Скажи мне это в лицо

      Бруно устало добрел до кровати, чуть ли не сразу же падая на нее спиной и раскидывая руки в стороны. Это было сложно. Им потребовалось несколько часов, чтобы перетащить вещи мужчины к Камило в комнату. На самом деле, это было бы намного легче, если бы каждую секунду мимикрик не напоминал, что нужно идти тише. То провидец ступил на скрипучую половицу, то его крысы слишком громко пищат, то он почти что здоровается с каждым углом, цепляясь за доски. И все бы не выглядело так сложно, если б мальчишка постоянно не путался под ногами, норовя кинуть новую претензию или же прошмыгнуть под ним, проходя вперед, чтобы проверить, все ли спокойно. А то, что племянник разрешил дяде донести только несколько вещей из одежды, сделало задачу почти что невыполнимой. В основном, парень перетаскивал все сам, на что указывал Мадригаль, значительно продлевая их походы туда-обратно. При этом он категорически отказался от того, чтобы Бруно написал ему список всего необходимого и остался в комнате Камило, объясняя это тем, что так он будет только больше волноваться и точно, сорвавшись, вернется к нему. Пришлось ходить на цыпочках следом за мальчишкой, а дальше уже схема известная: скрип-ругань-еще пара шагов вперед.       Сейчас же мужчина мог с облегчением выдохнуть, наблюдая за тем, как Камило все-таки кладет на тумбу непонятно зачем взятый «театр» и смахивает редкие капельки пота со лба. Теперь его комната чем-то отдавала эстетикой Бруно. В шкафу появилась пара стареньких зеленых пончо, которые были либо малы, либо годились только на смену, взятые у Долорес книги отправились на полку, несколько свечек, украшений, запыленный граммофон... Мимикрику казалось, что за это время он просто обчистил коморку дяди в стенах Каситы, и все перекочевало сюда. Благо, ему все же удалось убедить провидца не тащить с собой потрепанное кресло, которое не только было излишне большим, но еще и абсолютно ненужным. Может, позже Камило найдет ему замену.       — Т-ты можешь спать со мной, — дрогнувший голос Бруно разрезал тишину, привлекая к себе внимание мальчишки. Все, что делал дядя на протяжении всего вечера, — тщательно рассматривал комнату и валялся с крысками на полу, обустраивая их новый домик. А тут решил все же начать говорить, какая смелость. Парень сбросил подушки обратно на пол и в удивлении выгнул бровь, как бы намекая, чтобы тот обосновал свою внезапную мысль. — Знаю, говорил, что нельзя, но... Я не знаю, мне больно на тебя смотреть. Не думаю, что пол — самое удобное место для сна, а кровать большая, так что, возможно, здесь хватит места для нас обоих.       — Вау, — только и смог выдавить из себя Камило, по-доброму улыбаясь, — такая забота. Не боишься, что приставать начну? — его губы растянулись в хитрой ухмылке, говоря, что тот просто жаждет увидеть волнение на лице дяди.       — А то, что ты будешь спать от меня на расстоянии вытянутой руки, тебя остановит? Я уже и так понял, что из нас обычная парочка, как из меня балерина. Да и если ты простудишься из-за меня, будет еще хуже. Все-таки по Касите тоже гуляют сквозняки.       — И то верно, — мимикрик одобрительно кивнул, подтверждая, что принимает предложение мужчины, и указал большим пальцем на дверь. — Я за едой. Что ты хочешь на ужин?       — Принеси самое вкусное, что найдешь, — Бруно мелко дрогнул, когда одна из крыс цапнула его за пончо, оттаскивая ткань немного назад. Он нахмурился, выслушивая тихий писк, и, улыбнувшись, погладил ее по головке, специально несильно стукнув, чтобы больше так не делала. — А им возьми пару кусочков сыра. Остальное мы разделим.       — Я настоящая мать, — выходя, тихо бросил Камило, исчезая за деревянной дверью. — Что ж, Долорес, прости, но тебе всегда позволяют взять больше, чем мне, — парень в мгновение ока перевоплотился в свою сестру, поправляя складочки на одежде и проверяя, с той ли он прической. Мимикрик кивнул сам себе и, насвистывая любимую мелодию девушки, направился вниз.       