Горе Луковое

Лукина налила кофе, когда в дверь позвонили. До работы был час и она спокойно собиралась: — Привет, — она удивленно протянула, увидев Машу на пороге и пропуская в квартиру. Только она обернулась от двери, как оказалась втянута в страстный поцелуй: — Ммм, подожди, — Лаура с улыбкой отодвинула немного голову, — И тебе доброе утро. — Доброе, — девушка кивнула, — Я же говорила, чуть-чуть времени надо было. Я очень соскучилась. — Это я поняла, — она засмеялась, держа руки на талии Маши, — Но нельзя же так с порога нападать. — Можно и нужно! — Маша снова ее поцеловала. — Я так опоздаю, — она выдохнула. — Ладно, тогда я поехала... — Не-не-не, заводить и уезжать тоже нельзя! — она посильнее сжала ее талию, не давая выбраться из рук, — Я еще не проснулась просто. Ты как ураган, — женщина улыбнулась и поспокойнее Маши поцеловала ее, снимая пальто и обнимая. — Ммм, вот теперь доброе утро, — девушка улыбнулась, — Что там было про заводить? — Что-то было, угу, слышала. — Я поняла, — Маша снова поцеловала, спускаясь к ее шее, — Сколько времени? — На два красных проедем и все успеем, — Лукина уже снимала с Маши ее кофту. — Давай на три, а то два мало? — Четыре, — брюнетка повела девушку, не разрывая поцелуй, в гостиную, попутно стягивая с нее футболку и бросая на пол. Маша потрепала волосы, возвращая их на место: — Это не ваше? — Лукина протянула ей футболку. — Кхм, мое, — девушка кокетливо протянула, забирая одежду, — Напомни, пореже так делать, мы так везде будем опаздывать. — Вполне хорошая замена завтраку, — она пожала плечами, целуя. — Ой, это точно, — девушка опять ее поцеловала обнимая за шею. — Второй раз я выдержу, но что мы там в школе потом будем говорить? — она засмеялась, — Все-все, завязывай, — женщина выдохнула, — Кофе будешь? — Твой, — она сделала два глотка из ее кружки, надевая футболку. — Чего это ты сегодня не по форме оделась, на работу не идешь? — Лаура убрала молоко, — Или так ко мне торопилась? — И то, и другое. — У тебя выходной? — Возьму бумажки домой. Управляющий сегодня на месте и разрешил мне поработать дома, потому что завтра будет два банкета с разницей в 2 часа и мне нужно успеть закончить все, — девушка вздохнула. — Два банкета не много? — Вечеринка с угадыванием пола будущего ребенка, а потом корпоратив, люди все еще новый год отмечают. Первый праздник вроде полегче. Главное конфетти собрать. — А как в школу? — Прогуливаю. — Контрольная завтра вообще-то… ой, это секрет, если что. — Напишу потом, ладно? Работать некому, не бросать же их там. — Видела я, что все на тебе держится, — Лукина кивнула, — Напишешь потом. Расслабила я тебя конечно, ого-го. — Ты про... сейчас? — Ты поняла, — брюнетка засмеялась. — Да, — она протянула, — В последний раз, все, потом никаких. — Я тебя за язык не тянула. — А что там у тебя сегодня? Встреча с подругами? — Маша отпила еще немного из ее кружки. — Ой, зачем ты напомнила? — она махнула рукой. — Если тебя так ломает идти — зачем идти? — Ну, вот ты с Буше дружишь не смотря ни на что? — Поняла аналогию, — Маша кивнула, вставая рядом, — А повод для встречи какой? — Сегодня 12 лет, как мы дружим, — она протянула, — Выбрали какой-то ресторан там. — Почему не наш? — Люба сперва хотела. Но я настояла на том, чтобы не твой. — М? — Не люблю делать вид, что мы друг друга не знаем, вот так. — Убедительно, — Маша улыбнулась, укладывая