You Will Be Happy Tomorrow

Черные точки поплыли перед глазам Кларк. Еще одна омега. Это невозможно. Каждый божий день ей говорили, что она одна, что она аномалия. Она хорошо рассмотрела девушку и не увидела шрамов или каких-либо следов жестокого обращения на протяжении всей жизни. Она даже выглядела сытой. Если не считать нескольких новых синяков, она выглядела невредимой. Почему над Кларк так жестоко издевались, а этой девушке позволили жить без боли? Почему Кларк была целью? Почему именно она подвергалась ежедневным унижениям и террору? Зрение Кларк продолжало сужаться, и ей пришлось схватиться за спинку трона Лексы, чтобы не упасть. - Почему? - пробормотала она, прежде чем все погрузилось во тьму. Когда Кларк снова открыла глаза, она лежала на койке в темноте. Ее переполнял стыд. Ее первое испытание в реальном мире, вдали от Полиса, провалено. Она была воплощением слабости. Она потерпела неудачу перед Хедой. Слезы текли из ее глаз, когда она боролась с новым осознанием. Она была слаба. Она всегда будет слабой, и никакие тренировки ничего не изменят. Она так старалась последние несколько месяцев, и ничего из этого не вышло. Вырвалось непрошеное рыдание. Кларк почувствовала присутствие рядом с собой и повернула голову. Лекса села на стул рядом с кроватью. Она была без боевой раскраски. Еще один всхлип сорвался с губ Кларк. - Мне жаль, что я подвела тебя, Хеда. Лекса сузила глаза. Кларк никогда раньше не называла ее Хедой, но подумала, что понимает, почему она так её назвала. - Кларк, ты не подвела меня. Ты никого не подвела. - Я сделала это, - всхлипнула Кларк. - Я была слаба. Я… я хотела показать тебе, что могу быть сильной, но не была. Мне жаль, - она провела руками по глазам, и они смазались черной боевой раскраской. Это заставило Кларк рыдать сильнее. Она чувствовала себя такой сильной, когда Лекса наносила краску на ее лицо. Шутка какая-то. - Кларк, - сказала Лекса. - Мне нужно, чтобы ты меня выслушала. Ты не подвела меня, и ты не была слабой. Весь твой мир просто перевернулся. Твоя реакция на то, что ты узнала об Октавии… - К-кто? - прервала Кларк. - Другая омега с Ковчега, ее зовут Октавия. Я знаю, о чем ты думаешь, Кларк, и… Кларк снова прервала её. - Ты понятия не имеешь, о чем я думаю. - Я могу предположить. Ты видела Октавию. Она крепкая и цельная. Она выглядит совершенно здоровой девушкой, и ты задаешься вопросом, почему ты подвергалась жестокому обращению, когда ее явно любили и о ней хорошо заботились, - Лекса наклонилась и вытерла слезы, которые все еще текли из глаз Кларк. У двух женщин теперь были одинаковые черные пятна на руках. - Я хочу, чтобы ты пошла и встретила ее, Кларк. Ты должна услышать ее историю. Хотя у нее нет явных шрамов, они все еще есть. Она просто заработала немного иначе, чем ты. Кларк не хотела встречаться с этой омегой. Она не хотела встречаться с омегой, которая жила на Ковчеге и не была разбитой. Она не хотела встречаться с омегой, которую не высмеивали и не обзывали. Это было просто несправедливо, и она не хотела с ней встречаться. Кларк перевернулась на бок, чтобы отвернуться от Лексы. Она не могла сдержать слезы и рыдания, поэтому попыталась зарыться в подушку. Она слышала, как Лекса встала со стула и заговорила с кем-то за пределами своей палатки, но она не могла слышать, что говорили. Через минуту она почувствовала, как край койки опустился. Лекса сидела рядом с ней. Она почувствовала, как пальцы перебирают ее волосы, и не смогла сдержать очередной вырвавшийся наружу всхлип. - Это несправедливо, Лекса. Это несправедливо. Она почувствовала, как Лекса двинулась, чтобы лечь рядом с ней, и вдруг ее окутало теплое тело. Длинная рука Лексы обняла ее и притянула к себе, и Кларк почувствовала, что успокаивается, пока Лекса выкачивала успокаивающие феромоны. Кларк перевернулась лицом к альфе. Она уткнулась головой в грудь Лексы и продолжила плакать. - Это несправедливо, - сказала она еще раз. Сердце Лексы разрывалось, когда омега плакала ей в грудь. Кларк была права, это было несправедливо. Милая, заботливая омега в ее объятиях не заслуживала того, как с ней обращались, и Лекса каждый раз удивлялась, видя, что