Великий

      Пламя погребального костра бросает мрачные танцующие блики на лица и одежду бессмертных, кто собрался в последний раз попрощаться с правительницей Цитадели Вики Уокер, — бывшей Непризнанной, наречённой демоном, — той, кто истощила светом свою энергию без остатка, чтобы одолеть Отца Тьмы. Победившей светом, что был не её, но дан ей, и он же испепелил чуждую ему демоническую энергию.       После сего одни стали относиться к полукровкам ещё более подозрительно, другие стали восхвалять Великого, восхищаясь его возможностью сочетать в себе две полярные силы, которые в нём не просто не подавляют, но умножают друг друга. Ну а он… просто был рождён таким.       Стоя на возвышении, в окружении советников и генералов, скрывая часть лица тёмным капюшоном, Мальбонте неподвижно наблюдает за догорающим в девственно-белом саване телом девушки, что он любил. В памяти мелькают отрывки относительно короткого времени, проведённого с ней, — короткого по сравнению с тем незапамятным временем, что охватывает его долгий век, — короткого, но имеющего несравнимо больший вес в глазах Мальбонте.       Вики была сущим демоном, часто говорила и поступала на эмоциях, однако намерения её были честны и справедливы. Перед опустошёнными глазами правителя проплывает образ той, что теперь значит не меньше, чем сама победа: ясный созерцательный взгляд, дерзкие темпераментые выходки, отчаянная самоотверженность ради победы и спасения тех, кто дорог; ласковые прикосновения при дрожащем свете одинокого бра, умопомрачительный изгиб талии, особенно в минуты наслаждения; сокровенные мысли о другом бессмертном…       Грудь вновь раздирает исступлённый вопль, однако сейчас Мальбонте не может дать ему волю, как на том одиноко острове над бледным, отяжелевшим телом Вики. Никогда ещё правитель не чувствовал себя таким слабым и беспомощным. Если он не смог её исцелить, позволил погибнуть, какой прок от его способностей?       «Кажется, теперь я в полной мере понимаю твою боль, моя тёмная королева. Твоё отрицание, гнев, апатию… и беспомощность перед безжалостной действительностью. И как ты не вышла в окно, велев оборвать себе крылья? Хочется верить, что благодаря мне. Вот только у меня нет никого, кто удержал бы на краю пропасти… Лишь весь мир, что нуждается в моём попечительстве, за который я несу ответственность перед самим собой и перед ними; и твой сын от того, кого ты воистину любила — в отличие от меня. Что ж, думаю, часть твоего сердца я всё-таки отвоевал, но это не та победа, на которой я бы остановился. Нет больше грёз, что однажды ты подаришь мне наследника — моего наследника. Будешь кормить его его своими прекрасными грудями и называть «мой маленький Бонт». Бонт… Более никому не позволю так называть меня — никаких фамильярностей».       Едва обряд завершается, Мальбонте в одиночестве уходит, не подпуская к себе никого, кто желал выказать сочувствие о жертвенной гибели верховной демонессы. Ему это не нужно. Так или иначе, никто не знает, кем она была для него. Взмахнув могучими крыльями, полукровка растворяется в ночном небе.       Спустя минуту из круга, что наиболее близко стоит к погребальному костру, отделяется небольшая фигура и следует за правителем, держась на безопасном расстоянии, что позволяет остаться нераспознанным.       Дом Мими неблизко, и в дороге Мальбонте погружается в свои мрачные мысли и планы. Холодный ночной воздух не остужает горячей головы, а раздирающие грудь горе и скорбь накапливаются, как снежный ком.       Прибыв на место, полукровка останавливается у массивной запертой двери и тут же беззвучно проходит сквозь неё, будто призрак.       Тишина. Засветившиеся при его появлении лампы позволяют без труда осмотреться. Уловив флюиды трепетной энергии, Мальбонте перешагивает порог ближайшей комнаты. Дух Вики, что по всей видимости жила именно здесь, ещё сохранился и скребёт грудь полукровки, словно когтями по металлу.       Бросив взгляд на прислонившуюся к детской кроватке спящую ангелицу, он одним коротким взглядом накидывает на неё морок, углубляя сон. Несколько тихих шагов позволяют Мальбонте взглянуть на ненавистного, ещё бескрылого младенца, что спит невинным чутким сном. Его энергия ощущалась ещё за пределами дома, здесь же она просто бьёт фонтаном, крича о своём могуществе. Взгляд Мальбонте выражает всю его боль и презрение к злосчастному ребёнку. Правитель крепко сжимает кулаки, сдерживая гнев.       «Было бы лучше, если б меня так устранили в младенчестве. Да, так было бы лучше, в том числе для меня самого».       Почувствовав, что его, пусть не прикасаясь, подняли в воздух, запеленованный малыш разлипает веки и пару секунд пытается понять, кто перед ним.       Её глаза. Не бледно-голубые, как у Дино, а ближе к нежно-бирюзовым. Внутри Мальбонте что-то обрывается.       «Позаботься о моём маленьком Дино…»       Малыш разражается плачем.       Чтобы отразить внезапно атаку Мими, полукровка едва поворачивается к ней. Не позволив демонице повторить удар, он лишает её способности двигаться, взглядом сковав по рукам.       — Отойди от него! — угрожающе рычит Мими, тщетно пытаясь пошевелить пальцами.       Младенец продолжал испуганно реветь. Стены с мебелью начинают подрагивать, с кухни слышно, как звенит, разбиваясь, посуда.       «Отпрыск силён».       — Не смей вредить ему, Мальбонте! Только через мой труп!       Он бросает снисходительный взгляд за могущественного несмышлёныша.       «Я в детстве так же боялся и из-за этого уничтожал всё на своём пути. От меня так же хотели избавиться из-за этого. Теперь я на их месте. Кому я хочу отомстить?..»       Медленно опустив малыша Дино в кроватку, правитель отпускает Мими — порхнув чёрным плащом, она сразу бросается к своему подопечному и заботливо прижимает к груди. Тот как с нажатием кнопки прекращает плакать, и землетрясение утихает.       — Тш-ш, всё хорошо, малыш, — заботливо воркует Мими, покачивая младенца.       Взглянув на них задумчиво, с тоской в последний раз, полукровка направляется к выходу.       — Мальбонте! — окликает его Мими.       Тот, остановившись, бросает через плечо:       — Я не наврежу ему.       — Для начала сделай так, чтобы Нанна проснулась.       Спохватившись, Мальбонте вспоминает про няньку, что усыпил, появившись здесь. Та вздрагивает, словно от толчка, и сонно хлопает ресницами, не понимая, что происходит. Увидев правителя, она благоговейно бросается на колени.       — Я позабочусь о нём, — не обращая внимания на Нанну, обращается она к стоящему вполоборота Мальбонте. — Знаю, что… без неё её младенец тебе не нужен. Но он не доставит хлопот.       — Ты не можешь этого гарантировать, — глухо отзывается полукровка.       — Я перебираюсь на Землю, буду растить малыша Дино там. Нанна готова лететь со мной.       Та с готовностью закивала рыжеволосой головой. Мальбонте в удивлении поворачивается лицом к ним.       — Вот уж не думал, что из тебя получится нянька, — с едва заметным намёком на улыбку качает он головой.       — Из тебя тоже — дай ему подрасти, — самоуверенно заявляет Мими, осторожно поворачивая младенца лицом к правителю. Демоница скорбно поджимает губы, в глазах скапливается влага. — У нас… больше ничего не осталось от неё. Бывшая смертная — кто мог подумать, правда?       Девушка хлюпает носом, Нанна тихонько вторит ей.       Ничего не говоря на это, Мальбонте покидает дом — как положено, отворив дверь. Не хотелось тратить время на сентиментальности, у правителя слишком много дел, требующих его контроля. Взмахнув огромными багровыми крыльями, Мальбонте растворяется во мраке ночи.

***

      Оставив школу ангелов и демонов на временного преемника, Мими, как и намеревалась, пять лет прожила на земле, воспитывая сына Вики и Дино, после чего вернулась с ним на Небеса. Маленький Дино поступил в школу ангелов и демонов. К тому времени Фин и Кара давно её окончили. Кара так и не определилась со стороной, и Мальбонте лично позволил ей остаться посередине, став первой Хранительницей равновесия. Отличившийся в Сражении у разлома Фин вскоре после окончания школы получил предложение службы в Цитадели и спустя время заменил одну из советников, что к тому времени приняла решение оставить пост и выйти на пенсию. Женившись немедля на Каре, он возвысил Хранительницу равновесия тем паче.       Светловолосый чернокрылый Дино проявлял высшую степень способностей и усваивал уроки Мальбонте на лету (во всех смыслах). Парень, восхищавшийся своим могущественным наставником, даже не подозревал, что тот ему немного завидует: Дино вырос в любви, заботе и с лояльностью к нижестоящим, так как вырос среди смертных. Он знал о своих родителях, но не переставал расспрашивать тех, кто знал их при жизни. В этом мальчике, что так напоминал свою мать, Великий реализовал то, о чём сам всегда мечтал.