Твоя прихоть

      Виктория не особо помнила, как оказалась тут. Её воспоминания останавливаются на моменте, когда она вышла из местного клуба, где появлялась регулярнее, чем её цикл. Ей часто говорили, что ходить в позднее время суток — это опасно. Но в тот день сомнений не осталось. На часах было почти четыре, соответственно уже утро, бояться нечего.       Только вот блондинка не успела пройти и ста метров, как что-то произошло, да произошло так, что в голове, словно вырвали тот период. Вот она целует напоследок своих подруг, в засос или нет — одному богу известно, мартини творит чудеса. Дальше набрасывает на плечи джинсовку, забирает сумочку, абсолютно не подумав проверить, всё ли на месте, выходит, и просыпается в кристально белой постели.       Минут двадцать Виктория сидела, не подавая признаков жизни, массируя виски, что издавали марш роты солдат где-то в голове. Кто бы ни был тот человек, переместивший её сюда — он явно не бессердечный.       На прикроватной тумбочке красовалась бутылка воды и таблетка, по всей видимости от головы. Де Анджелис — девочка смышлёная, фильмы про серийных убийц смотрела. Прокрутив бутылку в руках добрую минуту, отпила только тогда, как убедилась в её целости и безопасности. А вот таблетку пить не стала.       — Мне кажется, она уже проснулась. — по ту сторону двери послышался мужской, немного прокуренный голос. Вик стало не по себе. Аккуратно встав с кровати, она на цыпочках подошла к двери.       — Это что ещё такое? — одними губами промолвила девушка, подметив, что на ней далеко не её вчерашнее, или сегодняшнее платье. Безразмерная белая сорочка-платье с длинными рукавами, видно, на размер больше, чем нужно. На мгновение ей показалось, что это конец, и её упекли в психушку. Однако тут было всё слишком как-то по-людски для такого.       — По идее, хлороформ выветрился еще часа три назад. Если она и продолжает спать, то только по желанию организма. — второй, ещё более грубый, но не такой властный, как предыдущий голос дал о себе знать.       — Вы точно не переборщили? Если с ней что нибудь случится, я клянусь, вам обоим не жить. — снова первый.       Виктория пыталась понять, о ней это, или нет. Но по всей видимости да, так как разговор был уж слишком близко к двери. Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не закричать, когда послышался звук проворота ключа с замке.       — Где она?       — Сеньор, мы её уложили здесь. Оливия сменила ей одежду. Больше сюда никто не заходил, ни двери, ни окна не открывались. — мужчина повыше и в целом, побольше, начал оправдываться перед другим. Тот, в свою очередь, направился ближе к кровати, постель на которой осталась в идентичном положении, с момента пробуждения девушки.       — Медленно развернулись и подняли руки вверх, оба. — на хриплый, но высокий женский призыв парни обернулись. Де Анджелис сидела на коленях на тумбочке за дверью, сжимая в руках хрустальную вазу, которая весом не уступала стулу. Именно поэтому сначала, когда заходишь в комнату, её и не было видно.       — Виктория... — мужчина пониже сделал попытку подойти к ней, осторожно протянув руку вперёд.       — Стой на месте, а иначе твой череп будут собирать по крупинкам. — блондинка почти не шевельнулась, парень замер.       Для себя девушка сразу подметила то, как он выглядел. Чёрный костюм, белая рубашка. Длинные волнистые волосы были собраны в пучок, оголяя выбритые виски. На фоне всего лица выделялись два элемента: чистокровно итальянский нос и до безумия сексуальные скулы.       Услышав в адрес главного предположительную угрозу, второй, тот что побольше, было сделал шаг вперёд, как его остановила рука первого.       — Где я, кто вы такие и почему я здесь? — сейчас всё сказанное Викторией звучало не менее злобно, чем вид этих пингвинов.       — Милая, ты дома. — с улыбкой сказал носатый, опуская руки. Но замах вазой заставил вернуть их в исходное положение.       — Что ты несёшь?       — Меня зовут Дамиано, это мой дом. А если быть точнее, то теперь наш. Ну и поскольку ты живёшь тут, то Де Анджелис ты только до поры до времени. — улыбка на лице стала ещё шире. Терпение девушки лопнуло. Хрусталь полетел в направлении обидчиков и с треском был разбит. Вик не промахнулась, только к её несчастью Дамиано успел увернуться. Лёгкий щелчок рукой, и вот блондинке завернули руки за спину, сняв с тумбы.       Попытки усмирить дорого стоили охраннику, но не прошло и минуты, как Виктория мирно, естественно не по своей воле, стояла перед главным.       — Это ты, конечно, зря. Но я тебя прощаю, мне никогда не нравилась эта дешёвка. — Виктория злобно хмыкнула. — Ну же, посмотри на меня. — одними подушечками пальцев Дамиано нежно приподнял женский подбородок, заставляя взглянуть в глаза. Когда два голубых ледника уставись на шатена, тот продолжил. — Видишь, я не такой страшный.       Возможно парень и хотел попробовать включить своё обояние, но его планы были разрушены резким плевком в лицо. Лучше себе Виктория этим не сделала, зато потешила собственное самолюбие. Громила сзади свернул ей руки до хруста. Не сдержавшись, она вскрикнула, пропустив то, как Дамиано вытирал лицо.       — И вот что бывает, если пытаться противоречить, или противодействовать мне. — кареглазый поправил манжеты, даже не смотря на девушку, которая продолжала корчиться от сковывающей боли. — Ну-ну, Даниэль, помягче, она же не преступница какая-то. Просто с ней необходимо провести некоторые воспитательные работы.       — Слушай, олень, я могу повторить то, что сделала минуту назад. Запомни, я не собираюсь тут оставаться! — Де Анджелис вновь начала попытки к освобождению, чем не вызвала никаких новых эмоций на лице парня.       — Ясно. — Дамиано мотнул головой в сторону выхода. Охранник убрал руки от Вик, на что та моментально отбежала в противоположный угол комнаты. — Ну тогда посиди, подумай над своим поведением. Я попозже зайду. — мужчины вышли, закрывая дверь на ключ.       Несколько минут потребовалось Вик, чтобы прийти в себя. Девушка искренне недоумевала, неужели в двадцать первом веке остались такие люди? Украли! Взяли в плен, блин! Но что-что, а она продолжала верить и думать о том, как рано или поздно её всё равно найдут. День-другой, и папа с Никой хватятся. Всё будет хорошо, если меня не свяжут, оттрахают и расчленят раньше. Мозг вообще отказывался серьёзно воспринимать всю ситуацию, поэтому сохранял спокойствие и, в какой-то степени, позитив. Вот только Вик не знала, что это просто защитная реакция нервной системы.       К счастью, Виктория не могла пожаловаться на апартаменты, предоставленные ей этой тюрьмой. Спален, подобных размеров, она ещё не видела. В комнате было максимально пусто. Мебель, стоявшая там, никак не спасала положение: письменный стол, двуспальная кровать, гигантское окно, две прикроватные тумбы, ранее знакомый комод и шкаф на всю стену. Но даже наличие всей фурнитуры не могло принести необходимое количество уюта. Чисто для себя Де Анджелис подметила наличие двух дверей. Первая — межкомнатная, вторая — ванная. Именно туда блондинка и направилась, в попытке найти что-то, что хоть как-то сможет поспособствовать её освобождению. И опять прокол. Дамиано на славу позаботился о безопасности. Кроме самого обычного душевого набора, принадлежностей личной гигиены и расчёски не было ничего. Впрочем, Вик и не надеялась найти тут ту же бритву, но отсутствие заколок и шпилек её действительно возмутило.       