руку ей на плечо, — Неужели с кем-то можно общаться 12 лет? — По вашим рассказам, вы с Буше и Поляковой столько и знакомы. — Ну, это на детстве основано, а вот так, на взрослом уровне, когда уже семья, дети, работа. — Их общие темы — мужья. Перемывание костей и замерка достоинств. — Тебе получается и тему не поддержать, от слова совсем? — они обе засмеялись. — Про тебя я говорить не хочу, хватает того, что Люба знает. А ты моя, только для моих глаз, ушей, — она приобняла ее. — И рук смотрю, — девушка почувствовала, как ее рука скользит по пояснице, — Завязывай, мы опаздываем, — Маша поджала губы. — Ты не обижаешься? — Да вроде нет, — девушка пожала плечами, — Я бы посмотрела, какая ты в кругу своих друзей, но боюсь школьница не впишется в ваши светские беседы. — Во-первых, ты давно входишь в мой круг и разумеется, однажды, мы пойдем куда-то вместе. Во-вторых, уж лучше беседы с тобой, чем их светский треп. — Кому ты жалуешься на меня? — В смысле? — Ну я, если обижаюсь или мы ругаемся, все Буше сливаю, а ты кому? — Никому, — она пожала плечами. — Господи, как тебе, наверное, сложно. — Что? Мне отлично! Советую практиковать, а то Буше уже все про меня знает. — Нет, она не знает, где ты живешь. — Пока не знает! Придет день и я уверена, она где-то здесь возникнет, — Лукина взяла Машу за руку и та ойкнула, — Чего? — А, синяки вчера мячиком набила, — девушка показала руку, где от большого пальца шел синяк. — Ты сдурела, так играть сильно?! — Это спорт, Лаура Альбертовна, синяки и травмы — его составляющая. — А как там Буше, кстати? — Это выпендрежница, сегодня еле встала, — Маша улыбнулась, — Она хочет опередить время и быстро восстановиться. — Ты же сказала, что это бесполезно? — А кто меня слушает? — Я. — А вот и нет! Я пятый раз говорю, что мы опаздываем, а ты сидишь. — Ты меня забалтываешь, — Лукина засмеялась и посмотрела еще раз на руку Маши, — Выглядит плохо. — Болит, если только трогать, а так нормально, — девушка вздохнула, — Получила отдушину, полупив мяч. — Надеюсь, представляла не меня? — Не смешно, — девушка помотала головой. — А да, нам нельзя так шутить, за-бы-ла, — она поцеловала ее в нос и поднялась, — Тебе хотела кое-что отдать. — Что? — Маша села на ее место. — Подожди, — она ушла куда-то в свое рабочее пространство и вернулась обратно с коробочкой, — Та-дам. — Только не говори, что это… — Цепочка для подвески, — она кивнула. — Нууу, — Маша сложила брови от умиления. — Снимай давай с браслета его, — Лукина помогла ей переодеть кулон и надела на шею, — Вот теперь все на местах. — Спасибо, — она нежно поцеловала ее, держа за щеку. — Меня заверили, что ее хоть чем тяни — не порвется. Только все равно, пореже его перекатывай, ладно? — Постараюсь. Спасибо большое, — Маша обняла ее. — Я тебя, между прочим, слушаю, и говорю, мы и вправду опаздываем. — Все, поехали, — девушка кивнула, — Люблю тебя. — А я тебя, — они пошли одеваться, — А Буше съезжать не планирует? — Лаура достала свои ботинки. — Что-то сейчас и не хочется. — В смысле? — Ммм, странная она немного, — Маша посмотрела на нее, — Ну что? Дурное предчувствие, да. — На счет состояния ее? — Угу, — девушка вздохнула, — Она правда стала странная. Вроде та же, но что-то… — Настораживает? — Вот, да, — Маша накинула пальто, — У нее явно депрессия, вот только волны у нее какие-то не равномерные. Грустная 2 секунды, но