Прости, что болен тобой, Арс..

Наконец-то парню удалось выбраться в большой город. Но исполнившаяся мечта до сих пор еще кажется чем-то нереальным. Теперь он студент питерского колледжа. Молодому амбициозному мальчишке не терпится дождаться того момента, когда начнется его учебный год. Ведь он всегда интересовался искусством, особенно тем, которое можно было изобразить на холсте бумаги. С пятнадцати лет он начал уделять этому делу так много времени, что порой засыпал, измазанный весь в красках, над новой работой. Он начал этим жить. А его зелёные глазки горели, да так, что уже походили на те лампочки, что были на новогодних ёлках. Он вдохновлялся художниками прошлых веков. И изображал на белом листе почти всё, что попадалось ему под руки, всё, что только могло придумать его воображение. Он творил чудеса… И это не прошло даром. Как только в колледже увидели его работы, то забрали с ногами и руками на бюджет. Чему парень очень удивился, но прекрасную возможность перебраться в большой город не упустил, хоть и пришлось долго и муторно уговаривать родню. Особенно маму, которая со слезами на глазах все тараторила: «Ну как же ты там один, Тошенька», «Никого же рядом не будет!», «А есть ты там что будешь?!», «С голоду помрёшь!» и так далее.

***

— Мам, успокойся, я взрослый парень, рано или поздно мне все равно придется от вас съехать. Готовить я умею, с голода не помру. Голова на плечах есть, быстро найду работу и сниму маленькую квартирку. Все будет хорошо, не беспокойся, — обнимая одной рукой, а второй поглаживая по спине свою мать, улыбаясь, говорит Антон. Его искренняя улыбка всегда грела и успокаивала. Такая родная и живая. — Правильно все говорит, пускай уже учится самостоятельности, сколько можно на шее сидеть? Семнадцать лет лбу здоровому. Да и не пропадёт он никуда, я-то его знаю, — а вот отец Антона был только за, чтобы сын отправился в свободное плавание. Не потому, что хотел побыстрей избавиться от отпрыска, а потому, что любит, поэтому и отпускает. Отец всегда хотел, чтобы сын нашел свое призвание, поэтому и поддерживал во всех его начинаниях. Периодически он находил спящего Тошу перед холстом, который то и дело пестрил красками от известного производителя. Родитель гордился своим сыном и его успехами, поддерживал своё чадо. — Ну как же я могу отпустить своего Тошеньку, он же ещё совсем маленький! А я? Как я без него? Ооох, — женщина наигранно, поднеся руку ко лбу, падает в «обморок» в объятья сына. Антон быстро ловит «прекрасную» актрису под локти. — Мама, прекращай на самом-то деле. Я же не на войну собираюсь! Тем более мы всегда можем списаться или созвониться, не в каменном же веке, — Антон, все ещё держа свою мать, закатывает глаза. — Вот-вот, верно парень говорит. Так что, мать, не драматизируй, мальчишка умный, смышлёный. Ничего с ним не случится, — мужчина уже силком пытается «отлепить» свою жену от сына. Да уж, этой поразительной женщине пора уже отдать Оскар. — Всё, ладно, хорошо. Так уж и быть. Ты поедешь. НО. С одним условием. Через каждые два дня мне отчитываться, что ел, что пил, где был, ясно? Всё, иди собирай сумки, — неожиданно для мужа и сына выдала дама. Она резко поднялась и, развернувшись на пятках, направилась в сторону кухни. Она ушла так быстро, что её цветастый халатик махнул напоследок так, будто это лёгкое летнее платье. Мужчины переглянулись, всё ещё ошарашенные тем, как быстро поменяла свое решение женщина.

