Лети (люби) со мной

       Откуда-то сверху, из самой пучины черного от пепла и невинной крови неба раздался грозный рёв: на поле битвы всем сразу стало ясно — это не просто крик, а призыв к вражде. Ненавидящий возглас, полный боли и отчаяния. Крик, которого многие так сильно боялись услышать, что сделали бы вид, что все это им показалось. Рёв утраченной любви, веры и надежды. Той самой, потерянной некогда надежды, которой его когда-то лишили. И он был полностью оправдан, ведь больше подобной жесткости места в его жизни не было. И нельзя было её допускать. И он бы не позволил.        Тучи сгущались, а небо чернело. Лишь едва видимый, огромный и мощный силуэт, очертания которого нельзя было точно увидеть парил где-то высоко, выше, чем облака и разил криком. Слишком яркие вспышки щипали глаза тех, кто смотрел снизу. Бой моментально прекратился, ведь стало ясно, на чьей стороне победа: он вернулся. Он восстал из пепла, чтобы умереть вновь, и ни капли об этом не жалел. Ведь за все в этой жизни надо платить, и настало то самое время. Время горькой расплаты и отсеченных голов.        Настало время смерти королей.

***

Четырьмя месяцами ранее.        — Боже правый, Мишель, я ноги себе все переломал, пока забирался сюда! — протяжно застонал парень откуда-то снизу. Девушке было легко, ведь цепкая хватка пантеры захватывала ствол дерева намертво, не позволяя упасть с опасной высоты.        Девушка, которая уже успела переметнуться обратно в человеческий облик сидела на самой верхушке огромного дуба в центре парка и весело смеялась. В человека превратится то она превратилась, а вот кошачьи повадки все еще оставались заметны, судя по позе, в которой та находилась.        — Уж извини, Питер, такова твоя судьба! — ее милое личико расплывалось в улыбке, носик едва морщился. Под лучами солнца, которое отработало свой день и успешно заходило за горизонт ее каштанового цвета кудряшки красиво переливались.        Парень, который наконец-то подоспел за своей подругой устало выдохнул и шлепнулся на широкую ветку.        — Нам еще слезать, — подметила Мишель, снова весело улыбаясь.        Питер снова протяжно застонал.        — Черт побери ваши превращения, — злобно буркнул он.        — Да не переживай ты так. За то, ты не срыгиваешь шерсть, — серьезно ответила Мишель, сосредоточенно глядя на Паркера.        — Хоть какой-то плюс от моей бесполезности, — попытался пошутить парень.        Такие, как Мишель были в их мире всегда. Дело в том, что в древности кто-то овладел данным видом магии, передавая ее из поколение в поколение, таким образом создавая необратимую череду последствий. Их привыкли называть Алиусами, что в переводе с латыни, языка давно умершего означало «другие». Они и правда были другими, ведь способность превращаться в животного делало подобных людей особенными.        Их было достаточно мало и вся загвоздка в том, что почти никто и не знал о существовании подобного в нынешнее время. Конечно, ходили мифы и легенды, но в реальности же это тщательно скрывалось. Спросите почему? А вы бы стали рассказывать о своей способности миру, зная, что вас заберут куда-нибудь в исследовательский центр и закроют там на долгое время? Думаю, что нет.        И Питер был единственным, кто хранил тайну Мишель. Это началось, когда девушке исполнилось 16 лет. По-началу все смахивало на обычную простуду, но симптомы усложнились. Высокая температура тела, лихорадка, ломающая все тело боль, и голова: голова раскалывалась в тысяче криков, будто бы страшные галлюциназии. Хотелось вскрыть черепушку и вытащить оттуда крики кого-то, кто не давал покоя. Мишель почти выдрала себе все волосы от невыносимой боли. Понадобилось много времени чтобы прийти в порядок и научится контролировать своего зверя, но Мишель всегда все быстро схватывала. Первые превращения давались сложно, все еще с дикой болью. Но потом все стало намного легче, когда девушка смогла совладать со зверем внутри себя, найти равновесие и довериться пантере. И когда она впервые предстала перед Питером в лике шикарного, сильного животного, он, мягко сказать, ахуел. Девушка была просто невероятно, ее гладкая и черная шерсть красиво сверкала под любыми бликами света. Парень тогда почти невесомо провел рукой по шерсти, удивляясь, насколько Мишель была прекрасна.        