Потерянный рай

Извилистые, затопленные по колено коридоры коллектора, покрывшиеся от постоянной влаги густым салатовым мхом и странными, источающими неестественно соленный причудливый запах спорами неизвестных науке ядовитых грибов, напоминающих смесь горного паутинника по форме и бледной поганки по цвету шляпки, привели к тупику с полуразвалившейся сгнившей чердачной лестнице. Майлз, судорожно обернувшись на дребезжащий звук, раздавшийся за арочной, с каждым ударом все больше отделяющейся от петель дверью, отступил к стене, в спешке стараясь нащупать в темноте выступы или хлипкие ступени, пока Даниэль, подперев дверь руками, всеми силами сдерживал яростно ломившееся к ним нечто. Лезвие тесака насквозь проткнуло непрочное дверное полотно, рычание вместе с завываниями стали громче, и юноша, вскрикнув, отпрянул назад, осмотревшись, быстро пододвинул ногой ближайший, наиболее тяжелый камень, одновременно пытаясь сдержать огромное, нечеловеческих размеров, преследующее их существо. -Майлз! Поторопись! Я не смогу долго его удерживать!- воскликнул он, ощутив сзади задевшие его спину щепки. -Нашел! Я нашел!- ответил журналист, чуть взобравшись по шатким перекладинам вверх.- Беги! Скорее! Даниэль, оставив рушащуюся от ударов тесака дверь, кинулся к Апшеру, который, ловко обхватив тонкое предплечье, потянул его вверх. Юноша, не медля ни секунды, цепляясь побелевшими пальцами за шершавые перекладины лестницы, следуя за Майлзом, взбирался по шатким ступеням, готовым проломиться под его ногами в любой момент. Журналист, карабкаясь, слышал, как разозленное внизу чудовище громило помещение, ударяясь своим бренным телом об стену и неистово вопя, досадливо скребя лезвием по нижней части лестницы. Апшер, заметив впереди желтоватое свечение, ускорил шаг и, подтянувшись на последней балке, выбрался из странной, внешне похожей на домик для колодца, каменной конструкции. Свесив ноги с фундамента строения, Майлз прыгнул на пол, осматривая круглое помещение, в которое тот попал, но ничего интересного кроме отрезанной веревки, лежащей рядом, деревянных столбов, подпирающих потолок, и нескольких источников света в виде смоляных факелов он больше не увидел, поэтому, уловив тяжелое дыхание подымающегося Даниэля, протянул ему руку, и юноша без возражений принял ее, после чего, подтянувшись, хотел перекинуть ногу через крышку колодцеобразного строения, но тут перекладина, треснув под его ногами, полетела вниз. Парень, слегка покачиваясь, повис в воздухе, на миг перестав дышать, до боли сжал запястье Апшера, а его бешено колотившееся от страха сердце было готово вот-вот выпрыгнуть из груди, когда до ушей донеслись довольные урчания находившегося внизу монстра, расхаживающего взад-вперед в ожидании момента, когда добыча сама упадет ему в изуродованные огромные лапы. -Не отпускай! Умоляю! Только не отпускай!- просил Даниэль, качаясь из стороны в сторону. -Твою ж мать...! На вид ты казался мне легче!- проворчал Майлз, предприняв попытку вытянуть парня. -Слушай, ты сам не пушинка! Так что молчи и тяни!- обиженно крикнул ему юноша, устроив стопу на небольшом выступающем камешке. Он попытался ухватиться за выступ, но нога, удачно нащупавшая уступ, соскользнула, и, в ужасе закричав, парень потерял под собой опору, начав лихорадочно царапать ногтями гладкие покрытия стен в надежде уцепиться за них. Апшер, почти полностью наклонившись, чуть не упав, второй рукой подхватил его под лопатку, рывком потянув наверх, и Даниэль, сам того не успев заметить, уже лежал на полу неподалеку от столба, свернувшись калачиком от пробившего его мандража. Журналист сел рядом, юноша, ощутив знакомые осторожные прикосновения к себе, нервно вцепился в кожаную куртку, крепко обхватил его спину, прижимаясь плотнее, напоминая Майлзу напуганного маленького ребенка, нуждающегося в защите. -Даниэль,- утешающе произнес Апшер, поглаживая мягкие локоны темно-медных волос,- нам надо идти. -Нет сил. Совсем нет сил,- прошептал он, положив подбородок на плечо журналиста.- Я так... устал. -Я понимаю. Но нужно найти в себе силы встать. Осталось совсем немного до нефа, нам нельзя оставаться здесь надолго. -Когда же это все закончится?