Без права на любовь

После недолгого затишья всё стало слишком громко и быстро. Их тихие перебежки от комнаты к комнате, где они командовали привычное для заключенных «Омега, на выход», вдруг перешло к хаотично принимаемым решениям, под громкое завывание сирены. Ничего не понимающие Омеги, собранные Ханылем с помощью Юнги, Чимина и двух доверенных людей в форме охраны, жались друг к другу и испуганно смотрели по сторонам. Джин так и не успел спуститься к ним на этаж, так как без присутствия его у компьютера им бы не удалось заблокировать пару отрядов охранников, появившихся внезапно. До сих пор было непонятно, кто активировал сигнализацию, и где они прокололись, но факт был на лицо. По-тихому уйти не получилось. Хосок бежал по коридору, гулко топая армейскими ботинками. Бежал быстрее ветра, потому как если он не успеет, то Джин не сможет выбраться из ловушки между двух огней. Его голос в наушниках звенел от напряжения: — Быстрее, Хо! Они уже рядом. Второй поворот направо. Стреляй на поражение. Поторопись! Ещё чуть-чуть и они вычислят, где я нахожусь. Хосок не тратил время на разговоры. Минуту назад он активировал свою оранжевую капсулу и чувствовал, как в его венах плещется избыток энергии. Он вылетел из-за поворота и на полном ходу врезался в толпу вооруженных людей. Раздалась беспорядочная стрельба, но только оружие Хосока било без промаха. И прежде чем охранники поняли, что на них обрушилось, тот уже расчистил коридор и, не останавливаясь ни на минуту, рванул в сторону открытой двери. — Джин, я почти на месте! — Жду тебя. Хосок стрелой промчался по короткому коридору и ворвался в соседний блок, расстреливая всех, кто был одет в военную форму и держал в руках оружие. Он не тронул только прижавшегося к стене испуганного сотрудника в белом халате. Завернув пару раз направо, Хосок внезапно напоролся на ещё одну довольно большую группу людей. Но в этот раз эффект неожиданности не прокатил. На него накинули металлическую сеть, и ствол автомата запутался в её ячейках. Альфу резко дëрнули вперёд. Он споткнулся о разложенные в проходе металлические блоки и по инерции кубарем полетел на пол. Только вот захваченные азартом охранники не заметили вторую смазанную тень, которая молча набросилась на них сзади. Хосок почувствовал, как давление накинутой на него сетки ослабло, и, разорвав пару звеньев смог выпутаться из неожиданной ловушки. Спиной к нему с оружием в руках стоял Джин. Автоматная очередь косила всех, кто не успел среагировать на появление Омеги. Хосок добавил пару своих выстрелов, и они, не сговариваясь, помчались в обратную сторону, откуда только что так шумно появился Хосок. — Когда ты успел принять капсулу? И почему никто об этом не знает? — спросил он на ходу. — Почему никто?! Намджун в курсе, — несмотря на быстрый бег, Джин ни на секунду не сбился в дыхании. — Ты не Намджуну теперь детей будешь рожать. Почему МНЕ ничего не сказал? — Я бы тебе сказал. Потом. — Ты понимаешь, как это опасно? Вы с Чимином оба сумасшедшие. — Всё будет хорошо. Я, в отличие от Чимина не беременный и гнев свой контролирую гораздо лучше. Сейчас каждая секунда на счету. Где остальные? Они успели вывести Омег? — После твоего фокуса с вертолётом, думаю, дела пошли в гору. Пригнись! Хосок резко нажал на голову Омеги за секунду до того, как в их сторону прогремела автоматная очередь. Дверь в конце коридора была заблокирована. — Левее, Хо! — Джин ринулся в ближайшее помещение, оказавшееся стандартным кабинетом сотрудника и решёток на окнах тут не было. — Прыгаем! — Второй этаж. Ноги переломаем. — Там клумбы. Спружиним. Джин залетел на подоконник и, недолго думая, прыгнул вниз. Хосок, отстреливаясь в сторону входа, последовал за ним. Десятью минутами ранее — Готовы? Ханыль внимательно осмотрел их небольшой отряд. На лицах всех и каждого, кроме Тэхёна с Чонгуком, были надеты респираторы. В руках у Ханыля и Хосока было по автомату. Пару минут назад к ним присоединился высокий и сильный Альфа, который должен был нести на себе безвольное тело Минхёка. Ханыль удовлетворëнно кивнул и подошёл к выходу из лаборатории. Сейчас в этом блоке, кроме них и трёх мёртвых сотрудников Колыбели, которых они поместили в специальные холодильные камеры, никого не было. Джин обеспечил безопасный переход до технических коридоров. По внутренней связи Колыбели прозвучало стандартное объявление, которое