Горе Луковое

Лаура крепко обнимала Машину талию, не желая отпускать хоть на секунду. Впервые за долгое время они заснули вместе. Это была первая ночь, когда блондинка не пыталась даже завести разговор о раздельном сне. Они просто занимались любовью и заснули рядом. Машу пробудило желание поесть: — Ммм, — она во всю пыталась разбудить возлюбленную поцелуями. — Я кушать хочу, давай встанем? — Так хорошо спали, — Лаура протянула, не открывая глаза, — Еще и после таких приятностей. — Если мы встанем поесть, то может быть, после завтрака, можно повторить всю вчерашнюю программу. — Начиная из театра? — Лаура посмотрела на нее вскинув бровь. — Почти, — Маша улыбнулась. — Доброе утро? — Очень доброе утро, — девушка поцеловала ее, сперва чуть-чуть, а затем углубила поцелуй, немного нависая над любимой. — Да я же поверила, — Лукина засмеялась. — Я придумала, — Маша села, — Я схожу в душ, а потом поедим, ты еще можешь поспать. — Ага, ты хитрая, разбудила и ушла? — Я такая, — она довольно протянула. — Ну давай так, только не долго. Маша вышла из душа в полотенце: — О, а мы теперь так ходим? — Лаура сидела за столом и ждала, пока согреется чайник. — Я футболку намочила, дашь что-нибудь? — Сейчас, — она кивнула и ушла в комнату. Третьякова подошла к чайнику, который засвистел на плите: — Я нашла. — Давай, — Маша собралась обернуться, но Лаура не дала, взяв ее со спины за оба плеча. — Что ты делаешь? — Я волну нашла. — Ааа, — Маша закрыла глаза и засмеялась. — Почему здесь? — Лукина посмотрела на картинку не больше 5 см, прямо на плече Маши, где лопатка. — А иди вот сюда, — блондинка не оборачиваясь подвинула ее чуть ближе к себе, оставляя сзади. — Так? — Угу, — девушка вздохнула, держа ее за руку, — Я помню день, когда впервые сказала, что вот бы каждое утро начиналось так... Каждое утро, которое мы начинали вместе, я готовила завтрак, а ты, делала вот так, — она положила ее руку на свою талию, — И я знала, что если обернуться, через правое плечо, — она обернулась на нее, — Здесь будет бескрайний океан твоих глаз, — девушка посмотрела в ее глаза, прижимая подбородок к плечу. — Ты такая… — Какая? — Маша подняла брови с улыбкой. — Я тебя люблю всем сердцем, Маш, больше некуда. — Ну, люби тогда. — И буду, — она развернула ее к себе и поцеловала. — Да уж, — блондинка взяла ее за щеки. — Чего? — Никуда ты меня не склоняла… Я сама в тебя влюбилась, — девушка провела по ее скуле, глядя в глаза. — Знаешь, почему, мы вместе? — Почему? — Ты горе луковое… Все время куда-то вляпываешься, все время что-то случается и… ты мое горе, не луковое, а Лукино. Мы с тобой друг для друга созданы. Мы с тобой одна какая-то незапланированная идея вселенной, которая, как магнит липнет друг к другу. И это самое лучшее, что случалось в моей жизни. Ты самая искренняя, честная, справедливая, красивая, умная… — Любимая, забыла добавить. — Маша улыбнулась. — Любимая это в первую очередь, даже говорить не надо! — она кивнула, — Знаешь, что я думаю про тупики все эти? — М? — Пошли они к черту. Надо будет, сами свои лабиринты рисовать начнем. Хочешь в Москву — поедем. Захочешь остаться здесь — останемся. Захочешь на Марс — полетим. Просто потому, что мне не нужны никакие места… я не привязываюсь к ним, нет. Но, как справедливо говорят мои часы… «Дом там — где ты». И ты мой дом и я с тобой хоть на край света, хоть на Луну. — Даже не смотря на то, что мы очень разные? — девушка прищурилась. — В этом же и суть, разные люди становятся самыми родными, — Лаура кивнула. — Ну все, — Маша закрыла глаза. — Что? — Я, кажется, утонула в твоих голубых глазах окончательно. — Да на здоровье! Я дам тебе надувной круг, чтобы ты там плавала нормально, — Лаура улыбнулась. — Хм, — Маша ухмыльнулась. — Чего ты смеешься? — И чего я раньше это платье не надела? — Маша погладила ее шею. — Вот и я вчера так думала, — брюнетка довольно кивнула. — Люблю тебя, родная моя. — А я тебя, любимая, — Лаура втянула ее в поцелуй, напитанным только самым теплым чувством — любовью одной к другой и большего не надо.