Вообще-то Волшебство вне Хогвартса запрещено!

Когда Арсений, неся на руках кокон с Шастуном, зашёл на эстраду, все, кто увидел это, конечно, ахуели. Кто-то стал перешёптываться, кто-то просто сидел с выпучеными глазами, кто-то чуть ли не лопался от злости. Последние два варианта были присуще девушкам. Ну это впринципе понятно. Безумно красивый вожатый таскает какого-то парня, который был до жути неуклюжим, а по телосложению похож на палку. Ни кого-то из других девушек(!) вожатых, ни девушку из отряда, а парня. Как же так?! Но Арсению было плевать на это всё. За такое короткое время пребывания в лагере он привязался к Антону. Парень был хорошим собеседником, в его компании было приятно находиться... Ну и было в нём что-то притягательное. Мягкие кудрявые волосы цвета пшеницы, которые завитками иногда спадали на лицо, детские пухлые щёчки и губы, милая родинка на кончике носа, еле заметные веснушки, появившиеся от яркого солнца, и.. Эти зелёные глаза, оттенку которых позавидует любая кошка. Искорки в них, мерцающие даже в тусклом освещении, в сочетании с яркой улыбкой дарили покой. Попов тонул в этой зелени, как в Озере Юных Душ . Он тонул в этом мальчишке.. Вот только сам Арсений этого не хотел признавать. Он говорил себе каждый раз, что чувства, которые он испытывает к Антону, неправильные. Но в тот же момент его внутренний голос твердил, что всё идёт так, как нужно. И Арсений сдавался. Он соглашался с этим. Попов часто себя ловил на том, что почти всегда упоминал Антона в разговорах с Виолеттой и Пашей, а в глазах обоих в эти моменты разгорался огонёк. Будто они понимали что-то. Губы их растягивались в улыбке. Будто они что-то задумали. Арсений спрашивал у них, что происходит, но те лишь говорили, что Попов просто всегда становится теплее, когда рассказывает о чём-то, что приятно и мило для него. Арсений опять соглашался. Антон правда милый.

***

Концерт закончился. Шастун, всё ещё укутаный в плед, шёл в корпус в самом конце строя, полностью утопая в своих мыслях. Именно поэтому он не заметил Алёну со своей небольшой свитой, стремительно приближающуюся к нему. Да-да, за эти дни Алёна уже нашла девчонок, которых таскала с собой повсюду. Нельзя сказать, что они сильно отличались чем-то от других. Если только небольшим умом... Именно поэтому они и стали "подружками" Алёны. — Антошка-Антошка, пойдём копать картошку! — крикнула одна из девочек. Антон обернулся и его итак плохое настроение ухудшилось в четыре раза. Ничего не ответив, парень продолжил свой путь. — Татошка, — его догнала Алёна и положила руку на плечо. — Ну ты чего такой? Знаешь, что игнор это плохо? — Чего тебе? — наконец ответил Шаст, пытаясь сделать голос более-менее дружелюбным. Получилось не очень.. — Да так.. Ничего такого. Подружиться с тобой хочу. Мы как никак на одном факультете. — Дружба – точно нет. А вот общение – возможно. — Почему это? С Сеней ты хорошо общаешься, а я чем хуже него? Антону захотелось сплюнуть под ноги Алёне весь тот яд, что скопился у него внутри. «Сеня». Именно эта форма имени была ненавистна Вейлу. По рассказам самой девушки, она ездила сюда не в первый раз, а значит должна была запомнить это. Да и сам Арсений говорил при знакомстве, что так его лучше не называть. «Она либо совсем тупая, либо в ней полностью отсутствует уважение к людям.» — подумал Антон. — Так ты ответишь мне? — вытащил парня из раздумий голос Алёны. — Почему ты назвала его Сеней? — Всмысле? Разве не понятно? — удивилась та. — Я его не первый год знаю, разница в возрасте у нас небольшая, соответственно, мы с ним как-бы друзья и я могу его так называть. — Он так сказал? — Нет, но это же логично. Он же просил себя так не называть, скорее всего, потому что он вожатый и это было бы неуважением – типа неполное имя. Но я же его долго знаю... — Приостанови свою шарманку про то, что ты его давно знаешь. И в каком смысле «Небольшая разница в возрасте»? Ты хоть знаешь сколько ему лет? — Тошка, не тупи, — вступила в разговор ещё одна девочка на побегушках. Кажется, её звали Ульяна. — Ты его видел вообще? Такое ощущение, что это не ты ошиваешься с ним в любой удобный момент. Ему точно не больше двадцати! — Уль, помолчи. Я думаю, Антоша сам это прекрасно понимает. — буквально заткнула девушку Алёна. — Окей, вы просто хотели пообщаться со мной про Арсения? Алёна раздражённо цокнула языком. — Говорю же, подружиться хотим. Ну так что? Не откажешь же ты в дружбе таким красоткам? Может, кого и отхватишь себе к концу смены. — девушка подмигнула. — Не всё же время тебе с Арсением быть. Уровень градуса злости внутри Антона близился к отметке +100. Он уже еле сдерживался, чтобы не послать Алёну и её собачек куда подальше. Но, во благо Всевышнему, они подошли к домику. Вот и повод выползти из этого змеиного клубка появился. — Нет, Алён, никого я не отхвачу себе. Я уже влюблён в одного человека.. Влюблён. Как же давно Антон никому не говорил, что он в кого-то влюблён. Что ему кто-то нравится – да. Но, что он именно Влюблён.. Шастун, кинув последний взгляд на змеиный клубок, быстро скрылся на втором этаже, пытаясь не запутаться в своём коконе. Алёна со своими собачками продолжала стоять и смотреть ему вслед, гневно раздувая ноздри. — Ну ничего, Татошка, ты ещё прибежишь к нам...

