Я СОШЛА С УМА, О МАЛЬЧИК СТРАННЫЙ...

— Жданов, надеюсь, ты не забыл, что завтра самый важный день в твоей жизни? Андрей поднял глаза от отчёта и посмотрел на Киру. — В смысле? Она усмехнулась и посмотрела на Рому. — Нет, ты слышишь? Он забыл! Андрюша, а что ты ещё помнишь, кроме своей Пушкарёвой? — Кира, прекрати! В чём дело? — Дело в разводе. Неужели и, правда, забыл? Нам завтра надо быть в суде. Он прикрыл глаза и вздохнул. — Ах да… — Что, передумал? — засмеялась Кира, только смех вышел неприятным. — Забыл. — Ну, конечно! У тебя же столько дел! Сразу две любовницы на горизонте нарисовались и обоим надо угодить. А тут ещё жена пристаёт! С глупостями всякими, типа развода! — А тебя это очень интересует? С кем я сплю? Не поздновато? — Да хватит вам! — одёрнул их Малиновский и насмешливо фыркнул.- Самим-то не надоело? — А что? — Кира отложила папку с отчётом, сложила руки на груди и принялась рассматривать уже почти бывшего мужа со странным любопытством.- Мне же интересно. Кстати, ты Наденьку свою видел? Жданов недовольно посмотрел на неё, а потом кивнул. — Видел. И, как я понимаю, ты тоже видела. Отвела душу? Позлорадствовала? — Ничего подобного. Откуда я могла знать, что ты неудосужился ей сообщить сногсшибательную новость? — Как же мне всё надоело! — угрожающе протянул Андрей и глянул на неё зло.- Когда меня все оставят в покое? Почему я перед всеми должен отчитываться? Кто-нибудь мне объяснит? Кира обожгла его неприятным взглядом, а Малиновский похлопал по плечу. — Успокойся! Андрею успокаиваться не хотелось, он сильно разозлился на жену, сейчас мог много что-то ей сказать, но в зал, коротко постучав, вошла Виктория, и чересчур мило улыбаясь, сообщила, что немцы пожаловали. — Вика, повежливее немного, не надо показывать нашим гостям свою дремучесть, — пригрозил ей Андрей, а потом поднялся навстречу немецким партнёрам, старательно игнорируя выразительно-возмущённые взгляды Клочковой. И только шикнул на неё.- Кофе неси! Фыркнула и вышла из конференц-зала, успев напоследок улыбнуться одному из гостей. Андрей закатил глаза и подумал о том, что надо бы поговорить с Зорькиным и что-то такое ему пообещать… чтобы он Вику забрал к себе. Терпение уже кончается. Обсуждение контракта заняло довольно много времени, было много деталей, которые следовало детально обсудить, и Андрей даже не заметил, как пролетели два часа. На взгляды Киры, которые она бросала на него, старался внимания не обращать. Малиновский активно участвовал в обсуждении, чем Жданова заметно порадовал. Самому можно было расслабиться и лишь отслеживать саму беседу, позволив Ромке взять на себя основной груз ведения переговоров. В самый неожиданный момент дверь распахнулась, и в зал вбежал Пашка. Остановился, оглядывая столько взрослых людей, а потом увидел Андрея и бросился к нему. — Папа! Жданов подхватил его на руки и немного удивлённо посмотрел на отца, который появился уже в следующий момент в конференц-зале. — Привет, а вы откуда? Пашка обнял его за шею и стал с любопытством приглядываться к присутствующим. — Мы гуляли! — сообщил ребёнок и заулыбался. — Гуляли? Пал Олегыч поздоровался со всеми, а потом кивнул Андрею в сторону его кабинета. Жданов поднялся с сыном на руках. — Извините, я на минуту. — Андрей! — недовольно фыркнула Кира, но, натолкнувшись на его твёрдый взгляд, замолчала. — Пап, что случилось? — Я тебе Пашку привёз, по-другому никак не успеваю.