- сжавшись в объятиях, тихо пискнул юноша. -Скоро, уже скоро,- успокаивал Майлз.- Темницы и морг позади. -У меня очень плохие предчувствия,- уткнувшись журналисту в воротник рубашки, дрожа всем телом, сдавленно проговорил парень,- очень плохие... -Все будет хорошо. Я рядом, тебе нечего бояться,- убеждал его Апшер.- Ну же, вставай. Та мясистая херь не будет ждать вечно. -Н-нога...! Не могу встать,- пристроившись на его груди, вяло пробормотал Даниэль, прикрыв глаза.- Нет сил... -Если хочешь, я могу понести тебя,- ухмыльнувшись, предложил журналист. -Ч-что!?- вздрогнул юноша, отпрянув назад.- Хм! Ты же только сейчас сказал, что я тяжелый!- встав, насупил брови он. -Просто ты такой миленький, когда злишься,- чуть нагловатым тоном самоуверенно ответил Майлз. -Эй! Не начинай, болван! Идем уже!- прикрикнул Даниэль и, демонстративно развернувшись, в спешке, не разбирая дороги от нахлынувших волнений, прошелся к одной из трех находившихся в помещении дверей, желая укрыть пылающий на щеках смущенный румянец. Маленькая комната, в которую зашел юноша, ничем не привлекла его внимания за исключением стоящей в ней бочки с маслом и двумя абсолютно бесполезными рычагами, поэтому надолго там он не задержался и через минуты две, держа наполовину наполненный топливом фонарь, прошел мимо Апшера, довольно смотрящего ему вслед. Проходя прямо по длинному коридору, выведшего их к закрученной каменной лестнице, что, спиралью обвившись вокруг высокой колонны, любезно проводила их до еще одного большого круглого помещения, похожего на склад, где груды ящиков, содержимое которых было Майлзу и Даниэлю неясно, небрежно были разбросаны по всему периметру. Ближе к правой стене находилась еще одна дверь, и, приблизившись к ней и дернув ручку вниз, они снова оказались во мрачном коридоре, где справа за заколоченными досками находилась ныне закрытая комната, а слева решетчатая калитка, скрывающая за собой небольшой спуск, но стоило Апшеру вместе с шаркающим поблизости юношей, переступив последнюю ступень, спуститься вниз, как их взору предстал изможденный худой человек, закованный в кандалы, соединенные со странной механической, чем-то походящей на колодки конструкцией, обвешенной цепями. Голова заключенного, опущенная вниз и безвольно болтающаяся на тонкой шее, чуть приподнялась, и Майлз невольно отступил назад, увидев, как вместо нижней челюсти у узника свисал кровавый ошметок, полностью лишенный зубов, что изначально должен был быть ртом. Истощенное, ужасающее юношу своей нездоровой худобой, нагое тело с выступающими ребрами немного дернулось, и грязная ткань, едва прикрывающая нижнюю часть туловища и впалый живот, покачнулась в сторону. Приглушенный, леденящий душу, просящий хрип долетел до ушей Апшера. -Помо... гите мне...,- сипло попросил человек. -О Господи, да он еще и живой!?- воскликнул Майлз. -Тише!- вмешался Даниэль.- Он пытается нам что-то сказать. -... Потяни... за выключатель...,- ответил пленник. Парень, осторожно сделав шаг ближе к колодкам, увидел странное железное устройство, связывающее конструкцию с кандалами, хотел потянуться за выступающим рычагом, но тут рука журналиста, с силой сжав кисть юноши, отдернула его. -Постой,- окликнул Майлз. -В чем дело?- непонимающе спросил Даниэль. -Повремени пока,- настороженно сказал Апшер.- Мало ли, что от него можно ожидать. -У него даже нет сил поднять свою голову,- возразил юноша. -А что если это ловушка? Черт его знает, что произойдет, если мы потянем за выключатель. -Майлз, он не выглядит враждебным. Может он сможет нам помочь. -Не доверяю я ему,- пристально нахмурился журналист. -Но ты же как-то доверился мне,- ухмыльнулся парень. -Ты-то другое дело,- фыркнул он, настаивая на своем. -По крайней мере он сейчас не пытается разорвать нам глотки как собиратели. -Не убедил. -Ма-а-йлз,- моляще протянул парень,- ну пожа-а-луйста. Ты же знаешь. Кто не рискует... -Да, да. Тот не пьет шампанского,- договорил за него Апшер, вздохнув. Он отпустил кисть юноши, позволив тому дотянуться до рычага, и Даниэль, схватив его за основание, дернул вниз. Послышался громкий скрежет шестеренок, кандалы на руках узника ослабли, опустив того чуть вниз так, чтобы пальцы тощих ног коснулись земли. Заключенный, слабо взглянув на незваных гостей ослепшими мутными глазами, слабо шевельнулся, полностью выпрямив спину и подняв лысую голову. -Спасибо, я очень вам благодарен,- проговорил пленник сиплым неторопливым голосом.