Кларк не стала злой и ожесточенной. Лекса удивилась, когда Аня призналась ей, что Кларк считает любовь слабостью. Лексе хотелось плакать. Это также заставило ее бояться признаться в своих чувствах Кларк. У нее были чувства к Кларк в течение довольно долгого времени, и она думала, что Кларк тоже испытывает к ней чувства, но, услышав признание Ани, она была более неуверенна, чем раньше. Лекса также никогда не чувствовала, что пришло время обсудить свои чувства с Кларк. Кларк лечилась и узнавала, кто она такая. Она не нуждалась в том, чтобы Лекса усложняла ситуацию, признаваясь ей в любви. На данный момент все, что она могла сделать, это быть рядом с Кларк и надеяться, что однажды будет подходящее время для них. Лекса прижала Кларк к себе и заботилась о ней, как могла. - Мне очень жаль, Niron (любимая), - Лекса сжалась от оговорки и надеялась, что Кларк не заметила. Лекса наклонилась и поцеловала ее в лоб. Она ничего не могла с собой поделать. - Я знаю, что твой мир перевернулся с ног на голову, но я клянусь помочь тебе снова сделать его правильным. Ты заслуживаешь всего счастья, которое может предложить этот мир, и я попытаюсь дать его тебе. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе. У входа в палатку послышался шорох, и Лекса села. - Иногда помощь приходит, когда это последнее, чего мы хотим, Кларк, и я думаю, что встреча с Октавией и ее история помогут тебе больше всего на свете. Это лучшее, что я могу сделать для тебя прямо сейчас. Дверь палатки открылась, и внутрь вошла хрупкая девушка, может быть, на несколько лет моложе Кларк. Лекса жестом пригласила девушку сесть на стул рядом с кроватью Кларк. - Привет, Кларк, - робко сказала девушка. - Я Октавия. Когда Кларк не двинулась и не издала ни звука, Лекса посмотрела на Октавию и призвала ее продолжать. - Я слышала о тебе всю свою жизнь. Ты омега с черной кровью, - Кларк все еще не отвечала, но Октавия двинулась вперед. - Я омега, которая жила под полом, - Кларк наконец посмотрела на сидящую перед ней омегу. - Моя мама и мой брат должны были скрывать меня. По правилам Ковчега я не должна была существовать. Когда моя мама забеременела, ей пришлось это скрывать. У нее уже был Беллами, и никому не разрешалось иметь более одного ребенка, особенно ребенка, рожденного естественным путем, потому что это запрещено. В довершение всего, я родилась омегой. Если бы совет узнал, моя мама была бы арестована, и меня, вероятно, тоже убили бы, поэтому моя мама и Беллами держали меня взаперти, - Октавия остановилась. - Мне никогда не приходилось покидать нашу комнату, и если кто-то приходил, мне приходилось прятаться под полом. По лицу Кларк потекли новые слезы, но на этот раз они были из-за бедной девушки, сидящей перед ней. - Моя мама рассказывала мне истории о тебе и о том, как с тобой обращались. Иногда это был единственный способ удержать меня в нашей комнате. Я так сильно хотела уйти, но она знала, что со мной произойдет. Она рассказывала мне истории о том, что они делали с тобой, и говорила, что если я пойду туда, со мной произойдет то же самое. Она рассказывала мне истории, чтобы я боялась уйти. Это срабатывало. - Прости, - захныкала Кларк. - Мне жаль, что тебе пришлось так жить из-за меня. - Нет, Кларк, я не это имела в виду. Дерьмо, я говорю это неправильно, и ты меня неправильно понимаешь. Я ни в чем тебя не виню. Если что, я жива благодаря тебе. На протяжении многих лет моя мама рассказывала мне истории о тебе, и они были ужасны, но что я вынесла из этих историй, так это силу, которую ты должна была иметь, чтобы выживать каждый день. Я была слишком напугана, чтобы покинуть нашу комнату, но ты была там каждый день, несмотря на то, что знала, что они сделают с тобой. Ты по-прежнему вставала каждое утро и делала то, что нужно было делать, чтобы выжить. Все, что я когда-либо делала, это пряталась. Ты сражалась, пока я была трусом. У младшей омеги теперь тоже были слезы на глазах. - Когда я, наконец, набралась смелости, чтобы выйти, вероятно, это произошло всего через несколько дней после того, как тебя отправили на землю. Я умоляла и умоляла Беллами достать мне маску, чтобы надеть ее на