не сомневался. Однажды во время игры с Гойлом, когда ему было пять лет, Гойл подрался с ним из-за того, кому досталось последнее шоколадное печенье. В итоге Гойл толкнул его, в результате чего он поцарапал колено. Когда его отец узнал об этом, Малфой избил отца Гойла. С тех пор Гойл всегда позволял ему все, что тот хотел. Жестокая репутация его отца была такова, что с Малфоями никто не связывался, и он был уверен, что Орион об этом знает. Он тщательно выбирал своего потенциального убийцу, и, учитывая навыки Ориона, а на кону стояло так много, он был уверен, что справится с работой. DUELDUELDUELDUEL Гарри был вынужден покинуть дуэльную тренировку раньше времени, так как случайно вывихнул плечо, ударившись о землю от одного из заклинаний Су. Пэнси вызвалась отвести его в больничное крыло, чтобы мадам Помфри помогла вправить его на место. - Удивительно, что ты не получил более серьезной травмы после стольких тренировочных дуэлей, - сказала Пэнси, идя рядом с ним и пытаясь заставить его сосредоточиться на чем-то другом, а не на плече. - Не волнуйся, у меня всегда есть ты и мадам Помфри, которые помогут нас вылечить, - полушутя ответил Гарри. - Это не то, о чем я думала, когда хотела научиться быть лучшим целителем, - сказала Пэнси, - такими темпами к окончанию школы мне даже не понадобится никакого обучения. Я просто скажу им, что потратила 7 лет на то, чтобы вылечить вас всех, и в больнице Святого Мунго меня сразу же возьмут на работу. - Ха-ха-ха, очень смешно, - Гарри притворился, что смеется. Он знал, что она просто шутит, но она все равно всегда волновалась, когда кто-то из них получал травму. Обычно, если травма была достаточно незначительной, она могла просто вылечить ее сама, но, если она была слишком серьезной, ей приходилось идти за мадам Помфри. Очевидно, она не доверяла себе вправить вывихнутое плечо. Затем, посмотрев на нее, он спросил: «Так ты действительно планируешь стать целителем после Хогвартса?» - Я действительно не знаю, Гарри, - честно ответила она, - Я пока не могу определиться. - Если ты действительно хочешь, то должна, но если не хочешь, то никто тебя не заставит, особенно я, - заявил Гарри, - "Однако у тебя уже хорошо получается". - Спасибо, - ответила она, - мне это нравится, и это пригодилось, как ты можешь убедится. Единственное, что может заставить меня колебаться, это то, что я хочу когда-нибудь стать матерью и быть рядом с нашими детьми. - Нашими детьми? - спросил Гарри. - Да ладно тебе, Гарри, это не такая уж чуждая идея, что однажды я и другие девочки будут иметь твоих детей, - сказала ему Пэнси. Хотя он определенно хотел иметь детей, он понял, что Пэнси, очевидно, подумала об этом гораздо больше, чем его смутная идея о том, что он захочет их иметь в далеком будущем. - Я всегда знал, что однажды стану отцом, просто это все еще кажется таким далеким, - ответил Гарри. - Этот день наступит раньше, чем ты думаешь, - сказала Пэнси, - кроме того, у тебя будет 5 разных жен, и каждая из них захочет по крайней мере одного ребенка, а возможно, и больше. Мы все уже обсудили, сколько детей мы хотим завести. - Сколько, по словам каждой из них, они хотят иметь в конечном итоге? - спросил Гарри. - Почему бы тебе сначала не сказать мне, сколько хочешь ты? - спросила она. Он, казалось, задумался на секунду, прежде чем сказать: «Ну, я всегда хотел иметь большую семью, я это знаю, поэтому я полагаю, что если у каждого из вас будет по двое, то у меня уже будет 10 детей. Это уже кажется много, но, если вы хотите иметь больше, это тоже будет хорошо. Насколько я понял из слов Амелии, у меня должно быть достаточно денег, чтобы содержать семью». - Мы думали об одном и том же, - ответила Пэнси