Старосты

- Мракоборцы сидят под холмами, в шести милях отсюда, - объяснял Руфус, с нескрываемым удовольствием втягивая дым суданского табака, - …не хочу, чтобы это знал кто-то, кроме тебя и Монтегю… - А ты-то сам откуда знаешь? - спросил Том - Главный староста должен знать, куда ученикам ходить запрещено, - загадочно протянул Руфус. На вершине астрономической башни царствовал пронизывающий ледяной ветер. Пустые бойницы, к которым прислонились мальчишки, издавали зловещий свист с каждым новым порывом. - Зря ты взял эту девку с собой, - заметил Скримджер, - расскажет отцу - тебя значка лишат или еще что похуже. Том пожал плечами. Его губы сами собой растянулись в дурацкой усмешке, вызванной табаком - Это она меня туда потащила… - Хоть убей, не поверю, - Руфус шмыгнул носом и сильнее закутался в мантию. - Ей нужно было забрать склянки из чемодана целительницы. Вот что… - Санитарка нашла в вещах мисс Линдоу морфин. Тому показалось, будто ледяной ветер проникает через его ноздри прямо в мозг. Руфус закатил глаза, но, тут же осекся: - Подожди, но…он ведь для солдат, да? Том кивнул. - Не собиралась же мисс Линдоу выпрыгнуть из поезда и махнуть на фронт? Руфус замолчал, и Том не нашелся, что ему ответить. Старосты смотрели вдаль, где Запретный лес скрывался за серыми тучами. Затем Руфус затушил окурок, кряхтя и сетуя на разыгравшуюся бурю, предложил другу проваливать отсюда поскорее. - Эй, Реддл, что хочу тебе показать, - поманил он рукой Тома, спускаясь по винтовой лестнице, - гляди, - Скримджер отпер дверь чулана астрономической башни и, отодвинув паутину, направил свет палочки на его внутренности. Взору старост предстали пузатые очертания десятков дубовых бочонков. - Тут раньше, вроде как, поломанные телескопы хранили? - осторожно поинтересовался Том. - Точно, - с довольной усмешкой кивнул Руфус, - сам нашел. Околел в башне, искал, где-бы чуток согреться…и вот… - Да здесь хватит, чтобы сотне человек неделю не просохнуть, - заметил Том. - Ага, - кивнул Руфус и хитро сощурился, - запасы министерства…никто и не заметит пропажи нескольких литров, верно? В эти тяжелые дни старостам просто необходимо немного повеселиться, согласен, Том? На лице Реддла застыла ухмылка. - Руфус! - внезапно снизу раздался голос Монтегю, - вот ты где, черт…- староста споткнулся на ступеньке. Отдышавшись он наморщил нос: - Это что, суданский табак? А ты интересуешься? - ухмыльнулся Скримджер. Монтегю помотал головой: - Будь на моем месте кто другой, Руфус, - висеть бы вам вверх тормашками в темнице старины Аполлиона! - грозно заявил он, - Реддл, займись списками студентов для больницы, раздели их как тебе будет удобно… только обязательно передай список мадам Помфри не позднее обеда. - Чертова целительница, не могла подождать до вечера, - выругался Том, в поисках дрейфующего на дне сумки куска пергамента. Монтегю, тем временем вновь повернулся к Скримджеру: - Нам с тобой нужно срочно составить объяснительную...этого придурка-полувеликана снова видели на опушке запретного леса, - кивнул он Руфусу, - бьюсь об заклад, опять пытался пробраться в чащу...и почему его не могут просто отчислить? - Готов поспорить, ты ни разу не проводил с ним бесед Скримджер... Хагрид? - Могу предоставить эту честь тебе, - Руфус развел руками и, пожелав Тому удачи, быстрым шагом направился за Монтегю. С самых первых часов учебного года старосты ощущали непомерный груз новых обязанностей: в больничном крыле был развернут госпиталь, куда постоянно требовались помощники, Хогвартс будто бы стал порталом для десятков волшебников, желающих покинуть пределы старого света, и всех их должны были осмотреть на предмет запрещенных артефактов и контрабанды, вдобавок, школьная ферма,которая теперь кормит не только учеников, требовала работников. И это помимо обязанностей до полуночи патрулировать школьные коридоры в поисках нарушителей, оценки состояния формы учащихся и хозяйственного призрения факультета. Реддл, пытаясь