Питер по-доброму завидовал. Он всегда был объектом насмешек в школе, и хотел казаться сильнее. Он имел вовсе непримечательную, смазливую, по нынешним меркам внешность. Острые скулы, вздёрнутый носик, каштановые кудряшки и глубокие карие глаза. Почему его гнобили? Никто и не знает. Да и не то, чтобы гнобили. Флеш Томпсон всегда был пидорасом от природы. Что может быть круче, чем оказаться каким-нибудь львом или тигром и откусить головы обидчиков? Оставалось лишь только догадываться. Но тем не менее, Пит не грустил. Он был рад иметь такую подругу, как Мишель. Он очень любил ее и был рад, что ей выпала подобная судьба. По крайней мере, девушка была очень счастлива.        — Ты вовсе не бесполезен! — раздраженно фыркнула Мишель. Ее всегда бесило, что друг недооценивал свои способности. — Кто еще из нашей дранной школы смог пробиться на стажировку к Тони Старку? Только ты, Питер. И не за какие-то левые заслуги, а за то, что ты головистый! — последнее слово Мишель выделила особенно ярко, швыряя в Паркера мелкую сухую ветку дуба.        Питер ловко развернулся от неизбежного столкновения и весело рассмеялся.        — Да, ты права. Действительно права, — ответил Парень. Девушка самодовольно улыбнулась.        Солнце заходило за горизонт. Мишель выходила именно в это время, потому что парк был почти пуст. Пит любил с ней прогуливаться и глядеть на это впечатляющую грацию кошки, да и был рад вообще проводить время с ней.        — Было бы здорово, если бы и ты имел своего Аллиуса. Мы бы могли вместе бегать по ночам и откусывать бошки плохишам, — подметила Мишель, глядя в горизонт.        Питер мог бы им стать. Но этот шанс получают лишь немногие, но и так же тщательно это скрывают. Ему давно исполнилось 17, и если бы он и имел своего животного, то приобрел бы эту способность намного раньше. Но, увы, не срослось. Ни симптомов, ни предпосылок. Он совершенно обычный молодой человек, который учится на пятерки и иногда стажируется у Тони Старка. Да и вся эта сажирвока началась из-за чистой случайности, потому что Тони заметил его научный школьный проект, который исследовал существование Аллиусов и доказывал теорию превращения со стороны химических процессов, протекающих в организме. Питер беспонятия, почему Тони отнесся к этому так серьезно, ведь все над ним просто посмеялись, утверждая, что Аллиусов давно уже никто не видел и отрицали их сущестоввание, основываясь на данном доводе. Как же сильно тогда смеялась Мишель, сидя за последней партой.        Он часто приходил к Тони в лабораторию по вечерам и помогал ему совершенствовать состав костюма, оружия, которое туда входило. Да, круто было общаться с самими Мстителями. Он неплохо подружился с Вандой, Наташей. У них были мега теплые отношения, которые получилось выстроить за весьма недолгое время. Это был великолепный шанс на миллион, который Питер с удовольствием использовал. Ему нравилось спорить с Клинтом о фильмах, изучать новые химические составы с Брюсом. Нравилось смотреть на препирания Старка и Кэпа. Сам же Тони аргументировал его заинтересованность в мальчике тем, что тот создал невероятную цепочку химических превращений из сухих фактов, и умело использовал полученный грош информации. В любом случае, Питер не любил думать об этом, потому что как только тот погружался в глубокие рассуждения начинал чувствовать, что не заслужил. А он заслужил. Он знает себе цену и иначе получиться не могло бы.        — Нам пора, — произнесла Мишель, выдергивая Питера из размышлений. Солнце давно село, начинало смеркаться. Питеру действительно было пора к Тони, а Мишель на обыденную пробежку по крышам ночного Нью-Йорка.