какие… — Какие? — Да там... — Что? — Лукина подняла брови, — Ну, уже начала. Я ей ничего не скажу. — Она вчера разбила тарелку случайно. — Так, — она кивнула. — И я готова поклясться, что она минут 10 смотрела на эти осколки так, словно, возьмет один и вскроется. — Серьезно? — В итоге, я все убирала, — девушка поджала губы, — И это постоянно так. Такое чувство, что она очень долго ведет диалоги внутри себя о том, что ничего делать не надо и диалог все длиннее. Словно аргументов меньше. Первые два раза я была уверена, что перекручиваю, а вот когда она стояла на подоконнике, снимала гирлянду, было видно, что ее прям манит смотреть вниз, а вчера осколки эти... — Вы с ней обсуждали это? — Я не могу, — она помотала головой. — Почему? — Я такой человек. Губка. Заражаюсь плохими эмоциями. — Так, сейчас про губку ты мне зря сказала, — Лукина нахмурилась. — Поэтому сегодня я дома решила поработать, ну так… посмотрю за ней день повнимательнее. — Это правильно, — она положительно кивнула, — Все нормально будет, я уверена. На край, найдем ей психолога. Ты же рядом все время, она это знает и ценит, не переживай, ладно? — Пытаюсь, — Маша протянула, обнимая ее, — Опять испортила утро? — Учитывая, как мы начали день, ничего не испортит его. — Ой, ладно тебе, — Маша засмеялась, — Все, пошли, мы опаздываем и даже не переживаем, что за влияние от меня пошло на тебя? — Действительно! — брюнетка засмеялась, целуя ее щеку много раз. Новый одноклассник оказался не таким и тихим, как казалось сперва. Парень фактически срывал уроки. Он хамил учителям так, словно, они переехали его когда-то машиной и не извинились. Маша чувствовала тревогу рядом с ним, а сидел он прямо за ними с Буше. Все его реплики и крики на учителей, споры, удары по столу, вызывали внутри волну откуда-то из глубин и дна внутренних страхов. Маша сперва не обращала внимания, но когда так проходил четвертый урок подряд, она уже не знала, куда прятать свое переживание. Пятым была алгебра, а перед ней литература. Клавдия Олеговна не выражала злости в сторону парня, но тот объединился с их проблемным одноклассником Борей. Вели они себя позорно и некрасиво, выкрикивая что-то в конце фраз учителя или шутили грязно: — Слушайте, может вы пойдете? Ну, если вам не нравится, чего вы другим мешаете?— Мари обернулась на них, видя, что Кушнир теряет мысль от этих фраз и ей очень неловко и тяжело сохранять самообладание. — Сиди молча, — Ян нахмурился. — Че ты затыкаешь? Ты мешаешь, иди погуляй, раз не нравится! — Я еще раз сказал, заткнись! Сидишь со своей подружечкой-лесбияночкой вот и сидите, — Маша, которая писала с учебника нужные строчки, подняла голову, вопросительно смотря на Буше, — Мне уже сказали, как вы под ручку ходите, фу! — он и его друг захохотали. — Че ты несешь, дебил? — Мари нахмурилась. — А ты залетела до того, как вы стали лесбами или после? — Ян широко улыбнулся. Мари изменилась в лице, она открыла рот от того, что все вокруг начала шептаться: — Что ты… — Говорят уже не беременная, что Третьякова тебе там все вылизала? — Ян продолжал говорить такие вещи, от которых Буше отключалась. — Закрой лучше рот, — Маша обернулась, — Ты говоришь ужасные вещи. — Иди нахер вообще! Че, давай я твою цацку опять порву?! — он потянул руку к ее шее. — Ну все! — Мари вскипела и ринулась на него с кулаками. — Господи, с ума посходили?! — все повскакивали с