Горе Луковое

Прошла почти неделя, дни, за которые они ни разу не разговаривали. Маша заметно грустила, она и не скрывала, что разочаровалась. Было обидно, что только успела признать и понять, что у нее любовь к Лауре, как все посыпалось. Мысль, что Лукина замужем, так била поддых или куда-то в сердце, что настроение сразу падало. Маша работала, когда в ресторане появилась эффектная дама, та самая, что была с Лаурой: — Привет. — Что? — Маша сидела за стойкой над учебником, поэтому не сразу поняла, что сказали, — Извините, — она узнала женщину и поднялась. — Ты ведь Маша? — Да, а вы? — Я пришла поговорить с тобой, — она взяла книжку и посмотрела название, — О, обществознание, хороший предмет, отвлеку тебя от него? — Не знаю, а о чем нам с вами говорить? — Ты знаешь, — она засмеялась, — За стол сядем, — женщина прошла и села за столик у окна. — Я слушаю, — Маша присела напротив. — Лукина сказала, что ты в курсе, что она замужем. — Знаете, я не привыкла обсуждать свою личную жизнь с незнакомцами, поэтому… — Он не дает ей развод уже три года. Лаура бросила все, работает и пытается жить, забыла о нем, но… появилась ты и она решила быть честной, закрыть все вопросы. — Зачем вы мне это говорите? — Вижу что ей плохо. Что любит тебя правда… я конечно не одобряю, но, видимо, есть что-то выше, чем то, что уже есть у нее. Ты не знала о нем, потому что… он не так прост… и это опасно. Дай ей шанс. Серьезно. Выглядишь и сама не очень. — Все сказали? — Да. — Мне работать надо. — Конечно. Маша думала. Еще думала. Больше и больше, голова разрывалась на части. Она злилась и кипела. Просто ужасно тяжело было внутри. Лаура работала за компьютером, периодически прерываясь на проверку тетрадей, стол так и оставался завален с сентября. Она услышала еще в коридоре за дверью стук каблуков, быстрый и громкий. В класс зашла Маша: — Прив… — Лукина, ты кем себя возомнила? — Маша подошла к столу, она тяжело дышала от эмоций и быстрого шага. Сегодня они были одного роста из-за черных туфель блондинки, а платье черного цвета и бейдж виднелись из-под расстегнутого пальто. — В смысле? — она удивилась. — Что в смысле?! Зачем ты посылаешь своих подруг?! Зачем они мне рассказывают… — Каких подруг я подсылаю? — она поднялась, — Только не говори, что к тебе кто-то приходил и… — Зачем ты делаешь это? — Маша устало выдохнула, — Кто угодно, но ты? Серьезно? — Маш, я правда, ни о чем, никого не просила. — «Правда»… — Маша печально сказала, — Ты еще умеешь говорить правду? — Тебе всегда правду говорила, и… — Я так хотела бы тебя сейчас ударить, — Маша занесла руку. — Ударь, может легче станет. — Иди ты к черту, — Маша еще больше обиделась, что она может решить, что та способна на подобное. — Нет, подожди, стой, — она взяла ее за руки. — Пусти. — Послушай меня. — Пусти говорю! — Маша попыталась дернуть свои руки из ее рук. — Иду на риск, — фразу Маши, Лукина сказала быстро и с силой прильнула к ее губам. — Ммм, — Маша оторвалась, — Ты че делаешь? — она вдохнула воздух ртом. — Тебя не заткнуть. — Потому что ты… — Лукина опять не дала ей сказать, целуя. Маша сперва не отвечала на поцелуй, но теплые чувства, которые никуда не делись, буквально сами разомкнули губы, отвечая на этот поцелуй, то чего так не хватало: — Поговорим? — Лукина отпустила ее. — Нет, — Маша сказала и пошла к двери. — Ладно… — она протянула. Маша не ушла, повернула замок на двери кабинета и вернулась к женщине: — Что ты… — Потом поговорим, — Маша буквально вцепилась в губы, обнимая за шею женщину. Лукина так соскучилась, что сразу ответила, стягивая с Маши ее пальто. Она перешла на шею, от чего Третьякова закрыла глаза, глубоко вдыхая: — У нас правила… — Угу, — Маша вернула ее за подбородок к губам, целуя, и утыкаясь лбом в лоб, — Ты все-все-все должна мне рассказать. — Я и пытаюсь… — Не сегодня, — Маша сглотнула, все еще часто дыша, — Я на работе