Танец солнца

- Я ужинать собираюсь, - Чейтону едва удается вклиниться в монолог Челси, которая рассказывает о каких-то Тиффани, Маргарет, Грейс и Коралин; он достает пиццу из микроволновки, обжигая пальцы протекшим соусом. Девушка осекается, замолкая на секунду, и продолжает уже как-то смущенно и неловко: - Тебе пора? - Нет, - Литтлстоун прижимает телефон к уху ладонью, доставая из холодильника бутылку пива. - Мы можем говорить. Если ты не против. - Я тогда зайду за замороженным йогуртом, - оживляется Челси и жеманно хихикает, - можно сказать, мы поедим вместе. Индеец пыхтит в трубку; он бы предпочел, чтобы они с Челси поужинали по-настоящему, а не чавкали друг другу в ухо. Он слышит звон дверного колокольчика, веселую музыку, шум чужих голосов на фоне; Чейтон рвет пиццу одной рукой, обжигаясь, но даже не морщится, только напрягает лоб, услышав горестный девичий стон. - Что такое? - Мармеладных мишек хочу, - шмыгает носом танцовщица; Литтлстоун вздыхает, отдуваясь; надо же, какая проблема. - Так купи. - Ага, - гнусавит Челси, - буду есть сладкое, у меня жопа ни в один костюм не влезет. - Главное, что мне в ладони влезет, - бросает Чейтон прежде, чем откусить кусок пиццы; блондинка, поперхнувшись воздухом от такой наглости, бормочет что-то возмущенное и неразборчивое.