Джентльмен провожает леди до двери.

      — Ты ненормальная, Шелли!       Под ногами хрустели сухие палки, листья и что-то ещё, что пугало своей неизвестностью. Вокруг полная темень, в лицо то и дело лезли ветки, царапая кожу.       Что такое адреналин, спросили бы у Итана, и он просто молча ткнул бы пальцем в Мишель, предварительно укоризненно закатив глаза.       — Тише, не отвлекай, — фыркнула девушка за спину, и Итан передразнил ее незаметно. — я пытаюсь понять, куда идти.       — А, то есть ты ещё не знаешь маршрут, да?       Злиться на неё было бесполезно — это дало бы ровным счётом ничего и дозу презрения во взгляде. Но из всех возможных вещей, которые только могла сотворить она, внезапно возникшая в ее голове идея показалась самой, мягко говоря, смертельно опасной.       — Я знаю маршрут, cocotte, но раньше ориентироваться было проще!       — А что изменилось? — нахмурился парень, складывая руки на груди. — ленточку сама к стволу привязала? Или, может…       — Тут были кости. — бросила Мишель, кивая в сторону.       Так спокойно, будто это абсолютная норма, ухмыльнулась самой себе, уже своим телом чувствуя, как вибрируют нервы Торкио.       — Для леса — это ещё не так странно… — задумался Итан, оглядываясь по сторонам.       — Если ты часто встречаешь человеческие останки в лесу, мне тебя правда жаль…       — Ну, я не так часто шляюсь по лесу в три часа… Чего?!       Итан резко замер на месте, видя всю свою проносящуюся перед глазами жизнь. Стало действительно страшно, по телу пробежал холодок, хотя ночь, как кстати, выдалась очень тёплая. Только барабанщика даже это не радовало: пару часов назад он помогал Мишель смывать краску, пока она при смерти сидела уставшая на краю ванной, а сейчас темноволосая оторва перепрыгивала через бугры на земле, намекая на пробуждение своей легкой неадекватности.       — Да ладно тебе, я шучу, — рассмеялась Мишель, светя фонариком на побледневшее мужское лицо. — расслабься и получай удовольствие! И пошли уже дальше.       — Да, действительно…как это я раньше не догадался просто получать удовольствие… — театрально удивился Торкио, резко нахмуриваясь. — я вообще не понимаю, почему нельзя было, как адекватные люди, идти через въезд?!       — Адекватные люди, cocotte, в это время спят в кроватях, а не идут на рисковое дельце.       — Вот именно, Шелли, спят! — воскликнул парень, разводя руки в стороны. — какого черта мы не спим?..       Итан закатил глаза, когда вместо ответа получил очередной смешок, и поплёлся дальше, едва догоняя шагающую перед ним девушку. И что-то до ужаса противное коснулось кожи лица, на что парень звонко заорал, чуть ли не визжа, и понесся вперёд.       — Боже, что там такое? — цокнула Мишель, останавливая Торкио за руку.       — Не знаю! Паутина, наверное! — фыркнул, смахивая с лица незаметные глазу нити.       — Ты безжалостная сволочь, как тебе не стыдно?! — внезапно нахмурилась девушка, пихая Итана в бок.       И принялась аккуратно снимать с мужского лица паутину, будто в такой темноте вообще видела очертания черепа.       — Чего?! Оно само полезло на меня!       — Ага, вот иди теперь и плети бедному паучку новый дом! — прошипела Мишель, будто на полном серьезе. — ты в курсе вообще, что он три часа мучается, чтобы сплести себе 39 радиусов, 35 витков и 1225 точек прикрепления радиусов к спирали!       — Это и был твой ориентир что ли? Откуда такие познания?       — Этот крестовик не раз попадался мне на глаза, когда я тут гуляла. — пожала плечами девушка, снова направляясь куда-то вперёд.       Она была слишком умная, чтобы пользоваться своими знаниями в области сарказма.       И Итан громко усмехнулся, представляя описанную Мишель картину, пока до сознания не дошло:       — Крестовик — это…       — Да, меня еле откачали, — улыбнулась Мишель, оглядываясь назад. — так, без паники, это снова была шутка. Думаешь, я всех жителей этого леса знаю? Я только медведя видела, и то издалека.       