- Пал Олегыч забрал внука и посадил его в президентское кресло. Полюбовался несколько секунд, а потом обернулся к сыну.- Мне нужно срочно встретиться с одним человеком, он проездом в Москве, а у мамы голова заболела, мы с Пашкой вдвоём гуляли. — А что с мамой? — забеспокоился Андрей. — Да ничего страшного, просто мигрень. С ней такое случается, ты же знаешь! А мне очень надо с этим человеком встретиться. Хотел Пашку домой отвезти, но сейчас такие пробки кругом. Кате позвонил, она сказала, что сама за ним сюда заедет. — Приедет? Сама? — усмехнулся Андрей. — Да. А что тебя так удивляет? Вы поругались? — Да нет, пап, просто она утром не очень хорошо себя чувствовала, не думал, что она куда-нибудь соберётся. Пал Олегыч внимательно вгляделся в его лицо. — Андрей, Катя что, у тебя ночевала? Жданов вздохнул. — Пап, ну чего ты? Ночевала и что? Мы сами как-нибудь… — Папа, покатай меня! Андрей легко крутанул кресло, а потом опять посмотрел на отца. — Завтра мы с Кирой разводимся. Пал Олегыч немного приподнял брови. — Уже завтра? И что, мне тебя поздравить? — А почему нет? Не с разводом, конечно, но думаю, что я скоро опять женюсь, — загадочно проговорил Андрей и подмигнул сыну. — Это ты о чём? — Пап, а ты как думаешь? Я собираюсь жениться на матери своего ребёнка. — Вот это новость…- покачал головой Жданов-старший.- Значит, она тоже разводится? — Это я решу. Не думаю, что это будет очень сложно. — Что-то я не верю в твою самоуверенность. Но… что ж. Если это на самом деле так, и если вы с Катей уживётесь… я буду рад. И мама тоже. А самое главное, чтобы ребёнку было хорошо. — А как ему может быть плохо? — Андрей подхватил Пашку с кресла и подбросил вверх. Поймал визжащего от восторга ребёнка и поцеловал.- Мама и папа вместе и его любят. Что ещё? Пал Олегыч улыбнулся, глядя на внука, а потом подошёл и тоже его поцеловал. — Мне надо идти. Андрей, Катя скоро приедет, она мне обещала. Что с немцами? — Всё идёт по плану. Хорошо, пап, — заверил его Андрей. Вместе с отцом дошёл до дверей и вышел в приёмную. Пашка махал дедушке рукой на прощание и обнимал папу за шею. Жданов посмотрел на пустующее место Маши и вздохнул. Обернулся к Вике. — Найди мне Машу. — Где я её найду? — буркнула Клочкова, подняла глаза и с любопытством уставилась на Пашку.- Жданов, да ты у нас гигант! Семейный! — Помолчи! — прикрикнул на неё Жданов.- Она наверняка в курилке. Найди мне её! Срочно! — Я хочу к маме! — К маме? — Андрей посмотрел на сына и поцеловал.- Мама скоро приедет. Сейчас подождём её, а потом с мамой домой поедешь, да? Пашка кивнул и опять его обнял. — Ты спать, что ли, хочешь? — Неть! — категорично заявил ребёнок и замотал головой. Андрей засмеялся. Из конференц-зала выглянула недовольная Кира. — Жданов, в чём дело? Тебя люди ждут! — Иду я! — отозвался он. Вести серьёзные переговоры с ребёнком на руках было непривычно и не совсем удобно. Пашка хоть и вёл себя почти отлично, не капризничал и не шумел, но любопытство било в нём через край, постоянно за чем-то тянулся и смешил всех. Кира злилась, Малиновский удивлялся, а немцы несколько раз заговаривали о том, какой у Андрея чудный сын и насколько похож на него. Жданов довольно улыбался и гордился в этот момент Пашкой чрезвычайно. Виктория принесла ещё кофе и шепнула Андрею на ухо, что Маша на производственном этаже и с минуты на минуту вернётся. Жданов кивнул, а потом спросил у сына: — Паш, ты попить хочешь? — Мороженное! — сразу сообщил о своих желаниях ребёнок и хитро посмотрел на отца. Андрей вздохнул. — Твоя мама меня убьёт, если узнает… Вика, отведи Пашку к Маше и скажи ей, чтобы отвела его в бар, — потом поманил Клочкову пальцем. Она наклонилась, и он зашептал.