сохранить бодрость, духа, вызванную суданским табаком, медленным шагом спускался в кабинет профессора Бинса - призрака, преподававшего историю магии. Там вечно царила сонная атмосфера. Профессор Бинс говорил монотонно прерывая свою речь редкими обращениями к студентам. Как и когда он умер - никто не знал, просто однажды Бинс явился на урок уже без тела и это совершенно не отразилось на содержании курса. Ученики постоянно были озадачены поиском занятия, которое позволило бы убить как можно больше времени на скучном уроке. Но для старост унылые лекции Бинса стали в этом году настоящим спасением. Здесь они могли хоть как-то привести в порядок свои дела: сверить списки дежурящих в госпитале, заполнить отчеты о выполненной работе и определить, чей черед читать часы в храме епископа Джона. Сегодня же профессор Бинс находился в небывалом возбуждении. Причина вскоре выяснилась. Остановившись на рассказе о том как путь разъяренным великанам у стен Хогвартса преградила завеса, он, вдруг, повысил голос: - Никогда за свою жизнь я не слышал, чтобы завесу снимали… “Это известие растормошило даже покойника” - шепнул за спиной у Тома рыжеволосый Гидеон Пруэтт, и мальчишки засмеялись. - Да что, черт-возьми, за завеса такая? - не выдержал Эйвери, - никто ничего толком объяснить не может… Профессор Бинс поднял жемчужные брови, услышав столь резкое выражение от ученика. Однако, многие одобрительно зашумели, некоторые даже закивали. Том вдавил лопатки в жесткую спинку школьной скамьи, чтобы казаться менее приметным и внимательно прислушался. Профессор Бинс продолжил: - Видите-ли, Джером, на самом деле, никому толком неизвестно, что Завеса такое…ни ученикам, ни учителям, ни, даже, позволю предположить, министру магии …чары эти настолько древние, что лишь вскользь упоминаются в книгах…думаю истинное их содержание известно только невыразимцам из Отдела тайн…но на то они и невыразимцы, разумеется… - Невыразимцы были здесь? - выкрикнул с задней парты Квинт Лестрейндж, - смуглый, темноволосый слизеринец. Том обернулся и смерил его раздраженным взглядом. Призрак развел руками: - Это магический контракт, Квиринус…для его снятия требуется магия настолько мощная, что она едва-ли под силу простым учителям… Квинт с шумом откинулся назад и разочарованно протянул: “Невыразимцы!” - Даже Дамблдору? - вздохнул Эйвери, так, что Том невольно фыркнул, смотря на него. - Вполне вероятно, что даже профессор Дамблдор, - с нажимом ответил учитель, - не может своими силами снять завесу… - Завесу создали основатели, Джереми, - вмешался Реддл, - четверо сильнейших волшебников, едва ли профессор Дамблдор способен превзойти их …тем более что заклинание хранится в строжайшей тайне. Квинт присвистнул: - Ты-то откуда знаешь, Реддл? Том открыл было рот, чтобы возразить Квинту, но его остановил профессор Бинс: Брови профессора оскорбленно вздернулось, но он продолжил: - Довольно на сегодня, те более, что завеса - это действительно запретная тема о которой нам неизвестно ничего! Его слова поддержал звонок на перемену. Том быстро кинул конспект и чернильницу в сумку, надеясь успеть отдать списки мадам Помфри до обеда. В коридоре его окликнул Лестрейндж. - Эй Реддл, ты что-то знаешь про завесу? Том остановился и внимательно посмотрел на однокурсника. Квинт был парнем себе на уме и достаточно высокомерным. Этот заносчивый честолюбец подчеркнуто избегал общения с любым, чей статус крови считал сомнительным.. - Тебе то что? - грубо ответил Том, чувствуя, как ненасытный интерес Квинта играет с парнем дурную шутку. - Да просто, - уклончиво ответил тот, - ты делаешь вид, будто, больше остальных знаешь… - Может быть, - неопределенно протянул Том, отмечая, как пространство для маневра, позволяющее Лестрейнджу сохранять невозмутимый вид, схлопывается со скоростью света. Как же он терпеть не мог этого надутого, самовлюбленного идиота. Пусть гадает, блефует Реддл или нет. - Я тороплюсь, - отрезал Том, - поговорим вечером у старины Слиззи, если хочешь...