- Меня зовут Агриппа,- добавил узник более бодро, но раздельно по слогам, словно специально, чтобы незнакомцы поняли его.- А вас? -Я Даниэль, а это мой друг по несчастью Майлз, -представил их обоих юноша. -Даниэль?- оживился колодник, рассмеявшись.- Тебя зовут как пророка, брошенного ко львам. Скажи мне, Даниэль, львы уже окружили тебя? -Че он несет?- вмешался Апшер. -Скорее всего он имеет в виду библейского пророка Даниила, служащего при дворе в период правления Навуходоносора, захватившего Иерусалим,- растеряно предположил юноша, уловив горящий интересом взгляд Агриппы. -"Мене, мене, текел, упарсин"?- полюбопытствовал он. -"Фарес",- поправил Даниэль.- Так было в книге. -Эй! Я, конечно, не хочу прерывать культурно-просветительский диалог между вами, но кто-то очень рьяно, как я помню, хотел добраться до Александра,- строго посмотрев на юношу, пробурчал Майлз. -Хотите остановить Александра? Понимаю.... вы оба жаждете падения Вавилона,- ответил Агриппа.- Но вы зря волнуетесь, без сферы Александр беспомощен. -К сожалению сфера сейчас у него, - поникнув, стыдливо признался Даниэль. -У него есть сфера?- удивился узник.- Это... совсем нехорошо. В святилище не пробиться, если в нем уже находится сфера,- досадно проговорил Агриппа, качая головой. -Но... что нам тогда делать? Неужели все это было напрасно?- в голосе парня послышались нотки отчаяния. -Хмм...,- заключенный задумался, прикрыл глаза, после чего замолчал, вызвав у юноши беспокойство. -А-Агриппа?- переспросил Даниэль, смотря на тихо похрапывающего узника. -Агриппа! Вставайте!- громко крикнул Майлз. -А! Ой! Да, что?- очнулся он, оглядевшись.- Ох... о чем мы говорили? Так... Александр... А! Вы хотите остановить Александра! -Да ладно!?- саркастически произнес Апшер. -Хватить язвить, Майлз!- поругал юноша, ткнув его локтем под бок.- Простите его. Агриппа, мы вас слушаем. -Можно пробить барьер при помощи другой сферы,- предложил колодник.- Но Александр сломал свою, эм, то есть, мою сферу давным-давно,- поправив себя, продолжал пленник. -А что, если мы найдем осколки вашей сферы?- с вызовом перебил Майлз. -Неужели? Если вы говорите правду, тогда дерзайте. -Но... где мы найдем эти осколки?- спросил Даниэль. -Полагаю, он использует их для пыток,- ответил Агриппа.- Они источают безумие, а ему это весьма полезно, как я понял. Их было шесть, посмотрите в клиросе и трансепте. -Большое спасибо вам,- отблагодарил Даниэль, немного улыбнувшись.- Без вас нам было бы сложнее. -Пока еще не за что,- ответил Агриппа.- Рад, что оказался полезен. Юноша, утомленный долгой дорогой, выжавшей из него все соки, оглядел неф в поисках места, где, собравшись с мыслями, он мог бы немного отдохнуть, и, увидев деревянную скамью под лестницей, чуть прихрамывая, тут же направился к ней. Парень, сев на лавку, ощутил, как все его напряженное от макушки головы до пальцев ног тело, словно благодаря его, послало волны облегчения и покоя, лишь изредка перекрывающиеся легкой, клонящей в сон усталостью, но парень, встрепенувшись, не позволил себе сомкнуть глаз, а, наклонившись и тщательно покопавшись в карманах сумки, сквозь дрему достал дорожный, исписанный карандашом дневник, в котором он вкратце во время пути описывал самые запоминающиеся эпизоды своего прошлого, чтобы не забыть их вновь и не собирать заново по крупицам. Апшер же, оставшись наедине с Агриппой, не до конца веря в то, кого сейчас он видел перед собой, желал продолжить разговор, надеясь разузнать больше. -Ты что-то хотел, мальчик мой?- спросил Агриппа, глядя на высокую фигуру Майлза, стоявшую неподалеку от него. -Да, я бы хотел задать вам несколько вопросов. Вы же не возражаете?- осведомился журналист в своей привычной официально-деловой манере. -Конечно же нет!- радостно произнес узник.- Как видишь, мне некуда торопиться,- посмеялся он, довольный своей шуткой. -А у вас есть чувство юмора,- подметил Апшер, улыбаясь.