- И никакого мороженного! Пусть другое ему что-нибудь купит.- Снял сына с колен и поставил на ноги.- Иди к тёте Маше, и пойдёте есть торт, хорошо? — Мороженное! Он лишь обречённо махнул рукой. — Только веди себя хорошо! Вика растерянно посмотрела на Пашку, потом глянула на Киру. — Вика, в чём дело? — начал злиться Андрей.- Идите! Клочкова ещё пару секунд постояла, а затем проговорила: — Мальчик, пойдём! — и поманила его за собой.- Иди за мной! Андрей с Малиновским переглянулись и расхохотались. — Вика, — воскликнул Жданов.- Это же не собака, а ребёнок! Возьми его за руку, он не кусается! — Откуда я знаю? — еле слышно огрызнулась Виктория.- Он же Жданов, а от вас что угодно ожидать можно! — Клочкова! Она вздохнула, а потом взяла Пашку за руку. — Пойдём, мальчик. Вот не повезло же тебе с родителями… но что делать… Это всё, Андрей расслышал уже из-за двери, сжал зубы и бросил красноречивый взгляд на жену. Это ей спасибо сказать надо за такой подарок! — Итак, продолжим! -----------* * *----------- — Катька! — Маша бросилась ей на шею, а потом отстранилась и критически посмотрела.- А ты неплохо выглядишь! — Вот спасибо! — Катя вздохнула и бросила быстрый взгляд на Викторию, которая вся превратилась в слух и не спускала с них глаз.- Я утром чуть не умерла! Больше я пить никогда не буду! — Зато как хорошо повеселились! И Андрей Палыч совсем не злится! Я с ним уже говорила! — У него просто сил нет, вот и не злится! — А мы с Пашкой в бар ходили! — похвасталась Маша.- Меня Жданов попросил! Я ему мороженное не покупала, Кать! Мы пирожное ели! Хотя, он так просил… — Хорошо, спасибо, Маш. Он хоть хорошо себя вёл? Тропинкина кивнула. — Он с Андреем Палычем сейчас. Катя приобняла её за плечи и прошептала на ухо: — Маш, найди мне таблетку от головы, а? Умру сейчас! Та засмеялась. — Сейчас найду. На таблетки сегодня спрос большой, но должны ещё остаться! Катя кивнула и пошла к двери кабинета. Натолкнулась на взгляд Вики и неожиданно для себя самой, показала ей язык. Абсолютно глупый, даже детский поступок, но почему-то стало легче. Андрей с Пашкой сидели за столом и что-то рисовали. Сынуля от усердия даже язык высунул и старательно выводил на листе бумаги какие-то закорючки. Когда она вошла, подняли две одинаково чёрноволосые головы и посмотрели на неё. — Мама! — Пашка закричал так радостно и пронзительно, что она поневоле болезненно поморщилась, но быстро подошла к сыну и обняла. — Маленький мой, как же я соскучилась! Андрей весело хохотнул. — Когда это ты успела? То веселилась, то спала! Катя показала ему кулак. — Вот что ты говоришь! Тем более, ребёнку! Не слушай папу, солнышко, он не выспался просто! — Ещё бы! — засмеялся Жданов и незаметно пристроил руку на её бедре. Погладил и посмотрел на неё с удовольствием. — Мама, а мы машинку рисуем! Смотри! — Вижу, очень красивая. Пашка извернулся на его коленях и посмотрел на Андрея. — Папа, а ты мне такую купишь? Когда я большой буду? Катя с Андреем переглянулись, а потом он с любовью потрепал сына по голове. — Вырастишь, сам купишь. Потом встал и усадил его в кресло. — Рисуй, — а сам тут же обнял Катю и подставил губы для поцелуя.