предлагало всем сотрудникам собраться в главном конференц-зале на трансляцию о последних научных открытиях в плане рождаемости Омег. Все восприняли это в порядке вещей и настроились слушать полуторачасовую видеолекцию. Соответственно, по коридорам праздно никто не шатался, а охрана у главного входа была усыплена специальным газом, который минуту назад Хосок запустил через вентиляционную трубу. Проблемой были дежурные по этажам и взвод охраны в соседнем блоке. Тот не покидал территорию ни при каких условиях и обеспечивал внешнее патрулирование всего периметра Колыбели. И эту проблему придётся решать Намджуну. До определенного момента всё шло хорошо. Хосок после активации своей оранжевой капсулы без проблем ликвидировал охрану на этаже, где находились жилые комнаты. В целом они собрали восемьдесят с лишним Омег и провели их в сторону лектория. Чонгука с Тэхëном и сотрудника, на плечах которого все ещё находился Минхёк, они чуть ранее оставили на небольшом складе медикаментов недалеко от выхода. Им нужно было в определённый момент пересечь двор в сторону проходной, где с минуты на минуту должен был появиться Намджун. На помощь Тэхёна решили не рассчитывать, потому как не могли предположить его реакции на стресс, а ставить под угрозу жизнь этого удивительного Омеги никто не хотел. Джин в последний раз посмотрел на данные на мониторе ноутбука, подключённого к сети. Проверил, все ли нужные им двери разблокированы или, наоборот, закрыты. В это время к проходной подъехала первая машина повстанцев. Переодетый охранником, в кепке, прикрывающей глаза, с бейджем на рубашке и планшетом в руке, Намджун вальяжным шагом подошёл к окошку охраны и протянул документы на подпись. — Жарковато сегодня, — проговорил он сонному охраннику, замечая его пропитанную потом рубашку. Тот, мельком глянув на печать Колыбели, лениво поставил свою роспись в углу. — Погода дрянь, — ответил тот. — Ещё кондей у нас сломался. Я скоро богу душу отдам в этой парилке. — Сейчас бы холодного пивка, — Намджун хитро подмигнул и на его щеках заиграли ямочки. — Было бы неплохо. Альфа утëр большим клетчатым платком мокрый лоб и спросил: — Сколько сегодня привезли? — Двенадцать душ. — Омеги? — Альфы. — Ого, так много! — удивился охранник. — Вот Омегам счастье привалило, — он пошло причмокнул губами и махнув рукой, сказал, — Проезжайте! Ворота стали неспешно открываться. Железные кованые решётки уходили в сторону, и грузовик начал медленно въезжать на территорию Колыбели. И именно в этот момент неожиданно резко прозвучала сирена. Охрана замерла. Но прежде чем Намджун успел среагировать, Альфа, который только что ставил свою подпись на бланке, с быстротой, удивительной для его грузного тела, успел нажать на кнопку блокировки и опустить створку открытого окошка. Ворота дрогнули и двинулись в обратном направлении. Но напрасно. Грузовик уже проделал половину пути, и Намджун, сорвавшись на бег, прокричал: — Блокируем ворота! Крупная бронированная машина остановилась, и край металлической решётки упёрся грузовику прямо в бок, а затем, издав противные скрежущие звуки, протаранил его прямо до стены. Но даже после этого, сдерживаемые габаритами грузового автомобиля ворота так и не смогли закрыться до конца. Намджун же, ворвавшись на территорию Колыбели, перекрикивая вой сирены, прокричал в замаскированный под рубашкой наушник. — Джин, мать твою! Что там у вас происходит? В сторону проходной он даже и не посмотрел. Находившиеся внутри, сразу забаррикадировались за пуленепробиваемым стеклом. Серьёзного оружия при них находиться не должно, а с пистолетами они вряд ли полезут на рожон, надеясь на внутреннюю, более вооруженную охрану. В наушнике Намджуна зашуршало. Голос Джина прорвался сквозь внезапные помехи: — Я сам ахрениваю! Разбираюсь, где произошёл сбой. — Какой план? — Держите оборону двора. Сейчас к вам потянутся Омеги. Прикройте их и выводите. Остальные машины где? — Сейчас будут. — Отлично! Оставайся на связи и ориентируйся по ситуации. Джин отключился, а Намджун достал распечатанную карту и начал сверяться с пометками, пытаясь понять, с какой стороны им ждать группу Омег. Под колесами автомобиля просочились его люди и рассредоточились по периметру территории. Намджун определив необходимое направление, махнул двум Альфам и побежал в сторону основного здания Колыбели. Счёт пошёл на секунды.