- Могу поинтересоваться, вы же тот самый знаменитый оккультист- Генрих Корнелиус Неттесгеймский? -Все именно так. Откуда ты знаешь мое настоящее имя? Мы раньше разве где-то встречались? -Нет, но я изучал ваши труды в университете,- вспоминая, воодушевленно продолжал Майлз,- делал по ним диссертацию. -Читал мое сочинение "О тайной философии"? -Magnum opus своего времени. Без него не было бы и моей диссертации,- слукавил Апшер, на самом деле прочитав лишь половину. -Я очень польщен твоим интересам к моим трудам,- не заметив обмана, проговорил Агриппа, изобразив на лице нечто отдаленно напоминающее улыбку.- Приятно, когда о тебе помнят. -Но прошло столько лет, а вы до сих пор живы... -А разве это жизнь?- грустно отозвался Неттесгеймский.- Быть насильно запертым в глубинах Бренненбурга на многие века, потерять способность двигаться и превратиться в это... Стоит ли так жить? -Агриппа..., и сколько уже это длится?- спросил журналист, выдержав долгую паузу. -Мальчик мой, Александр искусственно поддерживает мою жизнь при помощи эликсиров уже очень давно. Я теперь и не знаю, сколько лет прошло и какой нынче год. То ли 1522, то ли 1530, не помню точно. -Сейчас идет как 2016 год,- ответил Майлз. -Что?- вмешался Даниэль, оставив дневник на скамье, услышав часть разговора Апшера и оккультиста.- Кажись ты что-то путаешь. Сейчас 1839 год. -Чего? Да ты шутишь, походу,- произнес журналист. -Мои догадки подтвердились, теперь все встает на свои места...,- перебив, задумчиво протянул Агриппа, не отрывая глаз от Апшера.- Майлз, мальчик мой, скажи, как ты попал в замок? -Я проник через главные входные двери, внутри увидел одни лишь развалины и больше ничего. Затем спустился в винный погреб, зашел в одно из помещений, ну и там...,- он замер, невольно вспомнив разорванные на части тела, грудой сложенные у стола, кровь, впитавшуюся в его куртку, зловонный смрад, витавший в спертом воздухе,- пировали люди, но потом все изменилось...,- трясясь, продолжал Майлз.- Их... разорвало на части... И была такая невыносимая боль, словно кто-то с силой сжимает мою голову. После этого я потерял сознание и меня нашел Даниэль. -Интересно..., очень интересно,- тихо говорил Неттесгеймский полушепотом.- Потрясающе! Просто поразительно! -О чем вы?- в недоумении спросил юноша. -Сфера, мальчик мой, сфера! Я, как человек, влеченный к наукам, долгое время работал над ней вместе с Александром, но и подумать не мог, что она настолько могущественна! -Ну и что в ней такого?- вмешался Майлз.- Вы оба как будто помешены на этой... сфере? Чем бы эта штуковина не была, что в ней такого особенного? -Сфера- это необычный древний артефакт, принадлежащий не нашему миру,- отвечал Неттесгеймский.- Она не просто реликвия, а настоящее произведение искусства: поверхность гладка, практически... нет, безупречна! Контуры округлой формы идеальны по всем параметрам! Невозможно найти в ней изъян или неточность! Когда ты держишь сферу, то не можешь отвести взгляда, выпустить из рук ее становиться настоящим мучением для всех, кто ею когда-либо владел или просто касался ее. Она показывает то, о чем обычному человеку лучше не знать, такие потаенные знания, о которых страшно говорить, настолько они ужасают и восхищают одновременно. Сфера еще может служить порталом в иной мир, родом откуда Александр,- Агриппа, призадумавшись, на миг замолчал, пристально осматривая внешний облик Майлза.- Видимо она также способна открывать врата не только в другие миры, но и во времени. -Но как так вышло? -Сфера не может переместить человека в одно мгновение ока. Нужно дать ей время напитаться энергией, чтобы совершить переход, и ничто не должно ей в этот момент препятствовать. Александр прекрасно знает об этом, поэтому укрылся во внутреннем святилище. Там никто не сможет ему помешать, да и так она будет намного сильнее и эффективнее, если проводить ритуал в специально отведенном для этого месте. Твое появление в Бренненбурге было незапланированно, произошел диссонанс, мешающий их связи. И сфера чутко почувствовала это, отчего занервничала и стала пытаться избавиться от тебя, но процесс устранения, как я понимаю, пошел не по плану из-за появившегося в погребе Даниэля, который в момент твоей нейтрализации перевел все ее внимание на себя, создав тем самым разлом, в который ты и попал,- оккультист нахмурился, сведя жидкие брови к переносице.