Сила притяжения

Передо мной стоял высокий, в меру стройный и в целом атлетично сложенный мужчина, с крайне озадаченным видом. Щеки и подбородок, покрытые густой щетиной, делали его похожим на добродушного медвежонка, и от этого сравнения я едва не хихикнула, на секунду позабыв о жгучей боли в переносице. Его голубые глаза. Мой бог. Под этой внешностью аристократа просто обязан скрываться неподъемный характер. Такой вот блудный сын потомственного банкира, который пренебрег семейным бизнесом и ушел жить в дикую природу. Утром вместо зарядки переплывал реку против течения, а потом колол дрова, раздевшись по пояс. — Прошу прощения, — наконец произнес он, изобразив на лице странноватую улыбку, которая, по моим предположениям, должна была означать сожаление. Несколько раз моргнув, прогоняя совершенно неуместные картинки из головы, я лишь невнятно шмыгнула носом и продолжила сжимать пальцами ушибленное место. Незнакомец молчал, нагнетая и без того неудобную обстановку. — Вы что, из камня сделаны? — зачем-то попыталась пошутить я, видимо желая замаскировать подступающее волнение и легкий стыд за мысли, что промелькнули. Но моё чувство юмора через его стену аристократизма не пробилось. Шатен заметно напрягся, услышав этот вопрос, но к его и моему большому облегчению вернулся Сэм. — Вот, — сказал он, протягивая мне пакетик со льдом, — и давай-ка в следующий раз повнимательнее. Благодарно кивнув, я приложила холод к переносице. Мы наконец разорвали зрительный контакт, и образ полуголого дровосека исчез. В «следующий раз» — звучало как предсказание для меня. Вообще, спотыкаться, задевать углы мебели, а иногда и прохожих на улице я научилась еще с детства и к своим двадцати девяти годам навык не растеряла. Я могла случайно толкнуть ребенка на детской площадке, засмотревшись на резвящихся неподалеку собак, или сбить чужую тележку в супермаркете, а потом долго извиняться. Люди обычно не обижались, словно понимали, что такая вот я есть и измениться уже не смогу. — Ди, если мы на сегодня закончили, то предлагаю подвезти тебя до офиса, чтобы ты еще больше не покалечилась, — предложил Уилсон. Его «неназванный» друг стоял между нами и поочередно смотрел то на одного, то на другого, правда на Сэма он бросил куда более суровый взгляд и заявил бесстрастным тоном: — Нам вообще-то еще полчаса назад нужно было отметиться на базе. Спохватившись, словно он забыл выключить дома утюг, Сэм вздернул рукав куртки и посмотрел на часы. — Вот чёрт, — с досадой прошипел он, — Торреса там наверное уже по всем инстанциям затаскали. Мужик, срочно в машину и по педалям. Ди, так тебя подвезти или нет? Уилсон обратился ко мне, но я не успела даже рта открыть, как в разговор снова вклинился помрачневший как ноябрьское небо напарник Сокола. — Если бы ты уделял меньше времени примерке вечерних платьев, а больше работе, то нам не пришлось бы выслушивать нотации от Хантера. — Вечерних платьев?! — неожиданно даже для себя самой, я подскочила с места. Оба мужчины вопросительно изогнули брови, уставившись на меня. — Сэм теперь — новый звездно-полосатый идол Америки, в перерывах между спасением матушки Земли ему придется посещать официальные мероприятия, а периодически даже мелькать в новостных лентах. Так вот пока на нем будет подходящее, как ты его назвал, «вечернее платье», у нас не будет проблем со СМИ и искушенными фанатами в соцсетях. — Солнышко, — мягко вклинился Сэм, — не утруждай себя, он не знает, что такое «социальные сети», максимум — голубиная почта. — Ты что несешь? — Ой да ладно тебе, мистер Помогите-мне-оформить-подписку-на-нетфликс, я унесу этот секрет с собой в могилу. Под заразительный хохот Уилсона, я снова взяла свои вещи, собираясь всё-таки уйти отсюда, пусть и со второй попытки. В моих должностных обязанностях не было прописано ничего о контроле личных взаимоотношений Капитана с кем-либо. Деятельность ПР-менеджера на это не распространялась. Пока мужчины выясняли, кто больше прав, я осторожно прошмыгнула мимо рослого шатена, но достигнув порога комнаты, резко остановилась. — … а я посмотрю, в чем ты придёшь… — сказал Сэм. — Что? Снова две пары глаз были обращены на меня. Темно-карие, как горячий шоколад, и льдисто-серые, пронзительные и где-то глубоко-глубоко печальные. Я тряхнула головой, прогоняя необъяснимое наваждение, и повторила: — Что? В смысле «пойдёшь»? — Ну мы же оба там будем, Ди, ты чего? Пришла моя очередь быть переполненной немого возмущения. — Шутишь сейчас. — Какие шутки? — фыркнул Уилсон. — Сэм, — я чувствовала, как начинаю заводиться, — вас будет двое? Почему меня никто не предупредил? Когда вообще это решили и главное кто? Стоп, не отвечай, — выставив вперед свободную руку, я дала Уилсону знак ненадолго