Твоя прихоть

      — Тебе когда-нибудь говорили, что ты очень милая, когда боишься? — уже спокойно добавил Дамиано, неосознанно потирая запястья. Такова была его привычка — либо он поправлял манжеты, либо разминал руки.       — Я тебя не боюсь. — очень низким голосом ответила Виктория, ещё сильнее сжимая кулачки. Боль в ладошках стала невыносимой, но девушка продолжала, теперь не прибавляя силы.       — Это хорошо, но первое время, я бы всё же советовал это делать.       — Кто ты такой? — она перебила парня, кивая в его сторону, тем самым показывая то, на сколько ей сейчас безразличны его слова.       — Считай, я почти твой принц. — Дамиано стал расхаживать по комнате медленным и непринуждённым шагом, сложив руки за спиной.       — А почему «почти»? — на самом деле Вик совершенно не удивили его слова. Она понимала, что естественно он не расскажет своё досье, но такой ответ её насторожил.       — Ну потому что принцы не занимаются такой грязной работой, как я. — шатен посмотрел на неё. — Смекаешь?       — Ты что, насильник? — а вот сейчас нечто в душе сжалось. Виктория по-прежнему не шевелилась, глядя исподлобья.       — Так, ну теперь мне известен твой главный страх нахождения тут. Спешу успокоить, нет, я не насильник. Я уважаю женщин.       — Ты серийный убийца? — Вик наблюдала за профилем парня, за тем, как взгляд Дамиано опускается на пол, а потом он усмехается.       — Теплее. Я — мафиози. Дамиано Давид, слышала о таком? Уверен, слышала. Даже знаю откуда. — зрачки голубых глаз расширились, понятие пришло вполне незамедлительно. — Ты недавно утром в кафе сидела, синабон ещё заказала, так вот ты так увлечённо утренние новости смотрела, как раз о том, как следователи якобы наткнулись на мой след. Идиоты. Они даже не представляют, что я лично перенаправил их в другую сторону. — кареглазый присел на краешек кровати. — Я следил за тобой, милая. Ещё с начала апреля.       — Ты... Что? Два месяца?! — Виктория сорвалась на крик. Она не могла понять, как за два долгих месяца под прицелом, не было замечено ничего необычного.       — Два месяца. — утвердительно повторил её слова тот.       — Но зачем? — к горлу поступил комок. Ещё немного, и наступит истерика. Де Анджелис окутал страх, страх за прошлое. По идее ведь, её могли пристрелить в любой момент. В любой момент, некогда счастливой и свободной жизни, в то время.       — А об этом мы поговорим в другой раз. На сегодня новой информации тебе достаточно. — Дамиано встал и, как ни в чём ни бывало, пошёл к выходу.       — Нет, стой! Расскажи мне всё, сейчас же! — блондинка шатнулась за ним, едва успев ухватиться за рукав чёрного пиджака.       — Тебе нужно отдохнуть. Я сдержу обещание, поэтому зайду вечером. — он аккуратно вытащил свою руку из хватки Вик, выходя из её убежища.       Девушка даже не предприняла попытки выбежать, так как мысли немного приостановились. Преследовал, преследовал, преследовал... Слово повторялось со звоном в ушах. Руки затряслись с двойной силой. Пришлось прикрыть рот, чтобы не закричать. Второй рукой Виктория придерживала пучок из немного вьющийся чёлки на макушке, которая, в целом, пока не успела намокнуть от горячих слёз. Уже не хотелось убивать, по большей степени, единственное желание было лишь в том, чтобы зажмуриться и открыть глаза, стоя посреди собственной спальни, или в любимом кафе, или хотя бы на уроке истории. Каждая пятая минута плача переходила в неприятную пульсацию в висках, перетекающей на всю голову. Вик плакала тихо, скорее даже немо. И только единичные всхлипывания могли бы выдать её, но и их громкости не хватало, чтобы звук долетел до кого-то из вне.       