Джентльмен провожает леди до двери.

      Отголоски ночных приключений забарабанили по голове, напрягая мышцы. Мишель приоткрыла опухшие веки, с интересом всматриваясь в окно, будто за несколько часов сна в шумном городе что-то изменилось. Но все, как ни странно, было тем же, а тело не перенеслось куда-то в пустынное место, где одиночество дополняет спокойствие, и девушка медленно уселась на краю постели.       В спальне как и всегда творился хаос. На разбросанные по полу бутылки внимания обращать смысла не было — они уже приросли к жизни и стали чем-то обыденным после первого насыщенного выходного дня. Сложенная кое-как одежда валялась в углу комнаты и на кресле, и под столом. В принципе везде, куда ночью она слетала с тела.       Мишель недовольно оглянула внешний вид собственного дома, оценивая масштабы уборки, и встала с кровати, дабы начать новый день не в обеденное время, хотя в сон все ещё продолжало клонить. Приметив на кресле бежевую футболку, девушка потянулась всем телом, благодаря чему мышцы немного взбодрились, и принялась натягивать ту на обнаженное тело, параллельно прикрывая глаза.       — Не теми видами любуются туристы… — промурлыкал мужской голос за спиной.       Тихий шорох одеяла зазвонил в ушных раковинах, Мишель улыбнулась. Футболка прикрыла тело, едва скрывая спортивные ягодицы, но чужие руки уверенно ухватились за край. И плавно проскользнули под полупрозрачную ткань, мучительно нежно ведя по спине вверх.       — Ммм, боюсь, после выхода в таком виде на улицу, я не отобьюсь от фанатов… — протянула блондинка, чувствуя мягкое касание губ к плечу.       Ухмыльнувшись, парень продолжил вести дорожку поцелуев по женской шее, ладонью ловя глубокие вздохи девушки. А Мишель таяла под влиянием нежных прикосновений к своему телу, позволяя чужому разуму действовать на неё, как наркотик.       — В таком случае, буду считать, что мне повезло, — прошептал и развернул женское тело к себе лицом. — я не готов делить с кем-либо такую достопримечательность…       Крепкие руки ещё ближе прижали Мишель к себе, будто внедряя ее тело в своё, она поддалась. Завела руки за мужскую шею, пальчиками перебирая длинные пряди волос. А стрелки часов уже перевалили за двенадцать, и две бутылки на полу ударились друг об друга стенами, но он оторвался от манящей шеи, медленными шагами ведя девушку к кровати.       Хотел завести, смотрел в глаза с прищуром и улыбался, специально пахом прижимался к ее животу. А она в ответ только ухмыльнулась и, когда мужчина потянулся вперёд, готовый захватить манящие губы во власть, выставила перед мужским ртом ладонь.       — Тебе пора, Валерио.       И выпорхнула из тёплых объятий, скрываясь за углом комнаты. Поигралась немного, одной ночи в алкогольном беспамятстве было достаточно для этих суток. И парень уже привык к столь резким поворотам событий, что просто рухнул на кровать, закрывая лицо руками. В радиусе пяти метров от своего тела правила устанавливала она, и из принципа нарушать их не стремилась.       — Мы трахаемся по три-четыре раза в неделю, Шелли, — воскликнул Валерио, прислушиваясь к звукам на кухне. — а я все также числюсь «просто любовником».       Квартирка маленькая с плохой звукоизоляцией, было слышно, что девушка явно борется с какой-то посудой, раз нескромный мат льётся из нежных уст. Валерио цокнул языком, так и не дождавшись ответа на своё заявление, и побрел в сторону шума, попутно натягивая на ноги штаны.       — Мне обидно, между прочим, используют, как проститутку, ещё и бесплатно… — театрально нахмурился парень, помогая Мишель вытащить сковородку из ящика.       — Ну, хочешь, в качестве компенсации, приготовлю тебе яичницу, — пожала плечами блондинка. — только осталось одно яйцо…       — Я серьезно, Мишель!       Два года вместе и каждая ночь без обязательств. Такой расклад более чем устраивал обоих в самом начале, только вот совсем недавно инстинкт добытчика, чем считала поведение любовника Мишель, стал вырываться наружу. И бесить жутко.       — Я тоже серьезно, lapin, — безразлично ответила девушка. — мое тело достаётся тебе совершенно бесплатно и в любой день недели, что ещё нужно?       Валерио закатил глаза, мысленно подбирая слова, что сделать правильно было не так-то уж и просто, потому что на каждое заявление собеседница отвечала лишь холодом и самоуверенностью.       — А что, если я влюбился?.. — ухмыльнулся темноволосый, складывая руки на груди. — хочу быть с тобой на постоянной основе, м? Не просто членом напрокат и мальчиком в аренду, а любовью?       Мишель нахмурилась, осматривая парня с ног до головы, и снова принялась, как ни в чем не бывало, готовить себе одной завтрак.       — Любовь — это не вещь, а состояние души, а твоя душа пока зависает в члене, так что, давай не будем углубляться в психологию и созвонимся вечером, — строго проговорила Мишель. — а теперь проваливай, пока у меня не подгорело единственное яйцо.       Как и обычно с полным безразличием в глазах и уверенностью в словах.       И парень ушёл, снова оставляя девушку одну в своей квартире, а, вместе с тем, и жизни. И Мишель улыбнулась своему отражению в зеркале, полной грудью вдыхая свободу.       Любить ей было несвойственно, а, может, она ещё просто не заслужила.

***

      Вокруг шумно, слышатся редкие вскрики, больше напоминающие стоны. Но голова пустует, выгоняет из извилин мозга все мешающие в момент мысли, концентрируя тело на молекулярном уровне. Один поворот, один пропуск, и ты смело отправляешься в больничку. Допустить такого исхода событий уж точно нельзя, нужно показать и доказать сомневающемуся окружению, что можешь больше, чем кто-либо другой.       Взгляд метает искры, а, может, уже и вовсе стрелы. Руки снова сжимаются в кулаки, ноги оказываются в полуприседе, на что вечно недовольный Антонио шипит злобно, таким образом делая надоедливое замечание. Но думать в этот момент — лишнее, нужно действовать, и изящная ручка наносит мощный удар в солнечное сплетение соперника.       — Ура! Победа! — радостно закричала Мишель, прыгая на одном месте.       Молодой парень, достаточно крепкого телосложения, чтобы одолеть хрупкую девушку, еле откашлялся, перекатываясь с одного бока на другой, и также тяжело встал на уставшие ноги, удаляясь за тренировочный ринг.       — Какая победа, Мишель, ты совсем свихнулась! — вскинул руки пожилой мужчина. — сколько раз я говорил: нельзя трогать сплетение, нельзя целиться в смертельно опасные места… Ты бы ещё к шее полезла, в самом деле!       Не слушая замечания тренера, девушка скинула с рук перчатки, хватая бутылку воды и вливая в себя освежающую жидкость с неимоверным удовольствием. Третий или даже четвёртый час подряд Мишель без перерыва занималась в спортивном клубе, не думая о том, чтобы расслабиться и поехать домой. Там ей делать все равно было нечего, а на тренировки пускали в любое удобное для неё время.       Все-таки мало кто мог отказать дочери владельца клуба. Самого Марко — профессионального боксера с десятками кубков за спиной. И, по совместительству, человека, благодаря которому детское хобби Мишель переросло в безумную страсть.       — Этого парня вчера головой в асфальт вбили, он пуленепробиваемый, — ухмыльнулась блондинка, падая на лавочку. — а новые приемы никто не отменял, должна же быть какая-то изюминка.       — Эти твои изюминки у меня уже вот, где! — рассердился Антонио, тыча пальцем в собственную шею. — хочешь проблемы с законом, иди на улицу и испытывай на прочность людей там! А здесь, пока я пообещал твоему отцу сдувать с тебя пылинки, будь добра, хотя бы меня не подставляй.       