Trois
3 января 2022 г., 04:58
Темные пятна, плавающие в глазах Третьяковой, наконец исчезли, сменившись пульсирующей болью в щеке. В этот раз Женя даже уложил её на диван, скорее всего, чувствуя себя виноватым, потому что даже не знал, с кем она разговаривала. Она провела рукой по своей щеке и поморщилась: еще одного синяка не избежать.
— Очнулась, — выдохнул он облегченно. Она снова поморщилась в отвращении, и он подошел ближе, окидывая её взглядом с головы до ног. — Прости, любимая. Я сожалею. «Я был несдержан», —он произнес это так небрежно, словно своим раскаянием мог все исправить, будто его слова могли исцелить её раны.
Она промолчала.
— Мариш, пожалуйста. Ты же знаешь, что я люблю тебя.
— Нет, не любишь. Хотя бы сейчас не ври, — тихо, но уверенно произнесла она. — Не думаю, что ты в принципе когда-либо меня любил.
Третьякова прикрыла глаза, в её голове кинолентой пронеслись все их ссоры за последние несколько лет.
— Конечно же я люблю тебя, Мария Владимировна Баева, — невнятно пробормотал он, игнорируя её вздрагивание, когда потянулся, чтобы коснуться рукой её волос. — Иначе ты бы не стала моей женой.
Она хотела возразить. Она хотела напомнить, что она Третьякова, но это было бы сродни самоубийству. Он бы прикончил её прямо здесь.
— Ладно, — сказала она, выбирая путь наименьших потерь. — Допустим.
Он убрал руку и ухмыльнулся.
— Я должен идти. Но когда я вернусь, я надеюсь загладить вину перед тобой. Идет?
Она лишь посмотрела на него, слишком лишенная сил, чтобы ответить.
— Мне жаль, Мариш. Мне действительно жаль.
Когда она и в этот раз предпочла промолчать, он неловко потер шею, фыркнул и вышел из комнаты. Когда его машина выехала из гаража и направилась к воротам, она достаточно выдохнула, чтобы заплакать.
Нежный взгляд Лауры встречал её во сне.
