Сложить Пазл

      Для начала снова по-быстрому пробежимся по хронологии.       В ночь с 19 на 20 апреля 1889 года тонет круизный лайнер «Кампания». Рейс, организованный Обществом Аврора чтобы увидеть идеальное «животное оружие», которое в итоге почти полностью скушало своих спонсоров. Остался как минимум один — виконт Друитт, которого опозорили, привязав к мачте плота в позе Феникса.       Младший Сиэль возвращается домой и заболевает после купания в воде. Точные даты нам тут не указывают. Но если госпожа Тобосо сверилась с интернетом так же как и я, то христианская пасха тогда была 22 апреля, а католическая — 21 апреля 1889 года. Сиэль ещё читает новости в газете о крушении корабля, Лиззи приезжает к Сиэлю отметить праздник. Двойные Чарльзы в конце того же дня отдают графу письмо от Королевы.       Королева отправляет Сиэля в Вестонский колледж узнать почему сын её кузена, Деррик Арден, с прошлого лета не возвращается домой на каникулы.       Сиэль шурует по колледжу, безуспешно пытаясь в чём-либо разобраться, но везде только «целует замки». Прорыв случается на Полуночном Чаепитии в ночь с 4 на 5 июня 1889 года, когда появляется Гробовщик и открывается правда.       Итак, с какого же конца начать… Давайте, отсюда. Давайте остановимся на секундочку и подумаем.       Теперь-то мы знаем, что Деррика уже прибили давно. И, как мы прикинули раньше, случилось это примерно летом 1888 года.       Деррик — сын кузена Королевы. То есть, сын двоюродного брата. Довольно близкое родство. То есть, двоюродный племянник Королевы Соединённого королевства Великобритании и Ирландии, Императрицы Индии и так далее… Двоюродный племянник пропадает, от него нет вестей больше полугода, почти год. И никого это не волнует? И не смущает. Секретная служба не стоит на ушах. И именно после затопления «Кампании», не на Рождество, не на Новый Год, а именно на Пасху все почему-то вдруг о нём вспомнили. Какое фантастическое совпадение!       Газеты всё ещё гудят, Сиэль каким-то чудом (Себастьяном) только-только выплыл, а Королева не даёт даже передышки своему Цепному Псу, тут же бросая на новое дело. К чему такая срочность?       А теперь вспомним виконта. =)       Виконт Друитт в результате недавних событий вернулся в Англию, распятый на плоту в позорном виде в позе Феникса. Виконт точно не уверен что произошло. Но! Он видел, что «животное оружие» работает! Он видел как зомби кушают людей, он уверен, что Райан Стокер ими управлял и что Райан предал Общество Аврора когда натравил зомби на своих союзников и спонсоров. Правда, прибор для управления зомби почему-то не сработал… Но виконт раньше грохнулся в обморок, чем смог что-либо понять. И он не видел гибели Райана. Кроме Сиэля, Себастьяна и Жнецов — других свидетелей этому не было. А потом корабль пошёл ко дну.       Поэтому виконт считает, что Райан — предатель, и Райан — жив. Вполне нормально ожидать от Друитта желания отомстить. К тому же, у Райана в руках — мощное оружие! А это ещё и опасно для виконта.       Что он делает дальше?       Судя по тому, как дальше развиваются события, он идёт напрямую к Королеве. И рассказывает, какое прекрасное оружие создал Райан. Какое мощное и эффективное! Вот только, подлец, почему-то не захотел делиться. Поэтому и Королева не выглядела удивлённой когда в конце расследования Сиэль расскажет ей о двигающихся мертвецах. И так легко поверила его словам. Потому что она уже об этом знала. И именно за этим отправила в колледж своего Цепного Пса.       