***

       — Доброй ночи, Питер, — поприветствовал входящего в помещение парня механический голос Пятницы.        — Привет. Мистер Старк оставил мне задание? — в последнее время Тони часто не работал с ним вместе, а лишь оставлял задание, чтобы парень не тратил попусту время.        — Нет, Питер. Но Мистер Старк ожидает вас в своей лаборатории, — радушно пояснил ИИ.        — Оу, это… это хорошо, — ответил Пит, и поспешил направиться к лифту.        В лаборатории было тихо. Пит даже и не подумал, что там кто-то есть, если бы Пятница его не предупредила.        — Мистер Старк? — тихо позвал мужчину Питер, заходя в светлое помещение. Лаборатория как всегда вызывала у него приятные эмоции.        — Оу, Питер. Рад тебя видеть. Кажется, я просил называть меня Тони, без твоего мистера, — ответил Тони, выкатываясь на стуле из глубины помещения лаборатории. Он выглядел довольно уставшим для нынешнего времени: впалые синяки под глазами, общий неудовлетворительный вид для всегда одетого с иголочки Тони Старка.        — Да, извини, я вечно забываю. Где пропадал, если не секрет? — вежливо поинтересовался Питер, кидая свой рюкзак на спинку стула.        — Хочешь сказать, что скучал? — поинтересовался Тони игриво, покачиваясь на стуле.        Питер лишь фыркнул. Стало понятно, что Старк не желает распространяться о том, что он делал в свое отсутствие. Пит и не стал давить, решая забыть данную тему. Если это важно, то Тони рано или поздно сам расскажет.        — Да мне и так было хорошо, — наиграннно произнес он, усаживаясь за рабочее место. Вчера он не успел доделать пару чертежей к новому проекту Тони.        — Охотно верится, карапуз, — посмеялся Старк, погружаясь в работу.        Были бы они с Тони кем-то большим чем друзьями? Нет, никогда. Право, стоит знать, что Питер задумывался об этом, но никогда не рискнул превратить бы в жизнь. Да, мужчина был привлекателен, он круто шутил, и за душой у него было не бедно… Питеру нравилось проводить с ним время в одной компании и просто разговаривать, ведь Тони тот находил достаточно увлекательным собеседником, в первую очередь. Что может быть общего, казалось бы, у 17-ти летнего подростка и мужчины под 35 лет? Совершенно точно все и сразу, ибо Старк умел поддержать все темы, которые яро обсуждала молодежь. Да он даже смотрел Звездные войны, и не раз, в том числе и вместе с Питером! Не мужчина, а мечта. Но Питер все еще не позволял себе думать, что когда-либо сможет быть вместе с Тони. Да и полюбить его, собственно, тоже, хотя уже выслушивал от Мишель веселые шутки по этому поводу.        Но все равно, дальше своих мыслей он даже и не мог себе представлять. То ли просто не давал разрешения на подобное, то ли просто не хотел думать об этом. Возможно, даже надеяться на что-то. Ведь в свое время он уяснил очень важный для себя урок: надежда, словно крылья. Взлетаешь на них очень высоко, тебе кажется, что мир такой крошечный и жалкий, но крылья вдруг ломаются. Ты падаешь вниз со стремительной силой, набирая скорость, и все, что останется от тебя в конечном итоге — лепешка крови на асфальте. Вот, к чему приводит надежда. А еще, это больно. Больно взлетать, зная, что не получится. Больно лететь, зная, что рано или поздно упадешь. Больно падать, зная, что не зря боялся. Больно и еще три тысячи раз больно.        — Тони, ты угробишь моего ребенка, — Питер вздрогнул из-за неожиданно раздавшегося за спиной до боли знакомого и приятного голоса Ванды. Она подошла к парню и нежно чмокнула его в голову. Питер поморщился и постарался вылезти из объятий девушки как можно скорее.        — Ванда, хей, я просил тебя так не делать! — возмущенно произнес Пит, отрываясь от своей работы.        — Это ты мне ребенка превращаешь в неженку своими сюсюканиями, — воскликнул Старк, снова отъезжая на стлуе из-за стола.        — Да ладно тебе, Тони! Если твое черствое сердце не способно на проявление ласки, это не значит, что она никому не нужна! — ответила Ванда с сарказмом в голосе.        Но это было неправдой. У Тони было вовсе не черствое сердце. Отнюдь, он был всегда добр к Питеру. Справедлив, честен, никогда не пытался лгать Паркеру и тепло к нему относился.        — Ой-ой-ой, — передразнил девушку Тони, — мое сердце еще ого-го! — воскликнул Старк. — А ты зачем вообще пришла? — как бы невзначай решил уточнить мужчина.        — Фьюри прислал новое сообщение с поручением. Хотела рассказать тебе первой, потому что, кажется, он совсем свихнулся, — Ванда хихикнула. Она перебирала волос Питера, пока парень пытался работать. Ну, или делать вид. Личные задания Мстителей его точно не должны касаться. Не должны…        — Ну, и? — вопросительно поднял бровь Старк, складывая руки на груди, — невероятно интересно, что же он снова смог учудить. — Конечно же, никому интересно не было. Чистой воды саркастические речи.        — Он приказал выслеживать Аллиусов в Нью-Йорке, собирать информацию, и, если мы их найдем, то отправить в научно-исследовательский центр в Канаде, — Ванда снова хихикнула. Но вот Тони, почему-то, стало не смешно. Ровно так же, как и Питеру. И парень был уверен, что отсутствие смеха у них возникло вовсе по разным причинам. Координально разным. Сердце Паркера ушло в пятки, начиная сумасшедше стучать, кровь, казалось, закипала в венах. «Мишель, Мишель, Мишель, предупредить Мишель!» — набатом орал голос в голове парня.        — На старости лет кукушка поехала в дальние страны? — Старк истерически усмехнулся, продолжая разговор. — Сначала Асгардские Боги, теперь неведомые мифические существа, как скоро мы сможем ожидать русалок, ведьм, эльфов и черных магов? Или маразм Фьюри до такого дорасти не успеет? — Тони устало потер переносицу. — Как их можно поймать, если мы вообще не знаем, существуют ли они на самом деле? Да даже если и так, то какой дурак станет заявлять о таком на весь гребанный мир? Лишь тот, который горит страстным желанием загреметь в психушку. — Тони всплеснул руками.        Питер все еще не мог отмереть. Потому что, в первую очередь, Мишель была в серьезной опасности. В огромнейшей. И все ей подобные. Питер-то знал, он очень хорошо это знал, как никто другой. Даже видел. И с уверенностью мог сказать, что это на самом деле является чистейшей правдой. Черт возьми, нужно было срочно что-то делать, придумывать. Нельзя, чтобы начали охоту. Нельзя допустить, чтобы его близкого человека забрали и пытали. «Думай, Питер, скорее» — мысленно произнес он, напрягая извилины мозга.        — Не знаю, Тони, — подала голос Ванда, — это странно. Их существование — это огромный, неизученный вопрос, но даже если это и так, то зачем в научный центр? Их же там порежут, покромсают на мелкие кусочки и сунут по пробиркам. Так нельзя, совершенно точно нет, — Ванда, кажется, была растроенна этой ситуацией.        — Я слышал информацию от моего человека из Щита, что на прошлой неделе они заметили Аллиуса, но не смогли того поймать. Не думаю, что Фьюри отдавал бы приказ из воздуха, — снова подал голос Тони. — А ты что думаешь, Пит? Твоя научная работа по зоопарку нашего мира еще жива? — обратился Тони к Питеру.        О да, жива. Конечно же жива, и она не должна попасть к Тони ни в коем случае. Потому что там слишком много правдивой информации, и раз уж он хочет защитить подругу, то все нужно тщательно скрывать. Очень тщательно.        У Питера была сильнейшая паника, но он держался стойко и не подавал виду. На лице парня не дрогнула ни единая морщинка, чему его в свое время научила Наташа. «Черт-черт-черт.»        — Нет, Тони. Я уже давно удалил ее безвозвратно, — раздосадованно проговорил парень. — Я не думаю, что в Нью-Йорке есть что-то подобное. Это было бы странно… — Пит говорил первое, что приходило на ум, лишь бы отвадить их поиски отсюда.        — Не знаю, Пит, — протянул Старк. — Раз Фьюри отдал приказ, значит, что-то действительно он и увидел. Это нужно перепроверить. Пока что собирайте информацию, а потом уже и посмотрим, — изложил идею Тони. — А сейчас, Ванда, кыш-кыш!        — Ты, Тони, как всегда очень гостепримен. — Фыркнула Ванда, удаляясь с мастерской. Питер нахмурился.        — Пятница, набери, пожалуйста, Фьюри, — обратился Старк к ИИ.        — Перевести звонок на ваш личный номер телефона? — спросила ИИ механическим голосом.        — Нет, не стоит, — ответил Старк, перекатываясь на стуле к микросхеме своего костюма.        — Надеюсь, Тони, ты позвонил мне для чего-то действительно важного, а не потому, что ты внезапно решить покачать мне нервы, — раздался усталый голос Фьюри. Хоть Старк и доверял Питеру, поэтому говорил с главой секретной организации по громкой связи и ничуть не смущался присутствия Паркера, но от того желание слиться со спинкой стула никуда не пропало.        — Я бы очень хотел узнать по поводу нашего нового задания. Мстителям настолько нечего делать, ты считаешь? — проговорил Старк серьезным голосом. Питер напряженно слушал.        — Я не кинул все ваши силы на это дело, к тому же, это стало реальной угрозой. Я не упоминал в задании, но на прошлой неделе было совершено нападение на ребенка, Старк, — уточнил Ник.        — Очень здорово, но с чего ты решил связать древних существ, существование которых по сей день не было доказано и это нападение? На наших улицах неспокойно, это мог быть и человек, который хуже любого животного, — рассуждал Тони. Питер любил смотреть за ним таким: серьезным, напряженным. За таким Тони, который пытался разобраться в проблеме и обвести вокруг пальца Ника, дабы выудить куда больше нужной информации. Мужчина часто жаловался на то, что Фьюри недоговаривал. Очень много и очень часто. Старка бесила данная тенденция.        — На месте преступления был найден клочок кошачьей шерсти.        — Вау, у нас на улице бродят кошки. Вот это неожиданность, конечно, — саркастично проговорил Старк. Питер улыбнулся. — Этого недостаточно, чтобы мы тратили время на подобное.        Питер не мог снять напряжение. Он все никак не сосредотачивался на своей работе, потому что шерсть вполне могла быть не простого бездомного кота. Наглядный пример трансформации в крупное кошачье — Мишель. Мысль, что его подруга может быть замешана в этом наводила дрожь. Пит ужасно сильно не хотел даже и предполагать, что девушка может напасть на кого-то. Нет, нет. Паркер гнал эту мысль прочь. В конце концов, она не единственный Аллиус на весь Нью-Йорк, наверное. Вот именно, что наверное. О существовании других он не знал, либо потому что те скрывались, или… или их просто не было. Нет, Питер не станет обвинять свою подругу. Об этом и речи быть не может. Он просто должен ее предупредить, и все.        — Камеры видеонаблюдения. На них отчетливо видно, как нечто огромное, как мы уже установили — тигр, кидается на мелочь, — так Фьюри решил назвать ребенка. У Пита отлегло. Тигр. Не пантера, — а потом тень резко превращается в человека и идет своими двумя. Как думаешь, появление гребанного тигра на улице Нью-Йорка поздно вечером, а затем его бесследное исчезновение и превращение в человека — это хорошее доказательство того, что эти твари существуют? — голос Ника как всегда был груб и жесток. Нет, они не были тварями. Нет, вовсе нет. Мишель была очень доброй и хорошей подругой, преданной и верной. Единственное что поменялось в ней после получения животного лика — она иногда мурчала, сидела, словно кошка и любила, когда чешут по голове. В этом не было ничего агрессивного, опасного. Это было нор-маль-но. Ну, относительно...        — Ладно, Фьюри. Из тебя вечно нужно клещами все вытаскивать, — Тони усмехнулся, — скинь видео мне на почту, я его просканирую. Не доверяю я твоим лаборантам, набранным по объявлению.        — Только Старк: никому. Это не должно разойтись дальше твоих ушей. Начнется паника. Мне не нужен массовый геноцид этих существ, не нужно чтобы вы агрессировали по отношению к ним. Их нужно изучить, понять, можно ли помочь. Но за подобное убийство, конечно, следует тюрьма. Кем бы эта тварь не была, она является человеком в первую очередь. Значит, и судить её будем по людским законам, — Фьюри умолк, а затем и вовсе отключился. Тони откинулся на спинку стула, страдальчески застонав. Пит принял позу лотоса, развернувшись к нему.        — А потом ты спрашиваешь, Питер, какого черта я на него срываюсь и трачу свои нервы, — начал разговор Тони, — все надо вытягивать клещами, и еще вести охоту на странных существ, которых непонятно где искать, — Старк потер виски.        Питер хотел бы ему рассказать. Правда. Очень хотел. Но он бы просто не поверил. Паркер верил Старку, потому что тот был его хорошим, близким другом. Он верил и не хотел даже пропускать мысли, что Тони может его предать. Он не уверен, что мужчина поступил бы так, но это была даже не его тайна. Это тайна Мишель, а Питер просто ее берег. К слову, ему срочно нужно было предупредить подругу. Очень срочно.        — Почему он так категоричен? — задал вопрос Пит. Старк посмотрел на него с заломанной бровью, — я имею ввиду, почему он думает, что эти существа твари. Ну, если они конечно существуют. Он же даже не видел их, не говорил с ними. Он не знает, что они такое.        Старк прыснул от смеха.        — Пора бы уже запомнить, Питти-Пай, что Фьюри — это ловкая крыса, которая будет, как он говорит, не лгать, а недоговаривать до последнего, — Тони снова усмехнуся. — Взять хотя бы ситуацию, когда тот притворялся мертвым долгое время, а потом, оказывается, живой и здоровый. А мы его еще хоронили, — Тони покачал головой. — Сам ходи по улицам аккуратнее, — предупредил его Старк, но Пит не боялся. Мишель часто провожала его до дома в облике пантеры.        — Не переживай, Тони. Я буду в порядке… так, и что ты собираешься делать с этими существами? — поинтересовался Пит.        — Чёрт его знает. Вычислю как-нибудь сначала, хотя бы одного, попытаюсь лично поговорить, а потом уже и посмотрим, сдать его в лабораторию или нет, — Старк на секунду замолк, размышляя пару мгновений, а затем серьезно посмотрел на Питера, — если ты знаешь что-нибудь, что может помочь, ты можешь мне сказать, Питер. Я имею отличие с Фьюри, я сначала разговариваю и думаю, прежде чем стрелять. Потому, я всегда тебя выслушаю и помогу, если что, — с надеждой говорил Старк. На уровне интуиции мужчина подозревал, что Питер знает кое-что, но озвучена данная теория не была. А Питер знал намного больше, чем Старк мог себе вообразить.        — Пока что мне нечего сказать тебе, Тони, — Питер смотрел ровно Старку в глаза. Это не было ложью, — ему правда не было чего сказать мужчине в текущий момент. Он должен сначала посоветоваться с Мишель. Пит был уверен: Старк не предаст. Он не сдаст их с потрохами Фьюри, он сможет помочь Мишель, сможет защитить их. Потому что если вдруг начнется обещанная Фьюри охота на Аллиусов, то Тони сможет встать на их сторону. А это очень важно.        Пит любил Мишель, как своего единственного и лучшего друга. Он не мог позволить ей чувствовать себя в опасности, и если он уж и мог что-нибудь сделать для нее, это было бы очень хорошо. Он искренне надеялся, что девушка позволит Тони помочь им.

***

       — Ты уверен, что это необходимо? — спросила Мишель, болтая ногой с крышы дома Питера. Луна ярко светила, да и ночь была не из холодных. Девушка вернулась со своей пробежки, а Питер от Тони. Поведав Мишель всю историю, девушка, по-началу, долго молчала, обдумывая полученную информацию.        — Вполне. Если они начнут охоту, то говорить Тони будет слишком поздно. Есть риск, что он не поможет. Пока у нас есть шанс на спасание, почему бы не использовать его? — рассуждал Питер.        — Не знаю. Ты уверен, что он не сдаст нас в лабораторию? Меня, всмысле. Я не радуюсь от перспективы стать научной крысой, — Мишель усмехнулась. Она смотрела на проезжающие внизу машины, нервно потряхивая ногой, которая свешивалась с края.        — Это Тони, он мой друг. Я ему доверяю так же, как и ты мне, — Питер улыбнулся. Напоминание о Тони и дружбе с ним грело сердце.        Мишель усмехнулась.        — Кажется, пройдут годы, прежде чем ты осознаешь всю значимость слова «дружба» в отношении тебя и Старка, — она ковыряла ноготь, все так же задорно ухмыляясь.        — Да ладно тебе, мы, кажется, уже оставили эту тему, — измученно выстонал Питер.        — О-о-у, не-е-ет! Это будет актуально всегда, — Мишель снова рассмеялась. — Я просто жажду увидеть, когда вы будете трахаться и ты все еще будешь утверждать, что между вами лишь «дружба». — Она сделала искусственые ковычки пальцами на последнем слове.        Питер прикрыл ладонями лицо.        — Если завтра хоть одна шутка проскочит из твоих уст, клянусь! — угрожающе начал Пит, но Мишель наигранно испугалась, охая и ахая.        — Да-да-да, ты сразишь меня наповал лекицями о том, что вы с Тони просто друзья, но Тони такой хороший-крутой-классный-веселый-милый-заботливый-красивый и еще три тысячи восхваляющих его прилагательных! Но, да! Вы просто друзья! — Мишель не прекращала смеяться.        — Ну в самом деле! — измученно взвыл Питер, игриво толкая подругу кулачком в плечо.