ведь он пригласил тебя, да? Реддл резко свернул в узкий коридор так, что Джереми, шедший за ним, с большим трудом вписался поворот. Озадаченный Квинт в мгновение ока остался далеко позади. - Ты что, торопишься? - с раздражением переспросил Эйвери . - Правда, тороплюсь, - подтвердил Том. Идти с ним в больничное крыло Джереми тактично отказался: стрелки часов пересекли отметку полудня, а для недоедающих учеников, приговоренных на тяжелый труд в школьных теплицах, лишение обеда было невыносимой пыткой. К огромному разочарованию Тома, мисс Помфри в больничном крыле не оказалось. - Она спустилась вниз, принимать снадобья и ингредиенты, - пояснила Венера. - Разве это не дело старшей сестры? - спросил Том, смерив девушку взглядом. - Ответственность за препараты может нести только совершеннолетний, а из всех сестер больничного крыла, - Венера демонстративно окинула взглядом госпиталь, будто бы пытаясь обнаружить кого-то еще в накрахмаленном переднике под койкой или за шкафом, - этим качеством обладает только мадам Помфри. - Может быть ты тогда сама подпишешь и передашь список ей? - уточнил Том. Его желудок угрожающе заурчал Венера открыла рот, чтобы ответить, но за дверью лазарета послышался шум и звуки сразу нескольких голосов. Лицо санитарки моментально приняло крайне напряженное выражение. - Они уже второй раз пытаются сюда пробраться, - протянула девушка. Кто? - спросил Том Родители того мальчика…Бенджамина…- объяснила Венера, закусив губу, - требуют от меня рассказать, как он умер…а мне категорически запретили говорить про поезд... Том собрался расспросить медсестру подробнее, но в этот момент дверь с шумом распахнулась. На пороге появился бледный как полотно Пирс, а за ним следовали мужчина и женщина небольшого роста. Даже на фоне бледных учеников их землистые лица выглядели крайне изможденными. Губы мужчины были сжаты в полоску а скулы напряжены до предела. Что же казалось женщины, то Том едва мог различить черты ее лица под копной растрепанных волос. - Только не говори им ничего…- шепнула Венера, и с силой сунула ему в руки ящик с марлевыми шариками, которые сама крутила минут назад, - ничего про взрыв… От нежелательных гостей их отделяло около восьмидесяти шагов. Том поставил ящик на окно и повернулся спиной к девушке, краем глаза следя за происходящим. Тишина прервалась фальцетом Пирса: - мистер...миссис Якобсон…прошу вас, здесь госпиталь… Мистер Якобсон проигнорировал просьбу Пирса и, оставив его позади, направился к Венере. Том сжал палочку в кармане мантии. - Мисс Дамблдор, - его голос звучал излишне высоко, но твердо, - вы ведь были… там… Он провел в школе достаточно времени, чтобы выяснить, как звали санитарку и что она одна из последних, кто видел его сына живым. Венера тяжело и шумно вздохнула: - мистер Якобсон…мне жаль…мне очень жаль… - на последнем слове голос Венеры дрогнул. Над дверью сестринского кабинета висели часы. Минутная стрелка пересекла отметку “шесть”. Голос Венеры ненадолго перекрыли причитания Пирса о том, что пациентам нужна тишина и покой. Но Пирса для мистера Якобсона будто не существовало. “Интересно, а не часто-ли Пирс видит меня и медсестру вдвоем?” - внезапно промелькнула мысль в голове у Тома. Висело напряженное молчание,уже секунд двадцать Венера и чета Якобсон стояли друг против друга. Пирс порывался было сказать что-то еще, но постоянно останавливался в растерянности. Родители же Бенджамина и Венера будто позабыли слова или пытались найти такие, которые заставят всех сдвинуться с места. Наконец, Пирс махнул на происходящее рукой и проявил живой интерес к расписанию уборки над сестринским постом. Стрелка часов ползла к сорока минутам второго. - мистер Якобсон, послушайте меня... - осторожно и тихо произнесла Венера Мистер Якобсон вновь поднял на нее усталый и раздраженный взгляд. Они с женой находились в Хогвартсе, должно быть, с утра вчерашнего дня и совершенно извелись в попытке хоть что-то