- Тебе крупно повезло, что твое тело перенесло такой опасный временной скачок. -Что могло бы случиться?- поинтересовался Майлз. -В лучшем случае ты бы окончательно сошел с ума. -Эм... а в худшем? -В худшем твоя голова бы попросту взорвалась от этого резкого скачка. -Ухх..., неприятно,- поморщился Апшер. -Путешественник во времени...?- затаив дыхание и слушая, прошептал Даниэль.- Невероятно! Майлз! Расскажи! Расскажи про будущее больше! -Да! Именно! Расскажи же, что нынче в мире твориться? Люди уже освоили небо? Научились летать? Живут ли на других планетах? Может, сделали эликсир бессмертия? Открыли новые области применения алхимии, математики и физики? А литература? Что сейчас пишут?- тараторил без остановки Неттесгеймский вместе с юношей, ожидая ответов. -Эмм, я-я боюсь, что не смогу ответить на все ваши вопросы,- растерянно произнес журналист, пытаясь увильнуть.- После того, как соберем сферу, постараюсь, но, пожалуйста, не сейчас! Нужно же подготовиться к походу за осколками и все такое. -Ох, как жаль,- огорченно вздохнул узник.- Но! Если будет время, заходи, я с большим удовольствием послушаю о новом мире и его устройстве!- добавил он, улыбаясь. -Да, еще раз спасибо большое вам, Агриппа,- быстро протараторил парень, незаметно взяв Апшера за рукав, увлекая за собой.- Майлз, пойде...! -Ой! Постой, Майлз!- внезапно остановил оккультист.- А ты слышал когда-нибудь о Иоганне Вейере? -Иоган Вейер? Да, я упоминал его в диссертации тоже. Он ваш ученик, очень талантливый и одаренный. Выступал против охоты на ведьм. Эм, вроде Вейер писал об этом в книге "De praestigiis daemonum". -Ах! Я так им горжусь!- засветился Неттесгеймский. -Очень еще известен его трактат "О кознях нечистой силы", вдохновивший Эдгара По, Валерия Брюсова- автора исторического романа "Огненный ангел", и там еще кого-то там,- скомкано закончил Апшер, увидев нарастающий интерес Агриппы при упоминании все новых имен. -А ты, Даниэль?- горделиво спросил оккультист поникшего парня. -...Нет,- коротко, с нотками едва уловимой обиды, ответил юноша, раздраженно поглядывая в пол, не поднимая глаз. -Как? Ты никогда не слышал о Вейере? Мальчик мой, он возможно величайший человек в истории, а ты не знаешь о нем?!- потрясенно воскликнул Неттесгейский. -Хм! К чему мне это...,- тихо фыркнул он. -Н-но главное, что память о нем жива в вас,- мягко улыбнулся журналист Агриппе.- А остальное мелочи. -В этом есть своя истина. Пока я жив, память о Вейере живет вместе со мной,- увлеченно проговорил оккультист.- Майлз, а ты слышал о митраизме? -Митраизм? Думаю что... Даниэль, отпустив край одежды, какое-то время молча, чуть исподлобья, наблюдал, как Апшер, словно целиком позабыв о существовании юноши, с янтарным вдохновенным блеском во взгляде увлеченно общался с Неттесгейским. Парень, развернувшись, одиноко побрел к скамье, ощущая в груди странное, больно щемящие чувство ненужности, колкой злости и необузданной ненависти, томящейся глубоко внутри и не дающей покоя сжимающемуся от грызущих его волнений сердцу. От мысли, что Майлз, ставший для него нечто большим, чем просто опорой и напарником, который в опасные моменты утешая добрыми словами и мягкими прикосновениями, когда Даниэль, замерев от доносящихся неподалеку шагов чудовищ, в ужасе боялся даже сделать вдох, жавшись к стенке, мог так просто бросить его, как наскучившую игрушку, променяв на Агриппу, ввело парня в неудержимую ярость, и, изнывая от скребущейся в душе неясной злобы, бедный юноша не понимал, отчего ему так тошно и горько. "Неужто я надоел тебе?"