с облегчением, - поэтому я и спросила тебя первой. Часто волшебники из богатых или влиятельных семей стараются не иметь слишком много детей, так как считают, что это приводит к появлению слишком большого количества наследников и тем самым ослабляет дом и его положение. Если бы я, например, вышла замуж за Драко, и моим первым ребенком был бы сын, мне бы запретили иметь больше детей, не то чтобы я хотела иметь еще детей от этого павлина. - Я заметил, что, похоже, большинство семей волшебников не имеют слишком много детей, - прокомментировал Гарри, - и задался вопросом, почему это так. - Это происходит по многим причинам, - объяснила Пэнси, - например, по той, о которой я тебе только что рассказала. Что касается других волшебников, то полукровки и магглорожденные обычно беспокоятся о дальнейшем разбавлении своих магических генов и не хотят рисковать, производя слишком много потомства сквибов, иначе в итоге многие из их детей будут сквибами, и тогда они, конечно, не смогут учиться в Хогвартсе. Кроме того, волшебникам и ведьмам просто не нравится иметь так много детей, мы никогда так не делали, поэтому наше население всегда оставалось таким низким. - Я полагаю, что это может быть поводом для беспокойства, - сказал ей Гарри, имея в виду беспокойство о том, что дети становятся сквибами, - но я уверен, что любил бы наших детей независимо от того, были бы они волшебниками или нет. - Это действительно глупый идеализм, но он веками вдалбливался в головы ведьм и волшебников, мы хотим, чтобы наши дети были волшебными и рождались в лучших обстоятельствах, это не просто превосходство чистокровных, это просто предпочтение не иметь слишком много детей и вместо этого сосредоточиться на одном или двух волшебных детях, - Пэнси ответила: «Иметь такую большую семью, как Уизли, у которых 7 детей, почти неслыханно, но, опять же, они оба чистокровные и, по слухам, довольно бедные, так что они не слишком беспокоятся о статусе или деньгах». - Ну, как я уже сказал, я буду счастлив, сколько бы вы не захотели, - сообщил он ей. - Хорошо, - ответила Пэнси, - тогда Су хочет двух, Сьюзен и Флер - трех, а Габриэль - четырех, - сказала ему Пэнси, - хотя это может измениться после беременности или двух. - А как насчет тебя? - спросил он. Она покраснела и ответила: «Как я уже сказала, именно поэтому я беспокоюсь о том, чтобы у меня было время на детей, пока я целитель, я бы хотела по крайней мере семерых». - Семь? - недоверчиво спросил он. - Тебя это не устроит? - спросила Пэнси, выглядя разочарованной. - Нет, совсем нет, - ответил он, пытаясь успокоить ее, - если ты хочешь иметь столько, то давай, я поддержу тебя любыми способами. Она выглядела гораздо более довольной и поцеловала его в губы. - Спасибо, Гарри, - сказала она. Хотя он был благодарен за поцелуй, он вспомнил, что у него все еще вывихнуто плечо, и поморщился от прикосновения. - Можем мы, пожалуйста, поторопиться в больничное крыло? - спросил он. Попросив извинения, они начали двигаться быстрее, но прошли всего сотню футов, когда Гарри неожиданно схватили, когда он проходил мимо одного из шкафов для метел. Он попытался вырваться, но у него все еще было вывихнуто плечо, а тот, кто его схватил, был намного сильнее и крупнее его. Когда он пригляделся и смог разглядеть, кто это был, то понял, что это был Орион, семикурсник Слизерина, с которым он дуэлировал в дуэльном клубе Локхарта. Орион быстро притянул его к себе и приставил нож к его горлу. - Орион, что ты делаешь? - потребовала Пэнси, узнав, что происходит. "Не подходи ближе! - крикнул ей Орион. Пэнси осталась на месте и испуганно сказала: «Орион, ты не должен этого делать». - Ты ошибаешься, я должен, я должен убить его