мест. — Мари, хватит! — Маша пыталась оттащить подругу от Яна, которого она била без зазрения совести. Из-за маха локтем, Маша случайно получила от нее в скулу. — Че ты лезешь?! — Боря схватил Машу, от чего до конца взбаламутил ее негативные воспоминания и ассоциации. — Нет! Нет! Отпусти меня! — Маша локтем дала ему в дыхало. — Ее не трогай, ты че больной?! — Полякова толкнула Борю от Маши, которую затрясло. — Я тебя убью урод, — Буше тоже оттащили от парня, которого она била с силой и злобой. — Успокойтесь все, — Клавдия держалась с сердце. — Клавдия Олеговна, — Маша обошла Борю и подошла к ней, — Вам плохо? — Сердце что-то... — Пойдемте, вам в медпункт надо, давайте-давайте, — девушка с опаской и волнением взяла ее под руку. Буше сидела за столом на перемене перед алгеброй, у нее только остановилась кровь из губы, в которую ударил Ян: — Бу, ты нормально? — Полякова тронула ее за плечо. — Нормально, — девушка хмуро отодвинулась от руки, не было желания обсуждать что-то или говорить. Лаура хмуро смотрела, что весь класс был какой-то притихший и взволнованный. Маша пришла держа на щеке пакетик со льдом: — Ну, чего там? — они все, как один, посмотрели на девушку. — Угу, Третьякова, чего там? — Маша услышала за спиной голос Яна, он шел с разбитым носом, держа на нем уличный снег. Девушка хмуро проводила его взглядом, стоя все еще на месте. — Мах, как там Кушнир? — Таня спросила еще раз. — Сердце прихватило, ей дали таблетки и отправили домой, — девушка сглотнула, — Все нормально вроде, я когда уходила, за ней сын пришел. — А все ты, придурок! — Буше посмотрела на Яна. — Маш, — девушка буквально дернулась, когда ее плеча коснулся Боря, — Извини, че-то я это, не подумал, я не... — Еще хоть раз ты меня пальцем тронешь, получишь не поддых и не локтем, понял? — она стиснула зубы и обошла его, проходя на место. — Буше, дохера выступаешь, тебе мало?! — Тебе самому не стремно на девочку наезжать? — Жуков поднялся. — Че ты на меня попер? — Ян тоже поднялся. — Боялся бы, ты здесь новенький, а они с нами с 1 класса, — еще двое друзей Жукова поднялись, — А Кушнир вообще мировой учитель. — Нашли за кого заступаться! Буше? Серьезно?! Она же… — Тш-тш, — Маша придержала подругу, которая опять попыталась встать, — Хватит, — она сказала ей серьезно. — Так, — в класс зашла Кабатова, она была супер взволнованная. Подойдя к внучке, она подняла ее за подбородок и посмотрела на ссадину, затем на Машу и на Яна, — Ты со мной, — она кивнула парню на выход. — Не пойду. — Живо, — она стиснула зубы. — Нахер идите, вы тупая старая… воспитали подзаборную шлюху, вон только, наверное, и успевает аборты делать, да… Буше словно подменили, слушать о себе она еще сколько-то могла, но бабушку защищать собиралась яро. — Держи-держи! — Жуков толкнул в сторону Яна, хватая Мари. — Хватит, успокойтесь, — Полякова увидела, как с Яном сцепились уже парни, но и Мари не успокаивалась. — Давайте-ка охрану сюда, — Лукина сказала девочкам с первой парты. — Все! — на секунду драка затихла и тут Буше вцепилась в Яна. — Постой вон там, — Лаура подвинула Машу, которая все близко попадала под руки кому-нибудь. — Чего у вас за шум? — 11 класс из параллели зашел в кабинет. — Ты обалдел?! — Дима распахнул глаза, когда Ян отвесил Буше сильный удар в плечо, после того, как та, поцарапала ему шею. — А ты че приперся?! — Ян вскочил на ноги. — Я тебя щас за