- думал парень, вновь взяв в руки блокнот и не заточенный простой карандаш. Он глубоко вздохнул, стараясь остаться равнодушным к веселым возгласам со стороны колодок, сосредоточился, и, опустив черный грифель на пожелтевшую страницу, начал записывать то, что нехотя вспомнил, проходя сквозь извилистые тоннели темницы, комнату управления и морг. Рано на рассвете юноша, спешно собрав то немногое, что у него было, покинул ветхие апартаменты, выйдя на улицу, заметил, что омнибус давно уже ожидал его, поэтому, не став задерживать время, он быстро запрыгнул внутрь, положив багаж себе на колени. Кучер тронулся, лошади сонно покачали головами, но подчинились, двинувшись в путь. Мимо Даниэля проносились пока еще пустые узкие улочки, закрытые лавки, где еще не был включен свет, фабрики, пока не источающие клубы смрадных облаков дыма, заполняющих воздух и мешающих горожанам дышать, и только изредка рядом появлялись фонарщики, совсем недавно начавшие тушить свет после минувшей ночи. Но этот очаровательный вид просыпающегося города совершенно не восхищал и не радовал его, а лишь надоедал, отчего он, безразлично глядя в окно, желал поскорее доехать до вокзала, сесть в поезд и добраться до Альтштадта, чтобы покончить с преследующими его мистическими силами раз и навсегда. Приехал парень только к глубокой ночи, когда все немногочисленные жители деревни, расположенной недалеко от старого города, уже давно спали. Даниэль, сам немного прикрыв глаза в попытке отдохнуть, очень удивился, когда повозка, которую он успел перехватить в Бремене после прибытия, остановилась у небольшого двухэтажного, невзрачного вида, слегка покосившегося и обветшалого здания постоялого двора, непонимающе посмотрел на извозчика, но все же заплатил тому немного денег. "Милсдарь, езжайте к барону утром, а щас останьтесь лучше переночевать в "Мельнице". Ночью в наших краях небезопасно, переждите",- ответил кучер, прикрепив мешочек с монетами себе на пояс. Не став перечить его словам, Даниэль снял себе скромную комнатку на втором этаже, где попытался совсем немного поспать, но, закрывая глаза, парень вновь и вновь видел знакомых людей, что по его вине пали жертвами идущего за ним по пятам невидимого безжалостного существа, и он, испытывая дикий стыд, едва сдерживая жгучие слезы страха, пролежал так в постели до утра, а с первым же криком петуха тут же встал и оделся, на улице еле найдя человека, способного довести его по извилистой дорожке прямиков к замку, двинулся в путь. У массивных ворот его уже ожидал пожилой мужчина лет семидесяти, держащий в иссохших руках трость, в красном богатом кафтане с золотыми пуговицами, надетом поверх чисто-белого, настиранного прачками камзола, сливающегося по цвету с ситцевым нежным платком, обвязывающем дряблую шею. Лицо старого господина до ныне было бесстрастным и безучастным, а голубые, слегка слезящиеся от восходящего из-за пушистых елей солнца глаза бесцельно глядели на растирающийся перед ним лес и деревню внизу, но, завидев прибывшего гостя, старик отвлекся, спустился по ступеням и, любезно пожав ему руку, пригласил войти. -Здравствуйте,- учтиво поздоровался юноша.- Вы и есть Александр? -Да,- утвердительно кивнул барон.- Александр Бренненбургский- владелец этих земель, к твоим услугам. А ты Даниэль, так ведь? -О-откуда вы знаете мое имя?- спросил парень, сильно изумившись. -Просто угадал,- коротко ответил он, потянув дверное кольцо ворот на себя, впуская несмелого юношу в главный зал.- Проходи, чувствуй себя как дома. Александр провел гостя в гостиную, где его слуги уже подготовили для него большую роскошную комнату, увидев которую парень не смог сдержать восторженного вздоха, вызвав этим скрытую добрую усмешку со стороны старика. Неуверенно подойдя к кровати с толстыми перинами, пышным балдахином, свисающем плотным темно-зеленым покровом вниз, с золотыми пестрыми кистями на концах, он, на миг забыв, что барон, стоя в дверном проеме, все еще находился с ним в одной комнате, заливисто рассмеясь, отбросив сумку в сторону и сняв обувь, прыгнул на кровать, утопая в волнах пухового матраса, податливо прогибающегося под его движениями, подкинул подушку вверх над собой, после чего та мягко приземлилась ему на голову. "Даниэль,- сложив руки на груди, с легкой улыбкой на морщинистых губах позвал Александр, от низкого голоса которого юноша, стыдливо порозовев и прошептав "Простите!", встал на ноги, опустив голову к полу, стыдясь, не смея взглянуть в глаза барону.