или моя сестра умрет, - сказал ей Орион. - Как убийство Гарри спасет твою сестру? - спросила Пэнси. - Она больна, и Драко предложил купить ей необходимое лекарство, если я не сделаю этого, она умрет, - заявил Орион. - Сколько стоит лекарство? - спросила Пэнси. - Сто тысяч галлеонов, - признался Орион, - ни я, ни моя семья не можем позволить себе такие деньги. - А что, если я пообещаю, что ты получишь лекарство, если согласишься отпустить Гарри? - предложила Пэнси. Гарри чувствовал лезвие ножа так близко к своему горлу, что оно уже начало слегка кровоточить. - Откуда мне знать, что ты откажешься от своего обещания, как только я отпущу его? - спросил Орион. Пэнси потянулась к шее и сняла бриллиантовое ожерелье, которое он подарил ей на Рождество. - Это должно оплатить по крайней мере первый взнос за него, - сказала она, протягивая ему ожерелье, - кроме того, я не занимаюсь тем, что позволяю маленьким девочкам умирать. Орион, казалось, изучал ее, убеждаясь, что она говорит правду, прежде чем наконец сказал: «Я тебе верю». Нож исчез от горла Гарри, и он с благодарностью позволил себе встать и подойти к Пэнси, которая тут же крепко обняла его. - Давай соберем деньги и спасем твою сестру, - сказала Пэнси Ориону. - Я не могу, - признался Орион. - Почему? - спросила Пэнси. - Малфои узнают, что я отказался от нашей сделки, они могут найти способ навредить моей семье, если узнают, что я все еще рядом и могу свидетельствовать против них, - сказал Орион. - Мы можем найти защиту для них и для тебя, - настаивала Пэнси, - мы знаем главу магического правопорядка, она может нам помочь. - Она ничего не сможет сделать против Люциуса Малфоя, - заявил Орион, - он слишком силен, есть только один выход. Затем Орион достал тот же нож и прижал его к собственному горлу. - Подожди, Орион, не надо! - крикнула Пэнси. - Спаси мою сестру, - сказал Орион, после чего вскрыл собственное горло, глубоко пронзив его и протащив его на половину всего горла от уха до уха. - Позови мадам Помфри, - крикнула Пэнси Гарри, подбегая к нему, чтобы попытаться спасти его. Он бросился вниз в больничное крыло и попытался найти мадам Помфри. Она была занята другим пациентом, но у него не было времени ждать. - Мадам Помфри! - крикнул Гарри, задыхаясь, - студент сильно пострадал, вы нужны нам прямо сейчас! Она не потрудилась задавать вопросы, быстро сказала своему пациенту, первокурснику с зеленой рукой, подождать и бросилась за ним. К тому времени, когда они вернулись к Ориону и Пэнси, которая отчаянно пыталась сохранить ему жизнь, были в крови, а Орион закрыл глаза. - Не умирай на мне, - крикнула Пэнси, когда мадам Помфри подошла, чтобы попытаться спасти его. Она пыталась оживить его, но в конце концов покачала головой. - Неужели? - испуганно спросила Пэнси. - Боюсь, что да, - подтвердила она. Пэнси попыталась обнять Гарри, но обнаружила, что он все еще беспокоится о своем плече. - Позвольте мне это исправить, - сказала ему мадам Помфри, взмахнув палочкой, и его плечо было вправлено на место. Тут же Пэнси снова обняла его и зарыдала в его плечо. - Я могла бы спасти его, - настаивала Пэнси. - Нельзя было ожидать, что ты спасешь его, требуемая магия была бы намного сильне того, что может сделать второй курс, - мягко сказала ей мадам Помфри, - порез был глубоким и проходил по всей передней и боковым сторонам его шеи, у него оставались считанные минуты. Он определенно знал, что делал и как вызвать быструю смерть. Если бы я была здесь, чтобы сохранить ему жизнь, это стало бы сложной задачей даже для меня. *Примечание автора: Да, это вполне возможно, я провел исследование, как и почти все в этой истории* Гарри продолжал обнимать Пэнси и утешать ее, все еще