Тень Хиросимы

     Я взглянул на экран телефона. Три непрочитанных сообщения от Томо-тян: 7.26: Привет, Тору. 7.26: Мне несколько неудобно просить, но... 7.27: Можешь забрать меня? Вот чёрт... Я присел на кровать и чуть не уснул с телефоном в руках, но встрепенулся и ответил ей.                                    7.31:Хорошо, я подъеду. Я взвыл, но вновь доплёл до машины и проехал до дома Томоко, стараясь объезжать пробки. Я спокойно доехал до дома Томоко, написал ей о том, что жду под окнами, вышел из машины и закурил. Томо жила на втором этаже, из дома было отлично видно, что происходит во дворе. В окне мелькнул взгляд отца семейства. Он метался из угла в угол и явно был зол. Отзвуки его криков были слышны даже с улицы.      Я решил войти в подъезд и начал подниматься наверх. Не успев подняться, я услышал, как открывается дверь на втором этаже. Вышла плачущая Томоко и я остановился на лестничном пролёте так, что меня не было видно. Вслед за плачем Томоко послышался голос её отца. –Вот и проваливай к своему ебырю, шлюха– прошипел он сквозь зубы.      Он швырнул в подъезд сумку Томо и громко хлопнул дверью. Я поднялся наверх и увидел, что Томоко сидит на полу и плачет навзрыд. Ни на какие вопросы я не получил внятного ответа и решил отнести Томоко в машину. Я аккуратно поднял её на руки и вышел с ней на улицу. –Я сама– сказала Томо, вытирая слёзы. –Как скажешь– ответил я и поставил её на ноги.      Пусть она и немного весит, нести её после бессонной ночи было слишком тяжело. Мы сели в машину и я поехал в сторону своего дома. –У меня потекла тушь? –Ну как тебе сказать... Она вообще вся смылась и размазалась по тебе –Да что за день то такой... –Что опять случилось? –Мы с отцом... Повздорили. –сказала она, долго раздумывая о том, как назвать этот скандал. –Это понятно. Из-за чего? –Он весь вчерашний день причитал мне, что я шлялась с тобой где-то и что я не о том думаю, а когда я сказала, что ты едешь, он совсем разошёлся. –Что ж за человек такой... Скажи честно, он тебя бьёт? –Что? Нет– нервно сказала она мне. –Ну ладно... Если так интересно, что у тебя там с тушью... – я откинул козырёк от солнца и открыл зеркало в нём. –Спасибо, Тору-кун. –Как на это всё реагирует мама? –Она боится его. Иногда боится даже слово сказать.      У Томоко была разбита губа и это точно дело рук её папаши. –Что с твоей губой? –А? Я просто... –она запнулась. –Что? –Просто кусаю их иногда– сказала она и ещё занервничала. –Никогда не замечал за тобой подобного. На Томо висела кожаная куртка моего брата прямо поверх чёрного платья. Оно отлично смотрелось с курткой. –А чего ты в куртке? Жарко ведь. –Да так, просто... – вновь замешкавшись ответила Томоко. –Ну хорошо, Наката, она всё равно тебе идёт, можешь оставить себе. –Правда?– спросила она, –Да, конечно, только аккуратно с ней, она моего брата. –Наверное, он будет ругаться, если узнает, что ты отдал её кому-то... –Не будет... Хочу чтобы она была у тебя. –Как скажешь– улыбнувшись произнесла она, потянулась ко мне и поцеловала в щёку.      Я провёл пальцами по месту, где только что были её губы и взглянул в её глаза. Под ними была размазана тушь. Её ресницы были большими и без неё, что делало её карие глаза более выразительными. Её рост был чуть больше 160-ти, она упиралась мне в грудь и в целом выглядела очень маленькой по сравнению со мной. Её тёмные волосы были прямыми, по длине спускались чуть ниже шеи, концы были ровно отстрижены и разделены симметрично прямым пробором. Её улыбку редко можно было увидеть, но она была очень обаятельной и милой. –Смотри на дорогу– сказала Томоко и засмеялась.      Я положил руку на кпп чтобы повысить передачу и почувствовал, как пальцы Томо проскользнули по моему предплечью. Она взяла мою руку в свою. Дорога была пустой и прямой. –Хочешь прокатиться с ветерком?