вытянуть из преподавателей. Они получали только пустое сочувствие, звучавшие как издевка. - …вы просто обязаны потребовать от нас объяснений, вы совершенно правы, но… Том видел, что девушка тянула время как могла, надеясь на скорое, спасительное возвращение мисс Помфри. - …сейчас…я не могу вам ничего сказать... Мистер Якобсон нахмурился: - Да что это такое черт бы вас побрал? Вы все сговорились что-ли? - голос мистера Якобсона со звоном покатился по коридору больничного крыла, но внезапно его перекрыл гвалт от сотен ног и шум разговоров учеников, спешивших на занятия после большой перемены. Часы показывали без десяти два. “Блять,” - буркнул Том себе под нос. Но, разумеется, его услышали абсолютно все в госпитале. Мистер Якобсон и остальные перевели взгляды в сторону слизеринца. Том повернулся тоже повернулся и недолго думая, сказал: - Он захлебнулся собственной кровью, если вы именно это хотели узнать. Ноги миссис Якобсон подкосились и она обмякла. В этот момент раздался звон колокола, призывавший студентов на занятия. Венера тяжело вздохнула, прикрыв глаза. Ноздри девушки раздувались так, будто из них вот-вот повалит дым, а лицо выражало явное и нескрываемое желание хорошенько врезать Тому по физиономии. По щекам Венеры покатились слезы досады, а ее плотно сжатые губы задрожали. Том поймал себя на очень странном ощущении, которому не мог дать внятного объяснения. Казалось, ему нравится смотреть, как эта девчонка злится. К счастью, английский санитарки не позволял ей выразить чувства прямо и она продолжала молча стоять, словно ошпаренная Том сунул ей в руки список со словами: “ Передай мадам Помфри” и вышел, не глядя на мистера Якобсона. *** Вечер у профессора Слизнорта сулил передышку от недели, наполненной скучными лекциями, работой в поле и бессонными ночами, проведенными за свитками с отчетами. В кабинете декана было необычайно тепло, а сам профессор предлагал гостям ароматный пунш, согревающий изнутри. Гораций Слизнорт - дородный мужчина с лоснящимися пышными усами своим присутствием, в любой, даже самой напряженной ситуации, излучал стабильность и благополучие. Казалось, если постоять с ним рядом в холодный день, можно ощутить тепло, словно от камина. Он безмерно любил комфорт и имел талант обеспечить его даже в крайне нелегкое время. Вся фигура профессора, бархтаное облачение и мягкая мебель в кабинете, красноречиво свидетельствовали об этом. В “Клуб слизней” - так профессор в шутку называл сборища, которые устраивал среди своих любимчиков. Туда не рисковали попасть студенты, обделенные талантом. Профессор приглашал на свои вечеринки исключительно тех, кому удалось блеснуть способностями, произведя впечатление на декана Слизерина. А уже они могли рассчитывать на протекцию профессора, известного связями в магическом мире Сложно сказать, какая у него была цель. Создать тайное общество? Наводнить Министерство магии изнутри своими агентами? А может быть ему просто доставляло удовольствие, с легкой небрежностью, перечислять имена “моих слизнячков, взобравшихся на такие высоты”. На слове “высоты” профессор обязательно поднимал вверх указательный палец. Но и правда, ученики получали от этих встреч уйму интересных знакомств, и не только между собой: на особо торжественные встречи профессор приглашал именитых гостей: музыкантов, писателей, журналистов и других успешных волшебников, бывших его студентами. Но самое главное - эти вечера позволяли немного выдохнуть старшекурсникам, неделями не видевшим ничего не кроме конспектов и лекций. В этот вечер профессор Слизнорт изменил своей привычной многословности и, сославшись на трагические происшествия последних дней, предложил всем собравшимся позабыться хотя бы на несколько часов и хорошенько отдохнуть. - Старик дело говорит, - шепнул Руфус Скримджер, надевший по случаю вечеринки фиолетовый сюртук Неведомо откуда зазвучала музыка, казалось, ее источали сами стены кабинета, а ноги, разгоряченные пуншем, так и