Кажется, Итан окончательно побледнел, будто ощущая, как собственная кровь собирается в один огромный тромб и, крутя пальцем у виска, в панике убегает обратно в город. Тело пробило дрожью от очередного в шутку сказанного Мишель животного, хотя на шутку это похожим не было.       Лес действительно был большим и чересчур дремучим. Посмотри вверх, и лишь кое-где, среди плотно приближённых друг к другу верхушек деревьев, можно было заметить просветы, и то днем — сейчас ночное время суток полной чернотой окутало окрестности. А по сторонам лучше вообще было не смотреть — глухая тишина и редкие хрусты веток, валяющихся на земле, только больше заставляли мозг думать о том, что вот-вот и откуда-то точно выскочит громадный зверь и…       — Эй, ты там идёшь? — окликнула Мишель, замечая, что Итан так и остался стоять на месте уже вдалеке.       — Шелли, а, может, домой?.. Хочешь, я тебе чай заварю, самый вкусный из всех, что ты пробовала?.. Ну или, не знаю, фильм посмотрим? Да я тебе сам могу сыграть любую роль! Только, давай вернёмся, а?..       Надежда в голосе перемешалась с дрожью, адреналин от страха вынудил Торкио замяться на месте, светя вторым фонарем на женское тело. И ноги шагать отказывались, так и приковавшись к выступу на земле.       — Ты стоишь на муравейнике, — ухмыльнулась девушка, и Итан резко отскочил в сторону, всматриваясь в небольшую горку. — это во-первых, а, во-вторых, если тебе так страшно, чего тогда пошёл со мной?       — Действительно, чего это я не отпустил тебя одну в дремучий лес среди ночи… — закатил глаза Итан, вымученно выдыхая. — это реально опасно, Мишель, и я даже не знаю, что хуже — то, что мы сейчас вообще непонятно куда забрели, или то, что мы собираемся делать!       И одно, и другое в голове не укладывалось, что и не было удивительным для такого человека, как Итан Торкио. И, кажется, за все время знакомства с Мишель, он все ещё не привык к ее, порой, не самым обдуманным идеям, хотя сейчас по выражению ее лица сложно было сказать, что она в чем-то неуверенна.       — Послушай меня, cocotte, я проворачивала это несколько раз и знаю каждый шаг поэтапно. А раз я сейчас стою тут с тобой, значит никаких проблем ни разу у меня не возникало, — серьезно заявила девушка, внушая доверие. — ты можешь сейчас, конечно, развернуться и уйти, но будет обидно, потому что мы уже пришли.       Мишель кивнула головой назад, и Итан заглянул за неё, замечая недалеко просвет и тусклые блики уличных фонарей вдоль дороги. И, вроде бы, должно было стать спокойнее и даже радостнее, что они, наконец, добрались до цели без ущерба здоровью, но организм решил наоборот, снова начиная бешено волноваться.       — Напомни мне позвонить в полицию, когда появится связь. — ухмыльнулся парень, обходя девушку стороной.       — Поверь, она приедет быстрее, чем ты вспомнишь, кто я.       Оставшиеся пару минут, что пара добиралась до дороги, прошли в полной тишине, неприятно отдающейся эхом в черепной коробке. Итан пару раз взглянул на время, дожидаясь нужной минуты, в которую, по словами Мишель, как раз и получится исполнить задуманное.       Выкрасть собственную машину с территории особняка, на каждом углу которой развешаны камеры и сигнализации, у человека, в верхнем ящике тумбочки которого дожидается своего часа заряженная пушка. Ничего более абсурдного Итан и не слышал, а когда видел подобное в фильмах, удивлялся нереалистичному сюжету, прекрасно понимая, что такое просто невозможно провернуть.       А сейчас, стоя перед высоким железным забором, на верху которого была натянута проволока с, кажется, самым высоковольтным напряжением, он и вовсе отказывался воспринимать происходящее, как действительность.       — Как мы…       — Тщ! — прошипела Мишель, закрывая рот Итана ладонью. — никаких разговоров, только знаки.       Да он и знаки-то не знает никакие, чуть что, сорвётся с места и убежит куда угодно, лишь бы не попасться ни в чьи руки. Только девушку предварительно с собой прихватит, несмотря на то, что она упираться будет.       Потому что за неё сейчас было страшнее всего — она и так приходилась не по душе своему отцу, поставившему жизнь дочери под угрозу, так теперь он и вовсе мог сделать все, что угодно в отместку, и самые худшие варианты крутились в голове, пока он тихо шагал за женским телом.       На улице было достаточно темно, чтобы в полностью чёрной одежде пару было едва заметно. Мишель оглянулась вокруг, будто выискивая что-то, и, найдя нужное место, подошла к нему, отодвигая в сторону кусок железного забора.       Когда-то давно именно так ей и удавалось сбегать из дома, чтобы побыть одной. По правилам мачехи, девушка уже в 22:00 должна была тихо сопеть в постели, но никто даже предположить не мог, что, как только дверь в спальню старших закрывалась, Мишель вылезала из окна второго этажа и убегала в тот самый лес, в котором часами могла сидеть в полном одиночестве.       Откинув воспоминания в сторону, девушка прошмыгнула в дыру и дождалась, когда парень повторит за ней и окажется на самой территории особняка. Охрана уже спала, хотя два амбала и должны были сменять друг друга каждые сорок минут, но, видимо, ни сил, ни желания на это не у них не было, а сигнализация и без них довольно хорошо справлялась, что Мишель тут же подметила, замечая под навесом крыши серебристую коробочку.       — Просто будь начеку. — проговорила Мишель губами, и Итан послушно кивнул головой, слыша в ушах только бегущую по сосудам кровь.       Каким-то неимоверным чудом, будто самый настоящий профессионал, девушка спокойным шагом пошла вперёд по дорожке, на что Итан зажмурился, уже дожидаясь воя сигнализации, но та, как ни странно, не сработала. Только в кармане штанов почувствовалась вибрация, Итан вытащил телефон и снизил яркость, прочитывая сообщение.       Шелли: хочешь не попасться сигнализации, думай, как охрана! Они ходят по участку по определенным точкам, cocotte, присмотрись к дорожке.       Итан перевёл взгляд на указанное место, прищуриваясь, и еле заметил пункты, выстилающие нужный путь. И пока он едва переставлял по ним ноги, боясь сделать шаг в сторону даже на миллиметр, Мишель уже скрылась из виду. Только тень ее петляла за поворотом, и тихий шорох слишком громко разносился по участку.       Цыплёнок: ты шумишь, будь тише!       Шорохи заглохли, и парень, наконец, оказался на широкой парковке, округляя глаза. Несколько действительно дорогостоящих автомобилей разных классов блестели от чистоты, и, казалось, над каждой висел ценник, улыбаясь застывшему на месте парню в ответ.       Шелли: у нас есть две минуты, cocotte, хватит стоять там!       Сто двадцать секунд, чтобы нарушить закон или вовсе попасть под пулю.       Итан вздрогнул, чувствуя, как адреналин начинает мучительно медленно вытеснять кровь, и сорвался с места, все такими же тихими шагами подходя к девушке. Сидящей перед водительской дверью ярко-зелёной машины и уверенно ковыряющей обычной шпилькой в замке.       Сто секунд, чтобы бесшумно оказаться внутри чёрного салона.       Послышался тихий щелчок, что тут же растворился в ночной тишине. Мишель резко, но очень даже тихо, открыла дверь и кинула на неё Итану, что понял без объяснений, через водительское сидение пролезая на пассажирское.       Девяносто секунд, чтобы завести мотор без ключей.       Мишель влезла за Итаном, кажется, даже не закрывая дверь до конца, и задумчиво оглянула салон изнутри, радостно улыбаясь. На что Торкио тихо цокнул, намекая на остаток времени, и девушка принялась заводить машину той же самой уже изогнутой шпилькой.       