– спросил я с безумным азартом в голосе. –Давай! – сказала Томоко и крепче взялась за мою руку. –Значит поехали– шепнул себе под нос я, скинул передачу до второй и утопил педаль газа в пол. Машина будто сорвалась с цепи, впереди больше трёх километров прямой дороги со свободным трафиком, а под нами было под 400 сил. Брат явно не оставил машину в стоке.      Передачи одна за другой отщёлкивались, стрелка спидометра близилась к 200. Я последний раз переключил передачу на пятую, убрал руку с рычага КПП и положил рядом. Томо положила свою руку в мою и мы дальше так ехали до тех пор, пока не начали подъезжать к съезду с автострады.      Рядом с домом, я увидел вендинговый аппарат с кофе в банках. Я остановился и купил две баночки. Я протянул руку в окно и томо потянулась за ней как ребёнок к любимой игрушке. Она взяла банку и провела пальцами по тыльной стороне ладони. –У тебя такие мягкие руки– прошептал я ещё на улице, надеясь, что она этого не услышит. –Правда!? –Ага... А ещё слух очень острый. –Бака... – пробормотала она себе под нос      Я сел в машину, открыл кофе, направился к дому и оставшуюся дорогу мы болтали ни о чём. По приезду, когда Томоко вышла из машины, я заглушил её и произнёс такое радостное „Наконец-то, блять, я хоть кому-то нужен”. Я вышел вслед за Наката. С неё немного сползла куртка и я увидел край фиолетового синяка. Томоко быстро опять накинула куртку и оглянулась на меня. –Иду я, иду– сказал я, пытаясь не подавать виду. –Можно на ручки? –Я устал, Томо-сан. –Может тогда я тебя? –Ты совсем? –Бакааааа– сказала она, допивая свой кофе.      Мы зашли в квартиру, я снял ветровку и я рухнул на кровать, но тут же присел на её край. –Слушай... Когда мы ехали, ты всё время смотрела на меня. Что ты такое рассматривала?–спросил я у Томоко. –Ну... –Ну? – сказал я сквозь улыбку. –У тебя такие волосы... Можешь распустить? –Да, конечно.      Я распустил волосы и помахал головой. –Ваааау–воскликнула она. –Рад, что тебе нравится– сказал я и засмеялся. –Можно потрогать? –Валяй.      Она села рядом и потянулась к моим волосам, а я начал ложиться на бок. Она так странно посмотрела на меня, но немного подвинулась подальше чтобы я лёг ровно на её бёдра. –Мягенькие... – задумчиво сказала она, пока перебирала мои волосы. –Дааа. –Слушай, Тору-кун. –М? –Где ты научился так ездить? –Всё благодаря брату. Я бывал за рулём с одиннадцати. –Вау. Мне нравится, как ты водишь. Когда за рулём отец, мне страшно– сказала она, немного поникнув. –Со мной такого не будет... Обещаю– тихо произнёс я и закрыл глаза. –А драться тебя кто научил? –Этого требовала ситуация. Надо было давать отпор обидчикам самостоятельно, брат бывал на работе допоздна, я не имел морального права просить его решать мои проблемы. –Ты так часто упоминаешь брата, он многое для тебя значит? –Он заменил мне родителей и был самым близким человеком. –Что с ним сейчас? –Разбился. –Соболезную, Исида– сказала Томоко, её рука дрогнула и она выдернула волос с моей макушки. –Ай... Ничего страшного, Томо-сан.      Я открыл глаза, взглянул на Томоко и вновь зацепился взглядом за её разбитую губу. Она до сих пор сидела в куртке, стараясь до последнего скрыть тот синяк. –Томоко–обратился я. –Да? –Может всё-таки снимешь куртку? Дома жарко, июль месяц. –Может не надо?      Я поднялся с её колен, наклонился к её шее и прошептал „уверена?”. По Томоко пробежала дрожь и я аккуратно стянул куртку с плеча. –Прости, Томо-тян– сказал я уже в голос. Всё её плечо было покрыто фиолетово-красными налитыми кровью синяками. –Ты не должен был этого видеть... – растерянно сказала Томоко. –Это отец сделал? –Да. –сказала Томо, опустив глаза вниз –Сними куртку до конца. –Но... –Я сказал. – твёрдо отрезал её возражения.      Томоко сняла куртку. Второе плечо было не в лучшем состоянии, все предплечья были в синяках и рубцах от ремня. На втором плече был яркий след от пряжки. –Взгляни на меня –сказал я Томо, в уголках глаз которой налились слезы.      Она посмотрела на меня сквозь пелену слёз. Несколькими пальцами я подвинул её подбородок чуть выше чтобы на её губы упал свет из окна. –Тоже его рук дело?