***

Сирена разрывала воздух. Омег кое-как удалось запихнуть в технический коридор. Многие поняли, что их пытаются вывести из Колыбели, и вели себя вполне адекватно. Только пара совсем молоденьких, да шестеро беременных Омежек ошалело шарахались от рук Альф пытавшихся их успокоить. Шум и нарастающая паника не давали Омегам понять, что от них хотят. Они теряли драгоценные минуты. Наконец, громкий голос Юнги перекрыл вой сирены: — Быстро сгруппировались по двое! Взялись за руки и пошли за Ханылем. Бегом! Бегом! Альфа наполнил воздух своими феромонами, и Омеги среагировали должным образом. Подчинение Альфе — первый инстинкт, который выработан в Омегах веками. И пока Ханыль вводил код и открывал дверь, Юнги с Чимином удалось вполне успешно прекратить панику и рассортировать Омег по парам. Чимин бегал от хвоста к голове их импровизированной колонны, на ходу пытаясь объяснить Омегам, что от них требовалось как можно быстрее пересечь пустое пространство двора и, пройдя через проходную, погрузиться в ожидающие их за забором грузовики. Но когда Ханыль открыл проход, то шум начавшейся во дворе стрельбы оглушил и так испуганных всем происходящим Омег. Они замерли, не решаясь сделать и шага. Чимин рванул вперёд. Первым, кого он увидел в открытой двери, был Намджун. Брат руководил своими людьми, которые держали под прицелом все окна башни, не давая противнику и шанса оказать сопротивление. Намджун, увидев открывшуюся дверь и первую партию Омег, замахал показывая знаками, куда нужно было двигаться. И Омеги, находившиеся в первых рядах решились. В сопровождении Ханыля и ещё нескольких Альф из отряда Намджуна, прикрывавших их щитами, они стайкой побежали к такой желанной свободе. — Где Джин?! — перекрикивая шум, спросил у Чимина Намджун. — Они с Хосоком где-то на втором этаже. Дай им пару минут. Они появятся со стороны лабораторий, — скороговоркой проговорил Чимин, подбегая к брату. Тот буквально на секунду крепко прижал Омегу к себе и спросил: — Не ранен? — Нет. — Что произошло? Кто включил сирену? — Мы не знаем. Джин сейчас должен разобраться. — А где твой хвалёный Альфа? — Он там, — Чимин махнул рукой в сторону выхода из Колыбели. — Помогает оставшимся Омегам. — Поторопитесь! Ещё два грузовика, и мы… — Намджун не договорил, с растущим ужасом смотря поверх головы Чимина. Минуя верхушку башни, на которой был выгравирован знак Колыбели, к ним приближался вертолёт. На солнце бликовали дула двух огромных пулемётов. — Вот чëрт! — проговорил Намджун и, сорвавшись в сторону ворот, потащил за собой Чимина. Но тот резко вырвал свою руку и побежал в противоположном от Намджуна направлении. В сторону Колыбели. В сторону Юнги. — Чимин! Вернись! Но не было времени ни звать, ни уговаривать. Нужно было спасать своих людей и выбравшихся из здания Омег. Так как выход со двора был закрыт грузовиком, то им пришлось проползать под днищем между колёс, чтобы оказаться по ту сторону забора, где их уже встречали свои люди. Первый грузовик на всех порах умчался от негостеприимного места, увозя бледных, испуганных Омег подальше от ненавистной им Колыбели. Не успевшие выйти из здания, в купе с Юнги, оказались в незавидном положении. Автоматная очередь с нависшего над двором вертолёта заставила отпрянуть их вглубь коридора. Приблизиться к двери теперь было невозможно. Намджун спрятался с обратной стороны грузовика, застрявшего в воротах, и лихорадочно соображал, что можно было предпринять в этой ситуации. Хотя они вывезли большую часть Омег, внутри все ещё находились