Во всяком случае, как бы сильно Мишель не хотелось принимать чужое мнение, Антонио был прав. Она часто выходила за рамки дозволенного, хотя ещё ни разу не оказывалась пойманной кем-то, кроме индивидуального тренера. Антонио в буквальном смысле воспитал в ней и спортсменку, и личность. Пока занятый посторонними делами Марко шатался по разным точкам земного шара, привлекая внимание для бессмысленного сотрудничества, Мишель целиком и полностью занимался седовласый мужчина, сам уже из-за возраста не имеющий возможности продолжать своё любимое дело, но горящий желанием передать все свои навыки и знания кому-то другому. В лице целеустремленной девочки.       — Ладно, ладно, не кипятись, дедушка, — улыбнулась Мишель, строя щенячьи глазки. — на соревнованиях буду паинькой.       — Каких соревнованиях? — наигранно удивился мужчина. — такими темпами, ты до них не доживешь.       — Это ещё почему?       Мишель перекинула полотенце через плечо, осматривая собственные кисти. На костяшках старые раны уже начали заживать, а новых синяков вроде как не было, что не могло не радовать, ведь носить чёрные перчатки везде слишком надоело.       — Когда ты последний раз проводила сутки спокойно, а? — поинтересовался Антонио. — на тренировках дерёшься, на улицах вечно влезаешь в какие-то разборки, вон, руки еле в себя пришли.       — Моя попа очень любит приключения! — улыбнулась Мишель во все тридцать два.       — Твоей попе скоро я лично запрещу переступать порог этого здания, — пригрозил мужчина, складывая руки на груди. — Шелли, я обещал твоему отцу помогать тебе развиваться в спорте, а не сделать из тебя кусок отбивного мяса!       Девушка закатила глаза, услышав знакомое и не самое приятное для неё имя. Все вокруг как всегда было связано с черноволосым мужчиной, выкинуть из головы которого хотелось безумно сильно. И Мишель, скрывая раздражение от дорогого ей человека, встала с места, направляясь в сторону раздевалки, а мужчина, конечно же, не хотя, направился за ней, дабы закончить теперь уже бессмысленный разговор.       — Почему всё вечно должно быть связано с Марко?! — неожиданно воскликнула блондинка и резко развернулась. — его мнение нисколько меня не волнует, а тебе он ничего не сделает, ты слишком часто прикрывал его задницу, а он человек слова.       — Тогда подумай о себе! — строго заявил мужчина. — я не собираюсь учить тебя жизни, ты в свои двадцать пять уже многое и сама понимаешь, но, если ты так и дальше будешь пахать как не в себя, ничем хорошим это не кончится!       Мишель остановилась в проходе, смотря в глаза тренеру, и мягко улыбнулась. Все-таки, каким бы строгим он не был, она любила его, как родного, и когда-то поклялась жить только ради него одного.       — Хорошо, пойду закуплюсь чипсами и буду отсиживаться дома.       Антонио улыбнулся на слова девушка, уходя к проигравшему парню, чтобы точно также осыпать его бесконечными замечаниями, а Мишель, умиротворённо выдыхая, наконец, зашла в раздевалку.       Уставшими руками она быстро стянула с себя всю лишнюю одежду, кидая на отражение короткий взгляд и в сотый раз убеждаясь, что спорт, коим она начала заниматься в раннем детстве, пошёл на пользу. Она никогда не убивала себя тренировками, не пыталась стать лучшей из лучших, хотя уже ей и являлась, но всегда воспринимала своё занятие слишком близко к сердцу, оттого и мучалась от переизбытка эмоций.       Пока мысли каруселью крутились в голове, Мишель не заметила, как уже приняла душ после выматывающей тренировки, и оказалась под прицелом ядовитых взглядов парочки коллег по хобби. Девушки с интересом разглядывали блондинку, перешёптываясь между собой, на что Мишель могла только усмехнуться им в глаза и выйти из небольшого помещения с гордо поднятой головой. Чаще всего она любила задеть их за больное в качестве мести, кинуть какую-нибудь острую шутку или даже обидную фразочку, но сейчас и голова, и тело ныли от усталости, умоляя хозяйку как можно быстрее добраться до дома.       