Семьдесят секунд, чтобы оказаться на гране провала.       — Черт. — тихо выругалась Мишель, подсвечивая себе вид экраном телефона.       Итан напрягся, почувствовал, как сердце выпрыгнуло из машины, ощутил на себе чей-то взгляд, будто все люди Италии сейчас стояли вокруг и наблюдали за происходящим. Хотя рядом никого, кроме сосредоточенной девушки не было, и слышалось, как оставшиеся секунды бешено бежали вперёд.                    А машина все никак не заводилась, что и не было таким уж удивительным, учитывая то, что пробовала Мишель исключительно кривой шпилькой.       — Фак, я забыла!       Итан резко прижался к спинке сидения, когда Мишель чуть ли не полностью перекинулась через его ноги, шаря рукой где-то в двери. И, кажется, молитвы были услышаны, потому что в женской руке показался, видимо, запасной ключ от машины, на что Итан тихо рассмеялся.       — Серьезно? — нахмурился парень, всматриваясь в серые глаза. — ты хранишь запасной ключ от машины в самой машине?       — Ага, на случай вот таких ситуаций. — ухмыльнулась Мишель, вставляя ключ в нужное место.       Двадцать секунд, чтобы оглушить все в радиусе нескольких десятков метров.       Рёв мотора разнесся по всей территории участка, отражаясь от железного забора с двойной силой. Яркие фары холодным светом ударили по массивным воротам, и стало видно небольшой кусочек сада по бокам.       — Как мы выберемся отсюда, ты подумала?! — воскликнул Торкио, когда где-то позади, на улице, послышался звон сигнализации.       — Как и все адекватные люди, — ухмыльнулась Мишель, кладя руки на руль. — через въезд.       Пять секунд, чтобы молниеносно пролетела в голове мысль о скором провале.       Но Мишель уверенно вдавила в педаль, резко срывая машину с места, и та с диким ревом и грохотом сорвала с петель тяжелые ворота, не оставляя на ярком капоте ни намёка на малейшую царапину.       А сзади послышались чьи-то голоса и все тот же вой сирены, но девушке уже было все равно. На огромной скорости она неслась куда-то вперёд, по ровной дороге, не обращая внимания ни на то, что во всем посёлке включили яркое освещение, ни на то, что Итан вжался в сидение, умоляя немного замедлится.       Она слишком давно не выплескивала свои эмоции.       — Что ты творишь?! — прорычал Торкио, когда девушка резко повернула руль до упора, и машина слетела с обочины, оказываясь на смутной лесной дороге.       В лобовое стекло били массивные ветки, оставляя незаметные царапины, по бокам — стволы деревьев, влететь в которые — проще простого. Машину трясло с неимоверной силой, а Мишель будто приросла к сидению, даже не дёргаясь и совершенно отрешённо от окружающей обстановки следя за дорогой.       И Итан не успел понять, как все произошло, когда, распахнув глаза, оглянулся вокруг и почувствовал полное спокойствие.       — Боже… Получилось! — внезапно воскликнула Мишель, хватаясь за голову руками. — ты понимаешь это?! Все получилось!       Мишель выпрыгнула из автомобиля, меряя небольшой участок побережья кругами, и снова заорала в голос. Итан же вылез за ней, едва удерживаясь на ногах от злости и головокружения после молниеносной поездки.       Все ещё дрожащими руками достал из кармана потрёпанную пачку сигарет, выудил одну, и та как назло выскользнула из напряжённых пальцев, падая на землю. Вместе с остатками рассудка, которого, кажется и вовсе не было последние пару часов.       — Получилось, да… — протянул он, пиная сигарету ногой. — ты видела, что там творилось?! Ты хоть понимаешь, что мы наделали?!       — Да ладно тебе, успокойся, все же нормально сейчас, это глав… — Мишель добродушно улыбнулась, дотрагиваясь до мужского плеча, но то резко отдернулось.       — Нас найдут… там везде были камеры, нас поймают…       Парень отошёл в сторону, закрывая лицо руками от безысходности. Пару минут назад он ввязался в криминал, и осознание стало медленно приходить в голову вместе с комом, встающим попрёк горла. Оттого и хотелось разорвать нервы, чтобы просто не испытывать их неистовой дрожи.       — Итан, пожалуйста, успокойся. Не хватает сейчас ещё твоей истерики.       — А я и не собирался! — раскинул руки в стороны Торкио, но Мишель закрыла его рот ладонью, начиная злиться сама.       — Ты действительно думаешь, что я настолько идиотка, чтобы лезть на территорию, где каждый квадратный миллиметр увешан камерами?       В ответ барабанщик только промычал что-то, нахмуриваясь.       — Как только Марко увидит, какая тачка пропала с его парковки, он поймёт, чьих это рук дело. Кому сдалась Тойота, когда рядом стоит Бентли, м?       — Ты прямо так уверена в этом, да? — оторвал женскую руку от своего лица парень, задерживая в воздухе. — ты сирену слышала? Да там весь посёлок нас лично искать пойдёт, пропажа приметная, и полиции ничего не будет стоить среди чёрных машин зелёную заметить.       Насколько сильно он сейчас не был бы прав, все тщетно. Мишель рассмеялась так, словно услышала самую большую глупость в своей жизни, и, отойдя от Итана, прислонилась к капоту.       — Cocotte, ты такой наивный. Как, думаешь, он объяснит, какого хрена машина, по всем документам принадлежащая мне, делает на территории его участка?       — В гости приехала семью навестить… а вдруг ты собиралась устроить покушение не только на машину, но и на их жизни? На слово тебе поверят что ли?       — Да, приехала в гости показать собственному отцу видео с камер наблюдения из подъезда, откуда неделю назад вышел парень в капюшоне, сел в мою машину и уехал, предварительно оставив отпечатки крови на месте происшествия со мной. Ему повезло, что из-за ломки я не смогла сопротивляться долго.       — А как же?.. — снова заговорил Итан, но Мишель перебила его, закатив глаза.       — Да-да-да, Марко крутой мафиози, не спорю, — ухмыльнулась девушка, покачивая головой. — но знаешь, в чем его главная ошибка? Он, порой, настолько увлекается своей властью над чужими жизнями, что напрочь забывает о самых банальных вопросах.       — Что убивать — не хорошо?       — Это правило у него в чёрном списке, нет… — цокнула Мишель, запрокидывая голову. — если хочешь провернуть нечистое дельце, никогда не обсуждай каждый свой шаг поэтапно даже в СМС, разве что шифр, и то его быстро разгадывают…       Задумчиво оглянув девушку, что уже чуть ли не языком вылизывала своё драгоценное авто, Итан переварил услышанную информацию, принимая ее, как что-то из разряда «доказано великими умами». Хоть и злость, и желание убедить Мишель в том, что она поступила как минимум нехорошо, все ещё кружили голову. Но ни сил, ни желания снова заводить с ней спор не было.       — Эй, ты любишь ее больше чем меня… — надулся парень, меняя тему. — я начинаю ревновать.       Мишель только ухмыльнулась, продолжая осматривать капот на наличие царапин, и не по-доброму сверкнула глазами в темноте.       — Конечно, больше, она же не гундит ежесекундно и любит рисковать, в отличие от тебя! — указала Мишель на Итана, приподнимая брови.       Необъяснимое ощущение прошлось по организму. То ли адреналин ещё не выветрился, по сосудам гуляя, то ли терпение откланялось, оставляя парня наедине с девушкой на том самом тихом месте возле пруда. А, может, все вместе.       — Видел бы ты своё лицо, начиная с того момента, как я ещё в ванной сказала тебе про лес… — продолжала Мишель, и все слова ее сплывались в один протяжный «пип» в голове. — а в лесу?! Я думала, что на дерево залезешь, когда…       — Мишель? — позвал Итан, приближаясь к девушке.       — … я сказала тебе про останки, Боже! Никогда не…       — Шелли! — уже более настойчиво, так, что от лобового стекла отразилось.       — М?       — Заткнись, а!       