явно расстроенную потерей Ориона. Он сомневался, что она знала его так уж хорошо, но было совершенно очевидно, что она все еще винит себя в его смерти. Он почти винил себя в случившемся, если бы он только успел вовремя... Нет, кроме самого Ориона, в его смерти были виновны Люциус и Драко Малфой. Хотя им, скорее всего, сойдет с рук эта ужасная трагедия, так как их единственный свидетель был мертв, а других улик не было, он пообещал себе, что как-нибудь, каким-нибудь образом он позаботится о том, чтобы они поплатились за свои преступления. DUELDUELDUELDUEL Несколько дней спустя Пэнси сидела одна на своей кровати, все еще думая о смерти Ориона. В душе она понимала, что ничего не могла сделать, но все равно чувствовала себя ужасно из-за всего этого, и, поразмыслив, переложила свой гнев и ответственность за преступление с себя на Драко и его отца. Они были виноваты, хотя и косвенно. Орион, должно быть, считал, что единственный способ обезопасить свою семью от них - это покончить с собой. Хотя она ненавидела его поступок, она также понимала, что именно так поступил бы Люциус Малфой. Не зря ему столько лет сходили с рук его преступления, и у него была хорошо подмоченная репутация человека, который заставлял замолчать любого, кто угрожал ему. Она не могла представить себе худшего куска грязи, а тот факт, что Драко, очевидно, помогал своему отцу в этой затее, только уравнивал его с отцом в ее глазах. Она снова была благодарна за то, что ей удалось избежать необходимости стать его женой, но это лишь еще больше напомнило ей, что он и его отец все еще на свободе, и она готова была поспорить, что они снова попытаются убить Гарри, так или иначе. Она поклялась, что сделает все, что в ее силах, чтобы Гарри был в безопасности от них, а они оказались там, где им и положено быть: в тюрьме, хотя медленной и мучительной смерти тоже было бы достаточно. От задумчивости и мыслей о наказании Драко и его отца ее отвлекла Сьюзен, вошедшая в комнату. - Привет, - тихо сказала она. - Привет, - ответила Пэнси. - Я решила узнать, как у тебя дела, - ответила Сьюзен. - Я в порядке, а как Гарри? - спросила Пэнси. - Он в порядке, - ответила Сьюзен, - моя тетя все еще с ним. После нападения мадам Боунс решила взять отгул и провести последние несколько дней в школе, чтобы убедиться, что все они в порядке и что Гарри находится под защитой. Нападение оставило их всех в шоке от того, как близко они подошли к тому, чтобы потерять его, и они не знали, могут ли Малфои попытаться снова. - Я просто не могу поверить, что мы ничего не можем сделать, чтобы остановить их, кроме как ждать, пока они попытаются снова, - сердито сказала Пэнси, - неужели в этом мире нет справедливости? - Я тоже злюсь, мы все злимся, - ответила Сьюзен, - но моя тетя уже проверила, мы ничего не можем сделать, пока у нас нет веских доказательств, кроме того, что сказал нам Орион, и, очевидно, показания ныне мертвого убийцы, пытавшегося убить тебя, не очень хорошо пройдут в суде. Она все еще работает над этим, но я знаю, что она пытается прижать их за что-то в течение многих лет и пока не преуспела. - Я бы хотела, чтобы система права хотя бы не была настолько коррумпированной, чтобы такие, как Люциус Малфой, могли так манипулировать ею, - с горечью заявила Пэнси. - Моя тетя всегда усердно работала над этим, очевидно, когда она только начинала работать главой ДМП, все было гораздо хуже, - заявила Сьюзен, - по этой же причине я хочу когда-нибудь заняться политикой. - Я уверена, что ты проделаешь фантастическую работу, - поддержала Пэнси. - Спасибо, - с благодарностью ответила Сьюзен, - и мы их достанем, так или иначе. DUELDUELDUELDUEL Амелия поднялась по ставшей уже слишком