тянулись в пляс. Том почувствовал на своем плече тяжелую руку и обернулся. За его спиной стоял Гораций Слизнорт: “Том, могу я отвлечь тебя на минуту?” - еле слышно спросил он. Голос декана звучал непривычно серьезно. У Реддла похолодело внутри. Должно быть медсестра рассказала ему о случившемся в больничном крыле. Том кивнул и пошел, увлекаемый профессором, вглубь кабинета. За столом Слизнорта сидел худой мужчина в сером костюме. - Том, это мистер Перкинс, - представил его декан. Мистер Перкинс еле заметно кивнул. Он не был похож на разгневанного родственника погибшего мальчишки, и вообще на человека, который собирался предъявлять Тому обвинения в бестактности. - Мистер Перкинс из Отдела неправомерного использования магии, он хотел спросить у тебя о шкатулке, которую вы вчера задержали на пропускном пункте. Редл кивнул. - Садись, Том, - предложил мистер Перкинс. Профессор Слизнорт расположился рядом. Его лицо выражало крайнюю озабоченность - Не совсем о шкатулке, - поправил Слизнорта сотрудник Отдела неправомерного использования магии, - меня больше интересует молодой человек, который пытался ее пронести. Том пожал плечами, ожидая вопроса. - Мне нужно, чтобы ты описал все, что запомнил в его поведении…он, видишь ли, - мистер Перкинс косо улыбнулся, а черные тени под его глазами превратили ухмылку в зловещее предзнаменование, - не хочет нам ничего рассказывать. Том окинул взглядом сухую и жилистую фигуру мистера Перкинса, глубоко врезавшиеся морщины на лице, тонкую, как папиросная бумага кожу и, столкнувшись с остырм буравящим взглядом, ответил: - Он заметно волновался с самого начала. Мистер Перкинс кивнул. Том зажмурился, стараясь восстановить в голове образ контрабандиста Черные, забранные в хвост волосы, золотая серьга в ухе, потертый, видавший виды кафтан, но дорого расшитый…должно быть, снят с чужого плеча...и подозрительные бегающие глаза… - Но согласился показать свою сумку. Думал, что мы ничего такого не приметим в…но как только вредноскоп подал сигнал, он попытался отбиться и сбежать. В общем-то…все. Мистер Перкинс наклонился ниже: - Он говорил что-нибудь лично тебе? Может быть пытался подать знак или… - серые глаза министерского работника встретились с черными глазами Тома и по его спине пробежал неприятный холодок, - передал сообщение каким-то иным способом? Том помотал головой, в которой промелькнуло: “Он меня в чем-то подозревает?”. Мистер Перкинс покосился на кусок пергамента по правую руку от себя. До этого Реддл не обращал на него внимания. Серое, как костюм мистера Перкинса, перо, выводило по шершавой поверхности отчет. - Если тебе больше нечего сказать, подпиши. Том внимательно посмотрел на пергамент. Черными чернилами на нем были выведены показания. Он бесцеремонно оборвал перо как раз в тот момент, когда оно пыталось написать слово “сбежать”, и небрежно поставил размашистую подпись, отрезая путь к последним словам текста. - Широкая подпись говорит об амбициозности, - все так же недобро ухмыльнулся мистер Перкинс. “Спасибо” - еле слышно ответил Том, поворачиваясь спиной к мистеру Перкинсу. - Передайте директору: я пришлю Барти за остальными деталями, - услышал он за спиной прощание министерского работника. Щеки учеников в гостинной Слизнорта уже основательно порозовели от пунша, а разговоры звучали громче, чем в начале вечера. Руфус увлеченно беседовал с Венерой. По случаю вечеринки у Слизнорта, она сняла свой куколь и надела простое синее платье. - Нет факультета лучше Гриффиндора, чтобы спрятаться от Дамблдора, ты скоро это поймешь… - уверял девушку староста, - …он не особо жалует нас вниманием… он заботится о своих обязанностях куда меньше чем это делают другие деканы…его больше интересует переписка с зарубежными учеными..