дорогие ему люди. Он видел, как жался к стене Чимин, не решаясь сделать последний рывок ко входу в коридор, из которого он недавно выбрался. Вертолёт поливал огнём то одну, то другую сторону, не давая рассредоточившимся повстанцам ни шанса. Вдруг, одно из окон четвёртого этажа открылось, и незамеченный никем маленький дрон полетел прямëхонько в сторону крылатого врага. Игнорируя непрерывный ливень из огня, он поднырнул под железные лопасти и, зависнув всего на секунду, двинулся в сторону винтов. Что-то клацнуло, и несчастного дрона за секунду перемололо вдребезги. Будто железная птичка, позавтракав червяком, даже и не подавилась. Но нет. Подавилась! Погнутый от столкновения с малюткой винт закоротило, и вертолёт начало водить из стороны в сторону. Пилот не стал рисковать и поднял машину выше в небо, пытаясь избежать столкновения с башней. Он поднялся на достаточную высоту и, виляя хвостом, удалился, дав всем участникам событий небольшую передышку. — Джин-и, это было гениально! — А то! — А теперь бегом вниз! — Я бы с радостью, но тут на третьем этаже нарисовалась проблемка. Избавишь меня от неё? — Несусь на всех парах! Ты только не высовывайся! — Быстрее, Хо! Они уже рядом. Второй поворот направо. Стреляй на поражение. Поторопись! Ещё чуть-чуть и они вычислят, где я нахожусь. Чимин тем временем со всего маху влетел в так необходимый для него проход, но неожиданно замер. Юнги, в небольшой компании Омег стоял к нему спиной, а перед ним маячило около шести человек вооруженной до зубов охраны и один гражданский Альфа с пистолетом в руке. Чимин быстро соображал. Он не мог рассчитывать на помощь Намджуна, у которого и так снаружи было полно проблем. Да и потом, Намджун не знал, что тут внутри оказался тот, кто чуть не нарушил все их планы. Каким образом он увидел и узнал про их побег, уже было неважно. Важно было теперь нейтрализовать неожиданного врага, как и всех остальных Альф, которые сейчас направили на Юнги оружие. Чимин потянулся зубами к своему запястью. Прокусить. Заполнить феромонами. Сосредоточиться. Так учил его Джин. Тем временем Альфа державший пистолет в своих руках, проговорил: — Какая удача! Сам Мин Юнги попался мне в руки. — Чю Ёнг… Значит, это ты включил сирену? Альфа самодовольно улыбнулся. — Конечно, я. Кто же ещё?! Почему про Минхёка все всегда помнят, а про его помощника забывают? — Может быть, потому, что ты слизняк, недостойный даже такого мерзавца, как Минхёк. — Ревнуешь? Альфа весь подобрался после слов Юнги и задрожал от неконтролируемой ярости. — Вы оба извращенцы. Только он предпочитает живых, когда ты… — Замолчи! Альфа подскочил к Юнги и, замахнувшись, ударил того по лицу дулом пистолета. По разбитым губам Юнги потекла кровь. Чимин дëрнулся, но удержался. Он должен был сосредоточиться. Тогда никто невинный не погибнет. Он должен держать свой гнев в узде. В голове прозвучал голос Джина: «Дыши, Чимин-и, один глубокий в себя, один медленный наружу». И Чимин дышал. Дышал, пытаясь, тихо и незаметно подобраться ближе к месту, где стоял его Альфа. «Дыши Чимин. Один глубокий в себя, один медленный наружу. Контролируй свой гнев. Соображай». Полумрак помещения и мягкие кроссовки дали ему возможность приблизиться незаметно. За спинами Омег пригнувшегося к земле Чимина не было видно. Такое небольшое, но важное преимущество. — Ты глупец, Юнги! — Альфа в гражданском продолжал размахивать пистолетом. — Минхёк мог тебя к таким вершинам вознести. Он был готов весь мир к твоим ногам положить. А ты отказался. Ты