Я СОШЛА С УМА, О МАЛЬЧИК СТРАННЫЙ...

В такси Пашка уснул, и до квартиры Кате пришлось нести его на руках. Позвонила в дверь, а когда отец ей открыл, осторожно передала сына ему. — Пап, отнеси его в спальню. Валерий Сергеевич прижал к себе внука, а потом посмотрел на дочь и нахмурился. — Катерин, тут такое дело…- и кивнул в сторону кухни. Катя поневоле насторожилась. — Что случилось? — Что, что… Что должно было, то и случилось! У неё сразу заколотилось сердце в преддверии плохих новостей, потом обернулась и к своему ужасу увидела в дверях кухни Мишу. Сердце мгновенно ухнуло куда-то вниз и стало трудно дышать. Вот сказка и кончилась. Валерий Сергеевич отступил немного в сторону и тоже посмотрел на зятя, а потом испытывающе глянул на в миг побледневшую дочь. А Миша уже подошёл к ней, с радостной улыбкой, и обнял. — Привет, Катюш. Хороший сюрприз я тебе сделал? Катя лишь беспомощно посмотрела на отца из-за плеча мужа. Но тот только головой покачал и ушёл в её комнату, прикрыв за собой дверь. Миша обнимал её, а потом наклонился, чтобы поцеловать её, но Катя машинально отодвинулась. Сделала это быстрее, чем смогла себя остановить. Просто отстранилась и виновато посмотрела на него. — Миша… ты так неожиданно приехал… Ей показалось, что в его взгляде промелькнула настороженность, но всего на секунду. И вот он опять улыбается. — Так получилось. Хотел тебя предупредить, но у тебя вчера был телефон выключен, вот я и решил — пусть сюрприз будет. Ты рада? Соскучилась? Она лишь вымученно улыбнулась, но в этот раз его оттолкнуть не посмела, и он её поцеловал. Стерпела. Именно стерпела, потому-что все те чувства и ответные реакции, к которым она себя приучала несколько лет, куда-то испарились, и было просто невыносимо стыдно и тяжело. А ты на что надеялась? Что он никогда не приедет и ничего не узнает? — Катя, я так соскучился, — Миша опять крепко обнял её и уткнулся носом в её шею.- И ты даже не представляешь, какую сногсшибательную новость я тебе привёз! Открытие прошло просто замечательно! Жаль, что ты не видела! — Да, жаль… — Всё просто отлично! Думаю, что это будет лучший и самый доходный наш ресторан! Катя незаметно отстранилась от него и отошла на пару шагов, якобы для того, чтобы посмотреться в зеркало. Поправила причёску, постоянно ощущая на себе горящий взгляд мужа, а потом кинулась в сторону кухни, чтобы не оставаться с ним наедине. На кухне была мама, которая встретила её взволнованным взглядом, и от этого Кате совсем не полегчало. Её всю затрясло изнутри, но Миша её состояния вроде не замечал, опять обнял и прижал спиной к своей груди. А сам обратился к тёще. — Елена Александровна, а я вот Кате про ресторан рассказываю! Презентация прошла просто на ура! — Это хорошо, — дипломатично согласилась та и опять кинула озабоченный взгляд на дочь. — Кать, ну скажи что-нибудь! — со смехом затормошил её Миша.- Ты рада или нет? — Конечно, рада, — попыталась обрадоваться она, сумела расцепить его руки на своей талии и отошла к окну. Вернее, сбежала от его прикосновений. Он, скорее всего, её манёвр заметил, но вида не подал. — А вы где были? Гуляли? Катя даже вздрогнула от этого вопроса и торопливо кивнула. И удостоилась укоряющего взгляда матери. — Миша, садись за стол. Ты, наверное, проголодался, — Елена Александровна засуетилась, готовясь кормить зятя. — Даже если бы и не был голодным, то, как я могу удержаться, чтобы не попробовать? — засмеялся Миша и уж больно внимательно взглянул на жену. Катя почему-то испугалась этого взгляда. — А ты давно приехал? — спросила она. — Час назад. А вас с Пашкой нет! Вот такой у меня сюрприз получился! Елена Александровна поставила перед ним тарелку с супом и вернулась обратно к плите. На кухню вошёл Валерий Сергеевич, от дверей обозрел сложившуюся обстановку и нахмурился ещё больше. Прошёл к своему стулу и сел, продолжая сверлить