Камило с легкостью скинул с себя последнюю часть одежды, забирая с полки пижаму. Эти вещи, на самом деле, было сложно назвать именно так, потому что они состояли из стареньких штанов и майки, но парню нравилось, так что других претензий не должно было быть. Бруно же замешкался, не очень понимая, что ему делать. Он уже и не помнил, в чем спал до своего ухода, а в комнате за стенами из удобств было только кресло, так что спать в том, в чем и ходишь, казалось наилучшей идеей. Мужчина только периодически менял одежду, когда даже сам от себя мог учуять не самый приятный запах, а в остальном он так привык к своим вещам, что наотрез отказывался с ними расставаться. Сейчас же лечь на чистые простыни не в самом чистом пончо виделось чем-то некультурным или оскорбительным по отношению к хозяину комнаты, поэтому он все же осмелился скинуть зеленую ткань с себя, решив спать в трусах и рубашке. Да, их он тоже решил прихватить, поняв, что без нижнего белья находиться в комнате племянника опаснее, чем злить Пепу. Штаны также не являлись новыми, а вот рубаха всегда была под защитой пончо, что делало ее более-менее пригодной для сна.       — Чего стоишь? Раздевайся, — бросил Камило, мигом забираясь под теплое пуховое одеяло. — Что-то не так? — он взволнованно высунул мордашку из-за ткани, оглядывая дядю с головы до ног и откровенно не понимая, чего он так тупит.       — Нет, все в порядке, просто, — Бруно замолчал, сминая в руках края рубашки. Было жалко, помнется же. Все-таки в кресле особо не поворочаешься: как заснул, так и проснулся, а здесь столько места. Придется менять на новую уже завтра.       — Эм, — Камило проследил за взглядом дяди и, заметив, что же его так тревожит, чуть ли не расхохотался в голос, смачно хлопнув себя по лбу. — Снимай, давай. Чего я там не видел? Ой, ну, если хочешь, отвернусь, — мальчишка демонстративно укрылся одеялом по самую макушку и затих.       — Это другое! — неестественно громко воскликнул Бруно. Он еще немного поерзал на месте, решая, что же делать: остаться так или же снять ее. Звонкий голос племянника, слава богу, заглушила плотная ткань, поэтому провидцу было легче не зацикливаться на мелких издевках и все же разобраться с этой проблемой самому. Разобрался. Рубашка полетела на пол к остальным вещам, а сам мужчина бегом бросился в кровать, шлепая босыми ногами по доскам, и нырнул под одеяло к Камило, чуть ли не оборачиваясь в него с головой.       Мимикрик тихо усмехнулся. Мужчина рядом с ним уже некоторое время ворочался, перемещаясь с одной половины на другую и жмуря закрытые глаза еще больше. Мальчишка знал, что Бруно, хоть и пытается, но никак не может заснуть. Если в первый раз им овладел сон, когда Камило устроил ему хорошую физическую нагрузку, то теперь голова Мадригаля была до краев забита мыслями, от которых, похоже, довольно трудно отделаться. Камило тоже не спалось. Он уже несколько часов разбирал и анализировал одну идею. А она же, в свою очередь, словно пиявка, впилась в его мозг и наотрез отказывалась отлипать, напоминая о себе из раза в раз.       Мимикрик повернулся лицом к вздымающейся спине Бруно и устало выдохнул, слыша, как тот что-то бубнит себе под нос. Лезть с такими глупыми затеями в первую совместную ночь не хотелось, но он просто не мог себя остановить, уже несколько раз в последний момент перехватывая свою руку в миллиметре от того, чтобы не коснуться тела напротив. Хотелось проверить, что же случится, если парень все же сможет уговорить дядю. Хотелось проверить, что же он будет чувствовать после этого, потому что в прошлый раз ощущения были настолько крышесносными и яркими, что их невозможно было перепутать с чем-нибудь другим.       Камило, ты обещаешь, что не будешь пока приставать? Ага. И не будешь снова глушить свою «бесполезность» сексом? Конечно. И мы начнем встречаться с азов, а когда ты поймешь, что любишь меня, тогда и... Да.       Мадригаль, мысленно пародируя их недавние разговоры с Бруно, недовольно фыркнул, представляя его лицо.       Ну вот и как мне объяснить ему, что это тоже поможет разобраться в себе?       — Ты не спишь? — Мадригаль придвинулся к мужчине поближе, осторожно встряхнув его за плечо. Провидец быстро повернулся лицом к племяннику и отрицательно помотал головой, нервно улыбнувшись. Было видно, что тот за все время и глаз не сомкнул, отчего сейчас казалось, будто бы он прободрствовал дня три без остановки. — Не спится, да? Мне тоже. Знаешь, я тут кое-что надумал, — парень удержал легкую паузу, тем самым заинтриговав второго еще больше. — Считаю, что мне все-таки стоит обрубить все это на корню, — Камило попытался обвести пространство вокруг себя руками, но получилось только наполовину. — Имею в виду, что пора завязать со всей этой «помощью» городу. Ну, ты понял. Знаю, что придется перетерпеть многое, прежде, чем все устаканится, но я действительно больше не хочу потакать именно «таким» просьбам. Это будет трудно, — мимикрик провел пальцами по кудряшкам, зачесывая их назад. — Но зато, знаешь, тогда я смогу посмотреть на свой дар под другим углом, и он мне может даже...