В канун Самайна

Ты не бойся. Просто вечер, просто ветер, просто темень. «Невозможно» в «непременно» перекрасят мэтры-тени. Затяжным дождём стучится гость в плаще из листьев бурых. Забродивших ягод вишни, мёда, горькой ангостуры намешай в хмельной напиток и налей в тяжёлый кубок. Покровительство Самайна не похитишь и не купишь — можно только окунуться в буйство дьявольской Охоты. Фонари пропойцы-Джека в чёрно-сизом балахоне ночи — странницы беспутной — прогрызут сквозные дыры. Воздух будет пахнуть прелью, виски, ладаном и дымом. Проплывут над переулком скаты крыш — морские скаты — чередой одноэтажной в толще туч искать фарватер, акваторией высоток проберутся терпеливо, плавниками-флюгера́ми рассекут глубины ливня. Невезучим рыболовом, недокормленной лисицей, под насмешливые свисты ездоков угрюмолицых осень косо бросит в небо частый бредень голых веток — в нём, запутавшись случайно, будет биться до рассвета, в холод луж роняя блики — точно кровь — ущербный месяц. Гость незваный, гость желанный навсегда оставит метку — росчерк слева под ключицей — дар Самайна, дань Самайну. Не дрожи, ему доверься… нас таких осталось мало.