Сделка
Вот так сюрприз! Вай оглаживает взглядом аккуратное женское личико и, не сдержавшись, поднимается с места, подходя к железным прутьям камеры.
— Ты! — Сжимая прутья, восклицает девушка, будто, действительно, радуясь встречи с той единственной, которой не доставляло удовольствие наблюдать за бойней внизу.
— Мы знакомы? — тут же напрягается вторая, делая шаг назад.
— Нет, но я тебя видела там, на трибунах. Мажорка из пилтоверской знати, да? — Усмехается Вайолет, явно испытывая терпение девчонки, — не знала я, что такие, как ты, идут в миротворцы...
— Допустим, мои родители — пилтоверская знать, — нервно поджимает губы Кейтлин.
— Ну-ну, а ты что, отказалась от своей семьи? — вскидывает одну бровь Вай.
Если бы это было правдой, то даже она прониклась бы к такой смелой девушке уважением. Но к её сожалению...
— Н-нет, зачем мне... — она не успевает договорить, ведь разочаровавшаяся в таком ответе заключённая её перебивает:
— Терять преимущество, так?
— Я не это имела в виду, и почему мы вообще говорим об этом? — отводит взгляд Кираманн.
— Не знаю. Я думала ты так, поболтать пришла иль посмеяться. Такое тоже не исключено. От пилтоверской знати чего только не стоит ожидать, — намеренно подмечая её происхождение, Вай дразнит миротворицу, пытаясь понять её намерения и позицию по отношению ко всему этому.
— Перестань, — уже злится Кейт, судя по искоркам, блеснувшим в её синих глазах, — Я здесь не за этим.
— Что же тогда здесь забыла такая куколка? — лыбится Вайолет.
— Правду, — отвечает девушка, — Твое имя Вайолет, верно?
— Допустим, а ты уже все разнюхала, да, Кексик?
— Во-первых, — вздыхает она, слегка хмуря брови, — Мое имя — Кейтлин. А во-вторых, я только посмотрела твое дело в архиве.
— О-хо-хо, — хлопает в ладоши Вай, — и что же они там про меня понаписали?
— Вот именно, что ничего, кроме как о твоих мелких воровских ходках. Но в то время многие из Зауна занимались таким, — пожимает плечами Кираманн.
Теперь настало время хмуриться Вайолет:
— Мы...
— Были вынуждены, — тут же дополняет её фразу собеседница, — я понимаю это, — с участием заглядывая в глаза девушки, произносит Кейтлин, на что вторая отвечает несколько изумленным взглядом.
— Ты не осуждаешь это?
Кейт отрицательно качает головой и добавляет:
— Так, за что тебя посадили на такой крупный срок? Может, я просто слишком поверхностно отнеслась к этому вопросу?
Теперь Вайолет вроде понимает отношение своей собеседницы, и её оно вполне устраивает, но вопрос в другом: "Какие же у неё намерения? Можно ли ей рассказывать правду?"
— А какое тебе до этого дело? Хочешь словить премию или заменить нынешнего капитана? — недоверчиво задаёт вопросы в ответ на вопрос Кейтлин она.
— Нет, мне не нужна премия, — тут же отрицает миротворица, — я хочу помочь тебе и таким же, как ты.
— Помочь мне? С чего такая благотворительность?
— Я хочу справедливости, — твердо отвечает девушка.
— Как мило, — хихикает Вай, — Кексик, а ты знаешь что такое справедливость?
— Это... — та серьезно задумывается, — равноправие..?
И тут Вай прорывает. Жилой корпус оглашает её звонкий смех, от чего особенно смелые заключённые недовольно забурчали.
— Боже, Кексик, справедливость и равноправие — два совершенно разных понятия! Чему вас учат ваши "высокооплачиваемые воспитатели"?
Она замечает, как рдеют щеки несчастной Кейтлин от того, что она так облажалась перед заключённой, но девушка оказалась не из робкого десятка и почти сразу же взяла себя в руки.
— Ну раз они такие глупые и не научили, то поведай же мне разницу между справедливостью и равноправием! — важно заявляет Кейт.
