Кошачий домик

      – Как насчет того, чтобы завести еще пару малышей?       – Каких малышей, Кот? Тебе мало троих детей? Я отказываюсь.       – Ну, мам! – присоединилась я к хору сестер. Эмма добавила:       – Мы хотим братиков!       ЛедиБаг растерянно перевела взгляд с Кота Нуара на нас и обреченно покачала головой.       – Вот вроде бы все девочки, но какие же вы все-таки коты! Точнее, кошки.       – Пока еще котята, моя Леди, – подмигнул ей папа. – А это место – настоящий кошачий домик.       – Как здорово, что мы уговорили вас привести нас сюда, – просияла Леди Солейль, она же Хелен, моя сестра-двойняшка.       – Да, упрашивать пришлось долго, и в итоге вы согласились на это так спонтанно, что папа даже не успел прибраться, – хихикнула Эмма. Нуар сделал страшные глаза и широко расставил руки, а Эмимаус, взвизгнув, принялась наворачивать круги по комнатке, улепетывая от отца.       Нарочито закатив глаза и покачав головой, я взяла в руки доску с суперзлодеями. Искусно и тщательно сделанная, она так и притягивала мой взор.       – Мам, – осторожно спросила я, – а вы с папой... ну... сильно боялись Бражника?       Еще не успев договорить, я смутилась. Вопрос звучал как-то по-детски. Леди Солейль фыркнула:       – Конечно нет. Супергерои ничего не боятся.       – Боятся, и еще как, – мягко возразила Леди Баг. Хелен изумленно вскинула голову, а мне показалось, что мама удрученно смотрит в сторону папы, который щекотал хохочущую Эмимаус и что-то ей приговаривал.       – Понимаете, девочки, – серьезно промолвила Леди, отводя от Кота взгляд, – на самом деле людей не очень-то правильно делить на героев и злодеев. Я хочу сказать, нельзя делить мир исключительно на белое и черное.       – Но Бражник ведь был «черным», – Солейль нахмурила брови. – Он был злом. Подчинял себе людей. Как в нем может быть что-то хорошее?       Мама как будто подавила вздох, а я почувствовала, что разговор нужно увести в более веселое русло.       – Ну имена он иногда придумывал вполне неплохие. Например, «Месье Голубь» отлично звучит, – иронично усмехнулась я. – А ведь прозвище придумать – это та еще задачка. Я со своим геройским именем долго мучилась.       – И не говори, Лунико Бланк, – улыбнулась мне мама. – Зато оно того стоило.       Я хмыкнула, вспомнив, как перелопатила кучу книг, а затем целый вечер просидела за ноутбуком, пытаясь нагуглить что-то красивое и запоминающееся. Эмма возмущенно сопела мне в ухо, а Хелен даже дернула меня за волосы, потому что, увлеченная своим занятием, я в тот день наотрез отказалась играть с семьей в настолку. Из-за моего упрямства Агрестам не хватало одного человека до нужного числа игроков.       – Мое имя все равно красивее. А еще я Леди, как наша мама, – Хелен вдруг показала мне язык, и ЛедиБаг легонько щелкнула ее по носу:       – Настоящие леди не дразнят своих сестер!       – Ну ма-а-ам!       Леди Солейль решила действовать точь-в-точь как ее отец – и полезла щекотать ЛедиБаг. Мама вскочила, и теперь настала очередь Хелен убегать от родителя по кругу.       Папа и Эмма замерли в обнимку, наблюдая за бегающей родней, а я уселась на пол и скрестила ноги по-турецки, все еще не отпуская доску и внимательно рассматривая каждую прорисованную на ней стрелочку.       На секунду мне показалось, что папа напряженно смотрит на меня. Я подняла глаза. Кот Нуар кашлянул и торопливо перевел взгляд на смеющуюся Хелен.       Интересно, почему мама и папа никогда не говорили нам, как они победили своего врага?       И почему никогда не рассказывали, кто же носил маску Бражника?