Реддл, - Руфус увидел Тома и расплылся в неловкой улыбке, как будто только что совершил какую-то пакость, - чего от тебя хотел этот министерский? - Спросил про нашего вчерашнего знакомого…а тебя разве не допрашивали? Руфус помотал головой: - Я еще в первый день написал объяснительную его помощнику…Краучу…да, - Руфус нахмурился, пытаясь припомнить детали… - мерзкий тип…в общем, ничего интересного, - подытожил он, - странно, что с тобой решил поговорить сам начальник отдела...мы ведь просто свидетели, да? - Скримджер пристально посмотрел на Реддла. Том вопросительно поднял брови. Руфус мечтал о должности мракоборца в Отделе обеспечения магического правопорядка.Бесстрашный и решительный Скримджер вполне годился на роль мракоборца:отличный ученик и превосходный дуэлянт. Кроме того, Руфус никогда не упускал возможности завести знакомство с министерскими работниками. - Он как будто бы решил, что мы с этим бедолагой в сговоре… - многозначительно протянул Том сверкнув глазами (“Неужели ты тоже так думаешь, Руфус?”) и обратился к Венере: - Ты ничего не сказала Слизнорту? - О чем? - притворно нахмурилась девушка. - Про родителей Якобсона… - А…- хмыкнула Венера, - брось ты, нет конечно…далеко не все могут сохранить достоинство и самообладание перед лицом смерти Руфус неловко усмехнулся и выжидающе посмотрел на Тома, но тот промолчал. - Пойдешь танцевать? - обратилась девушка к Скримджеру, Руфус, ошарашенный предложением, ошалело покрутил головой по сторонам, очевидно в поисках Эмили Роджерс и, вконец растерявшись, согласился. Реддл остался в одиночестве. Он скрестил руки на груди и, опершись о стол, уставился на веселящихся сокурсников: “Высокомерная...святоша…” - Реддл, неужели ты скучаешь один? - окликнул его знакомый голос. - Как видишь, - улыбнулся он шестикурснице Вальбурге Блэк. - В чем дело? - усмехнулась она. Лучший друг увел у меня девушку, - иронично заметил Реддл и кивнул в сторону танцующего Руфуса. - Неужели, она променяла самого Тома Реддла на какого-то лепрекона?! - приложила руку к губам в притворном ужасе Вальбурга. - Не хочешь ли ты сказать, что в этом кабинете никто не может сопротивляться моему обаянию...даже…Вальбурга Блэк? - он протянул ей руку, и та с радостью приняла приглашение. От девушки пахло розой и сандалом, а ее кожа на ощупь была как шелк. Она красива. По-настоящему красива. Редкий парень откажется побыть рядом с Вальбургой, теша себя иллюзией, что девушка принадлежит ему. Но насколько она была красива, настолько же недоступна. Ее компания льстила Тому, даря ощущение исключительности. А он, всего-то, не бытл с Вальбургой излишне навязчив. Вечер клонился к полуночи, и собрание грозило студентам скорым завершением, когда Том, наконец, присел отдышаться на пухлый диван. Компания гостей Слизнорта заметно поредела, составляя теперь практически исключительно старост, да несколько редких учеников старших курсов. - Тебя ищет Квинт, - понизив голос, наклонился к Тому и Вальбурге Монтегю. - Вот черт, он что, здесь? - раздосадовано протянул Реддл. Фрэнк молча кивнул в сторону окна, у которого виднелась фигура Лестрейнджа. - Хочешь я прогоню его? - вмешалась в разговор Вальбурга. Том помотал головой: - Уже поздно, пускай Фрэнк проводит тебя. Реддл знал, что между Монтегю и Вальбургой давно теплился интерес, которому, как бы Фрэнк ни старался, не дано было претвориться в жизнь. Очень скоро родители выдадут замуж девушку за какого-нибудь долговязого кузена. Как только Том остался в одиночестве, Квинт направился к нему уверенным шагом. Сердце Реддла бешено забилось. Интересно, как ему удалось проникнуть на вечеринку Слизнорта? Лестрейндж - бездарный, посредственный волшебник, которого не спасает даже фамилия отца. - Ты тоже здесь? - махнул он Лестрейнджу, напряженно следя за тем, чтобы голос звучал как можно более непринужденно. - Реддл, мы хотели с тобой поговорить… - Помню… - прервал его Том, отчаянно блуждая взглядом по полупустому залу, в поисках того, что могло бы его выручить, - здесь слишком людно…пойдем прогуляемся, - не дав Квинту договорить Том, встал с дивана. “В конце - концов”, - подумал Реддл, - “не одолеет же он меня в дуэли?” Возможность поводить