знакомой лестнице в кабинет Дамблдора и вошла внутрь, оставив Гарри с Флитвиком и другими девочками, пока они готовились к следующему дуэльному турниру этим летом, и решив, что они будут в порядке по крайней мере несколько часов. Разложив документы, которые она собрала за последние несколько дней, она решила обратиться к Дамблдору, проигнорировав его вопрос о лимонных дольках, и сразу перейти к тому, зачем она пришла: - Последние несколько дней я собирала информацию о нарушениях безопасности в школе, и должна сказать, что я не впечатлена. - Я считаю, что наша защита более чем удовлетворительна, - заявил Дамблдор. - Неужели мне нужно вспоминать о различных нападениях василиска на студентов, о нападении на Гарри или о многих других вещах, которые произошли в этом году? А как насчет тролля или Квиррелла в прошлом году? - потребовала Амелия. - Все это были досадные и неизбежные случайности, - ответил Дамблдор. - А как насчет целой колонии акромантулов возле школы, о которой вы не уведомили Министерство, или того факта, что вы решили хранить философский камень в школе, прекрасно зная, что кто-то уже планирует проникнуть туда и украсть его? - спросила Амелия, - Я чувствую здесь какую-то закономерность, и она нехорошая. - Уверяю вас, у меня все под контролем, - настаивал Дамблдор, - при мне ничего не случится. Дамблдор сегодня серьезно действовал ей на нервы своей глупой уверенностью, что он знает, что лучше для всех. - Какие гарантии того, что вы хоть как-то улучшите ситуацию? - спросила она, - Прежде всего, я узнала, что вы планируете нанять оборотня на вакантное место Защитника от темных искусств. Хотя я достаточно хорошо знаю Люпина и лично мне он нравится, я должна выразить некоторую озабоченность тем фактом, что он будет находиться в такой близости от детей. - Нам удалось удержать Люпина от укусов, пока он был здесь студентом, а с новым Волчьим зельем, которое Снейп любезно согласился готовить для него каждый месяц, я считаю, что его присутствие здесь будет совершенно безопасным, - расчетливо ответил Дамблдор, - что касается других изменений в системе безопасности, которые я планирую сделать, то я, конечно, глубоко обеспокоен безопасностью студентов Хогвартса, хотя я не чувствую необходимости раскрывать их. - Тогда вы не будете возражать, если я пошлю кого-нибудь другого провести дополнительную оценку безопасности школы, а также если я решу установить в школе аврора или двух авроров в качестве постоянного сдерживающего фактора от любых дальнейших правонарушений? - предложила Амелия. - Я не думаю, что в этом будет необходимость, - заявил Дамблдор, - Я сам справлюсь с новыми защитными заклинаниями и всем остальным. Она хотела накричать на него, продолжая настаивать на том, что у него все под контролем, этот человек был полным идиотом, когда люди находили недостатки в том, что он делал, но это было смешно. - Простите меня, но ваши предыдущие действия не внушали вам доверия, - признала Амелия. - Я вполне способен управлять своей школой, и мне не нужно, чтобы Вы или кто-то другой указывали мне, как это делать, - яростно настаивал Дамблдор, - если у Вас действительно есть какие-то претензии к тому, как я управляю делами, почему бы вам не обратиться в школьный совет? - Вы прекрасно знаете, что школьный совет в значительной степени контролируется Люциусом Малфоем, и поскольку он ответственен, по крайней мере, за недавнее нападение на Гарри, конечно, он не одобрит более строгие меры безопасности, - заметила Амелия. У Дамблдора хватило наглости усмехнуться на это и сказать: «Ну, это уже вопрос политики». Слабоумный старый дурак! В чем была его проблема? В том, что он не позволил принять более серьезные меры