Итак, виконт рассказывает Королеве об оружии. Оружие находится у Райана, но он пропал и как найти его — неизвестно. Зато виконт Друитт вспоминает, что почти год назад, летом 1888 года, к нему обратился племянник и попросил помочь уладить дела в колледже. Тогда племяннику помог Райан, которого сопровождал некий «партнёр по исследованиям». Племянник с товарищами прибили пятерых студентов и ранили заместителя директора Агареса. Так что, пусть Райана Стокера найти сложно, но эти двое — таинственный партнёр и заместитель директора Агарес — оставшиеся ниточки к нему. И за эти ниточки можно попробовать потянуть.       Тогда получается, что виконт Друитт рассказал Королеве, что её двоюродный племянник убит? Более того, получается, что Королева знала об этом ещё год назад. И все, кто надо, об этом знали. Поэтому Вестонский колледж и не переворачивала вверх дном полиция. Нет, разумеется, престижный закрытый колледж — дело серьёзное и основательное. Но неужели у колледжа больше власти, чем у Королевы?) Почему тогда все об этом молчали? Сложно сказать. Свидетелей не было, тела не всплывали, ситуация с издевательствами над учениками и подкупленным заместителем директора — в принципе грязная. Полагаю, всех устраивало отсутствие шумихи.       А ещё, раз Королева уже год так тесно общалась с виконтом, она вполне могла покровительствовать первому рейсу корабля «Кампания». Или, как минимум, быть в курсе слухов, что, возможно, затевается нечто интересное. Если бы виконт скрывал от неё такую информацию, а тут вдруг бы признался, что у него тайны от Королевы… она бы ему не простила.       Как теперь видит эту ситуацию Королева?       У неё под боком происходят самые прелюбопытные вещи. Гудит весь Лондон. Даже виконт, не мешкая долго, тут же докладывает ей занятные подробности. А её верный Цепной Пёс почему-то молчит. И в гости на аудиенцию не идёт. Как это понимать? Он, едва ступив на берег, должен был кинуться к ней и отчитаться!       И Королева пишет Сиэлю письмо. Да-да, то самое, как она не может отпраздновать Пасху потому что волнуется за двоюродного племянника Деррика.       При чём тут зомби к мирному пасхальному посланию? Ведь Королева же писала, казалось бы, совсем о другом!       Ах, стоит ли упоминать, что в былые времена, когда переписка столь важных персон могла быть перехвачена и перечитана, люди предпочитали не говорить о вещах напрямую, а пользоваться намёками и метафорами.       И я не собирался так в него углубляться, пока не сверился с оригиналом! А там — действительно чудеса двусмысленности. Причём, я вполне мог ещё упустить какие-то нюансы. Там даже разбивка предложения на строчки имеет значение, так как формирует фразы с другими смыслами! Но перевод получается примерно такой (помним, что Королева знает о смерти Деррика):       Глава 67.       — Моему милому мальчику.       Случай с «Кампанией» был настоящей трагедией, не так ли. Чувствуешь ли ты себя лучше, наслаждаешься ли Пасхой?       К слову, о Пасхе. У меня должны были быть дни отдыха, однако я обеспокоена и не могу в полной мере насладиться праздником.       И беспокойство это заключается в Деррике, сыне моего кузена, герцога Клеменса. Деррик учится на 5 курсе Вестонского колледжа. Но по какой-то причине, как я слышала, он не возвращался домой с прошлых летних каникул. Он каждый день писал мне по письму, а потом…       Даже если обеспокоенная супруга герцога обратится в дортуар, он вряд ли вернётся домой.       Возможно, у него всего лишь мятежный период. Похоже, многие, в том числе и студенты, этим страдают. Или же он может и вовсе не вернуться домой.       Возможно, с ним что-то случилось.       Единственные сыновья часто так себя ведут… Герцог просто погибает на глазах… Я очень обеспокоена.       