Вся боль уходит от твоих объятий

«Холодно. Страшно. Одиноко. Мокро. Темно. Пустота. Хочется взять в руки что-то лёгкое, что-то острое. Поднести к запястьям и сделать несколько движений. Для такой работы, подошли бы ножницы или острый кухонный нож. А может взять осколки от бутылки водки? Нет. Лучше острую открывашку от банки пива, которая уже года как четыре лежит за диваном. Слишком геморно и очень больно. А может взять толстую верёвку с подвала, а потом закрутить в петлю? Этот подвал я хорошо знал. От каждой трещенки и паутинки. Раньше в подвале хранились малосольные огурчики, которые очень любила мама. Вкусные компоты приготовленные мамой, разные варенья и грибочки в масле. Но сейчас всего этого не было. Свет больше не горел, больше не было вкусной купорки. Был рвотный запах крови, много паутины и пыли. А на полу расположилась застывшая кровь, которую ни чем не оттерёшь. Света больше нет. Осталась только холодная и глубокая тьма, которая пожирала меня изнутри и снаружи. Достало. У меня больше нет сил терпеть. Прошу. Прошу тебя, мама. Пожалуйста. Разреши мне пойти к тебе, в твои тёплые объятия. Я больше не могу так жить. Хочу сдохнуть.» Медленно открыв глаза, маленькое тело поднялось с кровати. Лунный свет освещал худое тело до костей, освещал ноги, которые были покрыты фиолетовыми большими синяками, освещал руки, которые были перебинтованны с запястей, и бледное лицо с множествью пластырями. Маленькое тело подошло ближе к окну и открыло его. Лунный свет с ещё большой силой прошёлся по телу и теперь освещал карие, но мёртвые глаза. В них больше не было жизни, была одна пустота. Этот свет заглядывал во все лазейки, кроме души. А зачем? Если она итак пуста. Одно движение и ноги сами двинулись вперёд. Секунда и в одинокой, и в холодной комнате остался только лунный свет, который только и мог, что освещать её. Другого осветить он больше не мог.

***

Звон будильника дошёл до ушей. Раздражает. Когда-нибудь он точно его вышвырнет из своей комнаты. Одним лёгким движением руки и будильник был выключен. Поёрзав слегка в кровати, парнишка наконец встал с тёплых объятий, что укрывали его от холода. Почти конец ноября, холод так и берёт по самое не хочу. Бесит, раздражает. Раздражает что ничего не может быть по немножку. Вот поэтому, Кагеяма терпеть не мог зиму. Слишком холодно. Выйдешь из квартиры в мороз или в снегопад, окаченеешь, пока дойдёшь до этой сранной пятёрочки, которая находилась в двадцати шагах от его дома. Мало того, что по пути тебя ждало множество припятствий. Большие сугробы, скользкость на дороге, жёлтый снег, играющая в снежки малышня и огромные сосульки, падающие с крыш, да сосулька тебя может перепугать так, что на месте успеешь обосраться. А эта малышня играющая в снежки. Такое чувство будто ты на войне, мало того, что обкидывают, так ещё маньяком обзывают и орут как обезьяны, которые потеряли свои бананы. А затем приходят их "я же мать" и начинается не то, что война, а конец света. Плюс эти праздники. Смотреть на улыбающих людей - раздражает, видеть их счастливыми - раздражает. Лучше сидеть у себя в комнате, смотреть сериальчики с острым начасом и коллой в стакане, чем праздновать в кругу людей Рождество и Новый год. Бесит. Также и с осенью. Что в ней такого хорошего? Мало того, что учёбы выше крыши, так тебе приходится сидеть с утра до вечера. А плюсом в капилку, так это видеть каждый день надоедливые рожи, которые порядком так достали. Девчонки просто хвостиком за тобой бегают. Раздражает. И хорошо, что от этих девах можно