Bite Hard

      Томас с любопытством разглядывает содержимое полок в секс-шопе. Там стоят мастурбаторы разных видов, размеров и цветов. От самых сдержанных чёрных, до ярко-красных с золотистыми надписями на боку.       Дамиано закатывает глаза, прочитав «Твоя Личная Омега», что на некоторых из них. Конечно, омеги всего лишь чехлы для узлов, как же ещё.       Виктория рядом с недовольной гримасой, видимо, очень даже согласна с ним.       — Этот секс-шоп полный отстой, — ворчит она. Потом начинает рассматривать маленькие секс-игрушки для омег, на которые выделили всего лишь три полочки. Дамиано понимает её недовольство. Один огромный магазин, и всё, что предлагается омегам, сконцентрировано в этих крошечных полках. Всё остальное либо для альф, либо фигня для всяких  фетишистов, а некоторые так вообще выглядят чересчур сомнительно. Эта индустрия срать хотела на безопасность омег и, блять, не важно, сколько было сделано прогресса, все до сих пор невежественны касательно таких вопросов. Невежественны и безразличны.       — Мне просто надо сделать пару фоток, — шепчет он, надеясь, что продавец не услышит его. — Я не собираюсь оставлять деньги тому, кто думает, что засовывать зонт в омегу это нормально. Мне просто надо убить этого придурка Мануэля.       Дамиано делает несколько снимков молча и отправляет их своему глупому альфе с вопросом: «Что посоветуешь?»       Виктория фыркает и показывает на другой ряд.       — Хочешь пойти посмотреть, сколько там товаров для женщин альф? И там их меньше, чем на твоих полках. Нас же всего два процента из всех альф мира, — сердито распаляется она, а альфа за прилавком с любопытством поднимает на неё голову. — Но нет, мы же должны игнорировать, что узел у нас внутри, и прикидываться, будто любого дилдо нам достаточно, чтобы мы не лезли на стену от боли, когда узел набухает. Дамиано массирует виски.       — Когда мы станем знаменитыми, мы выпустим свою собственную линию секс-игрушек, хорошо?       Вик поворачивается к нему, тоже заинтересованная этой идеей.       — Знаешь, а не плохо так звучит.       Дамиано смеётся, но его веселье мгновенно испаряется, когда они доходят до секции с видео. Одни DVD и Blu-ray диски, где Итан разглядывает всё с приподнятой бровью.       — Нашёл что-то по душе?       — Ты правда думаешь, что мне может понравиться что-то из этого?       Они с Вик начинают читать название и… окей, серьёзно, как люди вообще могут захотеть посмотреть что-то подобное? А потом не только оставаться серьёзным, но и ещё умудриться возбудиться? Почти всё перед ними это фильмы с альфой и омегой. Точнее, только с альфой мужчиной и омегой — чаще всего — женщиной, хотя, есть неплохая кучка с омегой мужчиной. Ну, эти хотя бы более или менее, но смотреть можно.       Тут только один диск с женщинами альфой и омегой, два с двумя мужчинами альфами и то же количество с женщиной и мужчиной альфами.       Всё остальное на полках можно охарактеризовать как исключительное и эксклюзивное порно с парами омег, только женщинами. Зачем омеге помнить, что у него тоже есть член, и он может пользоваться им по назначению. Никому даже не приходит в голову смотреть, как член омеги входит в женщину, ведь с тем же успехом можно посмотреть порно с бетами, нет?       — Все это очень… по-сексистски, — заключает Итан, смотря на огромное количество фильмов перед собой. Но, вопреки словам, его глаза так и остаются прикованными к четырём дискам только с альфами.       Дамиано устало стонет.       — Хватит, купи их уже, я же вижу — тебе смерть как хочется посмотреть их.       — Но ты сказал, что не хочешь оставлять денег этому парню.       — Я сказал, что я не хочу. А не ты. Хотя бы ты тут нашёл себе что-то, не думай обо мне.       Томас, напротив, будто попал в рай. Он нормальный парень альфа, которому нравятся и девушки, и парни омеги, так что он единственный тут у кого нет проблем.       Между тем, Дамиано смотрит на телефон и улыбается.       Мануэль: …       Дамиано: что это значит, альфа? Не хочешь ещё фоток?       Мануэль: Конечно, хочу       Мануэль: Но не хочу видеть эти штуки в твоей попке       Дамиано: что, ревнуешь?       Мануэль: нет       Дамиано: омеге что, нельзя делать себе приятно?       