– спросил я, смотря на разбитую губу. –Да– тихо шепнула она и разрыдалась, уперевшись мне в грудь. –Тише, Томоко, всё хорошо– сказал я, прижав её к себе. –Я больше так не могу– проревела она мне в грудь. –Ты сильная, Томо-тян, я рядом.      Когда Томоко отпустило, она почти моментально уснула, хотя был ещё день. Этот разговор слишком вымотал её. Я начал собираться, надел кожанку своего брата, джинсы, тяжёлые сапоги на высокой подошве (берцы, гриндера, как угодно), вытащил из-за шкафа биту, которую там хранил мой брат для самообороны. В какой-то момент, мой взгляд упал на шлем с рисунком они на нём. Я прихватил его с собой. На прощание, я поцеловал крепко спящую Томоко в лоб и поехал к её дому.      Сев в машину, я бросил шлем и биту на заднее сидение. –Сука, я убью этого мерзавца! –крикнул я и ударил по рулю.      Я суматошно вставил ключ в зажигание и провернул его. Сцепление. Газ в пол. Звук отстрелов. Первая. Вторая. Третья. По полупустым улицам города мчится серый evolution. В зеркале сверкнули проблесковые маячки. Я ехал примерно 120, объезжая неплотный поток. При разрешённой 60... За мной был полицейский GT-R в кузове r34. –Остановите машину у левого края дороги! –кричал мне полицейский с пассажирского сидения ниссана.      Если остановлюсь, мне конец, поэтому я прибавил газ и начал ездить дворами. Полицейский всё же отлично меня преследовал. В один момент среди этой игры в догонялки, я увидел длинный козырёк какого-то то здания, который был закреплён внизу тремя тонкими деревянными балками. Я дал больше газа и снёс их. Навес обрушился на дорогу и не оставил Скайлайну места на проезд. Он дал по тормозам, но всё равно немного врезался в лежащий на дороге навес. Я же проехал дальше, дёрнул ручник и выскользнул из двора на нужную улицу. Автострада, скорость 230 и я виляю между машин до тех пор, как не съезжаю с неё. От съезда до дома Томоко минут пять в городском темпе и я еду спокойно. Перед самым приездом я выкуриваю сигарету.      Я оставил машину за углом от места, куда выходят окна из дома Томоко, её отец знал мой эво и все подозрения упали бы на меня. Я выбросил бычок от сигареты, вышел из машины, обошёл её, вытащил с заднего сидения шлем и биту.      Я вошёл в подъезд и надел шлем. Стук в дверь, пути назад нет. Дверь открыла мать Томоко и поспешила закрыть дверь, испугавшись, но я поставил в дверь ногу. –Это для вашего же блага– сказал я и открыл дверь через силу.      Я вошёл в дом, отец Наката стоял за спиной жены. Он такой жалкий. Я схватил его за шею и вытащил в коридор. Он держал мою руку, которая вцепилась в его глотку. Я швырнул его в стену и он сполз по ней вниз. Он ударил меня в колено, в ответ на что я пнул его в грудь и поднял за ворот его майки. Я вновь прижал его к стене, он пнул меня коленом в живот и ударил по шлему. От второго, само собой больнее было его кулаку. Я ударил ему по шее так, что он опустился на колени, а в глазах проступили слезы. Я немного отошёл и ударил мыском прямиком в кадык. Он схватился за горло обеими руками, а я поднял его и швырнул с лестницы. Он скатился с неё кубарем и я начал спускаться по лестнице с битой в руках. С последней ступеньки я спрыгнул и приземлился прямо на его руку. Он взвыл и я немного поводил ногой по ней. Несколько ударов битой по его рукам и он уже пытается ползти от меня спиной кверху. Я бью его битой, прыгаю ему на спину, переступаю через него и оказываюсь перед его лицом. Удар ногой по лицу и он отхаркивает кровь с несколькими зубами. –С тебя хватит, Наката. Надо вовремя платить по долгам– сказал я, уводя от себя подозрения в содеянном. –Ридзабуро?– спросил он, хлюпая кровью Я же молча ещё раз ударил его по спине и пошёл прочь. На моих ботинках осталась запёкшаяся кровь. Она была на бите, перчатках и даже на визоре шлема. Сев в машину, я откинулся в ковше и снял шлем. Вновь утопив газ в пол, я направился домой в жажде долгожданного сна. Когда я приехал, Томоко ещё спала. Я снял куртку, упал на кровать рядом с ней и моментально пропал в царстве Морфея.