предал его. И теперь сдохнешь от моих рук. Здесь и сейчас. А Минхёк вернётся ко мне. Ко мне, а не к тебе. Ты будешь гнить под землёй, и в твоих глазах, которые он так любил, будут копошиться черви. А я получу его место. Буду здесь главой. И он вернётся ко мне. Вы же не собираетесь его убивать? А, Юнги? Вам он зачем? — Ты так хочешь получить его обратно? — Потому что он мой, а не твой! — Скажи, Чю Ёнг, — проговорил Юнги разбитыми губами, — что вы там все курите? Альфа взвыл: — Издеваешься? Может, мне тебя не убивать сейчас, а вернуть обратно в лабораторию и разобрать по кусочкам? Вырезать твои глаза и подарить их Минхёку в банке? Пусть поставит на полку и любуется. Он тебе никогда был не нужен. А я его люблю. Люблю! Слышишь? А ты сдохнешь прямо здесь и сейчас! Альфа поднял дрожавшую от ярости руку и нацелился прямо в лоб того, кого уже много лет так сильно ненавидел. Но одновременно с выстрелом, мелькнула серая тень, и Юнги, отброшенный непонятной силой, полетел на пол. А Альфа, только что сделавший выстрел, упал, истекая кровью. Он хватался за прокушенное насквозь горло, пытаясь руками закрыть место, где секунду назад у него был кадык. Он так и умер на холодном и мокром от собственной крови полу, не сообразив, кто на него набросился. Это был Чимин и он не удержался. Пока оглушенный выстрелом и падением Юнги поднимался с пола, а испуганные Омеги с плачем жались друг к другу, Чимин метался от одного охранника к другому, выбивая из их рук оружие и сворачивая им шеи. И минуты не прошло, как в коридоре воцарилась тишина, прерываемая только всхлипами Омег и приглушенным звуком перестрелки снаружи. — Чимин-и? — Юнги в очередной раз с удивлением посмотрел на своего Омегу. Тот стоял посередине сваленных в кучу тел и тыльной стороной руки вытирал свой окровавленный рот. Из груди Омеги слышался клокочущий, еле слышный рык. — Котёнок, ты у меня, оказывается, не просто дикая кошка, а прямо рысь. Такой сильный и храбрый. Что ты там встал? Подойди ко мне. Но Чимин почему-то не двигался и даже не смотрел на своего Альфу. — Что случилось, котёнок? Ты не ранен? Дай я тебя осмотрю. Ну же, Чимин, иди сюда. И Омега подчинился. Он тихо, буквально на цыпочках, прокрался к Юнги и стиснул того в своих крепких объятьях. — Эй, ты меня сейчас раздавишь! Что с тобой происходит? А ну, посмотри на меня. Но Чимин упорно продолжал прятать от Альфы свои глаза. Снаружи послышались более громкие звуки, и внезапно в коридор ворвался Намджун со своими людьми. — На выход! Быстро! Быстро! Альфы похватали всех оставшихся Омег и заторопились в обратном направлении. Юнги с Чимином за руку последовал следом. Намджун лишь мельком оглядел кучу трупов позади них и, вздохнув, побежал, буравя глазами удаляющуюся спину Чимина. Во дворе творился хаос. Грузовик, застрявший в воротах, наконец, отъехал назад, открыв проём. Несколько Альф встали в проходе, удерживая ворота одними только руками ворота. Их глаза светились оранжевым светом. Мышцы на руках вздулись. Они прилагали титанические усилия против боровшегося с ними механизма ворот. Через двор к ним бежал Хосок, а следом Чонгук, тащивший за руку Тэхёна, который выглядел совершенно неадекватно. За ними, ругаясь словно портовая шлюха, бежал Джин. — Эти грëбаные утырки хотели нас остановить. Да что они могут против таких Омег, как мы! Да, Тэхён-и? Золото ты наше! Член им всем в задницу! Альфачи недоделанные! — Что там произошло? — силясь перекрыть шум двора, прокричал Намджун. — Этот грёбаный урод, что сигнализацию включил, охрану