— Хорошо, подойди поближе и внимательно впитывай каждое мое чёртово слово, Кексик, — подмигивает Вай, но шериф явно не намерена плясать под её дудку, гордо оставаясь на прежнем месте.
— Ах, какие мы упрямые, — Усмехается Вайолет, — Тогда слушай оттуда, — она делает небольшую паузу, собираясь с мыслями, — Равноправие — это когда каждый вне зависимости от своего статуса, возраста, приложенных усилий получает одинаковое количество плюшек. А справедливость — это когда плюшки получает только тот, кто заслуживает. Смекаешь, да?
— Да, — кивает миротворица, — ты права.
— А как же. Теперь скажи, хочешь бороться за справедливость? — вскидывает одну бровь Вай, вновь упираясь в железные прутья.
— Хочу, — уверенно отвечает девушка.
— Хмм, тогда думаю, — Вай делает вид, что серьезно задумалась, — я могу рассказать тебе правду, но не здесь. Слишком много ушей, — практически переходит на шепот она.
***
Вайолет смотрит в защищённые решетками окна, где бушует море с темными водами, отражающими мрачные тучи, собравшиеся над "Черным Омутом", а после переводит взгляд на молчаливо ожидающую разговора девушку. Отмечает какие же все-таки у неё красивые черты лица, особенно когда их на несколько секунд освещает яркая вспышка молнии, и думает, что обманывать эту наивную миротворицу после того, как она полностью доверится Вай — слишком жестоко. Но её желание помочь весьма сомнительно. По крайней мере, для привыкшей никому не доверять Вайолет. Неужели среди людей Пилтовера, действительно, есть люди, умеющие помогать кому-то, кроме себя?
— Было уже темно, — начинает пересказ того страшного вечера заключённая, но замолкает на несколько секунд от странных ощущений, когда их с Кейтлин взгляды пересекаются. Эту паузу выдерживают обе, а после заключённая продолжает краткий пересказ произошедшего тогда. Она понимает, что была плохой сестрой, но умалчивает о жгучем чувстве вины, терзающим её все те годы, которые она провела за решеткой. Рассказывает свои догадки насчёт Маркуса, насчёт истинной причины её долговременного пребывания в тюрьме и на удивление её внимательно слушают, не осуждают, не перебивают и Вай просто тает от тепла и комфорта, которые были рядом во время всего разговора. Как же давно она этого не чувствовала, а ведь стоило лишь немного расслабиться в диалоге или дело все именно в собеседнике? — Раз это касается ещё и Силко, то я просто обязана во всем разобраться, — уверенно произносит Кейтлин, выслушав Вай.
— Хороший настрой, Кексик! — с улыбкой хлопает её по плечу девушка.
— Кейтлин, — поправляет Кираманн.
— Да брось, — Вайолет тихо смеётся, — Ты же такая сладенькая, как Кексик!
— Ужас, — смущённо бурчит миротворица, отводя взгляд, — К слову, ты же понимаешь, что я теперь не брошу тебя просто так?
— О как! — вскидывает брови заключённая, — А что же, собираешься вытащить меня?
— Именно, — не глядя в глаза той, кивает Кейтлин.
— Думаешь, тебе по силам обойти Маркуса? Капитана, который был избран советом? — Вай скользит указательным пальцем по подбородку девушки, заставляя посмотреть себе в глаза, — Одно дело — разобраться, а другое — что-то предпринять. Не боишься сломать зубки, Кексик?
Кейтлин перехватывает её запястье, но в её глазах нет ни злости, ни раздражения, хотя Вай явно над ней насмехается. Наоборот, девушка замечает какую-то призрачную надежду; что-то, что ей самой пока непонятно, но до боли знакомо.
— Я хочу помочь тебе, — одними губами шепчет Кейт, и тут воспоминая тяжёлой дубиной бьют Вай по голове.
— Я хочу вам помочь! — с такой же надеждой и слезами на глазах молвила её маленькая Паудер, крепко сжимая запястье старшей сестры, но вторая невозмутимо читает ей проповедь, категорически запрещая лезть в такое опасное дело.
Ох, если бы она только выслушала, если бы только была сильнее своей гиперопеки и поверила в силы Паудер. — Пау-пау..? — дрожащим голосом произносит ласковое прозвище сестрёнки девушка, на что Кейтлин отвечает непонимающим взглядом.