***

Через неделю Антон был уже в Питере и устраивался на новом месте. Почти семнадцатичасовая поездка в купе его ужасно вымотала. Из Воронежа он выехал в пятнадцать часов дня, а в город на Неве приехал в восемь утра. И боже, как же был рад наконец выйти из душного купе, которое было заполнено пьяными мужиками, «я же матерями» с их неугомонными детишками и миловидными бабульками. Вдыхать столичный воздух было куда приятнее, чем запах детских подгузников и перегар от попутчиков. Любая осень в Питере сопровождается дождями, резкими порывами ветра, лужами и слякотью. Этот день не был исключением. Парень прибыл на Московский Ж/Д вокзал. Несмотря на дождь, на улице было достаточно людно. То и дело Антон замечал мужчин и женщин, одетых в пальто, удлиненные лёгкие куртки и дождевики. Парочек, которые спешили куда-то, ведя оживленный диалог. Некоторые девушки были в однотонных или узорчатых платках, обмотанные таким образом, что походили на ту девчонку с известной шоколадки «Алёнка». Кто-то был в черных солнцезащитных очках «кошачий глаз». В общем, российские столичные красотки. Люди так хорошо вписывались в этот город, что Шастун на секунду даже почувствовал себя лишним. Ведь сам юноша был в черных кожаных ботинках фирмы Dr. Martens, в тёмных, растянутых спортивках, служащие ему верой и правдой уже второй год; в черном оверсайз худи, которое скрывало худощавое тело парня, а капюшон закрывал почти все лицо студента; большая тонкая куртка, больше походившая на ветровку. Ну и его излюбленные цепи и кольца на тонких запястьях и пальцах. Возможно, чем-то он даже напоминал бандита или мафиозника.

***

Как иногороднему, колледж выделил Антону комнату в общежитии. Парень, почти сразу как приехал, отправился по заранее спланированному пути в общежитие. Помогал ему ориентироваться в столице обычный Google. И через полтора часа он уже был на месте, окончательно измотавшись и желая поскорее присесть, а еще лучше лечь. Пройдя через «бесконечные» дворы, он наконец нашел то, что ему нужно было. С первого взгляда здание смахивает на обычный старенький панельный дом, у которого пять этажей, где-то торчат железные прутья, непонятно для чего; можно долго описывать, всё это проще назвать обычной российской хрущёвкой. В подъезде небольшая комнатка, в которой сидит консьержка Нина Владимировна. На удивление приятная пожилая женщина. Она добродушно встретила Антона и дала ему ключ от комнаты, пожелав хорошего дня, и проводила его дружелюбной улыбкой, будто только что встретила внука, с которым давно не виделась. Лифта в общежитии не было, поэтому придется подниматься пешком. Все для вашего удобства. Комната его находилась на третьем этаже. Измученно простонав, юноша начал подниматься по лестнице с очень частыми ступеньками. Уже по пути он услышал, как в коридоре какая-то парочка очень громко выясняла отношения, не обращая внимания на людей, любопытно выглядывающих из комнат и вслушивавшихся. Только парнишка особо прислушиваться не стал, слишком уж был измотан поездкой, да и нахер это всё? Он только ускорил шаг, желая скорее попасть уже в свою скромную комнату и как можно быстрее ебнуться на кровать. Для Антона подъём на третий этаж показался десятикилометровым марафоном. Наконец-то последние ступени, и он на месте. Далеко по коридору парню идти не пришлось. Его комната находилась в двух шагах от лестничного пролета. Очень удобно, однако. Парень достает ключ, недавно выданный ему доброй консьержкой, и вставляет в дверной замок. — Блять, ну давай, — дверь не сразу поддалась, но как только Антон нервно начал елозить ключом влево и в право, нехотя и со скрипом дверь все-таки открылась. Не сразу найдя выключатель на стене у входа и пару секунд шаря сбоку от двери в поисках, Шаст включает свет. Единственная лампочка мигая и, кажется, даже намекая на то, что вот-вот потухнет, тускло осветила ему маленькое помещение метров 6×6. Здесь стоит небольшая кровать, на которую Антон явно не поместится со своими метр девяносто семь сантиметров ростом. Это «ложе» стоит у стены возле окна, напротив маленькая табуретка и стол, на нём голубенькая клеёнка с розочками. На столе стоял маленький пластиковый чайничек и неглубокая вазочка. Рядом жужжал мини-холодильник. Над столом висело пару пустых полок. К удивлению, окно было застекленным, а подоконник достаточно широким, чтобы там можно было сесть, обернувшись в пледик, с какао, и смотреть на идущий дождь, как в американских фильмах. Развернуться буквально негде. В тесноте, да не в обиде? Комнату никак нельзя было назвать уютной. По крайней мере, на данный момент. — Оой, бля, — Шаст протянул эту фразу, замерев в дверном проеме. Медленно почесал затылок. Он явно не ожидал ТАКОГО, хоть и готовился к худшему. Отмерев и двинувшись с места, Антон ввозит свой чемодан в свою комнатушку. По пути даже продумав, что он будет делать дальше. В общежитии, тем более в комнате 6×6, ему жить не хотелось. Слишком тесно. Антон со вздохом плюхнулся на скрипящую кровать, она качнула его в воздухе, от чего студент даже поморщился. Повертев в руках телефон, он наконец включает его. Свет от телефона освещает остаток комнаты. *9:31* И сообщения от мамы: РОДНОЙ!!! ТЫ КАК? Живой? Как доехал? Устал наверняка! Ты съел курицу с гречкой, которую я тебе с собой дала? Если нет, я прибью тебя! Мы с папой очень волнуемся за тебя! Может обратно поедешь, а? Я сделала твои любимые голубцы!) И пять пропущенных. Даа, Антон, ты влип. Шаст быстро набирает давно выученный номер мамы и слышит два гудка, после чего родительница сразу отвечает. — Антон! Слава богу, ты живой. Ты где? Тебя обижали? Почему так долго не отвечал? — голос обеспокоен, судя по звукам, женщина беспокойно ходила из угла в угол, не находя себе места. Надо же было так разволноваться. — Мам, все в порядке, я жив, здоров и уже заехал в общагу, — быстро отчитался парень, а с лица не сползает улыбка. За него волнуются, переживают, да и он уже успел соскучиться. — Ну хорошо. Ладно, не буду мешать устраиваться на новом месте. Если что, сразу мне звони! А ещё я жду вестей, что ты завел себе подружку, — легкий смешок послышался на том конце, кажется, это был папа. — МАААМ, — парень даже покраснел и спрятал лицо в огромной черной кофте. Будто его кто-то сейчас видит. — Люблю тебя. Пока! — и долгие гудки. Снова тишина. Сейчас она, наверное, больше всего пугала или настораживала. Непривычно все это. Когда уезжаешь из родительского дома в незнакомый город, один. Приезжаешь в свой «дом», а там тихо. Никаких разговоров, никаких шуток, никто тебя не тыкает, что ты не помыл посуду. Это и есть… Взрослая жизнь? Чтобы лишние мысли не лезли в голову, юноша поскорее врубил музыку в наушниках и принялся в темпе разбирать свои вещи. Антон, устроишься куда-нибудь в ближайшее время, подзаработаешь и снимешь квартирку получше. А сейчас радуйся, что не на улице ночуешь.