нее убью нахер, — они бросились друг на друга. — Иди сюда, — Третьякова вытянула Мари в сторону, — На меня смотри, — Маша взяла Буше за лицо, — Все, слышишь? Хватит. Не трогай больше его. — Да, — она словно проморгалась, увидев Машино лицо, — Я что-то… — Все, тш, — блондинка обняла ее, понимая, что Буше еще не до конца пришла в себя. — Дима, хватит, — Кабатова видела, что парни буквально душат друг друга. — Да кончайте! Вы оба уже синие, — Жуков не мог расцепить их, — Димон! — Пусти-ка, — Мари отпустила Машу и подошла к Диме, — Отпусти его, — он помотал головой, — Ну, пожалуйста, — у нее стояли в глазах слезы. — Все, — парень толкнул обидчика девушки. — Че-ты?! Все, сдался? — Хватит, — Мари уцепилась за шею Димы, чтобы тот не пошел снова на Яна. — Повезло тебе, — парень, еле дыша, обнял ее в ответ. — Вот этого к директору, — Кабатова показала охраннику на Яна и вместе с Жуковым, они увели его из кабинета. Урок отменился из-за этого бардака. Все, кто не участвовали в потасовке, были отправлены домой. В классе остались сидеть только Маша и Мари, в приемной директора еще были парни из класса. — На, — Маша передала подруге лед на переносицу. — Ну и фингал, — Мари посмотрела на ее скулу, — Это я тебя? — Забываю, что не только кулаками в драках попадает, — Маша усмехнулась, кивнув. — Лаура Альбертовна, не убивайте, а? — Подумаю, — она протянула Маше холодную бутылку воды, — Что вообще случилось? — Откуда все знают? — блондинка посмотрела на Мари. — Судя по шептанию, знал только он, — Мари поджала губы. — Откуда? — Я не знаю… — она вздохнула, — А что там Боря? — Ничего, — Маша нахмурилась. — Да? А мне показалось... — Ты вдарила, а он чет решил, что я тебе помогаю его друга бить, вот и «поймал». Кхм, я весь день и так от Яна этого стрессовала, а тут… Ну все, отключило. Серьезно, меня прям перетрясло всю, — Маша положила бутылку на шею, — Просто, тупо, врезала ему локтем поддых, настолько триггернуло. — Стрессовала весь день? — Мари подняла брови. — Он то заорет, то поржет, и все за спиной. Бесит. Я и так дерганая по жизни, а тут еще голос непривычный. Медленно, но верно, взбалтывал неприятные воспоминания со дна. — Я думаю, если бы на Клавдии я не психанула, то на алгебре ты бы хуже его размотала. — Почему? — Маша удивилась. — Пару слов в сторону Л.А. и ты бы его упаковала, — девушка улыбнулась. — Ааа, — Маша посмотрела на Лауру, — Скорее всего, да, — девушка вернула бутылку на фингал. — Я смотрю, вас на пол дня оставить нельзя, — Лукина положила руку на плечо Маши. — Можно, но не нужно, — девушка легла на эту руку головой. — Дерется он, как баба, — Мари потрогала нос. — Я конечно понимаю все, но кинулась ты… — Слушай, я бы не кинулась. Ладно, что он нас таааак сблизил… — Как? — Лаура вопросительно подняла брови. — Ну, что мы с Махой зажигаем… — она улыбнулась, — Не ревнуйте. Лучше уж меня с ней сведут, чем… — Ну не развивай, и так дурацкое чувство, — Маша помотала головой. — И даже пусть знает он про меня все… ладно! Но вообще-то, он к тебе рукой потянулся. И так шторка упала, а извините трогать тебя, щас… — В смысле, он к тебе потянулся? — Лукина посмотрела на Машу. — До подвески решил докопаться, Маша же его вчера за нее послала, — Мари пожала плечами, — Сам виноват, ведет себя, как животное. — Угу, — Маша протянула, — Ну и день... — Голова хоть не кружиться? — Лаура посмотрела поближе Машин синяк. — Да все хорошо, — Маша улыбнулась ей, и прикрыла один глаз от боли, — Ау... — Не улыбайся, все, — Лаура вздохнула, прикладывая ее руку с бутылкой обратно, — Хорошо подержи, чтобы прошло. — Мах, а ты там случайно с Таней или Л.