отвязаться, но весной ты от них никуда не денешься! Как там говорят. "Пришла весна - время любви, романтики и спокойствия в твоей душе". Нихрена подобного. Весной всё расцветает, сходятся парочки и на весь мир нежаться друг у друга в объятиях. Куда не посмотри, куда не пойди. Везде тебя преследуют парочки с улыбчивыми рожами. Так ещё гуляя по парку, на любом шагу встретишь парочку, которая либо мило беседовала, либо они сосались наплевав на всех прохожих и посылая старых людей нахуй, либо же увидишь более мерзлотную картину. Один из партнёров кормит другого, а тот так наслаждается этим клубничным тофу, что блевать тянет. И эти все парочки и их решения были созданы под цветущей Сакурой. Бесит. Мало того, что вокруг тебя парочки в обнимку ходят, весной проводится праздник то ли фонарей, то ли это обычный фестиваль, на котором дохрена людей и одеты они в юкато. Лучше сдохнуть несколько раз, чем одеться в эти халаты, в них же потеряться можно. И снова вернёмся к парочкам, мало того, что ты их встречаешь на улице, но в школе тебя буквально топят в этих валентинках от поклонниц и шоколада сделанный от чистого сердца и даря свою искреннюю любовь. Ну, что за блевотня. Мало того, что надоедают со своими признаниями, так уже мусор некуда складывать. А от этого шоколада уже тошнит. Раздражает. Кагеяму снова отвлек звон будильника, на, что он не выдержал, как бросил устройство дьявола об стену. — Я уже давно встал. Какого хрена ты вообще прозвенел? Кагеяма простонал в подушку, но всё же решил подняться. Настроение испорчено в хлам. Надежда на утренние кофе с молоком. Открыв огромный шкаф, Кагеяма взял свою форму и поспешил одеваться. Сегодня он решил себя побаловать. Обычно такое он не носит, но раз настроение в хлам почему бы не испортить его ещё больше? Кагеяма остановился на чёрных джинсах, которые смахивали на классические брюки, пройдёшь мимо учителей или ученического студсовета, никто и не заметит. Достав заранее поглаженную белую рубашку, Кагеяма надел её на обычную чёрную футболку. Пока такая зима, ходить просто в рубашке он не будет. Болеть он не любил, много хлопот с болезнью. Кагеяма решил не до конца застёгивать рубашку, поэтому несколько пуговиц оставил не застёгнутыми. Такой вид, предавал Кагеяме брутальность, красный галстук он завязал и оттянул, чтобы не душил. Кагеяма терпеть не мог галстуки, слишком уж они душили твою шею. Кагеяма хотел бы уже взять пиджак, как вспомнил, что пиджака то у него и нет. Он ведь отдал пиджак тому рыжему пареньку, с которым даже познакомиться нормально не смог. Но все его звали отбросом, почему так звали, Тобио понятия не имел. С виду, этот рыжий парнишка даже на отброса не был похож. С его ранами на лице, неакуратной одеждой и с беспорядком на голове, он походил на хулигана. Не хватало зазнавшейся рожи и страшного оскала. Но этот паренёк, даже на обычного человека не был похож. С одной стороны он вроде живой, но вот его глаза были мёртвыми, как у настоящего мертвеца. “Могу поклястья, что встретив такой взгляд на заброшке, обосрешься ещё несколько раз.” Кагеяма повертел головой. Хватит с него раздумий. Он мог бы попить кофейка, но увидев на сломанных часах время и сверившись с телефоном, пришёл в ужас. Он опаздывал на свой автобус, который шёл по дороге в его школу. И с кофе лучше повременить, автобус будет на остановке через пять минут. Кагеяма быстро подхватил сумку и обув кроссовки, выбежал из квартиры. Если он пробежится, то сможет успеть. Как раз позанимается с утра пораньше. Но как бы сильно он не