***

— О, Антох, ты чего так долго? — спросил Позов, когда Антон зашёл в комнату. — Да Алёна со своими девками привязалась. — Нормас! Шаст, ты прям Хью Хефнер! — подал голос Серёжа, копаясь в шкафу. — Да нихуя! Алёна предлагала дружбу, но я то вижу, что она просто хочет быть ближе к Арсению. Это и по её словам понятно! — А чего ты так бесишься? — спросила, Оксана, заходя в комнату. — Ревнуешь? — девушка подмигнула Антону и уселась на свободную кровать. — Реально, Тох, ты чего так завёлся?.. — поддакнул Матвиенко. — Да чё вы, блин, пристали?! Я вообще сейчас уйду к Паше и буду с ним жить! — начал возмущаться Шастун. — Антош, определись уже. Я понимаю, конечно, что они оба мужчины в самом расцвете сил, но для первого опыта, я думаю, ты должен обойтись одним. — Блять, Оксан! — рыкнул Антон на подругу. Она явно перегибала палку. — Да всё-всё, успокойся, Дьявол, — предотвратил начинающуюся ссору Дима. — Окс, а где Ира, кстати? — Она к дискотеке готовится. — Бля, точняк! Сейчас же дискач! — после этих слов Поз подскочил к шкафу, при этом он чуть не затолкнул туда Серёжу, и начал копаться на своей полке. — Слышь, суетной, поаккуратней можно? Увидев в ответ на свои возмущения лишь выставленный вверх средний палец, Матвиенко что-то буркнул себе под нос и, подняв с пола футболку, направился к своей кровати. — Тош, а ты чего не готовишься? — спросила Окс. — Я не пойду. А вот тебе бы не помешало пойти и подготовиться. — Ой баля-ять... — послышалось из шкафа. — Ты сейчас пиздов отхватишь, палка! Я по твоему недостаточно красивая? — Суркова медленно принимала вид разъярённой фурии. — Да я не в этом смысле! — начал оправдываться парень. — Ты наикрасивейшая девушка во всём мире! Я просто имел ввиду, что обычно же девушки много времени уделяют сборам. — Сегодня сил нет.. — более спокойно сказала Оксана. — И я, вроде бы, нормально выгляжу.. — Бесспорно! — синхронно ответили парни.

***

Ребята ушли и Антон остался один. Сейчас он задумался над тем, зачем вообще остался. Делать-то совсем нечего. Немного поразмыслив, парень взял блокнот и карандаш и сел на подоконник. — О Великий Бог вдохновения, запихни мне в голову хоть какую-то идею... — стал причитать он. Через пару минут, когда идеи так и не пришли, Антон тяжело вздохнул и откинул голову назад, слегка ударившись ей при этом. Активная музыка сменилась на какой-то медляк. «Ну, может, хоть так что-то надумаю?..» — задал себе в голове вопрос Шаст.