безопасности, которые были вполне разумными. Она могла бы просто обвинить его в гордости, неспособности принять то, что он может ошибаться, как будто он всегда знал, что будет лучше, но она почему-то подозревала, что за этим кроется нечто большее. Дамблдор скрывает даже больше, чем она предполагала, если он так осторожен и не желает сотрудничать. Однако, как она собирается выяснить, в чем дело, - это совсем другая история. - Я всегда могу отказаться от поддержки нового законопроекта о правах магглорожденных, - ответила Амелия, вынужденная разыграть карту политики, чтобы убедить его. До сих пор это всегда служило способом принуждения Дамблдора, поскольку он всегда опасался ее отказа от поддержки. Очевидно, Дамблдор решил, что в эту игру могут играть двое. Дамблдор снова усмехнулся: «На самом деле я не думаю, что ты откажешься, ты хочешь, чтобы этот законопроект был принят так же сильно, как и я. Я беспокоился, что ты откажешься от моей поддержки в Визенгамоте, но наконец-то я оказался в положении, когда я нужен тебе так же, как и ты мне. Люциус Малфой распространяет свое влияние и завоевывает позиции, и у нас есть надежда остановить его, только если мы будем держаться вместе. Поэтому, если Вы не хотите, чтобы он захватил власть, я бы рекомендовал Вам впредь не обвинять меня и не пытаться вмешиваться в мои дела». Дамблдор только что раскрыл свои карты. Тот факт, что он больше не подчинялся многим ее желаниям, не предвещал ничего хорошего, если он теперь решил попытаться настроить Люциуса Малфоя против нее, это означало, что Люциус не только набирает влияние, несмотря на все их усилия, но Дамблдор фактически использует это преимущество против нее. Она поняла, что Дамблдор понял, что пока он сдерживает Люциуса, она всегда будет вынуждена полагаться на него, если захочет остановить Малфоя. Всегда было две основные силы - она и Дамблдор, останавливающие Люциуса и его группу, но теперь Дамблдор хотел, чтобы их стало три, а она оказалась в самом слабом положении и была вынуждена согласиться на некоторые его требования. - Итак, я думаю, что это я должен спрашивать Вас о безопасности, - напомнил ей Дамблдор, - в конце концов, я все еще магический опекун Гарри, и если, скажем, я или, возможно, кто-то квалифицированный из министерства, кого я знаю, не относится к Вам предвзято, проверит ваш дом и обнаружит, что Вы не оказываете должной заботы… - Как Вы смеете! - гневно вскричала она, - Я не могу поверить, что Вы даже предположили, что я была непригодным опекуном для Гарри, и Вы прекрасно знаете, что это неправда! Вы должны нести ответственность за то, что он вообще попал к Дурслям". - Важно то, что думаю я и представитель министерства, - ответил Дамблдор, - можете убедится, что с меня уже сняли все обвинения в том, что Гарри был отдан на воспитание родственникам-магглам. Более того, я позволил поместить Гарри в безопасный и стабильный дом, но, возможно, мне стоит пересмотреть это мнение. Долорес Амбридж, в настоящее время старший заместитель министра, уже поинтересовалась, не будет ли Гарри лучше в другом месте. Я уверен, что она сможет найти что-то неладное с Вами или Вашим домом. - Эту жабу! - воскликнула Амелия, - неужели Вы всерьез примените это чудовище ко мне? - Я не хочу, но, если придется... - Дамблдор сказал: «Я лично устал от того, как ты пытаешься принудить меня к чему-то, и я думаю, что пришло время тебе узнать свое место. Отвали Амелия, я пытался быть дружелюбным к тебе и дать тебе несколько вещей, которые ты хотела, но теперь, похоже, я должен заставить тебя делать то, что ты должна делать. Это только для твоего блага и блага остальной магической Британии. Дамблдор перестал быть хотя бы немного