- Как ты себя чувствуешь? — Я жива… но голова так болит, Андрюш. — Надо думать, — хмыкнул он. — Как твои немцы? — Отлично. Контракт подписали. А у меня для тебя новость. Иди сюда, — подвёл её к дивану, усадил и обнял. Катя положила голову ему на плечо и облегчённо вздохнула.- Мы с Кирой завтра разводимся. Катя замерла, а потом подняла на него глаза. И нервно сглотнула. — Правда? Уже завтра? Андрей кивнул. — Да, ты представляешь? Я и забыл, если честно. Так что завтра, после обеда, я уже буду свободным человеком. Отпразднуем завтра? Катя положила руку ему на грудь и принялась теребить пуговицу его рубашки. — Не думаю, что это хороший повод для праздника. Всё-таки развод… — И что? Для нас-то это хорошо! Он положил ладонь на её руку и слегка сжал. А сам смотрел на сына, который перебирал карандаши, и улыбнулся. — Ты чего? — спросила Катя, заметив его улыбку. — Да вот, пытаюсь представить… как Пашка вырастит и будет сидеть в этом кресле уже как законный президент… Думала когда-нибудь об этом? Катя засмеялась. — Что-то ты больно далеко загадываешь! — Ничего не далеко, когда-нибудь это будет, я знаю. В дверь постучали, и в кабинет проскользнула Маша. Увидела Пашку в одиночестве сидящего за столом, и в недоумении остановилась. А потом догадалась обернуться, увидела Катю с Андреем в обнимку на диване и заулыбалась. — Тропинкина! — насмешливо протянул Жданов.- Что ты так улыбаешься? — Андрей! — мягко одёрнула его Катя. — Андрей Палыч, я Кате таблетку анальгина принесла! — Давай сюда и иди! — Андрей сам поднялся, взял у секретарши таблетку и пошёл к столу, чтобы налить воды. Маша, прежде чем уйти, отсалютовала Кате, вскинула вверх руку, сжатую в кулак, и только после этого ушла, оставив их одних. — Вот, выпей. Пашка слез со стула и подбежал к ним. Протянул Андрею рисунок. — Папа, я нарисовал! — Умница! — похвалил он сына и взял у него листок.- Мы его в рамку вставим и повесим на стену. Катя засмеялась. — Давай, давай. Он тебе на целую картинную галерею нарисует, да, Паш? Пашка упёрся руками в подлокотник её кресла и начал подпрыгивать. — Мама, я кушать хочу! Она озабоченно посмотрела на него. — Правда? Андрей тоже удивился. — Вот у тебя аппетит! Ты так скоро совсем большим станешь! Недавно ведь обедал! — А я хочу кушать! Катя погладила его по голове. — Сейчас поедем домой, потерпи чуть-чуть. Андрей с сожалением посмотрел на неё. — Кать, я не смогу вас отвезти, у меня ещё встреча важная. Она легко отмахнулась. — Мы на такси. А на ужин приедешь? — Конечно, — удивился он.- Чуть позже. Ещё погулять успеем. Катя кивнула и поднялась. Подошла к нему, наклонилась и поцеловала. — Тогда мы поедем. Позвони, если задержишься. — Я вас провожу, — взял Пашку на руки и пошёл к двери. Они вышли вместе, тут же натолкнулись на нахальный взгляд Клочковой, но Жданов даже бровью не повёл. — Кать, ты уезжаешь? — спросила Маша. Катя кивнула. — Пашке надо поспать, весь день гуляет. — Значит, пока? — Пока! — воскликнул Пашка и помахал Маше рукой. Все засмеялись. Они шли по коридору, неспеша, словно тянули время, прежде чем расстаться и разговаривали о каких-то совершенно будничных вещах, и оба