Мануэль: я не говорил такого       Дамиано: выражайся яснее, альфа       Мануэль: мне не нравится, что в тебе бывает что-то кроме меня       Дамиано: ох, поверь, я ничего не хочу так сильно как твой узел, альфа…       Он радостно прижимает телефон к груди. Ему так приятно знать, что Мануэлю не всё равно на него, даже если он прекрасно знает, что ревновать к секс-игрушке глупо.       — Эй, вам помочь? — продавец альфа появляется перед ним, ну, хотя бы с радушной улыбкой.       — Нет, спасибо. Мне не надо, а вот моим друзьям помощь может пригодиться       Мужчина поднимает голову повыше, оглядывая всех остальных ребят разбросанных по магазину, а потом возвращает глаза на Дамиано.       — Простите, за бестактность, просто это так необычно для меня, но… разве вы не помечены?       Дамиано кривит лицо и возводит глаза к потолку. С посторонними о таких вещах не разговаривают.       — Нет, не помечен.       — И вы разгуливаете вместе с тремя альфами?       Господи Иисусе, опять? Ну сколько можно?       — Ага.       Продавец одобрительно присвистывает.       — Ого, круто. В общем, я заметил, как вы разглядывали игрушки для омег. Вам что, ничего не понравилось?       — Ну, у вас и выбор-то особо не велик, — говорит Дамиано, указывая на три крошечных девайса. — Эти очень мелкие, уверен, это ещё и опасно.       Альфа кивает, неприязненно кривя лицо.       — Это потому что мой босс осёл. Он хочет, чтобы мы выставляли товары только для альф. Но если вам интересно, под прилавком у меня есть парочка вещей.       Дамиано смотрит на него взбудоражено.       — Ах, да, мне интересно.       — Подождите тогда у кассы, я вернусь через минуту.       — Эй, постойте! — Дамиано останавливает альфу и кидает взгляд на светлую макушку Вик, которая изображает рвотные позывы, смотря на выбранные Итаном фильмы. — А у вас есть товары и для женщин альф?       — Минуточку, — продавец понимающе подмигивает ему, — думаю, у меня найдётся что-нибудь.       Ну. Вау.       Если это и есть прогресс, то Дамиано всеми руками за. Большой, здоровенный альфа, который не стал домогаться заметив отсутствие метки и то, что он не пользуется подавителями.       Он прислоняется к кассе и проверяет телефон, Мануэль прочитал, но не ответил на его последнее сообщение. В прочем, как всегда. Когда речь заходит о важном, Мануэль исчезает. Дамиано устало фыркает. Так предсказуемо и обидно.       Стопку дисков кладут рядом с ним, а следом и Итан появляется в поле его зрения с серьёзным лицом.       — Говорю тебе, из всех, кого я знаю, ты единственный, кто покупает порно на оригинальных дисках, вместо того, чтобы скачивать их в интернете или смотреть онлайн, — говорит Вик, тоже прислоняясь к кассе. Её боб-каре свешивается по плечам, когда она задирает голову к потолку, хрустя суставами на шее.       Если бы омега сделала что-то подобное, её назвали бы шлюхой. Выставлять вот так шею на показ, без реального намерения принять метку — чистейшей воды провокация. Инстинктивно Дамиано массирует шею. Вик права, они реально держатся за пережитки прошлого, сами того не понимая. Социальная сверхструктура, которая управляет общим разумом.       — Так, думаю, я нашёл то, что вас может заинтересовать, — продавец, наконец, возвращается, улыбаясь, с полной коробкой чего-то. Он начинает выкладывать её содержимое на кассу, разделяя товар на две группки, одну для альф и вторую для омег.       Дамиано разглядывает с горящими глазами то, что положили перед ним. Его внимание сразу же цепляется за бирюзового цвета яйцо, хотя эта штука не совсем походит на яйцо своей формой, она скорее выглядит как…  фасолина.       — А, да, эта вещь работает, поверь мне. Я подарил такую же своему парню на прошлое Рождество и… ну, она вставляется близко к простате, и её не вытащить, пока не намокнешь как в течке, — альфа весело хохочет, и наверно это из-за голодного взгляда Дамиано. Ну, по крайней мере, он думает, что у него именно такое лицо сейчас. Голод, который родился внутри него, невозможно удержать, контролируешь ты себя или нет.       — Эй, а что это за Alpha Wand 3010? — спрашивает Вик, завороженно крутя в руках фаллоимитатор популярного цвета фуксии. Ей эта штука определённо нравится. Дамиано уверен, Вик сейчас чувствует то же самое, что и он.        Продавец кивает ей, а потом с уверенностью говорит:       — Моя бывшая сказала, что это лучшее, что случалось с ней, — под конец он понимающе подмигивает. Не каждый день встречаешь альфу, который предпочитает не только омег. Ну, по крайней мере, все так думают.       — Она хорошо давит на узел? — спрашивает Вик, продолжая изучать игрушку в руках.       — Она специально сделана так, чтобы настраиваться под давление самого узла, — продавец кивает, довольный собой.       Они продолжают говорить, получая объяснения о функциях всех девайсов. Дамиано так и залипает, когда Леонардо — так написано на бейдже, прикреплённом к красной футболке мужчины — рассказывает, что эта фасолина лучше работает на мужчинах омегах, но так же творит чудеса и с простатой альф и бет.       Итан также решает купить такую же для… как он сказал, исследовательских целей.       Дамиано навостряет уши и чувствует, как волнение охватывает его. Позволит ли Мануэль использовать эту фасолину на себе?       Женщины альфы устроены так, что подходят и для активной, и для пассивной роли, то же самое и с мужчинами омегами. Такие пары не редки, и они не будут выглядеть сверхстранно, если поменяются ролями.       Но мужчина альфа, позволяющий вставлять себе в зад что-то… Дамиано уже ясно видит бесконечную цепочку ругательств, которых будет не избежать, если он хотя бы заикнётся об этом. Бесхребетность — вот, как бы это рассматривалось. Способ занизить одновременно и мужественность, и авторитет альфы.       Дамиано: я нашёл кое-что интересненькое для себя       Дамиано: и для тебя тоже… ну, если ты не против       Мануэль: что?       Дамиано: *отправляет фото*       Дамиано: ну, в общем, эта штука типа творит чудеса с такими,  как я… и на альфах она тоже работает ничего, если их уговорить.       Мануэль: ни единой мысли в голову не приходит       Мануэль: она выглядит как фасоль       Дамиано: это надо вставить в зад, Мануэлито       Дамиано: стимулирует простату       Мануэль: Миленько       Дамиано: «Миленько» ты хочешь попробовать её на мне или «миленько» хочешь попробовать на себе?       Мануэль: да       Ух ты ж бля.       Потом Томас задаёт продавцу вопрос, от которого они все чуть вздрагивают:       — Тебе что, нравятся и омеги, и… альфы?       — Да, точно, — отвечает альфа без какого-либо намёка на слабость или тени сомнения. Дамиано определённо готов поменять своё предыдущее мнение о нём и сейчас оставить все свои деньги здесь.       — Можно задать ещё пару вопросов? — спрашивает Томас, смотря на них нерешительно. — Пожалуйста.       Ох.       Ох.       Виктория берёт его под локоть и целует в щёку в качестве поддержки. Итан осторожно суёт руку в коробку и после кивка от продавца вытаскивает ещё два диска, и добавляет их к своей кучке вещей, которые он планирует купить. Дамиано хватает одну и читает, о чём это видео и почему его не было на полках. Ах… конечно же, этого не было на полках, это же тройничок и оргии, только с альфами. Боже, неизвестно, что ещё кинематограф для взрослых прячет для тебя. Дамиано почти решается купить парочку и для себя.       — Хочу сказать, я никогда не продавал столько фильмов за раз.       — Покупать их — единственный способ поддержать производство, — отвечает Итан, а Леонардо приподнимает бровь из-за его низкого тембра и картавости.       — Это официальная отмазка, а на самом деле он просто король дрочил, — говорит Дамиано, передавая продавцу карту, чтобы оплатить все покупки, технически он единственный взрослый среди их четвёрки. Леонардо смеётся, то же делают и Томас с Вик, а Итан невозмутимо показывает Дамиано средний палец. Омега улыбается и шлёт ему воздушный поцелуй, хватая полный пакет покупок.       Его всегда учили, что мир делится на альф, бет и омег, и что ценность человека очень тесно связана с ролью, которую природа даёт ему. Но, правда в том, что природа — и жизнь — гораздо сложнее, чем предопределённая роль, и нет ничего плохого в том, чтобы быть другим и отличаться от стандартов. Вот они такие и не позволят никому указывать, какими им быть.