дочь тяжёлым взглядом. Миша спокойно ел или делал вид, что спокойно, а потом отложил ложку и посмотрел на жену. — Кать, я за тобой приехал. Пора собираться. Она прерывисто вздохнула, а потом, немного заикаясь, переспросила: — Куда собираться? Миша вздохнул. — Ну, домой теперь, не знаю, когда попадём. Мне нужно сейчас в Лондоне быть. Поживём там несколько месяцев, я уже и квартиру нам присмотрел. Или ты дом хочешь? Катя молчала, только нервно теребила занавеску. Валерий Сергеевич многозначительно крякнул и переглянулся с женой. Миша заметно насторожился и вопросительно посмотрел на Катю. — В чём дело? — Лена, — Валерий Сергеевич поднялся и взял жену под руку, — пойдём-ка, оставим их одних. Пусть поговорят. Катя испуганно посмотрела на родителей, но они уже выходили с кухни. Только мама обернулась в последний момент и ободряюще ей улыбнулась. Катя только больше занервничала. А Миша требовательно смотрел на неё. — Катя, что происходит? Она тяжело вздохнула. — Я не могу уехать, Миш. — Что, значит, не могу? Что у вас случилось? Неприятности? Катя обхватила себя руками за плечи, помолчала немного, собираясь с мыслями, а потом сказала: — Андрей всё знает. Про Пашку знает. Я поэтому и приехала. Он побледнел. Катя это заметила. И занервничал, опять схватил ложку и принялся крутить её в руках. — И ты… с ним встречалась? — Да. Он хочет усыновить Пашку, чтобы он был Ждановым. Миша нервно и неприятно усмехнулся. — Значит, ему ребёнок понадобился? — Он же не знал, Миш. — Не знал? Или не хотел знать? — и швырнул ложку в сторону раковины. Она страшно загремела, а Катя зажмурилась.- Почему ты мне не сказала? Не позвонила и мне не сказала? Я бы приехал и всё решил! Катя только головой покачала. — Чтобы ты решил? Ты просто его не знаешь, он всегда добивается того, чего хочет! Всегда таким был, а с годами… ещё больше. — Ты его защищаешь? — Да причём здесь это? Просто твой приезд ничего бы не решил! Ты сорвался бы с места, бросил все дела, а ресторан? Я же знаю, как это для тебя важно! — и замолчала под его суровым взглядом. В душе поднялась тревога и осознание того, что её муж не просто зол, сейчас он в бешенстве. И это даже удивляло. Раньше она никогда не думала, что он может испытывать настолько сильные эмоции. — Как удобно, через столько лет стать любящим папой! И ты, конечно, согласилась! — Думаешь, что если бы я не согласилась, было бы лучше? Он всё равно доказал бы своё отцовство через суд. Он мне так и сказал. А я не хочу таскать своего ребёнка по судам! Миша с трудом перевёл дыхание. — Зачем ты ему сказала? — Да не говорила я! — в отчаянии воскликнула Катя.- Он сам меня нашёл! Домой нам позвонил! Ему Маргарита Рудольфовна рассказала, я же тебе говорила, что встретила её в Лондоне! Но я и подумать не могла, что она так быстро ему расскажет! — И ты сразу ему во всё созналась, да? — язвительно протянул он.- Что это его ребёнок! Катя помолчала, а потом тихо произнесла: — Миша, Пашка копия Андрей. Даже никакой экспертизы не надо. Он помрачнел окончательно. — Понятно… Я понять не могу, в чём проблема? Он с ним увиделся, поигрался… Мы уезжаем, Кать. Хочет он с Пашкой видеться… ради Бога. Я как посмотрю, ты не против этого, — и усмехнулся.- Теперь не против. Я уж точно этому мешать не буду! Как выяснилось, не моё это дело! Но ты моя жена и должна быть там, где я! Катя отвернулась к окну и застыла, горестно глядя на безоблачное небо. Чувствовала его настырный взгляд и пугалась всё больше. — Миша, я сейчас не могу уехать. Надо оформлять документы. Да и Андрей… — Что Андрей? — в раздражении воскликнул он.