Вернувшись в комнату, девушка начала исследование полочек и прочего. Открыв шкаф, она ахнула. Наверное, десять, нет, двадцать разных платьев красовались на вешалках. Внизу примерно такое же количество пар обуви: от тапочек, до ботфорт. Чуть левее, на бельевом разделе, было запримечено всё остальное, вроде джинс, футболок и тому подобное. В комоде было найдено нижнее белье, что немного разозлило Викторию.       — Если я узнаю, что ты сам его выбирал, то точно прощайся с жизнью. — прошептала сама себе под нос, разглядывая трусики, которые больше походили на ниточки. — Сраный извращенец.       Когда время дошло до окна, девушка поняла — возможно вот оно, её спасение. Даже тот факт, что это был второй этаж, почти не смутил её. Однако и этому плану суждено было пасть. Ручки, которые нужны для проветривания, целенаправленно выкручены, о чём свидетельствовали места для выкрученных шурупов.       На этом Виктория похоронила свою последнюю каплю здравого мышления. Она сама не заметила, как её руки начали трястись, то ли от паники, то ли от злости. Сейчас любой предмет вокруг находился в зоне риска. Так и случилось.       — Выпустите меня, идиоты! — в дверь полетела настольная лампа. — Если вы хоть что-то со мной сделаете, я вам клянусь, я спалю эту помойку к чертям! — затем полетел пульт от кондиционера.       В ответ — ничего. Хватая воздух ртом, Вик развернулась, почёсывая затылок. Относительно мелких вещей в комнате было немного. В голову пришла гениальная идея.       — Считаю до пяти, или я разбиваю окно нахер! — Де Анджелис быстро оглянулась, и не придумала ничего лучше, чем схватить одиноко стоявший стул. — Раз! — тишина. — Два! — голубоглазая намеренно протянула последнюю букву. — Три!       — Удачи. — за дверью послышался знакомый голос. Но чей конкретно, разобрать не удалось.       — Четыре! — Вик повторно осмотрелась и выдержала паузу подольше. — Пять!       Пластиковый стул полетел в окно, так же ловко отлетев от него. Будто отпружинил.       — Что за... — девушка сдвинула брови, негодуя о провалившемся плане.       — Поликарбонат. — дверь открылась, впуская в спальню Дамиано. — Пуленепробиваемое стекло и стопроцентная защита. — парень осторожно переступил через осколки лампы, вновь глядя на Де Анджелис с каким-то смешком в глазах.       — Сукин сын! — Вик не думая налетела на него с кулаками, пользуясь тем, что тот был один, без охраны. Дамиано должен признаться, не такая она уж и беззащитная. Но шатен среагировал вполне шустро и вовремя схватил девушку за запястья, хотя та и успела поставить лёгкую пощёчину по четырёхдневной щетине. — Блять! У вас что, кодекс какой-то?! Хватать за руки, типо...       — Во-первых: не матерись. — Дамиано опустил руки обоих, не разжимая хватки. — Во-вторых: да, но это касается в основном женской агрессии. Будь ты рандомным буйным мужиком, я бы уже положил тебя.       — Выёбываешься?       — Я же попросил!       — А я отказала! — Виктория подняла колено, чтобы наступить парню на ногу, а тот подбил её опорную, заставляя девушку потерять равновесие. Разумеется, упасть он ей не дал, вернее, поймал.       — Пусти меня! — Де Анджелис, не смотря на физическое поражение, до последнего уворачивалась, крича и вырываясь.       — Да успокойся уже ты! — крикнул Дамиано. Вик замерла. Такой жест действительно напугал её. Не было известно, на что способен этот безумец, но возможно, ничего хорошего не следует ждать. По крайней мере, если продолжать себя так вести.       — Отпусти. — полушёпотом сказала она, взглянув на пол.       И Дамиано отпустил. Виктория стояла перед ним не шевелясь, глядя в пол и сжимая кулачки до следов на ладошках. Было ли страшно? Нет. Хотелось ли убежать? Определённо.