понравиться? Все возможно. Пусть бабушка и будет сначала злиться от того, что моей работы резко поубавилось, но теперь у меня есть ты, и, уверен, у тебя получится меня утешить, если понадобится. Хах, хотя она может и не обратить внимания. Как обычно, — парень закатил глаза, пародируя недовольное лицо Абуэлы, и еле слышно охнул, когда чужая ладонь коснулась его волос.       — Ты просто умничка, — у Бруно не получилось сдержать улыбку счастья, отчего она расползлась от уха до уха. — Даже представить себе не можешь, как я горжусь тобой. Всегда нужно с чего-то начинать.       Камило улыбнулся в ответ, принимая такие нужные сейчас ласки. Идея вновь загорелась у него в голове, обжигая своим пламенем каждую клеточку мозга. Парень сглотнул, но виду не подал, стараясь не нарушить момент. Какое-то время. Все-таки терпение у него не железное, а сказать ой как хотелось.       Вот он сейчас разозлится.       — Знаешь, я думал еще кое о чем, — мимикрик набрал полную грудь воздуха, готовясь выпалить все на одном дыхании, но Бруно по искрящимся глазам понял, чего от него хотят, поэтому поспешил отпрянуть, зарываясь носом в мягкое одеяло.       — Нет! — сразу же оборвал он, мотая головой из стороны в сторону.       — Брось, дядя, мне просто интересно. Ты не так все понял, — поспешил оправдаться Камило, стискивая края ткани, но тот мертвой хваткой вцепился в нее, залезая еще глубже. — Сам же сказал, что я должен разобраться, вот и пытаюсь. Вдруг наш секс как и в тот раз пробудит во мне ту искру, за которой последует наше вечное пламя любви? — Мадригаль драматично вздохнул, одну руку прижимая к груди, а второй пытаясь достать дядю из-под «укрытия». — Мне действительно интересно, вдруг сработает. Я же не знаю, в какой момент внутри должно зародиться это чувство, поэтому давай испробуем все варианты.       — Ну уж точно, если ты переспишь со мной снова, никакие бабочки в животе у тебя не запорхают! — Бруно пнул Камило пяткой, но даже это не остановило мелкого домогателя, только разогрело в нем желание все же добраться до мужчины.       — Откуда ты знаешь? Пробовал что ли?       — Да это каждый осел знает!       — А вдруг не каждый!? Все парочки делают это, так почему мы не можем? Секс явно не последний клей в этой химии, так что мой план вполне имеет место быть. Тем более, меня никто не насилует и не принуждает. Я сам хочу попробовать, — мальчишка завалился на спину, стоило Мадригалю отпустить одеяло и позволить стянуть его с себя.       Бруно раздасованно клацнул зубами, коря себя за то, что в каком-то смысле племянник все же прав. Это ведь могло сработать. Кто знает, накренился ли мозг Камило настолько, что может вновь среагировать на такую внезапную близость. Совесть закурила уже сотую по счету сигарету, окончательно разочаровавшись в своем подопечном. Затея парня была безумной, но в то же время живучей, из-за чего в какой-то момент провидцу удалось поймать себя на мысли, что он тоже хочет попробовать такой вариант.       — Два условия.       Камило мигом подскочил на кровати, хлопая глазками и наблюдая, как покрасневшее лицо дяди показывается из-за одеяла. Он явно не спешил покидать свое укрытие, все же надеясь на то, что успеет передумать, но эта мысль так же, как и у племянника, засела прочно в голове, не позволяя думать о чем-то другом.       — Хоть тысячу. Говори, — мимикрик довольно качнулся из стороны в сторону, придерживая края майки для того, чтобы не броситься на Бруно и не расцеловать его в благодарность за шанс.       — Во-первых, в следующий раз ты повременишь с этим и не будешь заваливать меня в постель при каждом удобном случае, ясно? Терпение. Отношения тоже не на одном сексе строятся.       Парень согласно кивнул, мысленно подтверждая слова Мадригаля, так как они несли в себе смысл.       — А второе? — Камило в нетерпении поджал губы, уже готовясь к прекрасному времени с его любимым дядей. А еще больше он ждал того, что после этого потерянное чувство вновь вспыхнет в груди, как бы извиняясь за то, что так резко исчезло.       Бруно тяжело выдохнул.       Думаю, я еще пожалею об этом решении.