Мой дорогой, поспеши как только сможешь. И надеюсь, все мы сможем спокойно насладиться Пасхой…       — Виктория       Не буду засорять текст переводами из открытых источников для сравнения. Но это вот прям отличный пример случая когда, если не понимаешь смысла — лучше переводить дословно! =)       Королева ведь специально упомянула в тексте историю про дохлого племянника. Начало этого «любовного» послания можно трактовать так: «Мой милый мальчик, у нас тут шухер в Лондоне, а ты там на Пасху чаи гоняешь? Какого хрена?!» Далее идёт поучительная история про Деррика. Причём, с Дерриком она сравнивает Сиэля. Мол, почему это от Сиэля весточек давно не было? «Возможно, у него всего лишь мятежный период.» Мол, может, лояльность Сиэля Её Величеству пошатнулась и начала какие-то иные формы приобретать? «Единственные сыновья часто так себя ведут.» Затем следуют открытые угрозы: «он вряд ли вернётся домой», «или же он может и вовсе не вернуться», «просто погибает на глазах». В конце же Королева завершает фразами «Я очень обеспокоена» и «поспеши как только сможешь». Мол, милый мальчик, поспеши доказать свою преданность, а то меня эта вся ситуация очень волнует и беспокоит и как бы с тобой в итоге чего не вышло. Поспеши и тогда всё снова будет ОК.       Ещё в этом письме есть прямое указание «он каждый день писал мне по письму» с требованием ежедневных отчётов. Которое Сиэль не понял и не выполнил. Поэтому на церемонии 4 июня Королева смотрела на него столь холодным, злым, хищным взглядом.       Да и вообще, Сиэль из этого послания не понял почти ничего. Ему бы поучиться потом у Редмонда такие штуки расшифровывать. Хорошо хоть поехал куда надо.*       Возможно, в том числе из-за этого, Королева его и не уважает. А она не уважает. И не заботится о нём. Она не даёт ему времени вылечиться и отдохнуть после затопления корабля. Она не ходит к нему в гости как к Зиглинде, отчего в 114 главе сам Сиэль был в шоке. А ведь Зигги она знает на тот момент сколько? Затрудняюсь сейчас сказать точно, но около пары месяцев. А Сиэля — годы. И такое разное отношение! К Зелёной Ведьме приходит лично, а к Сиэлю посылает своих дворецких, которые каждый раз, походя, что-то бесцеремонно разносят.       И теперь, не написав конкретно, но намёком отправляет его «помутить воду» в Вестонском колледже.       Причём, Королева узнала о зомби от кого? От виконта Друитта. А у виконта в колледже своя ниточка связи имеется.       Что в это время происходит в колледже?       Там уже примерно с год сохраняется устоявшийся экологический баланс. Четверо Префектов пришибли двоюродного племянника Королевы и четырёх его дружков до кучи. Также не обошли вниманием заместителя директора Агареса. Но Агареса вылечили. И теперь у него с Префектами — статус-кво с угрозой взаимного уничтожения. У Агареса на Префектов — улики в виде пяти трупов. У Префектов на Агареса — обвинения в коррупции. Никто из них не может обратиться в полицию, потому что тогда виновный сдаст заявителя в отместку. И пока никто никого не трогает и Префекты доучиваются — всех всё устраивает. Деррика всё равно уже не вернуть. А если выплывет эта история — выплывет и причина, по которой его убили, пострадает доброе имя его семьи, польются ещё тонны грязи… Поэтому с его смертью год назад уже все смирились, забыли и живут дальше.       Почему бы телам студентов храниться на территории колледжа?       