вообще-то… на часик ушла… — Чтобы наорать на меня? — У меня в голове каша… — Прости, что это из-за меня, — Лукина шепнула, закрывая глаза. — Я сегодня только до 23:00, может… — Да, — она тут же кивает, зная, что Маша попросит ее забрать. — Договорились, — Маша наконец-то отпустила ее, — Тогда я… — Нет, подожди, — Лукина подала ей пальто, — Вместе поедем, уже 8, я как раз поем, пока тебя жду. — Серьезно? — девушка удивилась. — Ну да, отвезу тебя на работу заодно, — она кивнула. — Хорошо, — Маша вздохнула, надевая пальто. Они дошли до двери: — Напомни, так больше не делать, — она указала на замок. — Почему? — Лукина достала из кармана ключи от машины. — Развязывает руки, не кажется? — Угу, — она протянула, поджав губы. — Угу, — Маша кивнула выходя. Девушка устало разгребала бумажки, находясь у кассы: — Почему-то опять в твою смену не сходится, — Маша вздохнула, говоря бармену. — Да я же считал, — он пожал плечами. — Наверное, это уже я зависаю, — Маша положила руки на щеки, перекладывая листы и ставя подписи, — А где книга кассовая? — девушка взяла из стола книжку. — Доброй ночи, привезли бар, — мужчина подошел к стойке. — В смысле бар? — Маша подняла на него глаза, — Он у нас завтра. — Мы приехали раньше. — Я принимать не буду, — она помотала головой. — Да почему? — Мы через 15 минут закрываемся. — Маш, да прими бутылки просто, чего там, точки поставь и все. — Да, я прими, а потом плати за битые, — девушка помотала головой. — Маш, ну пожалуйста. — Евгений Игоревич, — она заметила управляющего, который вышел из своего кабинета. — Да, Мария? — он подошел к ним. — Бар привезли. — Какой нахрен бар? — он посмотрел на часы. — Примите, пораньше вот приехали. — У меня ресторан к закрытию готовится, какой бар? Езжайте и привозите, когда назначено. Что это за новости? У меня работники домой уже вон переодеваются, кухня закрылась, программы отключают, а ты мне про бар, совсем что ли? — он поправил пальто, — Маш, ничего не принимай и давайте, счета закрываем и домой собираемся, я ушел. — До свидания, — Маша кивнула ему. — Что, вот вообще не примешь? — парень посмотрел на Машу. — Ну вот даже ни одной коробочки, — она помотала головой. — Злая ты, — он вздохнул и пошел на выход. — Не все же хорошей быть, — она буркнула и посмотрела на Лукину, которая подошла с карточкой в руках. — Тебя не рассчитали? — Маша устало посмотрела на нее. — Забыли видимо, — она улыбнулась. — Извини, — девушка взялась за голову, в поисках ее книжки, среди бумаг, — А вот, — она дошла до кассы, — Можно оплачивать, — Маша сказала, снова возвращаясь к листам, — Да что-то все равно не понимаю… Ну-ка скажи мне, что не так? — она посмотрела на бармена. — Ммм, — он встал рядом с ней и они внимательно изучали листы, — Странно, вроде я сам заполнял и сходилось, а теперь нет… Маша услышала, что прошла оплата и протянула Лауре чек, так и не отвлекаясь от листа: — Так, ладно, все, иди заканчивай, по бару хоть нормально? — Бутылка в бутылку, — он кивнул. — И проверять не надо? — Конечно нет, я сегодня только один бокал разбил, сразу оплатил, — он улыбнулся и ушел. Лукина села за стойку и подперла голову рукой, внимательно изучая Машу: — Осторожно, Лаура Альбертовна, кто-то может решить, что вы влюбленно на меня смотрите, — Маша подняла взгляд от бумаги, с легкой улыбкой. — А я и не скрываю, — она протянула руку к бумаге, — Можно глянуть? — Держи, — она вздохнула, собирая остальные бумаги в стопку. — Пф, — Лукина улыбнулась и положила лист на стойку. — Что? — Маша подняла брови, — Ты что-то поняла? — Ага, — она кивнула. — Что? — Плюс и минус все еще твое слабое место. — Не может быть, — она помотала головой. — Вон, — женщина показала на плюс, вместо минуса в одной из строчек. — Да ладно? — Маша открыла рот, — Нет… да… блин, как всегда, — она исправила знак и пересчитала все, торжественно поднимая руки к потолку, — Аллилуйя. Спасибо, — она