на первом этаже разблокировал. И откуда только взялся? Он вчера должен был в командировку свалить. — Кто сигнализацию активировал? — Тайный поклонник Минхёка! Ошивался в его покоях. А там камеры и экстренный доступ к системе. Послушай, Джуни, я такого на них нарыл! Закачаешься! — Потом. Всё потом. Мы только вас ждали. Делаем ноги отсюда. А с этим что? Намджун посмотрел на Тэхёна, упавшего на колени, и которого Чонгук, бережно подняв, понёс дальше на руках. — О, это было непередаваемо. Мы застряли на последнем этаже. Там решётка металлическая. И пока Хо с ней разбирался, на нас целый отряд выскочил. Ну, думаю, капец! У нас с Хо капсулы свое действие закончили. Тут эти с автоматами, а решётку заклинило. И вдруг по нам всем как ударит секретное тэхёново оружие. Я думал, и мы там загнëмся. Хорошо хоть респираторы на шее болтались, еле успели одеть. А эти так и попадали. Ну и он Гюрза, я вам скажу! Самая настоящая. Пять секунд, Джуни! Всего пять. И куча трупов! Намджун с опаской посмотрел на Омегу лежавшего на руках у Чонгука, а затем прокричал в рацию: — Уходим! Все оставшиеся грузятся в последнюю машину! Приготовьте респираторы. Две минуты ребята! Мы и так тут сильно задержались. И уже совсем скоро, последний, немного помятый грузовик, с рёвом удалялся с территории Колыбели. Водитель торопился опередить несущуюся на них по параллельной улице колонну машин с отрядом Охотников. Им нужно было успеть всего-ничего. Следующий квартал был полностью заминирован, и если они его проскочат быстрее Охотников, то кнопка детонатора даст шанс на спасение.

***

Машину, несущуюся с бешеной скоростью, мотало по переулку. Чонгук крепко держал в своих руках приходившего в себя Тэхёна. Юнги обнимал Чимина. Тот смотрел в пол и молчал. Джин первым обратил внимание на тихое поведение Омеги. — Чимин-и? Тот ещё ниже опустил голову, по-прежнему пряча от всех глаза. — Чимин! Посмотри на меня! — Джин в панике от своей догадки повысил голос. Намджун, сидевший неподалеку, проговорил: — Оставь, Джин. Это его выбор. Сказал и отвернулся. Юнги переводил взгляд с одного на другого, ничего не понимая, что происходит. Потом он взял Чимина за подбородок и медленно поднял его голову. Омега не смотрел на него. Он закрыл глаза и упрямо сжал губы. — Чимин… Котёнок… Открой глаза… Пожалуйста, мой сладкий, посмотри на меня. Чимин вздрогнул, сглотнул, но, не посмел отказать прямой просьбе Альфы. Он поднял веки и посмотрел на Юнги. Среди грохота от колёс грузовика чётко прозвучал голос Джина: — Да, блять! Чимин смотрел на своего Альфу ярко-оранжевыми светящимися глазами, а на штанах у него медленно расползалось кроваво-красное пятно. — Ханыль! Нам срочно нужен Ханыль! — запаниковал Джин. — В какой он едет машине? Намджун, что ты молчишь? — Ханыль уехал первым. — Что происходит? — отмер Юнги. — Что делать? Намджун! Хосок! Придумайте хоть что-нибудь! — Что происходит? — уже громче спросил Юнги, и тут он увидел кровь. — Чимин, ты ранен? Джин жалостливо посмотрел в сторону ещё ничего непонимающего Альфы. — Он активировал «Оранжевый код», — сказал он, а потом добавил, — Он теряет ребёнка, Юнги. Вашего с ним ребёнка. Юнги с испугом подхватил обмякшее тело Омеги, последней осознанной мыслью которого было, что его Альфа рядом, и что его он не потерял, но простит ли Юнги ему то, какой ценой это было сделано? И пока Альфа безуспешно пытался удержать своими феромонами Чимина в сознании, тот медленно погружался в холодную тьму, где его ждала выедающая душу пронзительная боль.