радовались этому. Именно этому, простоте, лёгкости и семейности. И ощущению небольшой бытовой рутины, которой так не хватало за всеми ссорами, выяснениями отношений и признаниями в любви. Уже хотелось отойти от остроты чувств и почувствовать себя спокойно и в семье. — А ты сам обедал? — Я в баре перекусил, с Малиновским. — И что ты там перекусил? Всухомятку? — Ну, Кать!.. Паш, скажи маме, что она меня воспитывает? — Прекрати! Паша, не слушай папу! Андрей засмеялся и перехватил сына другой рукой. — Слушай, меня слушай! А то мама ударилась у нас в воспитательную работу! Катя лёгко стукнула его по плечу и засмеялась. — Какой ты!.. Он остановился перед дверью в холл и наклонился к ней. — Поцелуй меня. — Андрей! — Быстро! Она быстро оглянулась, а потом привстала на цыпочки и потянулась к его губам. — Я тебя люблю, — прошептал Жданов, а Катя улыбнулась. — Папа! — Пашка подёргал его за галстук и Жданов захохотал. — Паш, что делаешь-то? — поправил галстук и опять посмотрел на Катю. Она отвела его руку и сама начала расправлять узел галстука. — Всё хорошо, Андрюш, — и замолчала на полуслове, потому-что дверь открылась и прямо на них натолкнулась Надежда Ткачук. Катя замерла, глядя на неё, и почувствовала, как внутри опять вспыхнула ревность. От одной искры, от одного взгляда на эту женщину. Андрей тоже обернулся, заметив странный взгляд Кати, увидел Надежду и почему-то смутился на секунду. — Привет. Надя тоже растерялась от такой неожиданной встречи в коридоре с Андреем и его «семьёй», но заставила себя улыбнуться. Хотя, никак не могла отвести глаз от ребёнка у него на руках. А уж после этого перевела взгляд на женщину рядом с ним. Взгляд, которым она осмотрела Катю, был быстрый, но всёподмечающий. Оценила, встретила её настороженный взгляд и опять заставила себя улыбнуться. — Добрый день. Андрей, извини, я опоздала немного. Жданов кивнул и бросил быстрый взгляд на Катю. Но с виду она была спокойна, только настороженно посматривала на Надю. — Всё нормально. Кать, это Надежда Ткачук, я тебе рассказывал. А это Катерина Пушкарёва, — автоматически назвал её Пушкарёвой, и удостоился Катиного немного удивлённого взгляда.- А это мой сын. Паш, поздоровайся с тётей. Ребёнок отчего-то засмущался, обнял его за шею и отвернулся. Андрей засмеялся. — Он устал просто. Ты проходи ко мне в кабинет, я сейчас приду. В такси их посажу. Надежда согласно кивнула и отступила, освобождая им дорогу. Андрей вышел первым, а Катя с Надеждой на мгновение опять столкнулись взглядами. Катя даже поразилась собственным ощущениям, находясь рядом с ней. В душе поднялась тревога и неизвестно откуда взявшаяся воинственность. Впервые в жизни появилась необходимость бороться за своего мужчину. Но придётся ли бороться? Ведь Андрей ей обещал… Дверь закрылась, скрывая от них Надежду, и Андрей тут же обернулся к Кате. — Она пришла по делу! — Прекрати передо мной оправдываться! Разве я тебя о чём-то спрашивала? Он вздохнул. — Я же видел, как ты на неё смотрела! Но она, правда, по делу! У нас ведь контракт! — Андрей, в лифт входи! Давай вечером поговорим, если будет о чём говорить. Жданов вошёл в лифт, двери закрылись за его спиной, и он тут же наклонился к Кате. Прижался лбом к её плечу и неровно задышал. — Ты же знаешь, я люблю только тебя. Ведь знаешь? Она неожиданно улыбнулась. — Я постараюсь об этом не забыть!