А. не обсуждала всю мою историю или… — Чего? — Маша открыла рот от услышанного. — Да, просто...кроме тебя и… — Здрасьте, — Маша усмехнулась, — Я тут за нее переживаю, волнуюсь, в драку лезу! А она меня подозревает, — девушка нахмурилась. — Маш, да кто еще? Ну, может просто где-то говорили про… — Таня даже не знала, что ты беременна, я молчала, никому и ничего! Ты доверила нам с Лаурой свой секрет и мы никуда его не выносили. Я говорю мы, потому что уверена и в себе, и в ней, — девушка разозлилась, — Ой, знаешь что, иди ты к черту! Я вокруг тебя на цыпочках, а ты чуть что, на меня думаешь?! Нормально! Вообще, браво! — она поднялась, — Только кроме меня еще бабуля твоя знает, не думала, что Кабатова опять где-то на жизнь сетовала, какая она бедная, что ты у нее такая?! Видела же, как прибежала сразу, еще даже выдохнуть все не успели, — девушка поцеловала Лауру в щеку, — Созвонимся, до завтра, — и ушла. — Пока, — Лукина проводила ее взглядом и вспомнила, — Блин, а я тебе не говорила, думала это не очень важно, но… бабушка твоя и со мной делилась… что у тебя были проблемы… — Лаура поджала губы, — Я думала дальше педсостава она не выносит ничего. — Зачем она доносит? — Мари нахмурилась от услышанного. — О том, что ты с Машей живешь, знают все. Вот она и оправдывается, почему ты не дома. — А в этой школе хоть кто-то, что-то не знает друг о друге?! — Вряд ли… — она вздохнула, — Вы помиритесь? У меня совсем нет времени сегодня. — Не переживайте, — она кивнула. — Я надеюсь. Весь день Маша работала, проверяя накладные и отчеты, переписывая журналы. В квартире Буше появилась очень уставшая: — Ты дома? — Да, — Третьякова поднялась и вышла в коридор, — Где пропала? — Тренировалась. — После драки еще тренироваться пошла? — Я тебе больше скажу, я еще пойду вечером, потом останусь у Тани. — А, ну понятно, — девушка кивнула и пошла на кухню. — Что ты обижаешься? Ну не… — Как хреново — Третьякова, как просветы — пошла я нахер. — Какие просветы? Где ты их видишь? Я просто не хочу тебя грузить. — А я за тебя боюсь! Сказала, что к Тане, а сама с моста сиганёшь! — Чего? Ну да, тяжело, но я не собираюсь… Слушай, извини, правда. Знаю, что тебя гружу, тебе достается, прости. Если я сдамся себе и реально появится перспектива, что я решу себе навредить — я доверюсь только тебе. А ситуация в школе… Лаура не хотела меня расстраивать, оказывается. Бабушка рассказывает всем о том, что я вот такая беда ходячая. И Ян услышал это от нее, разумеется. — Бу, ну вот, что ты за человек?! — Маша обняла ее, — Пусть говорят, что хотят. Никто не вправе осуждать твой выбор, это только твое дело. — Это между прочим и тебя касается, — Мари посмотрела на подругу, — Твой выбор — кого любить. Лесбиянка ты или нет, мне вообще пофиг, ты мой друг и отличный человек. — Спасибо, — она улыбнулась. — Но останусь я у Танюхи, завтра все равно ты в школу не идёшь. — Хорошо, — девушка кивнула и обняла ее, — Не сходи с ума только. — Я постараюсь, — Мари усмехнулась. О том, что Маша дома одна, Лукина узнала, когда вечером звонила проверить ее. Около часа ночи блондинка наконец-то закончила бумаги, как кто-то