терпимым Дамблдором, с которым она установила иногда шаткие, но взаимовыгодные отношения, Дамблдор выпустил когти, и она знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что, если он когда-нибудь пойдет в атаку, он будет чувствовать себя достаточно уверенно, что это сойдет ему с рук. Теперь она поняла, что с её стороны было огромной ошибкой не получить статус полного опекуна над Гарри, но в то время она была слишком озабочена тем, сможет ли она его получить, и просто хотела, чтобы Гарри как можно скорее уехал от Дурслей. Теперь Дамблдор пользовался этим в полной мере. - Пока Вы не пытаетесь снова вмешиваться в мои дела, мы можем просто соблюдать статус-кво и забыть обо всем случившемся, - заявил Дамблдор, - но попробуйте еще раз побеспокоить меня чем-нибудь, и я позабочусь о том, чтобы Вы пожалели об этом". Она посмотрела на него, уверенно сидящего и угрожающего, и поняла, что он больше не тот Дамблдор, на которого она всегда надеялась, это Дамблдор, которого, как она себя убеждала, больше не существует. Однако теперь, когда она знала правду, ей придется относиться к нему как к коварному монстру, которым он, по слухам, и был. - Полагаю, они были правы насчет тебя, - возразила она. - Кто и в чем был прав? - спросил Дамблдор, слегка опешив. - Я знаю о правде между Вами и Гриндельвальдом, - заявила она, - Я решила не обращать внимания на это как на слухи, но теперь я не так уверена. Вы определенно похожи на Дамблдора, о котором я слышала. Это застало его врасплох, что заставило ее усмехнуться. Хотя он и застал ее врасплох своим неожиданным новым отношением к ней, он не стал бы делать этого снова, и хотя она не могла обвинить его в чем-то незаконном, она все же раздобыла много информации, которую он не хотел бы разглашать широкой публике. - Боюсь, я не знаю, о чем Вы говорите, - ответил Дамблдор, но, тем не менее, его голос был заметно потрясен, - если Вы хотите распространять обо мне необоснованные, невероятные слухи, то милости прошу. Похоже, ей нужно было попробовать что-то посильнее, если она хотела угрожать ему так же серьезно, как он угрожал ей. - Я также знаю о том, что случилось с твоей сестрой Арианой, - сказала она, - хочешь ли ты, чтобы стало известно о Дамби? Теперь она получила реакцию, которую искала. - Вы смеете говорить о ней такие вещи в моем кабинете? - гневно спросил он. Очевидно, его сестра все еще была очень болезненной темой. Она надавила на него, почувствовав слабость. - Единственная причина, по которой я решила не упоминать об этом раньше, заключалась в том, что я все еще уважала тебя, - заявила она, - но теперь, когда ты хочешь угрожать моей семье, Гарри, ты потерял это уважение, приди за моей семьей, и имя твоей собственной семьи будет втоптано в грязь. Не связывайся со мной, Дамблдор. ТЫ пожалеешь об этом. Хотя сначала обмен мнениями не прошел идеально, она чувствовала, что определенно оставила свой след, и теперь, когда Дамблдор показал свое истинное лицо и то, как низко он готов пойти, она могла приспособиться к этому, отныне он будет рассматриваться как угроза и враг, а она точно знала, как обращаться со своими врагами. Дамблдор шел ко дну. DUELDUELDUELDUEL Когда Гарри и девочки сидели за столом своего факультета, они заметили, что никого, похоже, больше не волнует, кто выиграл кубок дома, ведь он так сильно колебался изо дня в день из-за Пивза, который, казалось, получал удовольствие от того, что отнимал или отдавал баллы у всех факультетов по случайным причинам. Например, после того как он сделал Малфою атомный клинч, он снял 200 баллов со Слизерина за слишком женственный и высокий голос. После того, как одна из колб лопнула от слишком большого количества