бежал, автобус он пропустил и теперь до школы ему нужно переться пешком. Кагеяма ругнулся, пиная камень ногой. Этот день, его явно бесил. Проходя улицы, Кагеяма вдруг заметил дорогу. Он раньше по ней никогда не ходил, даже не видел её, но Кагеяма мог поклястья, что по этой дороге виднелась крыша его школы, значит через этот путь он сможет пройти быстрее. Взвесив все "за" и "против", Кагеяма не спеша пошёл вперёд. Зачем было бежать? Автобус он пропустил, а опоздает он на урок или нет, было плевать. Всё равно он лучший в классе, так, что насрать. Проходя улицы, Кагеяма всё сильнее удивлялся. Эта дорога была такой одинокой, но спокойной. Вся злость резко улетучилась, осталось только спокойствие. Делая ещё несколько шагов, Тобио замер, разглядывая здание перед собой. Это здание напоминало какой-то большой дом. Его тона были мягкие и светлые, а наверху красовалась красивыми буквами название. — Дедский приют "Ягодка". Кагеяма пожал плечами и аккуратно подошёл к ограждению. За огародкой скрывалась поляна, усыпанная красочными листьями, а голые деревья добавляли красоту. На поляне играли дети, они были смешно и мило одеты. Кагеяме особенно понравилась девочка в ушанке, только уши у неё странные, смахивали на кошачьи, но довольно длинные. Все эти дети гуляли, их улыбки не так раздражали, но стоило Кагеяме подойти ближе к ограде, как все дети обернулись на него и тут же с криками убежали в дом. И на, что он надеялся. Все дети его боялись, не только из-за его грубости, но и за его лица, оно довольно жуткое. Кагеяма хотел было уходить, но тут он заметил, что к ограде подбежала та самая девочка со странной шапкой. Она смотрела на Кагеяму и вдруг, широко ему улыбнулась. — Приветик, мистер. Вы пришли с нами поиграть? - спросила девочка. Но Кагеяма продолжал стоять. Он настолько засметрелся на эту яркую девушку, что даже не обозлился на "Мистер. Тобио просто продолжал ошарашенно смотреть в карие глаза, которые отличались тем, что они были живыми и радовали глаза. Из шапки торчало несколько рыжих волос. Эта девочка напоминала ему кое-кого. Такие же рыжие волосы, вот только глаза были мёртвыми, а улыбки на его лице он не видел. — Слушай, а у тебя случаем нет брата? Просто ты мне кое-кого напоминаешь. — У меня есть братик. Его зовут Хината Шоё, он очень добрый и сильно любит меня, и я его тоже очень люблю. Я жду того момента, когда он заберёт меня и мы снова будем жить вместе. Девочка улыбнулась. Кагеяма мог поклясться, что эта улыбка настолько яркая, что осветила даже его угрюмое лицо. Но его напряги слова девочки. — Подожди. Почему ты вообще здесь? - спросил Тобио. Расспрашивать ребёнка, было неловко, но Кагеяма даже сам не понял, как спросил. Возможно эта девочка сильно впечатлила его. —Наш папа, стал плохим. Раньше я не слышала криков в нашем доме, но потом я стала их слышать всё чаще. Раньше в нашем доме пахло вкусной выпичкой и садовыми цветами, но сейчас стало плохо пахнуть. Этот запах разъедал мой нос, у меня даже голова кружилась от этого запаха. Как-то на "а" называется этот запах. “Алкоголь?» — подумал Кагеяма - А, что ещё случилось? По мимо неприятного запаха. Обычно Кагеяме плевать на чужие проблемы, да и он не настолько любил поболтать, но эта девочка казалась лучиком. Очень ярким лучиком. Он не хотел, чтобы такая яркая девочка, вдруг потухнет, как её брат. —Я всё время пряталась у братика в комнате. После того, как наша мама ушла, я переехала к братику и жила с ним. Мы целый день проводили в его комнате, а когда братику надо было уходить в школу, он