сказала Лауре. — Не за что, — та кивнула, видя, что ее настроение улучшается. — Мы закончили, — две официантки и бармен подошли к стойке. — Свободны значит, — девушка кивнула. — До завтра. — Сплюнь, — Маша возразила. — А точно, завтра же Ника, — бармен помахал рукой, накидывая куртку и выходя из ресторана. — До свидания, — девочки официантки чуть задержались, оставляя фартуки за стойкой, все уже были переодеты уходить, поэтому только накинули куртки. — До свидания, — Маша проводила их взглядом. — Какая ты начальница, — Лукина протянула, понимая, что в ресторане больше никого нет. — Я все еще привыкаю, — она кивнула, складывая бумажки в стопки, — Все ко мне на вы, если бы они знали, что я младше, чем они, офигели бы. — А они не знают? — Шеф рекомендовал не допускать этой новости до их ушей, а то… — Могут задавить, да, — она додумалась сама. — Я почти закончила, проверю кухню и можно идти. — Не торопись, — она кивнула. Маша прошла по ресторану и ушла в двойные двери, погасив там везде свет, она вышла в зал с пальто: — Кстати, а что с кофейней? Тебе же там нравилось. — Предложили повышение, кофейня это ответвление от бизнеса начальника, которого ты уже видела, — Маша накинула пальто, — Ресторан основной, он приходил в кафе, что-то ему приглянулось в моей работе, взял на пару дней на стажировку и почти сразу принял на админа зала. Кафе конечно родное, но… — Маша махнула рукой, не договаривая, и потянулась к выключателю подсветки бара. — Но есть но? — Но деньги лишними не бывают, — она вздохнула, — Особенно если речь идет о квартире, да так по мелочи… — Брошки там да, и цветы, — Лукина поджала губы. — В основном квартира, — девушка кивнула, — Можно идти. — Пошли, — она прошла до дверей. Маша погасила свет в зале и включила подсветку окон фиолетовыми гирляндами, закрыла дверь и поставила на сигнализацию. Они выехали в центр и на привычном Маше маршруте, Лукина не свернула в нужном районе: — А мы не ко мне? — Нет, — она помотала головой, — Как ты внимательно следишь за дорогой, ого… — Ого… — Маша протянула, — Куда мы? — Ко мне, — она посмотрела на Машу. — Зачем? — Я правда не знаю, как так вышло, что ты знаешь о моей жизни меньше, чем я о твоей, поверь это не специально и… просто, наверное, ты не была у меня, потому что удобнее мне добираться, из-за наличия машины, чем тебе кататься через весь город. — Возможно, — она задумалась и отвернулась к окну, чтобы изучать виды. — Все хотела спросить, — от ее голоса Маша опять повернулась к ней, — Как там Буше? — А не знаю, — она как-то печально, но с легкой улыбкой произнесла. — В смысле? — Ну вот так, — девушка пожала плечами. — Она что не общается с тобой из-за меня? — Нет, просто у всех, Лаур, свои проблемы…— она печально заключила. — Только не говори, что Буше даже не знает, что мы не общаемся. — Ну могу не говорить, только она правда не знает. — Потому что с тобой не общается? — Ты как на допросе… — Маша вздохнула, укладывая голову на сиденье, как уже когда-то давно сидела у нее в машине, чтобы видеть ее лицо, было даже легкое чувство дежавю. — Просто пытаюсь понять, вы поругались? — Неа, — Маша поджала губы, — Просто одного синяка на губе, слезных глаз и грустной истории, хватило, чтобы они с Поляковой миновали пропасть в общении и помирились не смотря на то, что один из членов этой истории — ее брат. Лаура нахмурила брови: — Она тебя кинула по факту. Ты из-за этого переживаешь? — она посмотрела на Машу. — Вообще нет, — девушка пожала плечами, — Не до этого… И Буше не до всего этого, вон у нее… — Не оправдывай, — Лукина хмуро сказала, — Тебе плохо, из-за нашего конфликта, ты должна быть с человеком, который тебя поддержит, а в итоге… — Да все правда нормально, она мне ничего не должна и… — Должна! Маш, это ты в 4 утра поехала через весь город выкапывать ее из сугроба и спасать от двух мужиков. Голая бегала по морозу и едва ли