Так прошло, наверное, минут двадцать. Девушка лежала на кровати лицом вверх, свесив ноги и изредка вытирая свежие мокрые дорожки со щёк. Вдруг в дверь постучали. От неожиданности Де Анджелис дёрнулась, привставая.       — Сеньорита Де Анджелис, можно войти? — мягкий женский голос раздался за стенами. Но человек по ту сторону, не спешил врываться, а терпеливо ждал ответа. Впервые за весь день.       — Вы кто? — Вик тут же метнулась в ванную, чтобы скрыть события получасовой давности.       — Меня зовут Оливия, я — служанка, принесла вам обед.       — Я не голодна.       — У меня приказ, сеньорита... — женщина ответила с некоторым волнением в голосе. Это как же Дамиано её, наверное, выдрессировал.       — Хорошо, входите.       Женщина, на первый взгляд, лет пятидесяти, зашла в помещение, держа перед собой массивный поднос, забитый едой. Кстати, от неё, почему-то, исходили непонятные флюиды доверия и спокойствия. Виктория вышла из ванной примерно спустя две минуты, и всё бы нормально, но как ни крути её чётко выдавали красные глаза.       Безразлично пройдя мимо, она вновь легла на кровать, почти в ту же позу, что и ранее. Однако Оливия уходить, видимо, не спешила.       — Извините, сеньорита, вы плакали? — женщина задала вопрос очень тихо, от чего Вик по привычке приподнялась, чтобы расслышать, хотя этим и подтвердила догадки служанки.       — Это не важно.       — Я могу чем-то помочь? — она сделала шаг ближе. — Вам что-то болит?       — Это не ваше дело! — вскрикнула блондинка, тут же добавляя шёпотом. — Оливия.       — Простите, простите пожалуйста! — пролепетала та. — Понимаете, сеньор сказал, что кожу с меня снимет, если я допущу ваш дискомфорт...       — Со мной всё хорошо. — немного помедлив, дополнила. — Было бы, будь я сейчас дома, или... Вообще, который час и какой сегодня день?       — Четвёртое июня, когда я выходила к вам, было начало третьего.       — Оливия, кто такой Дамиано Давид, а главное, что ему от меня нужно? — Де Анджелис посмотрела на женщину взглядом полным пустоты, почти получилось.       — Ну... Он бизнесмен. Очень крупный, у него есть фирма...       — Врёте! Он сам сказал, что он мафия! — девушка нахмурилась. Верить у неё получалось только в плохое.       — Значит вы с ним уже говорили. — брюнетка поджала губы, но быстро продолжила. — Да, Дамиано мафия. Более того, он её главарь. Я соврала про бизнесмена, потому что так нам велели. Это такое... Амплуа.       — Допустим. А зачем ему я?       — Что он говорил вам на этот счёт, сеньорита?       — Ровным счётом ничего, абсолютно.       — Ну тогда я не думаю, что мне дозволено говорить, простите. Мне нужно идти, но скоро я вернусь за посудой.       — Можете забирать, я не буду есть. — Вик отвернулась, глядя в окно.       — Подумайте, вдруг ещё захотите. Кстати, сегодня очень вкусный куриный суп. — не дождавшись ответа, служанка глухо вздохнула и вышла.       Да, лёгкий голод давал о себе знать, но банальное чувство страха, что в еде может быть яд, или хотя бы снотворное, не позволяло к ней притронуться. Пришлось довольствоваться утренней водой. Голова пухла от миллиона разных мыслей. Но делать было нечего, в прямом и переносном смысле.       Виктория переползла на центр кровати, кладя руки под щёку, направляя взгляд на панорамное окно, за которым как раз пошёл дождь. Томно моргая, спустя десять минут она уснула, на несколько часов возвращаясь в нормальное эмоциональное состояние.