Твои руки, твои нежные глаза Укутали меня, укутали меня Твои руки, твои нежные глаза Укутали меня, укутали меня.

В голову пришла только одна мысль... Арсений. Обдумав эту идею, Антон на том и порешил — рисует Вейла. Выводя в блокноте плавные линии, Антон размышлял по поводу того, почему из-за этой песни пришёл в голову именно Арсений. «Ну если так подумать, то прикосновения Арсения были, кажется, самыми нежными за всю мою жизнь.. А про глаза даже думать не надо. Ясен хуй, у него глаза просто.. нет.. не просто.. они ебать прекрасны! И взгляд такой нежный. Ласкающий... Бля, звучит двусмысленно.. Так, окей, первой строчке ставим галочку. Ну Арсений укутал меня в плед. По визуализации, конечно, подходит. Но он же меня ещё укутал своей заботой. Этот факт, конечно, не точный, только моё мнение, но всё же!..» Размышления Антона прервались из-за того, что кто-то вошёл в комнату. Парень дёрнулся от неожиданности и чуть не выпал в окно. — Шастунишка, тебя НАСТОЛЬКО сильно манят падения в окна? — это оказался Добровольский. — Фух, ну чего так пугать-то?! Мог бы постучать. — начал возмущаться Шастун. — Ну я ж не был уверен, что ты точно тут. — А если бы я тут непристойностями какими занимался. — С кем? Арсений на дискотеке. От этих слов Антон ошарашено обернулся. — Ч-чего?.. — Я говорю, что не с кем тебе тут непристойностями заниматься, потому что Арс на дискотеке. — повторил директор. — Паш... Ты с ума сошёл?.. — Ой вот давай без этих ваших отговорок. Попов упрямый, как баран, а ты, я надеюсь, поймёшь, что нужно уже действовать. — Да с чего ты.. — Есть много причин для того, чтобы додуматься. Ну это, конечно, если человек не тупой. Антон не знал, что ответить. Он уставился в стенку за Пашей и задумчиво жевал губу. — Так что? Помощь мою примешь? — наконец прервал тишину Добровольский. Парень перевёл на него взгляд и, ещё чуть подумав, кивнул в знак согласия.

***

Спустя час разговоров с Пашей, Антон услышал, как Виолетта сообщает о том, что пора на второй ужин. — О, Павел Алексеевич, — обратила внимание на директора вожатая, когда он вместе с Антоном вышел из комнаты. — А вы чего там с Шастуном делали? Он натворил что-то? — Не, просто разговаривали. — ответил Добровольский. — Точно? У вас же разные "ранги", так сказать. — удивилась Виолетта. — И что? У вас, по сути дела, тоже. Ты не разговариваешь с ним из-за этого? — Разговариваю, но.. — Ну вот! Всё, веди своих зверьков в столовку. — Эй! — возмутился такому прозвищу Шастун, который всё ещё стоял рядом. Добровольский на это лишь показал язык, совсем как ребёнок, и скрылся на первом этаже. — Пойдём, Шастун. — У меня имя есть.. — буркнул Тоша. — Пойдём, Антошенька! — со вздохом сказала девушка.