***

Прошло полтора месяца. Шаст на удивление быстро нашел вакансию и устроился продавцом в пекарню под названием «Уют». Она находилась через улицу от общежития, стоило выйти из дома за пять минут до смены и вот, он вовремя на работе. Помещение небольшое, светлое. Панорамные окна, деревянные стулья и столики, украшенные лебедями из салфеток. Играет лёгкая расслабляющая музыка. Пекарня вполне себе оправдывает название. Мечта эстета, фотографа или любой творческой личности, ищущей вдохновения, ну или хорошую порцию отличного кофе с утра. В пекарне пахло всевозможной выпечкой. Свежеиспеченные круассаны со сгущенкой, покрытые сверху глазурью, булочки с сахарной пудрой, трубочки с вареной сгущенкой, слойки с сыром, шоколадные кексики со сливками. Перечислять можно до вечера. Все это окружало Антона с первого дня его работы. И ему это ужас как нравилось. Ему нравился запах булочек, который пропитывал насквозь одежду студента. А ещё в конце рабочей смены начальница по имени Оксана, в качестве похвалы за отличную работу, разрешала взять парочку круассанов с собой. Приятный бонус. Этот подросток уже успел отметить в голове несколько пунктов. 1- Оксана просто божественна, черт возьми! 2- Блять, это правда не сон? Антон прекрасно работал. С каждым клиентом отлично находил общий язык, начиная от стесняющегося спросить что-то мальчишки и заканчивая любой хмурой бабулькой. Иногда советовал, чего бы такого новенького попробовать. Были и постоянные клиенты, которые приходили как раз к открытию. Шаст и с ними нашёл о чем поболтать, и очень быстро расположил их к себе. Порой казалось, что он здесь вечность работает.