баллов, Пэнси удалось убедить его держать их в более разумных пределах, хотя часто случалось, что они сильно колебались. Пивз изначально планировал оставить за собой самые высокие баллы, но, чтобы быть более справедливым, она настояла на том, чтобы он отобрал баллы и у них. Дамблдор, конечно, решил сделать храброе лицо и пойти на хитроумное решение вопроса о том, кто же на самом деле победил. - Поздравляю всех, вы все победители! - объявил он. Никому не было весело, кроме Крэбба, который, похоже, решил, что это шутка, и смеялся следующие пять минут, и впервые он почувствовал, что Крэбб может быть в чем-то прав, поскольку в этом случае Дамблдор был настоящим шутом. Все рассеянно слушали его речь "В Хогвартсе каждый - победитель", пока он, наконец, не закончил и не пошел садиться. Но когда должны были принести еду, вместо нее принесли только конфеты, огромные кучи конфет, фруктовые конфеты, бобы всех вкусов и вообще все, что только может пожелать ребенок. А на столе учителя, напротив, была только сырая брюссельская капуста и лимская фасоль. - Это, должно быть, самый лучший праздник, - радостно заявила Сьюзен, быстро угощаясь несколькими шоколадными батончиками. - Интересно, кто все это сделал? - спросила Флер, зачерпывая конфеты. - Я дам вам одну отгадку, - объявил Гарри, глядя на огромную шоколадную статую Пивза. - Угадайте, кто, - сказал Пивз, появляясь прямо перед ними, - Надеюсь, вам понравились конфеты. - Это твой большой розыгрыш в конце года, о котором ты нас все время дразнил? - спросила Пэнси. - Не совсем, - ответил Пивз. Внезапно раздался громкий шум, и все переглянулись, так как сразу же начали происходить многочисленные события. Во-первых, стены стали фиолетовыми, а с потолка посыпались конфетти. Затем откуда-то донеслось довольно грубое исполнение песни Happy Birthday. Тем временем большинство преподавателей уже превратились в единорогов и теперь ели разложенную для них брюссельскую капусту. У Дамблдора, превратившегося в единорога, была длинная белая борода, легко отличимая от остальных. - Дом Пивза выиграл Кубок факультетов! - объявил Пивз. Примечание автора: Да, Дамблдор - подонок. Я тоже хочу его убить, но ради сюжета - пока нет. Мы не можем просто убить всех, кто нам не нравится в рассказе. Если бы, например, Гарри действительно убил Волдеморта в начале первой книги и у него не было бы крестражей, если бы не было нового злодея, с которым Гарри должен был бы сражаться, это не сделало бы историю такой же увлекательной. Также, если кто-то попытается сказать, что мадам Боунс - дура, раз позволила Дамблдору так воспользоваться ею, она честно не ожидала, что Дамблдор так на нее набросится, и была застигнута врасплох. Она снова осознает, что совершила ошибку, и стремится ее исправить. Хотя эта глава была не самой лучшей для наших героев, она была сделана для того, чтобы показать, как далеко готовы зайти Дамблдор, Люциус Малфой и даже Драко ради большей власти. Люциус Малфой знает, что Гарри - единственное, что стоит на его пути к контролю над Визенгамотом, Драко знает, что ему нужно убрать Гарри с дороги, чтобы вернуть уважение отца и людей, которые, по его мнению, должны следовать за ним, а Дамблдор знает, что, если он действительно собирается осуществить свои планы во имя высшего блага, которые, конечно, до сих пор толком не объяснены, ему нужно держать Амелию под контролем. Однако способ, который он выбрал для этого, конечно же, вобьет постоянный клин между ними, заставив Амелию действовать против него. P.S. Для тех, кто хочет увидеть, как убивают Дамблдора, пожалуйста, ознакомьтесь с моим списком способов, которыми Драко мог бы убить Дамблдора в шестой книге, будь он немного изобретательнее.