Ее болтливые губы приоткрылись от возмущения, и Итан, не теряя ни секунды, бессовестно впился в них поцелуем. Нисколько не нежным, без стеснения, что раньше присутствовало всегда. И с одним намёком — жгучая страсть уже опаляет тело, в голове триггер на красном полотне твердит — можно.       Одной рукой Торкио заблокировал женское тело, всем своим весом прижимая к машине за ее спиной. И вроде бы должно было стать больно, но боль эта приятной волной прошлась по телу, под напором некогда сомневающегося в себе человека сжимая лёгкие.       Ещё одна секунда на ногах, Итан подхватил Мишель под бёдра, усаживая на нагретый капот. Она взглянула на него, как на умалишенного, на сосредоточенном лице прочитывая, что он скучал. Но было это намного серьезнее, чем просто животная похоть. В крови им друг друга не хватало.       — Забыл, что делать? — хихикнула Мишель, наблюдая за застывшем в пространстве парнем.       Но ответа не последовало, только показательное цоканье языком, что тут же прошёлся по шее, оставляя блестящий след. Мишель торопливо принялась расстёгивать пуговицы на старой спортивной кофте, но Итан убрал ее руки в сторону, одним уверенным рывком расправляясь с лишней тканью. От контраста плавящейся изнутри кожи и прохладного ветерка уже можно было сойти с ума — девушка вздрогнула всем телом, прижимаясь к Торкио грудью, отчего тот готов был разорваться на части от ощущения бархатной кожи на своей.       Хотел настолько сильно, что звериным поцелуем прильнул к шее, тут же оставляя яркий след. Мужские руки двигались вдоль изгиба позвоночника, пересчитывая каждый позвонок пальцами. Он упивался запахом до безобразия идеальной кожи, целуя шею, ключицы, подрагивающие плечи, и на каждое действие отрывистые вздохи вырывались из груди Мишель с двойной силой.       Расцеловывая и лаская, Итан схватил короткие тёмные пряди в кулак, грубо оттягивая голову назад, чтобы самому себе увеличить площадь для доставления удовольствия, и принялся спускаться губами ниже, наконец, добравшись до спортивного топа, оттянул чашечки вверх, припадая языком к затвердевшему соску. Сдержанный стон выскользнул из-за прикусанных губ Мишель, заполняя всю местность в радиусе нескольких метров. И, кажется, спокойная гладь воды пошла рябью от звонкого нытья, скрыть которое под таким напором было невозможно.       Страсть склеила вены между собой, не давая надежды разорваться чувствами.       Итан наслаждался собственными движениями языка, ведущего вниз по белой линии подрагивающего живота. Его Мишель здесь и полностью для него. Подумать только, даже сейчас, притягивая ее к себе так, чтобы она встала на ноги, все ещё хотелось надрать ей задницу за рискованный поступок. Оттого руки остервенело провели по изгибу талии, вынуждая выпрямить спину.       Итан присел на корточки, снизу вверх поглядывая на девушку исподлобья. Глупая улыбка мучительного ожидания появилась на ее личике, намекая на нетерпение, но Торкио спешить не думал. Окольцевал пальцами стройные ноги у щиколоток и устремился вверх, сжимая так, чтобы она точно чувствовала. За реакцией даже и следить не пришлось, когда ладони добрались до внутренней стороны бёдер, перескакивая с них тут же на выпирающие тазовые косточки. Мишель недовольно нахмурилась, поддаваясь вперёд, и тут же Торкио стянул с неё чёрные штаны по колени, оставляя полуобнаженной прижиматься спиной к капоту машины.       От того исходил жар, мотор ревел с неистовой силой в унисон с воем в груди от бездумного желания. Выпрямившись перед девушкой, Итан настойчиво подтолкнул ее назад, и она уместилась на ярко-зелёной поверхности, как проклятая хватая ртом воздух. Пусть даже подъехали бы полицеские машины — они бы продолжали в наручниках.       Самодовольно оглянув женское тело, дрожащее и мечущееся из стороны в сторону, парень навис сверху, вынуждая Мишель отклониться назад, дабы еле заставить саму себя сдержаться и не сделать шаг первой.       