заткнуться, — сейчас позвоню Гэвину и всё сама выясню. Всем стоять на своих местах! Привыкший в подобным моим выходкам Сэм миролюбиво поднял руки над головой: «сдаюсь». На его приятеля я старалась не смотреть. Мой босс ответил не сразу, но я была бы не я, брось задуманное на полпути. В конечном итоге мне пояснили, что «Капитан Уилсон действительно может быть с сержантом Барнсом, если тот изъявит желание показаться на людях». Этому самом Барнсу никто личного менеджера не приставил, и, по сути, он был волен выглядеть, говорить и делать всё, что ему вздумается. Меня бы это никогда не коснулось, не стой рядом человек, за имидж которого я отвечала головой. Любую непредвиденную ситуацию нужно было проанализировать заранее и сделать все, чтобы её избежать. И сейчас сердце подсказывало мне, что такая «ситуация» нарисовалась. — Хорошо, — я постаралась сделать серию глубоких вдохов, будто это должно было помочь. В книжках по психологии всем помогало, как ни странно. — Порадуюсь хотя бы тому, что узнала об этом не за полчаса до мероприятия. И, Сэм, будет здорово, если ты начнешь посвящать меня в свои планы чу-у-уточку детальнее, ок? Мужчина как ни в чем не бывало пожал плечами. Сэм вообще относился к моим просьбам и предложениям очень спокойно. Он не спрашивал «зачем» и «почему». Мне кажется, что зачастую он делал так для того, чтобы я побыстрее успокоилась, а потом и вовсе забыла о причине конфликта. — Договорились, — вот и сейчас Сокол не стал сопротивляться, — я не думал, что это большая проблема. — Это НЕ большая проблема, — выдохнула я, и добавила после паузы, — пока. Создавалось впечатление, будто в помещении были только мы с Уилсоном, а его молчаливый друг превратился в невидимку. — Надеюсь нет необходимости готовить вторую речь? В ответ шатен лишь настороженно сузил глаза, что я трактовала как категоричное «нет» и была этому очень рада. — Супер! Тогда разберемся с костюмом, и дело в шляпе. — Костюмом? — одновременно спросили мужчины и непонимающе переглянулись. У меня из груди вырвался нервный смешок. — Теперь я должна быть уверена, что вы оба будете выглядеть подобающим образом. В примерочной еще осталась пара комплектов, размер, я думаю, — бегло скользнув взглядом по фигуре шатена, я прикинула в уме цифры, — размер подойдет. Давай, вперед, времени в обрез и у вас, и у меня, правильно? Этими словами я хотела подвести всех к логическому умозаключению, но мужчина не сдвинулся с места. — Сэм, — и тогда я решила попросить помощи у нашего Капитана. Не всё же ему Америку спасать? Пусть и мне немного посодействует. — Барнс, тащи свою задницу в примерочную, спорить тут бесполезно. В подтверждение слов Уилсона я принялась активно кивать. Мы словно два консультанта в магазине пытались убедить несговорчивого клиента купить то, что ему совсем не идет, а продать это необходимо прямо сейчас. — Не собираюсь я ничего мерять. — Сэм, — чуть требовательнее сказала я, понимая, что ситуация переходит в разряд критических. — Мужик, тебе трудно что ли? И правда, ну трудно ему? Но «аристократ» лишь сильнее сжал челюсти, наверное, мысленно посылая нас с Сэмом в известном направлении. — В таком случае мы отсюда вообще не выйдем. Мероприятие слишком важно для нас, никакой импровизации быть не должно. — Ди, брось эту затею. Мы сейчас исчерпаем его лимит общения на день и всё, ку-ку ля-ля, а нам еще работать вместе с этим социопатом. Сэм едва дотронулся до моего плеча, чтобы немного растормошить, но я уже вступила в неравный бой с бессовестными глазами цвета горных озер. От них даже веяло похожей прохладой. Не знаю, о чем думал он, но я мечтала стереть с его лица это надменное выражение любым возможным способом. Однако, ни моя настойчивость, ни поддержка со стороны Уилсона нужного эффекта не производили. Тогда Барнс (со второго раза я запомнила) бросил что-то вроде «с меня хватит» и шагнул в сторону выхода. Картинка у меня в голове появилась четкая: Уилсон в официальном костюме и его напарник, будто только что вернувшийся со сходки байкеров. Узкие черные джинсы, непозволительно плотно обтягивающие бедра, черная кожаная куртка, застегнутая под самое горло, и, вишенка на торте, кожаные перчатки. Когда я утром выходила из дома, на термометре было двадцать пять градусов, а на календаре значилось «сентябрь». Так что либо этот тип — жуткий мерзляк, либо фанат терминатора. Мне было откровенно все равно, в чем он предпочитает выходить в супермаркет, но вот появиться на благотворительном вечере в таком виде или подобном, Барнс сможет только через мой труп. Потому что мистер Бутман меня точно убьет. Разве прославленные супергерои не смирились с тем фактом, что за их публичную жизнь отвечают специально назначенные люди? После всех причуд Тони