за нос высокомерного Лестрейнджа была слишком заманчива, чтобы переживать о ее последствиях. - Что ты сказал, Том, тебе известно о Завесе? - медленно и невозмутимо протянул Квинт. - Ты ведь знаешь, старосты присутствовали при ее снятии, - соврал Реддл и многозначительно посмотрел в темные глаза Квинта. - Ты что, хочешь сказать, ты видел ритуал? - глаза Лестрейнджа расширились. Теперь он слушал очень внимательно, а Том почувствовал, что сам загнал себя в тупик - Конечно нет…точнее, совсем немного, - уклончиво ответил он - Брешешь ты, - раздосадованно заключит Квинт. Они остановились. - Слушай, а что у тебя с Вальбургой? - внезапно спросил Лестрейндж. - Что? - усмехнулся Том, которого застала врасплох неожиданность вопроса, - это не твое дело…- вырвалось у него неосознанно - Мое, - зло ответил Квинт и, развернувшись, загородил собой проход для Тома. У Реддла пересохло в горле. - Эй, - внезапно их окликнул женский голос. У Тома отлегло от сердца. Мальчишки обернулись на зов. Посреди коридора стояла Венера Дамблдор. - О, Боже, что ты тут…- зашипел Лестрейндж, а Том расплылся в глупой улыбке - Да вот…мадам Помфри отправила за монашеской шапкой… - Что? - рассмеялся Реддл, чувствуя невероятное облегчение. Румянец от пунша с лица медсестры еще не сошел, а смех Реддла заставил ее покраснеть еще сильнее. - Ну этот…- замялась девушка, показывая склянку толченого аконита, - волчий плевок… - да какая к черту разница, - рассердившись выдохнула она. Квинт за спиной у Тома тяжело вздохнул. Конечно, он не станет нападать на Реддла при свидетелях. - А вы тут…про завесу говорите? - не унималась девушка, разгоряченная пуншем - Да, - поспешил поддержать разговор Том, чтобы не оставить Квинту шансов продуктивно закончить встречу. - Ну и что же? - усмехнулась санитарка. - Квинт второй день не может успокоиться, спрашивает, откуда она взялась, - быстро ответил Том. - Да что ты такое не…- начал было Лестрейндж, он его заставили замолчать следующие слова Венеры. - Ну как же, о таких вещах как магия крови даже дети знают... Парни посмотрели на нее как на сумасшедшую. - Я имею в виду…вам же читали про это в сказках...мифах..легендах, не так ли? Квин помотал головой, не понимая, всерьез девушка говорит или шутит - Магия крови, - протянула Венера, - она требует жертвы. Это колдовство, на которое способны только действительно сильные волшебники, каких не много. - Чистокровные? - с надеждой переспросил Квинт А Том едва сдерживал смех, наблюдая за столь забавной картиной: монашка читает свою проповедь зазнайке-Лестрейнджу а тот ловит каждое ее слово. Точно лукавый священник и наивный крестьянин из маггловских сказок. - Нет…не совсем так…те волшебники, которые происходят из древнейших семей, которые стояли у самих истоков магии…жрецы, друиды, волхвы... - Звучит как вздор, - разочарованно протянул Лестрейндж. Девушка только скрестила руки на груди и осуждающе посмотрела на парня. - пойду ка я спать…и тебе, Реддл, советую - зевнул Лестрейндж. Ловить ему здесь было нечего. Том вызвался проводить Венеру до спален, чтобы избежать общества Квинта. - Откуда ты вообще это взяла… имею в виду, про магию крови? - поинтересовался он. Девушка пожала плечами: - это что-то само собой разумеющееся...мне говорила об этом няня, ее гости и помощники…Замки строят на костях и это питает их магию... редкий некромант не захотел бы этим воспользоваться... Венера пристально посмотрела в глаза Тому. Думаешь о тех рунах? - спросил он. Я стараюсь о них не думать, - с нажимом заметила девушка. Они стояли у портрета леди Агнесс. - Что ты имела в виду, когда сказала, что не все способны сохранять достоинство и самообладание перед лицом смерти? - поспешил сменить тему разговора Том. - А, - Венера махнула рукой, - не бери в голову, хотела посмотреть, как ты разозлишься, - она резко вздохнула, раздув ноздри и поджав губы, - в общем, мне пора, - и, развернувшись на каблуках санитарка скрылась за дверью больничного крыла.