сама не слезно сидела в этом самом сугробе! При том, что у самой были беды и ты устала… Разве это… — Я привыкла, — она спокойно сказала. — К чему? — К предательствам, — она сказала, садясь обратно ровно и отводя взгляд в окно, — Тем более, я не люблю жаловаться, чтобы потом за… — она помотала головой, понимая, что болтает не то, что хочет. — Что? Ну договаривай. — Нет, — девушка окончательно замолчала. Джип встал четко между машин по разметке и выйдя, Лаура протянула Маше руку. Та спокойно взяла ее за кисть и они пошли к высотке, девушка уже понимала, что это элитный район, как минимум на заезде шлагбаум, это почти центр, вокруг иномарки, а у дома есть подсветка: — Какой этаж? — они с Машей зашли в лифт. — 18, — она нажала на кнопку. — Ого, — девушка оценила, — Высоко летает, Лаура Альбертовна. — На 7 этажей выше твоего всего. — Угу, — она протянула. Лаура пропустила ее в квартиру и закрыла дверь, включая свет. Если бы было уместно, Маша бы открыла рот, но вместо этого у нее просто полезли глаза на лоб. Огромный лофт. Такой большой, что можно марафон устраивать. От входной двери слева шел большой шкаф-купе для верхней одежды, напротив был столик с зеркалом, на нем стояли разные крема для обуви, лак для волос, какие-то безделушки, на полу была большая квадратная плитка темно-серого цвета, а стены сделаны под светло-серый кирпич. Маше нравилось цветовое решение и то, как в стены полосами встроена подсветка. Проходя по коридору вперед, справа была дверь санузла. Дальше, слева, начиналась кухня. Темно-синяя, с вкраплениями горчично-желтых цветов, вместо стола был квадрат из кухонных тумб, аля, барная стойка. Зону кухни отделял большой стеллаж, за которым стоял компьютерный стол и подвесная полка с квадратными отделениям, где стояли разные книги, безделушки и прочее, если двигаться вправо от полки было окно, затем очередное разделение зоны, большим угловым диваном, в форме буквы П, он стоял лицом к телевизору приставленному к стене, огромная плазма, а в центре был журнальный столик, дальше были большие раздвижные матовые двери, которые повторяли цвет стен гостиной, там была спальная зона. Двуспальная кровать, высокий шкаф с зеркальными вставками стоял сбоку, у окна еще один стол с зеркалом, это уже был уголок красоты, там были разные баночки Лукиной. Маша стояла в центре квартиры, пока Лаура ставила чайник: — Ну, каков вердикт? — Лукина подняла брови. — У меня начались комплексы, — Маша все еще оглядывалась, — И ты предпочитаешь ночевать у меня? Имея вот это… — она развела руками в обе стороны. — Маш, с виду красиво, но уж очень не уютно, — она улыбнулась, опираясь о тумбу в центре кухни. — Неуютно? — Большой лофт для одной меня, — она кивнула, — Тем более он не только мой… — женщина вздохнула, поморщив нос и заметно раздражаясь. — Можно походить? — Конечно, — Лукина кивнула, — В холодильнике шаром покати, ты может хочешь есть? — Неа, — она прошла до рабочего пространства Лауры. Кипа бумаг, как и на работе, невольно вызвала у нее улыбку, что-то не меняется. Ей понравилось, что на полках помимо книг и безделушек, стоят разные подставки на которых есть украшения, блестящие до ослепления, а вот ее подарок стоит на самом видном месте и отдельно, рядом с подаренной классом книгой. Маша посмотрела в окно и приятно удивилась шикарному виду на парк, на нем ее взгляд остановился подольше: — Что увидела? — Лукина подошла к ней. — Красиво, — она пожала плечами и посмотрела на нее, — Так выходит… тебе здесь не нравится? — Нравится, временами, но… я не привязана к местам, мне везде нормально, а квартира эта… подарок моего отца на свадьбу… давно это было, и это последний его подарок, поэтому очень важное отношение к ней, — Лукина вздохнула, — И за нее я борюсь уже три года. — Совместно-нажитое имущество, — Маша кивнула с пониманием дела. — Откуда ты… — У меня предки развелись, — блондинка