Нравилось, когда так настойчиво управлял ее разумом.       — Ты стала чересчур болтливой, тебе не кажется? — усмехнувшись, Итан прикусил мочку женского уха, на что Мишель судорожно выдохнула, отклоняясь ещё сильнее. — только попробуй издать звук, Шелли, я не шучу.       Мишель удивленно выгнула бровь, еле скрывая улыбку. То, каким он сейчас предстоял перед ней сложно было назвать привычным. В глазах — бешеное желание, не умещающееся в организме, дрожащие руки, схватившиеся за бедра до посинения. Развёл их в стороны резко, отчего девушка поднялась на месте, немного испуганно всматриваясь в мужское лицо, но то ни эмоции не выдало наружу.       Он невероятно владел страстью и нежностью, словно сами Бог и Дьявол наделили его безупречными дарами.       Торкио настойчиво надавил ладонью на женский торс, укладывая ее полностью на капот, и перехватил руки, когда те уже попытались привести Мишель в полусидящее положение. Девушка нервно сглотнула, зажмуриваясь то ли от неловкости, то ли от скрытого предвкушения, будто вот-вот начнёт покрываться румянцем от смущения.       И тот действительно показался на щеках, когда губами Итан осторожно коснулся внутренней стороны бедра, следя за реакцией Мишель. А той, кроме тихого вздоха, не было — брюнетка затылком прижалась к капоту, боясь издать лишний звук, чтобы в очередной раз не получить укоризненный взгляд снизу.       И он медлил, как назло. Усиленно сжимая бедра, Итан водил между ними пальцем, через тонкую ткань нижнего белья поглаживая нежную кожу. От контраста ощущений мозг выдавал ошибку, Мишель закусывала губу, не сдерживая удовольствие, и широкая ладонь, в ответ на непослушание, конечно, звучно соприкоснулась с бедром. Девушка вскинула таз от неожиданности, машинально предоставляя мужским рукам возможность спустить с неё лишний элемент одежды, и нижнее белье вместе с шантанами упало на ботинки.       Не задумываясь, Мишель быстро стянула с одной ноги одежду, пытаясь усесться, но Итан не позволил. Буквально придавил ее тело к капоту руками, крепко сжимая талию, и провёл языком между ног, задерживаясь на клиторе, на что разум, откланявшись, покинул уже совсем не тихое место.       Кусая губы, Мишель еле держала себя в руках, улавливая сознанием каждое действие, что с ней творил Итан. Руки на теле, пальцы внутри, губы. Целиком и полностью владел каждым нервом, нежной грубостью стирая ее в порошок.       Как начинающий наркоман, упивающийся новыми ощущениями, Итан сам сходил с ума, унимая пульсацию в плотных штанах свободной рукой. Взглядом внимательно наблюдал за девушкой, что изредка вскидывала голову, рукой ухватываясь за волосы барабанщика.       — О Боже… — невольно двигаясь в такт на мужские ласки, Мишель раскраснелась пуще прежнего, выгибая спину.       Протяжный стон, вот-вот собирающийся разлететься на сотню искр внутри тела, вибрацией прошёлся по гортани, оказываясь на свежем воздухе, и, кажется, очень даже зря. Стоп-кран снесло вместе с Торкио, что тут же выпрямился над девушкой, с животным развратом впечатываясь в распахнутые почерневшие глаза.       — Кажется, я предупреждал, да?.. — ухмыльнулся Итан, притягивая к себе Мишель за плечо.       — Предупреждал, да… — улыбнулась девушка, посылая воздушный поцелуй.       Бесподобный ответ Итан принял щелчком в голове. Стянув женское тело с машины, он в который раз убедился в правильности своих действий, потому что ноги ее уже совершенно не держали. Что и было на руку — Торкио развернул Мишель к себе спиной и, надавив на лопатки, уложил грудью на горячий капот, массируя кожу. А она не унималась, виляя бёдрами и сталкиваясь ягодицами с его пахом, специально выводила из себя, уже настаивая на продолжении.       