бал-маскарад в День Единства. Я убедила его, что с маской никто не узнает, кто я такая. В конце концов он сдался, и все пошло совсем не так, как мы думали. Меня поймали, а маму не прошло и часа, как отпустили плавать. Меня бросили в камеру. Я знаю, что детей до восемнадцати лет нельзя пускать в плавание, но я думаю, что для меня они сделали бы исключение, даже если бы я не сделала ничего плохого. Если бы не план отправить нас всех вниз на десантном корабле, я, вероятно, была бы мертва. Кларк почувствовала жалость к другой омеге. Удивительно, что ее мать и брат смогли так долго хранить ее в тайне. Кларк хотела задать Октавии вопросы о Беллами. На нем была куртка охранника, значит, он был альфой. Она хотела знать, почему его не забрали вместе с матерью. Она также хотела знать, как он оказался на челноке с кучей правонарушителей-подростков, когда было очевидно, что он старше всех остальных. У нее было много вопросов, потому что Беллами был альфой Ковчега, а альфы Ковчега не были хорошими людьми. Ход мыслей Кларк прервался, когда Лекса сжала ее колено. Она была так поглощена мыслями о Беллами, что перестала обращать внимание на всё остальное. Октавия, должно быть, не заметила этого, потому что она болтала о том, что они находились на Земле, и о том, что они встретили некоторых землян. - Землян? - спросила Лекса. - Да, знаете, - сказала Октавия. - Это вы, ребята. Все на Ковчеге верят, что земля была необитаема и что на ней не могло быть никого, но все вы доказали, что они ошибались. Итак, земляне. У Кларк раскалывалась голова, и все, что ей хотелось, это свернуться калачиком на кровати и заснуть. Ей стало лучше, когда она услышала историю Октавии, но она не чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы присоединиться к остальным за ужином. Она также не хотела встречаться с другими после неловких событий в палатке Командующей. Лекса наконец заметила, что Кларк чувствует себя неловко, когда увидела, что та потирает виски. - Октавия, почему бы тебе не присоединиться к остальным снаружи у костра? Я уверена, что ужин готов. - Ох, ну ладно, - Октавия встала и на мгновение остановилась перед Кларк. - Для меня большая честь познакомиться с тобой, Кларк. Я знаю, что встреча со мной была шоком, но я надеюсь, что когда-нибудь мы сможем стать друзьями. Прежде чем Кларк успела ответить, Октавия вышла из палатки. Кларк рухнула обратно на свою койку и снова откатилась от Лексы. Она растерялась и не знала, что и думать. Она нервничала из-за того, что ее люди в лагере. Она была смущена слабостью, которую показала ранее. Она была в восторге от омеги, которая жила под полом, но больше всего она устала. Удары продолжались, и она не могла их остановить. Эмоции бурлили в голове Кларк, но после долгих раздумий она поняла кое-что новое. Она может быть не в состоянии остановить удары, но она может бороться с ними, когда они приходят. Сегодня она была слаба, но кого бы не потрясло такое шокирующее открытие? Она была выброшена из игры, но она не просто так выживала так долго и так усердно тренировалась, чтобы сдаться. Все твердили ей, что она сильная. Пришло время ей поверить в это и по-настоящему принять себя. Она была готова принимать каждый удар, один за другим. Она собиралась начать наносить свои собственные удары, и первый удар, который она собиралась нанести, должен был быть нанесен некоторое время назад. Было кое-что, о чем она должна была позаботиться раньше. Что-то, от чего она пряталась, потому что думала, что это делает ее слабой, но затем Лекса позволила слову “niron” выскользнуть из ее уст. Будь проклята слабость, подумала Кларк. С новой решимостью и другим взглядом на жизнь она повернулась к Лексе, которая все еще сидела рядом с ней. Любопытные зеленые глаза расширились, когда Кларк положила руки по обе стороны от головы Лексы. Прежде чем Кларк успела струсить, она поцеловала ее. Сначала Лекса была слишком поражена, чтобы отреагировать, но вскоре ответила на поцелуй Кларк. Это было мягко и медленно, и это было именно то, о чем Кларк когда-либо мечтала. В конце концов Кларк отстранилась. - Пойдем поужинаем… niron, - Кларк встала и начала выходить из палатки.