усмехнулась, переходя в зону гостиной и разглядывая на стене странную картину, которая была больше набором цветов. — Не спрашивай, это тоже не я покупала, — она усмехнулась, — Пойдем-ка чай пить. — Пошли, — она кивнула и они вернулись в кухню. Они сели рядом и Лаура повернулась к Маше, взяв ее за руку: — Давай договоримся, я сейчас все тебе расскажу, от и до, а ты потом что-то спросишь или скажешь, угу? — Давай, — девушка спокойно кивнула, глотнув чай, Лукина этому удивилась внутри себя, понимая, что видимо Маша слишком устала испытывать хоть какие-то чувства из-за этого всего и просто хотела понять. — Хорошо, — она выдохнула, — Я правда замужем. По всем документам и паспортам. Но. Я не живу с мужем уже больше трех лет. Не люблю его еще большее количество лет. С ним это у нас взаимно, — она опять вздохнула, видно волновалась, — Он бизнес-мэн, поэтому у меня есть такой ремонт, такие украшения, — она кивнула в сторону ее офиса, где Маша видела дорогие подвески и серьги, — Техника, машина, это все его… Ммм, мы разошлись из-за того, что он нашел посимпатичнее секретаршу, потом еще и еще, а я на тот момент поняла, что он жутко меня бесит своим существованием в принципе… Я сказала, что хочу уйти, но… к сожалению, он не особо разделял это мнение и положение дел казалось ему комфортным. Аргументами были сперва ссоры и скандалы, потом угрозы, дальше в ход пошли уже вот эти игры, «тогда я продам квартиру» и так далее. Я предлагала и выкупить ее, и что только не сделать, но он уперся. В итоге я решила плюнуть, ну не дали нам бумажку о том, что мы развелись, ну и плевать, к тому же он уехал в Москву, жить. Сперва я с ним поехала, потому что он там купил какой-то бизнес, но поняла, что терпеть не могу такую жизнь, а он и без меня живет отлично. Год мы там наверное обитали, но круг общения развалился, я там пыталась даже завести какие-то отношения, но не пошло… Вернулась сюда. И как человек, который всю жизнь любил учить и докучать, — Маша улыбнулась от ее фразы, — Вернулась в школу. В вашу школу. Встретила тебя сразу. Все как будто встало на места, — она пожала плечами, — И когда… ты сказала, что ты меня любишь, а я тебе ответила тем же… я поняла, что важно закрыть эту тему, — Маша вопросительно подняла брови, — Нет, не нашу тему, тему брака. В ресторане ты видела Любу, она же видимо и к тебе приходила, — Маша кивнула, — В общем, Люба это подружка класса «Люкс», — она выделила пальцами, — По ее мнению, главная задача жены бизнес-мэна — тратить деньги. И к сожалению, ее муж, лучший друг моего мужа, поскольку с ним мы не ладим, все вопросы я решаю через нее, она через него, а он с ним… — Маша усмехнулась, — Это еще круг за последний годик сократился, — она кивнула, — К сожалению, вышло так, что мое желание развестись Люба никогда не поддерживала и именно это ты услышала, — Лукина печально поджала губы, — И… я сама виновата, что затянула это признание, надо было давно сказать, повода не было, наверное, — она вздохнула, — Да и ты важнее, чем прошлая жизнь. Я бы тебе все раньше объяснила, но сперва ты устала, потом Буше, затем утром опять устала и Буше, и потом, я уже не знала, как подступиться… видимо болтнула лишнего Любе по телефону, пока работала и как итог, опять ты сама мне шаги на встречу сделала. Прости меня, если можешь, — она посмотрела на их руки вместе. — Все? — Маша спросила. — Да. — Хорошо. — Что ты на это все скажешь? — Ничего, — она помотала головой. — Поче…— Маша не дала ей договорить, перекладывая ее руку на свою талию, попутно целуя ее губы. — Это я должна извиняться, — Маша посмотрела на нее, держа за лицо рукой, — Веду себя как ребенок постоянно, никогда не могу нормально послушать, упертая видимо… Я тебя люблю, Лаур, ничего не изменилось. — Я тоже люблю тебя, — она улыбнулась. — Ну все пообижались, давай мириться, — Маша убрала ее очки, крепко обнимая, возвращаясь к поцелую.