закрывал свою комнату на ключ и просил меня прятаться под кроватью, за коробками или же в шкафу. А после прихода, братик давал мне еды, но почему-то с каждым днём приходил с ранками на лице. Он такой неуклюжий. Всё время с лестниц падает. “С лестниц падает? Не уж что, его так ненавидят в классе, что его каждый раз с лестниц скидывают, да быть такого не может. ” подумал Кагеяма. Хотя он лично видел, как рыжего коротышку несколько раз толкали на лестнице. — У меня такой вопрос к тебе. Ты сказала, что ваша мама ушла, давно ли? Кагеяма посмотрел на девочку, та лишь согласно кивнула. Значит давно. Он будто изучал Хинату с новой стороны, как шпион какой-то. — Хорошо, а куда ваша мама ушла, не знаешь? — Братик сказал, что мама ушла к звёздам. Она живёт среди них и работает. А ещё братик сказал, что если видешь мерцающую звезду, то это машет мама своей рукой. - произнесла девочка, широко улыбаясь. Кагеяма, был в шоке. Нет, ему были понятны все эти чувства и так далее, но он был удивлён, что эта девочка так легко всё рассказала. Она настолько общительная и улыбчивая, что ей не какие преграды не страшны. Удивительная девочка. Хотя, возможно над её поведением поработал Хината. Кстати, Кагеяме было интересно вот, что. В последнее время, Хината в школу приходил весь бледный. А на физкультуре в раздевалке, Кагеяма мельком заметил, когда переодевался последним, на спине рыжика стояли очень огромные синяки. Но Кагеяма не обратил на это внимание, может этот придурок упал. Но в последнее время, синяков будто больше стало, а Хината стал вздрагивать от каждого шорохо или звука. — Слушай, а как тебя зовут? — Меня зовут, Нацу. — Хорошо, слушай, Нацу, а твой брат ни с кем не дрался? Ваш папа ничего не делал с ним? Девочка призадумалась, но потом серьёзно посмотрела в глаза Тобио. — Я слышала какой-то шум. Я помню тот день. Тогда братик вернулся очень поздно, а папа сильно изменился. Братик спрятал меня в шкафу под одеждой и сказал не выходить. Но я слышала шум, как будто что-то упало. А затем слышала крики папы. А потом всё стихло. Братик вернулся в комнату и помог мне выбраться из шкафа. Но братик был весь в ранах. И я заметила, что на его руках появились большие фиолетовые точки. Сейчас же, когда он меня навещает, этих точек стало больше. Кагеяма слушал и смотрел на девочку, которая вот-вот заплачет. Она так мило сморшила свой нос. Интересно, а Хината тоже так морщит свой нос? Кагеяма хотел было уже уходить, как его схватили за рукав. Тобио снова взглянул на девочку и замер. Нацу смотрела со слезами на глазах, но глаза кричали серьёзностью. — Мистер, прошу вас. Пожалуйста, спасите Шоё. Кагеяма шёл по улице обдумывая слова Нацу. В каком смысле спасти? Хината никогда не просил помощи. Да и отношения у них не те, чтобы друг другу помогать. Они не друзья, чтобы рассказывать о своих проблемах, да и не товарищи. Да и какое дело Тобио до Шоё. У него и так дел по горло. Да и чем он может помочь? Они даже не общаются. Кагеяма только из вежливости предложил пиджак. Заходя в класс к взору Тобио пришла привычная картина. Рыжий паренёк собирал свои вещи из мусорного ведра. Лицо полностью бледное, глаза всё такие же мёртвые. Вот в рыжую голову летит ластик, но Шоё ничего не делает, он просто пошёл к себе на место. Но на секунду он встретился с взглядом Тобио. И Кагеяма мог поклястья, что в мёртвых глазах он прочитал желание покинуть этот мир. «Спасти значит, да?» повторил в мыслях брюнет и сел на своё место, начиная думать. Как помочь этому маленькому придурку с дохлыми глазами.