Хрустальный мир

Синеглазка многое узнала от Шемаханской Царицы, или как она называет ее «Змейка». Последняя занята черной ворожбой, которая помогает ей в повседневных делах и в удержании захваченных вотчин, но отнимает много сил. Для православной Синеглазки ощущать последствия подобного тяжело. Возведет руки к небу и промолвит молитву, чтобы унять бой сердца от тревоги. В знак того, что религии из отличаются, Шемаханская царица говорит своей орде приносить ей иконы, но когда Синеглазка молится, то держится подальше, опасаясь сказать или сделать то, что ее оскорбит. И ее Бога. Суеверными ведьмами непросто управлять, но Синеглазке удается не пересекать черту. Шемаханская Царица ни разу не касалась Синеглазки без ее согласия. И дальше поцелуев дело не зашло. Синеглазка стойко переносит надругательства над ее народом, и сделать ничего не может. Она преклоняет колени перед Богородицей и осеняет себя крестным знамением, молясь и за Царицу, но ей этого не говорит. И все же ощущает Царица пятна света перед глазами. Видится ей всякое и ее нечистые дела не всегда удаются. Наблюдает она за Синеглазкой какое-то время и чувствует, что в ее дело вмешивается нечто потустороннее. — Молишься за меня перед своим Богом? — спрашивает однажды Шемаханская Царица, зайдя в покои Синеглазки. Та опускает глаза долу. — Я бы просто хотела, чтобы в жизни вечной мы были вместе. Жизнь земная — вещь в глазах моего Бога ценна, но она не может продолжаться без конца. — Ты можешь рассказать мне о своем Боге? — спрашивает ее Шемаханская Царица. Синеглазка слабо улыбается и кивает… Шемаханская Царица долго слушает о пустыне, об искушениях, о распятии, о смерти за грехи. Ей становится интересно многое. Она берет Синеглазку за руку и спрашивает. — А всех ли принимает твой Бог? — Тех, кто принимает его как своего спасителя… Шемаханская Царица задумывается. Ей вспоминается скорбь Синеглазки в моменты казней, ее резкое желание уйти, когда Царица ворожит и отчаянное нежелание участвовать в многих делах Царицы. И сама она ощущает себя уставшей. — А если я приму твою веру… Ты будешь счастлива? — спрашивает Шемаханская Царица. Синеглазка широко раскрывает глаза. — Тогда тебе придется отказаться от колдовства. Ты сможешь? Шемаханская Царица задумывается. — Знаешь, после того, как я получила твою любовь и желаемые яблоки, то, думаю, мне колдовство больше не нужно. Хватит жить одним днем. Я прежде всего завоеватель. И сделала немало… Синеглазка была бескрайне удивлена и улыбнулась… Через неделю Шемаханская Царица встала в реку, где над ней по памяти Синеглазка произнесла молитву, идущую от сердца. Странно чувствовала себя Шемаханская Царица, лишенная своих потусторонних сил, но любовь Синеглазки давала ей силы. Когда обряд закончился, Шемаханская Царица повисла на Синеглазке как тряпичная кукла. Ей с трудом удалось открыть глаза. Ей казалось, что она находится в лучах света, что она может различить и свет души своей возлюбленной. Синеглазка поцеловала ее в губы долгим поцелуем. Сердце ее трепетало от нежности. В этот поцелуй было вложено больше, чем в другие дни… Над обеими образовалось нечто большее, чем просто желание быть друг с другом.