Шумная улица встретила Мишель легким ветром, с самого утра немного охлаждающим пылающий солнцем город. Последний выходной день почему-то был не таким активным, как предыдущий. То ли люди уже начинали готовиться к новой рабочей неделе, а туристы устали сгорать в жаре, то ли Мишель действительно настолько сильно устала, что не обращала внимание ни на что вокруг, только выискивая глазами своё парковочное место.       Прохожая парочка оглянула Мишель с любопытством, хотя выглядела она самым обычным образом, в простой спортивной одежде и без попыток выделиться среди других необычными аксессуарами, но сам образ приманивал к себе взгляды, и хотелось просто стоять и молча наблюдать за каждым ее легким движением. А она действительно совершенно спокойно достала из кармана курточки ключи от машины, нажала на кнопку, и та мигнула яркими фарами.       Совершенно ничем не выделяющаяся среди других машина мигнула яркими фарами, издавая излюбленный Мишель звук, и девушка с улыбкой на лице подошла к ней, рукой проводя по капоту. Да, ничем не примечательная, если не брать в счёт неоновый зелёный цвет, под яркими лучами солнца слепящий глаза. Ее она приобрела на свои первые честно заработанные на гонках деньги, когда желание одалживать машины у друзей пропало. И хотя Мишель продолжала менять спорткары каждую ночь, подбирая под определенную гонку подходящую под неё машину на участках каких-нибудь обеспеченных людей, оставляющих дом без присмотра, на своей она гоняла только в особенных случаях.       Положив спортивную сумку на капот, Мишель уставилась на экран телефона, дабы ответить надоедливому другу на его попытки сблизить души. А за спиной послышались шаги и тихий голос, отвлекающий от дела.       — Тебя очень много в этом городе. — улыбнулся парень незамысловато в женскую спину, и девушка развернулась.       — Да… не самая адекватная вещь, которую только можно сказать девушке при встрече… — задумалась Мишель, склоняя голову. — что ты делаешь один на парковке возле бойцовского клуба?       Поддерживать диалог особого желания не было, но и уезжать так скоро не хотелось. Что-то все-таки сдерживало стоять на месте, наблюдая за знакомым.       — Я жду ребят, тут недалеко музыкальный магазин, — скромно ответил Итан, поправляя волосы в привычной манере. — а ты здесь откуда?..       Парень прищурил глаза, поджимая губы, заинтересованно дожидаясь ответа от девушки. Которая, в свою очередь, удивленно выгнула бровь, не имея особого желания вдаваться в подробности своей биографии.       Ну и, ко всему прочему, было неловко.       Взрослая девушка — потенциальная убийца, и молодой музыкант — жертва ночных приключений.       В радиусе трёх метров царила неловкость, исходящая скорее от Итана, нежели от равнодушной Мишель, раздраженно посылающей своего героя-любовника сообщением.       — Домой еду. — наконец, улыбнулась девушка, отправляя телефон в карман.       Итан покачал головой, рассматривая незнакомую ему машину, от цвета которой хотелось вырывать глаза, и перевёл взгляд на синюю сумку, которую Мишель уже схватила в руки, дабы кинуть на заднее сидение.       — Такая сумка…странная, — подметил Итан, снова нарушая неловкое молчание. — что у тебя там, золотые слитки?       — Тело.       — Что?..       — Что? — Мишель удивилась, передразнивая Итана, и в следующую секунду громко рассмеялась.       А парень, ещё, видимо, не привыкший к подобным шуткам со стороны теперь уже более знакомой ему девушки, неуклюже провёл рукой по волосам, собирая те в хвост то ли из-за жары, то ли от лёгкого испуга. Общаться с ней было тяжело, даже смотреть в серые глаза казалось чем-то из ряда вон выходящего. Непредсказуемость лилась из ее тела без особых затруднений, а безразличный вид путал Итана ещё больше. Особенно когда взгляд прошёлся по изящным женским рукам, покрытым зажившими ранами и синяками.       — На, возьми, cocotte. — бросила Мишель, протягивая парню резинку для волос.       Ярко-розовую, тонкую и совершенно обычную, но какую-то особенную.       — Спасибо, — скромно улыбнулся парень, используя одолженную вещь по предназначению и все также смотря в чужие глаза. — необычная машина, точнее — цвет, на контрасте с той… почему ты не на ней, кстати?       — Продала. — пожала плечами Мишель, надевая солнцезащитные очки.       Глаза скрылись за темными стёклами, Итан выдохнул. Как ни как, смотреть в серую бездну, покрытую необъяснимо притягивающей дымкой, отвлекало от мыслей, заставляя всматриваться вглубь, искать что-то там — на дне. Будто там скрывалась лёгкость.       — Странно, менять такую крутую машину на что-то более простое, — задумался Итан, поджимая губы. — хотя, я в них не особо-то и разбираюсь.       — Странно стритрейсить на одной и той же тачке несколько заездов подряд, — ухмыльнулась Мишель, открывая водительскую дверь. — теряешь уважение.       Машины, стритрейсинг, заезды. Как на полоску ровно встало в голове Итана, собиравшегося либо удивиться, либо углубиться. Сам не понимал, что сказать или спросить будет удачнее, просто стоял и смотрел, как девушка садиться в машину, захлопывая дверь и открывая окно пассажирского сидения. И пробил транс услышанными окликами собственного имени от друзей, явно потерявших своего друга на долго.       Итан осмотрелся вокруг, замечая спины ребят через несколько парковочных мест от себя, и снова повернулся к ярко-зелёной машине, чтобы попрощаться с Мишель, но та уже сорвалась с места, уносясь в сторону выезда с парковки.       Будто скрылась с места преступления — того, где жертва-Итан столкнулся с главной ненавистью своих друзей.       Неловко потерев затылок, парень засунул руки в карманы и направился в сторону машины Дамиано, где ребята уже нервно постукивали пальцами по телефонам, собираясь искать заблудившегося среди машин друга.       — О, ты где был? — нахмурилась Виктория, кивая в сторону длинноволосого друга.       — Забыл, где припарковались, — коротко бросил он, все ещё обдумывая прошедшие пару минут. — поехали.       Не дождавшись ответа друзей, Итан залез на пассажирское сидение, оглядываясь в окно, но яркий след простыл в Римском воздухе, и парень напрягся, остерегаясь того, что кто-то из группы мог видеть его рядом с девушкой, ведь те последовали за барабанщиком, удивленно поглядывая на него.       — Лео звонил, завтра все отменилось, — спокойно произнёс Дамиано, трогаясь с места. — скорее всего, перенесут на субботу, и то не факт, если, конечно, ему удастся договориться.       Через открытое окно легкий ветер трепал волосы, освежая нагретый солнцем салон. Пара торговых центров, где все утро друзья гуляли в поисках каких-то, к слову, не нужных вещей, сменилась на жилой район, с большим количеством прогуливающихся людей и бесчисленными светофорами, все из которых фронтмену удалось проехать без ожидания. И только один, как ни кстати, загорелся красным в самый последний момент.       — Можем завтра сгонять к Рико, — заговорил Томас с заднего сидения, толкаясь с Викторией плечами за право выбрать музыку на телефоне. — он звал…черт, это мы не будем слушать, Виктория Де Анджелис!.. Звал выпить, давно не виделись, все-таки.       — Без проблем, с тебя закуска! — улыбнулся Дамиано, кидая взгляд в окно.       И задерживая на ярко-зелёной машине, стоящей вровень с его, где за белоснежным рулём мило махала ручкой Мишель, улыбаясь соблазнительно раздражающе.       — Твою мать, снова она! — выругался фронтмен, на что ребята удивленно переглянулись, а Итан выглянул из-за головы друга.       Встречаясь с серыми глазами, виднеющимися из-за очков. И девушка подмигнула.       Красный цвет сменился на желтый, тот — на зелёный.       Дамиано вдавил в педаль газа, срываясь с места и уносясь прочь с очередной встречи, но…       Взрывающая глаза машина вырвалась вперёд, подмигивая фарами и змейкой обходя другие автомобили.       А неловкость пропала, и Итан улыбнулся вслед.