- У тебя будет еще много времени наиграться в отведенных мною покоях,- потрепал по плечу барон зажатого парня.- Сейчас лучше разложи все свои вещи, а потом я позову тебя на обед. Ты ведь явно проголодался с дороги." Ответом на заявление старика послужило громкое урчание в животе Даниэля, досадливо поджавшего губу от неловкости. Повесив одежду в шкаф, юноша вышел к Александру, ожидающего в главной комнате гостиной, после чего старик проводил его до столовой, где посередине широкого дубового стола, накрытого белоснежной скатертью, стояли несколько тарелок с вкуснейшими блюдами: жирной рулькой по-берлински, душистыми, пахнущими пряными специями маульташенами, фаршированными рулетиками из говядины вместе с соусом, сваренным из мясного бульона, тушеными сочными колбаски с жареным луком и картофелем, от запаха которых у парня чуть не потекла слюна с уголка рта. Пообедав на славу, барон провел юноше экскурсию по верхним этажам замка длиною во весь день, показал свой скромный кабинет, где заполнял документы, огромную библиотеку, расположенную неподалеку, что, казалось, была больше, чем в поместье Сент-Арно, лабораторию, тоннели архива и еще много других помещений, которых Даниэль не смог запомнить из-за навалившейся на него усталости. К ночи, когда огни на большинстве канделябров были потушены, юноша, держа в руках ночник, направляясь в свою комнату, слышал, как в стенах гулко завывал одинокий прохладный ветер. Преодолевающего арочные проходы парня весь путь не покидало чувство, что на него кто-то пристально смотрел, поэтому, обернувшись, он невольно напрягся, увидев позади двух шепчущихся между собой горничных, стоящих за поворотом и явно следящих за ним, но завидев волнение насторожившегося гостя, они, в миг сделав вид, что тот им был совсем неинтересен, молча направились в другое крыло замка. Даниэль, дойдя до гостевого помещения, закрыл дверь, снял с себя повседневную одежду, сменив ее ночной хлопковой рубахой, сильно отличавшейся от его собственной своими изысканными кружевами, и, вновь приняв желанную дозу опиума, сковавшее тело сладкой негой, лег спать. На утро юноша, проснувшись в холодном поту, забыв, где он находился, трясясь от страха, с криком подскочил на кровати, сбросив одеяло с колен, и Александр, услышав неподалеку вопли парня, в спешке прибежал в гостиную, с облегчением вздохнул, удостоверившись в том, что гость был в полном порядке, после чего позвал его на завтрак, где за чашкой чая у них завязался разговор. -Проходя мимо, я услышал, как ты ужасно кричал,- отпив горячей жидкости, произнес барон.- Что-то стряслось? -Кошмары, Александр,- ответил Даниэль.- Какой день они уже меня мучают- только одному Богу известно. -Не только ему,- покачал головой старик.- Я знаю о причинах твоих кошмаров не меньше, чем Всевышний. Ведь ты отчасти и приехал ко мне, чтобы избавиться от них. -В-вы...?- замялся юноша, замерев от удивления.- Как вы...? -Это не столь важно сейчас,- любезно проговорил Александр.- Важно другое,- серьезно добавил он,- то, что ты привез с собой. Расскажи о ней. -Сфера, да,- согласился юноша.- Понимаете..., после того, как я привез ее осколки из Алжира и собрал их, со мной стали твориться странные вещи. Все люди, с которыми я был знаком и пересекался в это время, все они....,- Даниэль, испытывая угрызения совести, сделал небольшую паузу.- Все они мертвы... -Артефакт, привезенный тобою из Алжира, отбрасывает своего рода длинную "Тень", что поглощает владельца сферы, если тот слишком слаб и не может совладать с ее силой. -Т-Тень? -Это древнее порождение зла, с силами которого пока не сумел совладать ни один человек в мире, необузданное и дикое, некий страж, преследующий своего хозяина с целью отобрать сферу, убивающий все живое на своем пути. Ты не можешь увидеть или потрогать Тень, но можешь почувствовать ее присутствие. После себя она оставляет густые мясистые сгустки выделений, очень опасные, токсичные и кусачие, к ним лучше не прикасаться по возможности. -Но мне не нужна власть, Александр!- воскликнул Даниэль.- Если я разобью ее, она оставит меня в покое? -Ни в коем случае!- рявкнул барон приказным тоном, отчего парень чуть вздрогнул.