***

Суббота. У Антона пар сегодня нет, поэтому он с утра отправился на работу. Проснулся этот парень на пять минут раньше будильника. ДОСТИЖЕНИЕ. Собирался не спеша. У него еще есть время полностью проснуться. Даже выпить кофе для полного пробуждения. Полазить в Instagram. Главное, за временем следить. *8:26* Обычно в это время никого ещё нет, да и прилавок только готовится. Поэтому парень испугался, когда колокольчик на входе в «Уют» прозвенел. Антон быстро набросил рабочий белый фартук, даже не успев завязать его сзади, и вышел из маленькой комнаты для персонала. Уже приготовившись сказать не вовремя пришедшему гостю зайти чуть позже, Шаст замирает от шока и удивления. Зашёл мужчина лет двадцати семи. Сверкнув своими невозможно красивыми голубыми глазами, он медленно оглядел помещение. Его неаккуратно уложенные черные волосы, лёгкая улыбка и глаза, схожие с двумя океанами… Куда он так торопился? Одет он был вполне повседневно. Синий свитер, отлично подчёркивающий его глаза, длинное чёрное пальто с незавязанным поясом и черные джинсы с кедами. Несмотря на все это, выглядел он так, будто вернулся только что с показа мод или сбежал из Pinterest. Он подошёл к стойке, за которой стоял ошарашенный Антон. Непонятное ускоренное сердцебиение; парню даже показалось, что он покраснел. Волнение? Антон, какого хуя ты вообще так палишь на него? Красивых голубоглазых людей не видел? Ой, поправочка. СЕКСУАЛЬНЫХ МУЖЧИН С ОХРЕНЕННЫМИ НЕБЕСНО-ГОЛУБЫМИ ГЛАЗАМИ. Он почувствовал, как щеки и уши вспыхнули от жара, а слова комом застряли где-то на полпути. Да блять, Антон, тебе что, 13? — Здравствуйте, я у вас в первый раз, можете посоветовать что-нибудь? — мужчина подошёл к стойке, за которой стоял юноша, даже не скрывая того, как он разглядывал этого сорванца. Он обводил глазами каждую черту его лица, останавливаясь на губах лишь на пару секунд и продолжая бесстыдно идти по шее, плечам и рукам. Антон, который до сих пор стоял не шевелясь, наконец смог собраться и промямлить что-то, не отводя взгляда от мужчины. — Я… Да, конечно, сейчас, Арсений Сергеевич! — подросток произнес это так, будто сейчас ему десять лет и он впервые зовёт девочку на свидание. Черт, Антон, в самом-то деле. Ты ужасен. Что за стеснение внезапное? Соберись! Тряпка. Парень юркнул под стойку и тут же вернулся уже с меню и нескрываемой улыбкой.

***

Тот, кто к нему пришел, был одним из его преподавателей в колледже, с кем он отлично ладил. Правда, Антон начал часто обращать внимание, что при виде Попова у него потели ладошки, ускорялось сердцебиение, и он чувствовал, как краснеет, будто влюбленная девчонка, которая сохнет по красавчику из одиннадцатого класса. И неожиданное напряжение покалывало в низу живота. Наверняка это просто из-за того, что у меня появился такой хороший друг как Арсений Сергеевич, и я просто рад его видеть. Ничего криминального. А стояк? Нуу… У меня прекрасный период — пубертат. Вот и всё. Кстати, Попов и вправду был шикарен. Ни для кого не секрет, что у девушек он пользуется большим успехом. Вот только после того, как год назад от него сбежала невеста за неделю до свадьбы, он так ни с кем до сих пор не заводил отношений. Несостоявшаяся невеста, как позже выяснилось, сбежала в соседний город с любовником. Сам же Арс ничего об этом не упоминал, а когда заходила тема, он ловко уходил от ответа. Наверное, это была его больная тема. Узнали про несостоявшуюся свадьбу из-за слухов. Кто-то даже начал пускать сплетни, что Арсений Сергеевич вообще не по девушкам, а невеста ему нужна была для прикрытия. Всё это детские сплетни и слухи, которые распространяли сами же студенты. Несмотря на то, что все видели, как Антон смотрит на своего учителя и понимали, что это совсем не тот взгляд, которым смотрит студент на своего преподавателя, сам Антон не мог признаться себе, что ему нравится Арсений. Он ведь парень! И вообще это ненормально! Да и нормальный у меня взгляд. Я на уроках вникаю в материал. В отличии от вас, оболтусов! Шаст всегда считал себя натуралом. Ему и девочки нравились. Только никогда не складывалось. То характер не тот, то чего-то не хватало внешне, то просто не интересна. Несмотря даже на то, что глаз на него положили уже все первокурсницы и не только. Конечно, молодой парень семнадцати лет, ростом метр девяносто семь сантиметров, с русыми волосами и большими, зелёными, горящими глазами. Как такому не обзавестись поклонницами? Но юноша не был в отношениях. Ну не нужно было это ему. Сначала карьера, а уже потом всё остальное. Но почему-то когда он видел знакомые голубые глаза, то задумывался. А может, семья это не так уж и плохо, тем более, с таким мужчиной, как Арсений Сергеевич. Стоп. Антон, КАКОГО ЧЛЕНА ТЫ ДУМАЕШЬ ОБ ЭТОМ? Его даже мучили грязные, эротические сны с участием Попова. Порой Шаст даже просыпался со стояком по утрам. А потом собирался и снова шел на пары, где был тот самый Арсений, который во сне вдалбливал Антона в кровать и оставлял на теле парня красно-синие засосы. Мы просто студент и преподаватель, не более. А сны… Просто из-за того, что у меня недотрах. Это пройдет!