***

      Особого приглашения Дамиано не требовалось никогда. Особенно это касалось его дома. Тут, он сам себе король, ещё и с прислугой. Разумеется, Оливия доложила ему о голодовке Вик, и конечно это привело парня в ярость. К его сожалению, девушка не понимала, что он пытается всё сделать как лучше и скрасить пребывание здесь. Как же не кстати был его вечерний приход, поскольку блондинка продолжала спать. Дамиано понимал, что ей был нужен сон и отдых, но в противном случае ночью она может поставить их всех на ноги.       Шатен тихо присел возле, поглаживая худенькое предплечье. Результат оказался позитивным. Виктория, почувствовав прикосновение, начала медленно открывать глаза, в классическом соответствии со спящим человеком. Как только разум подкинул воспоминания произошедшего и соотнёс, что это явно не рука папы, Ники или кого-то из близких, Виктория резко встала, с лёгким испугом.       — Ну тише, тише. Это я, не бойся. — Давид слегка отодвинулся, чтобы не получить по лицу.       — Какого хрена? — Де Анджелис сфокусировала зрение на нём и продолжила. — Ты что, наблюдал за мной?       — Только если последние минут пять. — он снова пересел ближе, но отдалялась теперь Вик.       — Да ты! Ты же...       — Извращенец, блядина и урод. — продолжил её слова тот. — Ответ неверный. Я просто будил тебя.       Девушка малость потупила взгляд, Дамиано понравилось её замешательство и растерянность, хотя она и постаралась скрыть это за грозным взглядом.       — Ну не смотри ты так, а то морщины появятся. — парень хотел шуточно провести по её лицу, сделав серьёзную мордашку, но и за такое всё равно получил.       — Слушай, страус, ты долго меня тут выдерживать будешь? Я не вино — лучше не стану. — голубоглазая подалась корпусом вперёд, не сдвигаясь с места. Дамиано бы и рад счесть это за флирт, но к сожалению, не получилось.       — Понимаешь, милая... Как бы тебе сказать-то... Ну в идеале — всю жизнь. — он сначала сымиртировал замешательство, а потом резко вернулся в свой привычный тон. Было действительно сложно так властно себя вести, но при этом не напугать ещё больше бедную Вик.       — Тогда убей меня прямо сейчас. — твёрдо заявила она, подсознательно понимая, что такого не будет.       — Убийства здесь не причём. Мы поженимся. При чём наша роспись совершенно не зависит от твоего соглашения. Конечно, это будет прекрасно если в ЗАГСе ты ответишь «да» искренне, но если нет — увы, придётся смириться, опять же, тебе.       — Это саботаж! — крикнула девушка, прибывая в шоке от наглости собеседника.       — А он тут с какой стати?       — Ты противодействуешь моим правам, правам человека! У меня всегда есть право на выбор! — на глаза навернулись слёзы, пока ещё те, которые можно сдерживать.       — Солнышко, это мафия. Здесь нет правил. Я привык так жить, и ты сможешь тоже. — Дамиано попытался взять её за руку, потому что заметил некоторые изменения на лице. — Поверь, у тебя будет всё: деньги, дом, семья, счастье.       — Нет! Так не будет! — Де Анджелис зарылась в рукава носом, не сдерживая эмоции.       — Я всё таки дам тебе время подумать, но и ты пойми — чем быстрее согласишься, тем меньше проведёшь взаперти тут. — кареглазый встал, уже на готове вернуться к себе.       — Папа этого не допустит! Он тебя найдёт, и в лучшем случае посадит!       — Конечно найдёт, конечно посадит, если они с твоей сестрёнкой ещё в Италии, а не на Бали или Мальдивах. — парень подмигнул.       — Что? — Вик растерянно посмотрела на него.       — Я уверен, те полмиллиона евро и угроза твоей смерти, сказанные по факту кражи, заставили его забыть про существование старшей дочери. — Дамиано нагло ухмыльнулся.       Земля ушла из-под ног. Виктория не могла поверить в то, что ей говорили в третий раз за сегодня. Где-то в мыслях она уже поклялась отомстить ему, возможно смертью.       — Уходи. Уходи, Дамиано. — промолвила блондинка с самым пустым взглядом, который ему когда-либо приходилось видеть на живом человеке.       — Доброй ночи, сеньорита.