позвонил в дверь: — Не поняла, — на пороге была Лаура. — Это тебе, — она протянула ей цветочек розы. — Спасибо, а ты чего пришла? — Я решила, что мне лень ехать домой. — Ммм? — Маша прищурилась, — Ты веселенькая? — Слишком, — она неохотно признала. — Напилась на встрече с подругами и пришла ко мне? — Угу. — Ты на машине?! — она увидела ключи. — Трезвый водитель это очень полезная вещь, — Лаура кивнула. — Ну, раздевайся уже тогда, чего на пороге стоять? — Пустишь даже ночевать? — Дурная? — Маша улыбнулась, — Конечно. Мари же у Тани. — Повезло? — Ты знала, это не везение. — Ну, все равно, — Лукина потянулась к ботинкам, когда ее качнуло. — Ууу, да ты очень весёленькая, — Маша засмеялась, — Давай, садись, — девушка с заботой помогла ей усесться на пуфик. — Прости, пришла тут… — Ладно тебе, отдохнула и отдохнула, не все же тебе со мной возиться, — девушка улыбнулась, снимая ботинки, — Как вечер? — Оказалось, вполне терпимо. Даже интересно было послушать, какие у них там проблемы… После того, как они слёзно рассказывали о бедах с выбором платьев и украшений, я радостно заключила, что проблем у них нет! — Ну, что для одного ничего, для кого-то может быть очень тяжко, — Маша подняла ее за руки. — Весь вечер скучала по тебе и надо было еще после звонка приехать. — Я все равно только сейчас закончила работу, — Маша вздохнула, — Так что, ты вовремя. — Не болит? — Лукина провела, едва задевая, по ее скуле, где красовался синяк. — Не больнее обычного, — девушка махнула рукой, — Ты в душ или сразу спать, или… — О, вот третье или, — Лаура поцеловала ее. — Так вот, чего ты пришла, — Маша засмеялась. — Решила, как день начался, надо так и провожать. — Ааа, может и не плохая идея, — девушка переплела их пальцы рук, снова целуя. Лаура целовала Машу, переходя на шею, и вроде всё было как обычно, но у Маши не получалось почувствовать волны удовольствия. Напротив, каждый поцелуй давался с каким-то усилием, чего она и сама не могла понять. Рука Лауры спустилась к Машиной ноге и едва она собиралась потянуть шорты вниз, девушка отстранила голову: — Подожди-подожди. — Чего? — Лукина вернулась губами к ее щекам. — Лаур, подожди, серьезно, — Маша сглотнула. — Чего ты? — она посмотрела на нее. — Не получается что-то… — В смысле? — брюнетка подняла брови. — Я не могу сейчас. — Что? Я что-то не то делаю? — Лаура тут же убрала руку с бедра Маши. — Ммм, Господи, ну что за фигня? — Маша закрыла глаза рукой. — Да подожди, — весь алкогольный шум словно развеялся и Лаура села, потянув Машу на себя, чтобы та тоже села, — Объясни нормально. — Не могу расслабиться. Не получается что-то совсем, — она сглотнула, — Все было хорошо, а потом что-то… Блин, ну какая же я больная! — девушка закрыла руками глаза. — Да при чем здесь это? — С любимым человеком не напрягаются так, — Маша посмотрела на нее, — А я, как всегда, все порчу и… — Ты ничего не портишь и хорошо, что ты сказала! Не собираюсь я тебя заставлять спать со мной, — Лукина убрала ее волосы за уши, взяв за щеки, — Я не хочу, чтобы мы сейчас с тобой серьезно об этом говорили, потому что мой голос больше, как писк, давай утром нормально во всем разберемся? — Я тебя люблю, — Маша печально сложила брови. — Да я тебя сильнее, — она улыбнулась, — Не переживай даже секунды об этом. Поняла? — Угу, — девушка кивнула, — Ложись тогда спать, хорошо? — Хорошо, — она поцеловала ее в лоб.