***

— Вот, держите меню, я мог бы посоветовать вам круассаны со сгущенкой, тем более они вот-вот испекутся, вам сразу из печи! Будете что-нибудь пить? У нас прекрасный латте с карамельным сиропом, — парень облокачивается двумя локтями на стойку и кладет на свои ладони голову, поглядывая с интересом на своего раннего гостя. Так мальчишка даже стал походить на кота. Арсений ухмыляется и откладывает меню. Смотрит на парня с таким нескрываемым интересом, что давно должно было бы стать стыдно за то, как неприлично долго он держал свой взгляд на губах парня. Все также даже не думая отводить глаза, он произносит: — Ты во сколько сегодня заканчиваешь? — шепчет мужчина и теперь смотрит прямо в зелёные, блестящие, как у кота глазки, также ухмыляясь. Что он задумал? «Арсений чертовка». Кто знает, что у него сейчас в голове творится? — Что? — опешивший парень переспрашивает и аккуратно приподнимается с локтей, будто боится спугнуть. — Работаешь до скольки, спрашиваю, — улыбается ему в ответ учитель. — Ну до восьми, а вы что-то хотели? — уже с непониманием парень смотрит на своего учителя. Сердце замерло в ожидании, а руки онемели. Ему показался странным такой незамысловатый вопрос. — Не против составить мне компанию этим вечером? Мои друзья все разъехались и нескоро вернутся, а ты, как я знаю, нездешний и друзьями не обзавелся особо, — теперь уже Попов облокотился на стойку, не сводя глаз с замершего подростка. Будто лиса или еще какой хитрый зверь. Взглядом уметь держать человека на месте, чтобы тот и шевельнуться не смел. Блядь, где этому учат?! Арсений Сергеевич выжидающе смотрит на своего ученика. Он даже и не думал ему что-либо разъяснять. Еще чего, пускай напрягает свои две извилины. Мужчине откровенно смешно наблюдать за тем, как у парнишки сменяются на лице эмоции. Попов явно озадачил Антона. От волнения Шаст даже начал прокручивать поочередно каждое из своих бесчисленных колец. — Да. Конечно, не против. Тем более я всё ещё плохо ориентируюсь по городу, вы могли бы мне провести мини-экскурсию, — наконец сложил пазл у себя в голове Антон. Арс ухмыляется каким-то своим мыслям и кивает ему. Поправляя свои очки, он произносит: — Тогда ближе к вечеру я загляну к тебе. И кстати, можешь мне упаковать вооон ту трубочку со сгущенкой, — Арсений, вытянув шею, заглядывает за стойку и показывает на новоиспеченные вкусности. — Я ещё когда пришёл, положил на неё глаз, — Попов смотрит на парня в ожидании с ленивой улыбкой. Антон оборачивается, чтобы посмотреть туда, куда указывал Попов. Пару мгновений, и он возвращается к своему собеседнику. — Да, конечно, может, что-то ещё? — запаковывая трубочку в крафтовый пакетик, говорит парень. — Латте макиато, только пенки побольше, если можно, — Шаст лишь кивнул в ответ и принялся за кофемашину. Та через мгновение начала жужжать и готовить напиток. Хотя у юноши тогда в мыслях было: Как это так? Такой солидный мужчина и взял латте вместо капучино? Студент в недоумении, но виду не подает. Нуу, Арсений Сергеевич, наверное, только с виду такой серьезный, а внутри как маленький ребенок. Арсений наблюдал за каждым движением Антона с любопытством. Мужчина поставил локоть так, чтобы можно было положить голову на руку. Со стороны это выглядело так по-домашнему, будто они были вовсе не в кафе, а дома на кухне. И смотрелись они не как преподаватель со своим студентом, а как парочка давние друзья.