— Пау-Пау..? — повторяет она.
И Вай тут же приходит в себя:
— А, прости, просто что-то воспоминания нахлынули... — заключённая осторожно освобождает свое запястье от руки Кираманн и опускает взгляд в пол. Но тут замечает краем глаза, что Кейт нервно закусывает губу и, кажется, тянется рукой к её плечу, вероятно, в попытке подбодрить.
— Не стоит, все в порядке, — одними словами останавливает её Вай, быстро анализируя все происходящее несколько секунд назад.
За время пребывания в Темном Омуте девушка успела многое переосмыслить. Делать было нечего, и она постоянно думала, думала, думала. Корила себя за все возможное и в её мыслях мелькало "так тебе и надо" каждый раз, когда какой-нибудь ублюдок хорошенько прикладывал её об стенку. Но самое сложное, что она не может осознать до сих пор, что иногда стоит верить людям и в людей. Может, и сейчас ей стоит дать шанс? Хотя бы один раз в своей жизни...
— Ты не веришь, да? — перебивает бесконечный поток мыслей Кейтлин, — В меня или мне?
— Не знаю, — пожимает плечами та.
— Давай заключим сделку, — Кираманн осторожно улыбается.
— Мне нечего предложить тебе взамен, Кексик, — усмехается в ответ Вай.
— А вот и есть, — Кейт как-то уютно и по-дружески толкает Вайолет локтем.
— И что же это? — поднимает взгляд на неё девушка.
— Твоя вера, — миротворица протягивает ей руку, — пожалуйста, поверь в меня, и я обещаю, что справлюсь и вытащу тебя до конца тюремных игр.
— Хах, а что же ты? — вопросительно склоняет голову заключённая.
— Я буду верить, что ты продержишься ещё несколько этапов, пока я разбираюсь, — не опускает руку Кейт, пока Вай вдруг небрежно не пожимает её.
— Идёт! Но, Кексик, могу я кое-что спросить у тебя?
— Прости, я много предоставить не могу... — неловко отводит взгляд Кейтлин.
— Мне немного, надеюсь, надо, — слегка сжимает руку миротворицы та, настойчиво заглядывая в синие глаза.
— Ну, — даёт разрешение на просьбу Кираманн.
— Ты можешь узнать подробнее о втором этапе?
***
Вай со вздохом окидывает серые стены камеры усталым взглядом, не имея возможности выкинуть из головы глубокие синие глаза, улыбку на вишнёвых губах и неловкий румянец на щеках той миротворицы. Она боится ей верить как и всем людям, но у них была сделка, поэтому в груди девушки тлеет уголёк надежды. Может быть если на этот раз она позволит помочь себе, то все сложится намного удачнее, чем тогда?
Однако второй этап начнется уже послезавтра, а от Кейтлин ни слуху, ни духу. Неужели она все-таки лишь красиво потрепала языком? Но к чему это все тогда? Эти попытки подбодрить, эта сделка, улыбки..?
— Шестая, — выводит Вай из мыслей грубый голос надсмотрщика, — сюда подошла!
Вайолет со вздохом закатывает глаза и, поднимаясь с койки, подходит к массивной двери камеры.
Надсмотрщик лишь фыркает и, открыв небольшую дверку, через которую обычно передают обед, пинает в камеру коробку среднего размера, с привязанным к ней письмом.
— Это что..? — удивляется Вай.
— Посылка и письмо от твоего спонсора, — с набитым ртом отвечает мужчина.
— Чё за спонсор?
— Дуру из себя не строй. Во время тюремных игр каждый из знати может выбрать себе любимчика и спонсировать его, — почти хрюкает тот и тяжелой подступью удаляется.
Вайолет берёт коробку и, терзаясь мыслями о том, кто же мог стать её спонсором, вскрывает письмо, отмечая про себя, что до этого его явно открывали и читали надсмотрщики.
— Здравствуй, Вай! Надеюсь, что ты уже набралась сил и готова приступить ко второму этапу. Буду с нетерпением ждать от тебя зрелищного прохождения! А пока вот тебе медикаменты. Подлатай свои ранки, чтобы не разочаровать меня. И обязательно попробуй печеньки, которые испек наш семейный пекарь!