- Ты о ком больше беспокоишься? О сыне или об Андрее Жданове? Внутри всё сковало ледяной коркой, и она не ответила. — Мы едем в Лондон, Катя. А документы могут собираться и без тебя, потом приедем и подпишем. Она закрыла глаза. Миша поднялся и подошёл к ней. Положил руки на плечи и уткнулся носом в её волосы. — Там тебе будет спокойнее, вот увидишь. Хочет он усыновить Пашку, я возражать не буду, это его право. Раз уж так случилось… Но тебе здесь делать нечего, ты вся на нервах, я сразу заметил. И зря ты мне раньше не сказала, я бы с ним встретился, поговорил. Я не хочу, чтобы ты переживала, тем более из-за этого человека. Он этого не стоит. — Миша… — Всё! И если честно, я вообще не думаю, что из этого усыновления выйдет что-то путное! — Что ты говоришь? — А ты считаешь по-другому? — удивился он.- Ты же сама мне говорила, что ребёнок ему не нужен! — Я ошибалась! Андрей прекрасный отец! — Даже так? — усмехнулся Миша.- И надолго его хватит? Пока ему не надоест, и опять не потянет на подвиги! Уж об этом я наслышан! Сейчас, наверное, игрушками заваливает, с рук не спускает, а что потом будет? Надолго его хватит? И разве я не прав, Кать? Она досадливо поморщилась и продолжала смотреть в окно. — И для Пашки это будет травма! Носить имя почти незнакомого человека! Как ты собираешься ему это объяснять? Утешать тем, что имя даёт ему право претендовать на наследство? На приличный кусок «Зималетто»? — Замолчи! — не выдержала Катя.- Что ты говоришь? Он любит Пашку, по-настоящему! — А я, значит, не люблю? — уцепился за её слова Миша. — Он его отец! И замолчали, обдумывая слова, услышанные друг от друга. — Всё это бесполезный спор, Катя, — сказал он, наконец.- И кто прав, покажет только время. И это время я предпочитаю провести подальше от Москвы. Так что… думаю, говорить тут не о чем. Нам нужно быть в Лондоне, чтобы поддерживать собственный семейный бизнес, а не думать о чужом. Так что, пусть Жданов собирает документы, раз ему это нужно, а мы потом приедем и всё подпишем. Сказать ей было нечего. Точнее, сказать бы она могла многое. Признаться, покаяться, но язык словно онемел и отказывался шевелиться. Да и что она могла ему сказать? Миша, извини, но Андрей вместе с Пашкой хочет получить и меня? Извини, ты мне больше не нужен? По меньшей мере, подло. Вздохнула. — Миша, давай позже это обсудим. Я сейчас ничего не могу решить. — Да, ты ещё со Ждановым посоветуйся! Катя посмотрела на него. — Миша, что с тобой? Что за странный сарказм? Он замолчал и обиженно посмотрел на неё. Но потом вздохнул. — Ладно… Извини меня. Она кивнула и отошла от него. — Я тебя только об одном прошу, сдерживайся при Пашке. Он не должен всего этого видеть! Миша не ответил, опять сел за стол и взял с тарелки яблоко. — Разве я когда-нибудь вёл себя иначе? Катя странно посмотрела на него, потом вздохнула и вышла из кухни. --------* * *------- У Андрея было прекрасное настроение. Закончив дела с Надей, он решил, что на сегодня с него работы хватит, и поспешил из «Зималетто» уехать, чтобы на голову внезапно не свалилось ещё какое-нибудь чрезвычайно важное дело. К тому же, планы на вечер в голове уже созрели, и не терпелось их осуществить. Увидеть Катю и сына. А для начала заехал в магазин игрушек и купил Пашке подарок и сам радовался, как ребёнок, когда представлял восторг сына, когда он это увидит. Буквально взлетел по лестнице на нужный этаж дома Пушкарёвых и нажал на кнопку звонка. За дверью послышался весёлый голос Пашки и Андрей улыбнулся. Дверь ему открыл Валерий Сергеевич и посмотрел довольно странно, уж слишком серьёзно. Жданов удивился. Хотел поинтересоваться, в чём дело, но Пушкарев уже отступил в сторону, пропуская его в квартиру, и Андрей внёс сначала свою ношу, а потом уже вошёл сам. — Валерий Сергеевич, как дела? — Как сажа бела, — буркнул Пушкарёв. Андрей обеспокоено посмотрел на него, но поинтересоваться тем, что именно случилось, не успел. В прихожую из кухни вышел смутно-знакомый молодой человек и с неприязнью уставился на него. У Андрея внутри что-то стремительно ухнуло вниз, и он замер, подобрался, весь превратился в натянутую струну. Сразу