Старка это стало почти необходимостью. Тогда какого черта этому не ограненному алмазу не выдали собственного агента? Перспектива быть пониженной в должности спустя три недели пугала меня до трясущихся коленей. Поэтому прежде, чем я успела сообразить, что собираюсь сделать, ноги сами понесли меня вперед. Я втиснулась в дверной проем, уперевшись обеими руками по сторонам, и с вызовом посмотрела на ошарашенного столь отчаянными действиями Барнса. Он был на две головы выше меня, и теперь растерянно моргал, не зная, как зафиксировать взгляд между линией моих глаз и вырезом на платье. Что ж, женственные формы являлись единственной компенсацией за низкий рост. При умело подобранном гардеробе на этом можно было бы сыграть, но чаще я предпочитала закрытую одежду, а платья и блузки надевала лишь под особое настроение. Было ли оно сегодня таковым? Не знаю. Но этим утром шифоновое платье до колена, цвета мажентовой сирени, показалось мне очень милым. — Я вас отсюда не выпущу, — на выдохе произнесла я, отчаянно борясь с тем, чтобы не зажмуриться. Я может и была в какой-то степени смелой, но уж точно не бессмертной. И вся надежда на то, что меня не придушат, была возложена на беззвучно смеющегося Уилсона. — Ди, ты меня иногда пугаешь своей решительностью. Воодушевлённая этим комплиментом, я прочнее обосновалась в дверном проеме. Будто теперь устойчивость всего здания зависела только от того, насколько крепко я буду держать конкретно эту дверь. — Пройдите в примерочную, — сказала я, смотря на шатена снизу вверх. — Почему я должен это делать? — в конце концов сказал он, вытянув вперед левую руку, и ухватившись ей за дверной косяк намного выше, чем держалась я. Теперь он казался мне еще больше, а морально это давило так, что хотелось быстренько развернуться и покинуть помещение. «Диана, стоять» — скомандовал внутренний голос. — Потому что вы чуть меня не покалечили, — парировала я, намекая на свой ушибленный, но, слава богу, не сломанный нос. Барнс на секунду прищурился и медленно покачал головой, как бы предупреждая, что я только что совершила какую-то ошибку. Затем он бегло обернулся к Сэму, который за всей сценой наблюдал чуть ли не затаив дыхание. Время тянулось медленно, как кленовый сироп. У меня начали затекать руки, и я машинально скользнула ладонью ниже по стене, снова привлекая внимание аристократа к своей персоне. Его взгляд глаза в глаза можно сравнить с глубоким гипнозом. Иначе я никак не могу объяснить тот факт, что в какой-то момент перестала даже моргать. Кажется, стоит ему лишь щелкнуть пальцами, и я очнусь уже в совсем другой реальности. Сейчас мне правда хотелось бы очутиться в другом месте и не испытывать на себе воздействие черной магии этого демона. Демон, точно! Демон-аристократ. Пока я мысленно примеряла ему новое прозвище, Барнс коротко и понятно процедил сквозь сжатые зубы: — Нужно смотреть, куда идешь. При этом лицо его оставалось всё таким же непроницаемым. Спокойным, немного надменным. В завершение мужчина провел кончиком языка по нижней губе, и я практически потеряла дар речь. По многим причинам. — Я…я и смотрела! — нарастающему возмущению не было предела. Он еще и меня во всем обвинить хочет? — а вот куда вы смотрели — большой вопрос! Форменная наглость. — С дороги, — обманчиво-миролюбивым тоном произнес мужчина и приблизился еще на полшага. Рядом с ним я, должно быть, выглядела как типичный житель Шира. Обонятельных рецепторов коснулся яркий, но слишком сложный аромат. Со своей нездоровой любовью к дорогому парфюму я едва подавила в себе желание принюхаться, привстав на носочки. Думаю, такого фокуса бы никто не понял, а Барнс уж точно не оценил. Что блин вообще сейчас тут происходит? — Нет, — как можно увереннее произнесла я, снова вцепившись в дверной косяк. Вдруг с дальнего угла сцены подал голос Уилсон: — Девочки, мальчики, мне уже пора вмешаться? — я не видела его лица из-за широкой спины Барнса, но могла предположить, что Сэм улыбался. — Пора, — последнее, что успела сказать я, прежде чем меня без предупреждения подняли в воздух, а опустили уже в совсем другом месте. Словно вазу с цветами переставили. Барнс, не проронив больше ни слова, вышел прочь. — И кто это был? — спросила я, пребывая в состоянии полнейшего непонимания и непринятия случившейся ситуации. Еще никогда общение с людьми не приносило мне столько противоречивых эмоций. Эту встречу нельзя было назвать рабочей или дружеской, и уж точно не личной. Я видела его впервые, но в голове родилось такое невозможное количество вопросов, будто нам с ним суждено встретиться и еще не раз, и продолжить выяснение отношений. — Баки Барнс, — заговорческим тоном ответил мне Сэм, — в наследство мне достался. Я разве не упоминал о нём?