***

На второй ужин давали снежок и пряник. — Да я не понимаю! — услышал Антон голос Серёжи, когда только вошёл в столовую. — В чём прикол давать это, если более сытыми мы не станем?! — Серёж, ну это нормы. Почему-то ты не задавался этим вопросом в других лагерях. — ответила ему Оксана. — Да он просто жрать больше стал. Вот и мучается. — вступил в разговор Антон, садясь за стол. В ответ ему последовал средний палец Матвиенко. — Ну чего там на дискотеке было? Никто не умер, не поебался? — Да ничего такого... — медленно проговорила Оксана. — Ты что-то скрываешь? — Нет, с чего ты взял?.. — Окси, я давно тебя знаю. Я могу понять, когда ты врёшь, а когда говоришь правду. — Да там Алёнка Арсения твоего приглашала. — жуя пряник пробурчал Серёжа. — Он не мой.. — Он отказался! — перебила его Ира. От неё Шастун этого не ожидал. Они встретились взглядами. В глазах Кузнецовой стояло волнение. «Неужели она знает...» — подумал парень. Из этой неловкой тишины их вырвал кашель Серёжи. — Матвиеныч, блять! — Дима начал стучать того по спине. — Ебучий пряник! — прохрипел хвостатый, когда откашлялся. Дальше эта небольшая трапеза проходила спокойно. — Тош, ты в домик? — тихо спросила его Оксана на выходе. — Ага. — Извини.. Я просто.. — Всё в порядке. Ты не должна уведомлять меня обо всём. Правда. — Всё равно извини. В ответ Антон лишь дружелюбно улыбнулся. Оксана ведь правда ничего не должна ему. — Львята, сейчас все идём в корпус. Младшие готовятся ко сну, а старшие, кто хочет, идёт с Виолеттой на дискотеку. — громко объявил Арсений. — А зачем старшим в корпус? — спросил какой-то парень из толпы. — Чтобы не запутаться, — ответила Виолетта, пересчитывая всех. — Все на месте. Идёмте. В домике на небольшое время началась суета. Все переносили свои вещи в разные комнаты. Сейчас до Антона дошло, что он единственный из старших, кто не идёт на дискотеку, его комната занята другими ребятами, которые уже готовятся ко сну, а в комнате, в которой он проведёт эту ночь, одни дети. Нет, там, конечно, ещё есть Тимофей, но он, скорее всего, уйдёт на дискотеку. Шастун решил пока усесться на подоконник в холле. Вдруг Антон выцепил из всего этого непрерывного движения макушку вожатого. — Арсений, — окликнул он его. Мужчина обернулся на голос и довольно резво протиснулся через всю эту толпу. — Чего тут сидишь? — спросил он, подходя ближе. — А что мне ещё делать? Я вещи перенёс. — Ну, тогда спускайся, сейчас на дискотеку пойдёшь. — Не пойду. Сегодня не хочу. Я и на первую часть не ходил, если ты вдруг не заметил... — Заметил. Арсений ещё чуть приблизился и теперь он почти стоял между ног Антона. Конечно, второго это немного смутило. Он сглотнул, непонятно откуда взявшийся, ком в горле. — Ну так что мне сейчас делать? На эту ночь-то я с мелкими, а они спать сейчас собираются. — Вообще-то там ещё Тимофей. Можешь с ним выйти в холл и пообщаться. — С ним? Не-е.. — активно замотал головой парень. — Чего так? Уже не поладили? — Да он какой-то мутный тип. Отрешённый. — Мыш, ну ты же не пробовал с ним пообщаться. Тем более, эта ночь на сближение! — Арс, — прервала их диалог Виолетта. — Извините, что прервала. Я просто сейчас ходила к директору.. — И? — Попов развернулся к девушке и опёрся локтями на колени Шаста. Антон опустил взгляд на спину вожатого и залип. — Он сказал, что сегодня не будет второй дискотеки, так как там что-то с аппаратурой. Ещё он сказал, что мелким можно сейчас не ложиться. — И что с ними делать? — А может истории порассказываем? — предложил Антон. Арсений запрокинул голову и посмотрел прямо в глаза парня. «Да ёб твою мать! Ты чё творишь?! Если я уйду отсюда со стояком, это ваша вина, Арсений – я всё ещё не знаю вашего отчества – Попов!» — думал Шаст. — Какие? — Ну.. Разные.. Кто какие хочет, тот такие и рассказывает. — пожал плечами парень. — Мыш, ты гений! — Вейл оттолкнулся от Антона и похлопал того по бедру. — Давай вставай. — Мышь? — удивилась Летта. — Не правильно. Мыш! Там пожёстче. Через десять минут все собрались в холле на первом этаже и уселись в круг. Антон сел справа от Арсения, слева от мужчины сидела Алёна. Вожатый, прочистив горло начал: — В общем, сегодня счастье для младших, потому что спать вы ляжете, как и старшие, в 23:10. Итак, сейчас мы... Вдруг погас свет. — Ребят, что за тупые шутки? — первой подала голос