Во-первых, это удобно. Компромат должен быть под рукой и под контролем. Во-вторых, это выгодно. Если не в колледже — тогда куда их девать? Зачем прилагать лишние усилия, искать какой-то склад, за который нужно платить, охранять, следить за состоянием техники, который может затопить, который могут вскрыть взломщики или нагрянуть полиция… если есть прекрасный колледж, в который никто не суётся. Причём, Префекты из-за правил колледжа, надзора и существенно ограниченного передвижения, видимо, не могут избавиться от компромата в виде трупов. Да и не особо стремятся, им и при текущем положении вещей довольно комфортно. Хотя неприятно, конечно, что «дядя Алистер», виконт Друитт держит этим своего племянника Редмонда за горло. Ведь «дядя Алистер» — в курсе, он сам помогал всё скрыть. И это видно по сочетанию широкой деланной улыбки и холодного взгляда когда Редмонд смотрит на виконта на праздничном балу 3 июня.       Причём, можно сделать логическое предположение, что тела будущих зомби хранятся в здании Фиолетового Дортуара. И мешают Вайолету выспаться.       Почему когда Сиэль поджёг Дортуар, Вайолет вообще не переживал о здании? Он не спешил его тушить, не командовал. Просто стоял и молча наблюдал. А когда Вайолет увидел взрыв — видимо, ему в голову пришла мысль, которая до этого его не посещала.       Что такого могло взорваться в здании? Например, какой-то газовый баллон. (Первый газовый баллон Изобрел знаменитый французский физик и воздухоплаватель Жак Александр Сезар Шарль (1746–1823) в Париже в 1783 году.)       Причём, это мог быть как баллон системы охлаждения, благодаря которой хранились зомби, так и любой другой, совершенно посторонний и не относящийся к делу. Но этот взрыв подал Вайолету идею.       Если позволить Дортуару сгореть дотла — улики сгорят вместе с ним и Префекты будут свободны. Поэтому при взгляде на пожар у него на лице была изображена такая робкая надежда и облегчение. Поэтому он запрещал входить в здание и запрещал его тушить. И поделился этой идеей с остальными Префектами, но ребятам снова не повезло.       Забавно, что, похоже, пламя всё-таки немного достало трупы. Потому как в 84 главе, когда зомби вылезают из-под земли, на них видны «потёртости». Можно трактовать это как грязь, но можно отнести и к подгоревшим участкам.       В качестве нюанса можно добавить таинственность личности Редмонда. Он сразу, с холодным взглядом, заинтересовался Сиэлем когда узнал, что тот был на «Кампании». Сложно сказать, по личной инициативе или искал информацию по указке дяди, из-за шантажа. Морис Коул тогда принял это близко к сердцу и приревновал, побоялся, что его хотят заменить, поэтому и наврал Сиэлю о времени чаепития с Префектами. А Редмонду просто был нужен послушный подчинённый, который помог бы ему с разведкой, в этом Морис его подвёл.       Ещё можно расценить как совсем тонкий намёк от мангаки то, как нам показали Префектов на фестивале после соревнования по крикету. Глава 81, страница 14, третий и четвёртый кадры. Все танцуют, веселятся, Префекты сидят за столом, кушают, к ним подходят Двойные Чарльзы. Чарльз Грей садится в самом дальнем углу стола, напротив Редмонда. При этом все Префекты и их помощники носят полосатые пиджаки, а Редмонд — тёмный. Блюер тоже должен был быть в тёмном, но он намок и сидит в полосатой рубашке. В любом случае, не вижу других причин с чего бы дворецким Королевы вообще быть на этом празднике, тем более навещать Префектов, кроме того что Редмонд — шпион Её Величества. Видимо, Королева устала ждать новостей от Сиэля и отправила за ними дворецких к Редмонду.       А дальше события переходят к Полуночному Чаепитию.       Как видит эту всю разворачивающуюся ситуацию Гробовщик?       Ну, здесь у него есть все рычаги контроля! А, значит, ход событий его полностью устраивает.       Он специально оставил виконта в живых и виконт тут же побежал заручиться поддержкой более «крупной рыбки». У Гробовщика есть союзник внутри — заместитель директора.       Почему Агарес — добровольный союзник?       