- То есть... не стоит так спешно принимать опрометчивых решений. Пойми, даже если ты уничтожишь артефакт, ты все равно останешься его частью, потому как у тебя уже был с ним тесный контакт. Если так безрассудно поступить, то Тень возможно достигнет тебя раньше и в конечном счете убьет. -В письме вы сказали, что можете защитить меня...,- проговорил юноша.- Что вы имели в виду? -Тень можно огородить от тебя, но...,- старик замолчал, глубоко задумался о чем-то.- Но цена будет очень высока. -Высока...?- непонимающе вторил Даниэль. -Я тебе кое-что покажу,- произнес он, встав с дивана.- Идем. Спустившись в глубокие катакомбы темного замка, Александр раскрыл тяжелые двери перед предвкушающим юношей, держащим артефакт в дрожащих от восторга вперемешку со страхом руках. Даниэль ступил в широкое круглое помещение, подпираемое множеством высоких, вырезанных из камня и исписанных неясными символами и иероглифами колон, окружающих расположенный в центре небольшой постамент с вогнутым отверстием, отведенным под какой-то круглый предмет. Барон, потащив за собой обомлевшего, восхищенно оглядывающегося по сторонам юношу, подвел его почти вплотную к каменной конструкции, сказав поставить сферу прямо на нее, и, сам встав напротив парня, протянул руки к реликвии, положив их прямо на выступающую округлую поверхность. Святилище вспыхнуло голубым светом, на миг частично ослепило Даниэля, но тот не отступил, а лишь продолжил смотреть, как необыкновенного вида яркое сияние на сводах потолка плавно перетекало на стены, колонны и неспешно спускалось к постаменту, очерчивая вокруг него кольцо за кольцом, а когда круги стали невероятно насыщенными и видимыми, юношу закрутило в безумном водовороте видений, вновь показывающих бескрайние пустыни, спиральные башни, одинокие пейзажи долин и простирающиеся на многие мили поля. Но затем свет, подергиваясь, изменился, окрасившись содрогнувшееся от раздавшегося воя неведомого существа помещение в бордовый, а покрытия стен, осыпаясь, покрылись мясистыми сгустками красных выделений, с нечеловеческой быстротой ползущих к сфере. Барон, заметив движение красного отростка сзади, тотчас же накинул на сверкающий артефакт толстую ткань, и пульсирующая плоть, злобно зашипев, отступила, вскоре полностью исчезнув. -А-Александр...?- тихо прошептал Даниэль.- Это и есть...? -Она подобралась слишком близко,- взяв сферу, ответил старик,- ближе, чем я думал. Мы должны подготовиться к ритуалы ограждения. -Ритуал ограждения? Что это? -Завтра ты все узнаешь. А сейчас иди в кровать, отдохни,- посоветовал он, возвращаясь вместе с Даниэлем в гостиную. "Цена высока...,- без остановки вертелось в голове у повторяющего раз за разом юноши, крепко сжимающего карандаш.- Высока... Очень высока... Но что я отдал...? Не помню... Что...? Я...? Отдал...? За эту цену...?" -Цена на что? На хлеб?- улыбаясь, вмешался радостный Майлз и сел на скамью рядом с побледневшим парнем.- Мм? Ты чего такой хмурной? -Ничего,- коротко ответил Даниэль, захлопнув блокнот. -Ого! Что за секретики тут пишешь?-спросил Апшер, устремив взор к книжке на коленях юноши. -Не твоего ума дело,- мрачно произнес он, чувствуя возвращающуюся обиду. -Эм... ну как скажешь,- оторопел журналист, уловив в голосе юноши скрытую злобу.- Ты же отдохнул хоть немного? -С чего эти пустые волнения?- так же бесстрастно продолжал парень. -Агриппа сказал, что там будет очень опасно. Следует набраться сил. -Ах, Агриппа...,- фыркнул Даниэль. -Да ладно тебе! Он славный малый!- улыбнулся он.- Просто "ходячая" библиотека! Все знает, что не спроси! Говорит ток так много, что еле ноги унес, ха-ха!- весело добавил Майлз, желая приободрить юношу, но тот лишь равнодушно хмыкнул, отчего задорный смех журналиста перешел в неловкое молчание. "Не стоит задерживаться",- сухо бросил парень, встав со скамьи. Апшер, не понимая такой резкой смены настроения Даниэля, сильно насторожившись, оторопел, но услышав недовольный голос парня, который, обернувшись, раздраженно потопывая носком сапога, уже ожидал его у выхода из нефа, он решил расспросить о причинах позже и направился к нему, после чего оба, захлопнув двери, скрылись в мрачном, ведущем к трансепту коридоре.