Алёна. — Включите свет! Арсений включил фонарик и пошёл к выключателю. Пощёлкав его, он сообщил: — Кажется.. Всё... — Скорее всего это во всём лагере... — предположила Виолетта. — Дискотеку же отменили из-за проблем с аппаратурой. Ну вот, возможно, проблема была не в аппаратуре, а в электричестве. — Так, ладно. Значит будем сидеть со свечкой.. — вздохнул Попов. — Летта, устроишь? Вожатая кивнула и ушла за свечой. — Почему со свечкой? А как же фонарики на телефонах? — спросила одна из подружек Алёны – Кристина. — Неизвестно, когда включат свет. Я не хочу тратить заряд на телефоне. Вернулась Летта с тремя свечками и зажигалкой. — Так вот, — продолжил Арсений, зажигая свечи. — Сегодня у нас будет вечер, а точнее, ночь историй. Рассказывать можно любые. Есть у кого-нибудь что-то? — У меня, — сказал Антон. — В общем, шли мы как-то с Оксаной из магазина до моей дачи и видим, как на чьём-то крыльце кот мяукает, чтобы его впустили. Без задней мысли мы подошли к двери, я позвонил в звонок, кивнул коту и мы пошли дальше. И только завернув за угол, мы осознали сделанное, услышав, как хозяин орет: «Твою мать! Лида, кот только что позвонил в дверь!». Вот такая вот смешнявка. — Точняк! Потом хозяин этого дома посыпал солью перед калиткой! — подключилась подруга. — А я знал, что их одних никуда отпускать нельзя, — сказал Дима, поправляя очки. — Но Серёжа ещё спал, а его оставлять одного в доме нельзя. Он потом истерику закатит, что мы его бросили. — Не было такого! — возмутился Матвиенко. — Ну ладно, истерику ты может и не закатывал, но сжирал пол дома. — Окс, ты туда же? Чё вы из меня дебила делаете?! — Никто из тебя дебила не делает. В общем, есть история, как мы хотели поздравить Оксану с днём рождения, а этот хвостатый чуть подпортил праздник, — на эти слова Димы Серёжа цокнул и закатил глаза. — Мы с Тохой приготовили торт по любимому рецепту Окси. А мы, чтобы тут все понимали уровень запары, повара ужасные. Ну так вот, корячились на кухне пол дня с этим тортом, а утром, когда пошли Оксану встречать, оставили торт в холодильнике. Как-то мы разошлись с Серёжей и оказалось, что, когда мы ждали на остановке Окс, он приехал в дом. Было, повторюсь, утро и Серёжа, решив, что покормят его на даче, не завтракал. Ну, возвращаемся мы, а этот сидит на качелях с кофе и тортом полусожранным. — А день рождения-то как отпраздновали? — поинтересовался Арсений. — Мы отправили Матвиенко в магазин, чтобы тот возместил ущерб, приготовив нам шаурму. — легко ответила девушка. — Сколько у вашей компании историй? — хохотнул вожатый. — Куча! — воскликнули друзья. — Только, если мы будем сейчас всё рассказывать, это затянется до утра. — пожал плечами Антон. — Следующего утра. — подхватил Позов. — Ну, ладно. Давайте тогда ещё кого-то послушаем. — У меня есть история, как я чуть не послала директора школы. — подняла руку девочка с красными волосами. Её звали Ксюша. — Ого! Даже так.. Ну, давай. — Когда я была в пятом классе, я перешла в другую школу и почти никого не запомнила на тот момент. Моя знакомая училась в параллели и её сбил трактор у школы. Я, конечно же, поинтересовалась как она. Ну короче, перелом ноги, но это не особо важный факт в этой истории. Я сидела в группе нашего города в Вк и наткнулась на пост про этот случай. Там спрашивали о последствиях, а я рассказала. Пишет мне в личку женщина с просьбой не распространять эту информацию, а я довольно резко ей отвечаю. Ну, а почему нельзя-то? Захожу на её страницу и понимаю, что это директриса... — Почему ты ещё жива?.. — спросил какой-то парень. — Ну, у нас тоже есть история про директора. Я думаю, она даже жёстче.. — начала Оксана. — Нет! — резко прервал её Шаст. — Это мы рассказывать не будем! — Ну, я извинилась и кинула её в чс...— закончила Ксюша. Когда довольно большое количество ребят рассказали свои истории, послышался грохот на втором этаже. Некоторые девочки пискнули, Антон дёрнулся от неожиданности и схватил Арсения за руку. — Извини, — сказал тот через пару мгновений, опомнившись. — Рефлекс.. — Ничего.. — улыбнулся вожатый, но через пару секунд его лицо стало серьёзным. — Что это было?.. — испуганно спросила девочка лет одиннадцати. — Думаю, Арсений, пришло время рассказать кое-что об этом лагере... — слегка напряжно выдохнула Виолетта и посмотрела на Попова. Тот кивнул.