Кейтлин Кираманн.
— читая вслух, усмехается девушка, — серьезно? Неужели у неё ничего... — и тут в голову ей бьёт осознание. Что посылки, что письма обязательно проверяют надсмотрщики, а следовательно открыто писать о подробностях второго этапа навряд ли разрешено даже спонсорам. Да и к тому же, Кейтлин наверняка не та, кто будет просто так присылать какие-то там печеньки.
Открыв посылку, Вайолет находит коробку с печеньями. Боже, аромат выпечки просто изумителен, а Кейт ещё и заботливо прислала термос с чаем.
"Мило... " — думает Вай, уже разламывая первую печеньку и точно, как и ожидалось, находит в ней небольшую записочку. Ай, Кейтлин! Ай, красотка!
Девушка на радостях закидывает кусочек хрустящего печенья в рот и начинает читать содержимое записки с номером один.
Из неё она узнает, что второй этап будет длиться чуть больше недели, и основан он на любимой игре детей Пилтовера "Пилтоверские прятки". Участников выпускают на огромную, естественно, огражденную территорию, состоящую из разных локаций. В каждой из локаций есть точка сохранения, до куда игроки должны добраться, пока точка по истечению определенного времени не исчезнет, переместившись в другое место.
— Пиздец, — выдыхает Вай, сминая эту записку и бросая в раковину, чтобы после залить водой.
Она запивает печенье чаем из термоса, и ей возвращается блаженное чувство какого-то уюта, когда ещё теплый напиток согревает девушку изнутри.
Вайолет находит печенье с запиской под номером два, где говорилось об ещё одном условии второго этапа.
На каждой локации будет определенное количество ХЭК — Хекстековых экзо-скелетов. Новая разработка учёных Пилтовера, оснащённая самонаводящейся системой и имеющая практически неограниченный доступ к энергии. По правилам от них можно, как скрываться, чтобы добраться до точки сохранения без лишних стычек, так и сражаться, ведь победив ХЭК участник получает баллы, за которые потом на точке сохранения можно будет приобрести медикаменты, еду, броню или оружие.
Уничтожить ХЭК можно, повредив или же изъяв его ядро, которое специально для игры оставили открытым. Однако никто не отменял факта, что самонаводящийся механизм ХЭК очень опасен и для безоружного человека фактически непобедим.
— мгм, — Вай сминает ещё одну записку, отправляя её к прошлой и находит третью.
"Если ты не хотел связываться с ХЭК, но тот все-таки заметил тебя, то тут есть два выхода: либо ты умираешь, либо побеждаешь его в бою. Скрыться от ХЭК, если он выбрал жертву — нереально. Он найдет объект с помощью тепловизоров. Очень опасная штука. Но если ты успел добраться до точки сохранения, каким-то образом убегая от ХЭК, то преследование прекращается. На точке сохранения можно отдохнуть и набраться сил, но ни в коем случае нельзя уничтожать ХЭК, которые уже не рассматривают участника как жертву, иначе автоматическая ликвидация. Так же тебя ждёт ликвидация, если за отведенное время для второго этапа ты не успел пройти все точки сохранения локаций.
P.S. поищи записку 4"
Вай удивляется постскриптуму и послушно ищет в печеньках ещё одну записку, в мыслях взвешивая всю полученную информацию.
Её напрягало во втором этапе абсолютно все, но зато её доверие к Кейтлин вышло на новый уровень. Она так запарилась, чтобы донести ей нужную информацию, да ещё и печеньки шикарные. Вкусное угощение всегда сглаживает острые углы отношений.
Наконец, добравшись до четвертой записки, Вайолет разворачивает её, быстро пробегаясь глазами по тексту, который так неожиданно тронул девушку.
"Я верю в тебя, Вай! Ты справишься. Мы справимся."
Заключённая бросает третью записку в раковину, смывая водой, но эту осторожно складывает и прячет в карман тюремной робы, с улыбкой падая на койку и прикрывая глаза. Лучше она завтра будет переживать насчёт игры, а сегодня уснет с улыбкой после таких приятных и нужных сейчас слов.
Спасибо, Кексик.