проснулся животный инстинкт, который требовал защищать своё любыми способами. Если понадобиться, даже броситься на соперника не раздумывая. Катин муж. Михаил Борщёв, кажется. Явился. Чёрт его принёс! — На пол поставь, чего ты его держишь? — Валерий Сергеевич хлопнул Андрея по плечу, возвращая его к реальности. Ни о каком приветственном рукопожатии или просто о банальной процедуре знакомства и речи не шло. Они встретились, как противники, столкнулись взглядами, и Андрей с трудом удержался, чтобы сразу не броситься в драку. Но из комнаты выбежал Пашка и, не обращая ни на кого внимания, бросился к нему. — Папа! Миша вздрогнул, обернулся на ребёнка, но тот пронёсся мимо него к Андрею. Жданов легко подхватил его на руки и поцеловал, а затем кинул злорадный взгляд на Борщёва. Тот в свою очередь обернулся на бледную Катю, замеревшую в дверях. — Папа, а что ты мне купил? Это мне? — Конечно, тебе, — опустился на одно колено и поставил сына на пол.- Смотри, какой красивый! Нравится? Пашка от нетерпения подпрыгивал рядом с ним, пока Андрей разворачивал упаковочную бумагу, а потом глазёнки восторженно распахнулись, и он обернулся к Кате. — Мама, смотри! Папа купил мне велосиписед! — Велосипед, Паша, — поправили они его одновременно и переглянулись. Взгляд Кати стал просто затравленным, а Миша грозно сдвинул брови. — Ве-ло-си, — послушно начал повторять ребёнок, а потом радостно закончил, — писед! Велосиписед! Папа, гулять! Андрей обнял его одной рукой. — А ты кушал? — и посмотрел на Катю. В его взгляде было что угодно, но не желание услышать ответ на этот простой вопрос. Скорее, на сотню других. Катя едва заметно кивнула, сама не своя от волнения. — Он ел. Андрей задержал на ней свой взгляд, а потом исподлобья глянул на Борщёва. — Тогда мы гулять. Пошли на велосипеде кататься. Пашка, собирайся! Тот издал радостный крик и побежал в комнату. Андрей выпрямился, встретил взгляд Пушкарёва и вздохнул. А Валерий Сергеевич вдруг сказал: — Я с вами пойду. Жданов кивнул и опять посмотрел на Катю. — Не стой, собирай его! Она испуганно отступила и скрылась в комнате. А Андрей, воспользовавшись тем, что они с Борщёвым остались наедине, посмотрел на него. Со значением посмотрел, окинул оценивающим и даже немного насмешливым взглядом. Мише это очень не понравилось, его вспыхнувший возмущением взгляд, тут же его выдал. Но Андрей только порадовался этому, он и добивался подобной реакции. Пытался показать ему, что тот уже опоздал и приехал уже в чужую семью. Всё уже решили без него, и теперь он, Андрей Жданов, хозяин положения и от своего не отступится. Валерий Сергеевич вышел из своей комнаты, в лёгком джемпере поверх рубашки, одной рукой подхватил трёхколёсный велосипед и пошёл к двери. — Я вас на улице подожду. Андрей попытался его остановить и отобрать велосипед. — Валерий Сергеевич, оставьте, я сам вынесу. Пушкарёв отвёл его руку. — Да вынесу я, не инвалид. Ты Пашку держи, он сейчас на радостях с лестницы кубарем слетит! Жданов спорить не стал, открыл ему дверь, а сам обернулся, чтобы поймать бегущего к нему Пашку. — Папа, я готов! Андрей засмеялся, на секунду позабыв обо всех неприятностях. — Анд…- Катя в последний момент успела поймать, уже готовое слететь с языка «Андрюша». Затылок так и жёг тяжёлый, испытывающий взгляд мужа, что заставляло её трястись мелкой внутренней дрожью.- Андрей, возьми ему кофту, на улице ветер. Он кивнул, повесил детскую кофточку на руку, снял с вешалки Пашкину кепку и надел её на голову сына. — Ну, пошли! Паша замахал Кате рукой на прощание и уцепился за шею отца. Андрей переступил порог и уже из подъезда обернулся и посмотрел на Катю. Заметил её испуганный взгляд и нахмурился. — Папа, пойдём! — Идём, чемпион. — Я буду быстро ездить! Андрей согласно кивнул, а сам опять обернулся на уже закрывшуюся дверь. А внутри, созвучно пульсу, билась тревога.