Напомню, что Гробби для всех — обычный, честный член Общества Аврора. К тому же, спасший виконта от Грелля. А предателем все считают Райана. Гробби приезжал вместе с Райаном Стокером чтоб забрать Агареса на лечение. И, возможно, в каком-то смысле Агарес чувствует за это благодарность. А, скорее, Агарес был/стал членом Общества Аврора или, так сказать, «сочувствующий». То есть, вроде, не до конца с ними, но поддерживает. Сложно полностью проследить его мотив.       Но у него с Гробовщиком нет конфликта. Та самая фраза, которую он пробормотал в 82 главе: «Значит, эпизод в конце концов пойдёт вразнос…» Он сказал её до того как Гробби объяснил новую технологию создания зомби и именно Агарес первым упомянул термин «эпизод». Если он не добровольный союзник — с ним было бы опасно делиться лишней информацией.       С другой стороны, когда Себастьян своим броском в стиле «немецкого суплекса» вырубил Агареса — Гробовщик его бросил. То есть, не дорожит. Считает за расходный материал. А такое отношение у него обычно как раз к членам Общества Аврора. Да, Гробовщик жесток в методах достижения своих целей. «Лес рубят — щепки летят.»       Поэтому пока Сиэль рыскает по колледжу, переворачивая каждый камушек в поисках давно усопшего Деррика Ардена, Агарес следит за тем, чтоб ситуация не вышла из-под контроля. И продолжается это вплоть до Полуночного Чаепития, с 4 на 5 июня, когда «директор» соизволил наконец-то пригласить графа Фантомхайва к себе.       То есть, конец апреля, май и несколько дней июня Сиэль безрезультатно бегал по окрестностям, пытаясь отыскать хоть что-то, и не находил ничего! В любой момент Гробовщик мог явить ему свой милый лик и оборвать этим мучения ребёнка. Все остались бы довольны и разъехались по домам. Гробби этого не сделал. Больше месяца он мурыжил бедного Сиэля просто так! С другой стороны, он мог и не появляться вообще и кто бы что ему за это предъявил?! Учитывая, что Сиэля в колледж изначально послали не за Дерриком, а за изобретателем «животного оружия» Райаном Стокером.       Отсюда вывод — Гробби появился именно тогда, когда счёл нужным появиться.       Зачем-то ему нужно было время. Может, он собирал ресурсы. Может, расставлял ловушки. Может, лечил старшенького. Ему нужно было время и он его себе выделил. При этом младший Сиэль был полностью под контролем и под наблюдением заместителя директора, на виду, отвлечён поисками Деррика и не совал свой нос куда не следовало бы.       И, видимо, закончив все приготовления, Гробовщик наконец-то явился на Полуночное Чаепитие, запустив следующий этап процесса.       Там он показал Сиэлю новую порцию зомби.       Глава 84. Сиэль:       — Деррик точно был в сознании, пусть и на мгновение. Он явно отличался от предыдущих двигающихся трупов… Нет. Они эволюционировали!       Гробовщик, объедаясь пирожным, игриво:       — Я так рад слышать это от Вас.       Здесь, на Чаепитии, Гробовщик снова «засвечивает», демонстрирует своих Кукол. И проводит «контрольную поверку». Он убеждается, что Сиэль ведётся на сказочку о зомби, верит в их перспективность, даже считает, что зомби могут эволюционировать. Просто идеально!       И, вдоволь наразвлекавшись, Гробовщик уходит по своим делам.       А Сиэль, не откладывая в долгий ящик, наносит визит Королеве. Там он наконец-то рассказывает ей новость о зомби, что её вовсе не удивляет. И новость о Деррике, что не видно чтоб слишком опечалило её.       Зато Королева убедилась, что её Цепной Пёс всё-таки ей верен, и немножечко потеплела к нему. Буря прошла мимо, а Сиэль и не заметил.       А ещё Королева получает подтверждение, что идеальное «животное оружие» не только существует, но и стало гораздо лучше. И теперь она хочет это оружие.