Нервно прыснув с насмешкой, Мишель чуть было не рассмеялась, когда за спиной послышалось шуршание упаковки, и Итан принялся раскатывать презерватив по члену отказывающимися слушаться пальцами.       — Что?! — нахмурился парень, замечая подрагивающие в смехе женские плечи. — я предусмотрительный.       — Да, я уже поняла, — усмехнулась девушка, нетерпеливо приподнимаясь над капотом. — что ты тот ещё ёбы…       Договорить не дала мужская рука, хватающая за плечо и прижимающая тело обратно к капоту. Итан вошёл наполовину уверенным движением, срывая с собственных губ грубый стон. Мишель прошипела излюбленную кличку сквозь зубы, замирая на месте вместе с парнем, что дал ей привыкнуть к ощущениям, целуя в шею сзади.       Совсем нежно — прежняя грубость растворилась в легком прикосновение к волосам, что он внезапно намотал на пальцы, настойчиво толкаясь в податливое тело до конца. Мишель, не ожидавшая резкой смены настроя, прогнулась в позвоночнике, закатив глаза, и под влиянием грубых толчков задвигалась в такт, роняя рваные вздохи.       Крепкие руки контролировали положение женского тела, практически блокируя ее в одной удобной для двоих позе, хотя и самому на ногах стоять было тяжело. Хотелось прижимать ее к себе как можно ближе, чувствовать жар ее кожи грудью, кусать за шею, тут же зацеловывая, потому что она его.       Целиком и полностью на подкорке сознания и в руках, как невозможная для жизни температура при уничтожающей организм болезни. Убийственный вирус, засевший в клетках — умереть от него было не так обидно.       Итан ожесточил ритм, выбивая из девушки гулкие стоны. Кожа покрылась испариной, прохладный ветер неприятно охлаждал горящие участки, чуть ли не свистя от трения двух тел. Касаться его тела хотелось безумно, женские руки то и дело тянулись за спину, ухватываясь за кончики длинных волос. А те, как острые иглы, вонзались в ладони, и все то тепло, что хранилось в его организме, наркотической дозой ускоряло биение сердца.       И замедляло движения внутри. Итан дразнил, то увеличивая темп до такой степени, что из глаз летели искры, то, наоборот, обрывал подкрадывающийся оргазм, и даже руками удерживал девушку, не давая ей взять инициативу.       — Я убью тебя, cocotte, — еле простонала Мишель, запрокидывая и поворачивая голову. — ты издеваешься надо мной!       Губы встретились с губами барабанщика, тот оставил короткий, даже какой-то победный поцелуй, снова играясь с разумом брюнетки так, как хотелось ему.       — Кто над кем издевается, Шелли? Я окажусь полным идиотом, если не наслажусь тобой сполна… — прохрипел парень в ответ не своим голосом, возвращая женскую голову в прежнее положение.       — Пожалуйста, Итан… не будь бессовестной сукой, мне мало тебя…       Черти раздробили разум окончательно, срывая Торкио на бешеный ритм. Пара грубых толчков показалась самыми яркими, разорвав напряжение в телах. Синхронные вскрики оглушили местность, набивая ноги ватой, и оба чуть ли не свалились на землю, тяжело переводя дыхание и хватаясь друг за друга в попытке найти равновесие.       Мишель прикрыла глаза, отрешая себя от реальности, и задумчиво ухмыльнулась. Такой Итан Торкио определённо нравился ей, даже несмотря на то, что скромность его тоже привлекала, но, когда вот так — грубо и уверенно, точно такой человек был нужен ей по жизни.       — Кончить с тобой — равносильно начать наркозависимость… — усмехнулась Мишель, поворачиваясь к Итану лицом.       — Приятно? — нахмурился парень, взяв женскую голову за щеки.       — Опасно для здравого разума.       Закатив глаза, Итан чмокнул Мишель в лоб и принялся приводить ее в порядок, пока она с особым интересом наблюдала за его помощью, опираясь на капот.       — Cocotte? — позвала девушка, держась за мужское плечо.       — М? — отозвался парень, натягивая на стройные женские ноги одежду.       — Я на свадьбу пойду в байкерской куртке, ты же не против?