Лети (люби) со мной

       — Быть не может, чтобы после такого он жив остался, — говорил мужчина. Он нервно потирал лоб, пытаясь разгладить появившиеся морщины на уже старой коже. Он слишком много и часто хмурился, но иначе жить было никак.        — Тем не менее, он жив. И если это так, я не желаю узнавать невозможожную причину, по которой это произошло, — устало произнесла девушка. Ее глаза были красными и от бесконечных слез, тело обмотано в бинты. После недавно полученных травм было очень сложно сидеть без боли, да и в целом передвигаться.        — Все это слишком странно, — мужчина потер переносицу.        — Знаешь, мы в таком мире и живем. Странном. И, эта странность, к удивлению, когда-то стала нормой, — воскликнула девушка. — Нам известно одно: каким-то чудом у него это получилось. Это плохо, это очень плохо, ты должен понимать.        — Я знаю. Поэтому мне и страшно, — он смотрел вдаль, на уходящее солнце. Это было чересчур много для сегодняшнего, и так напряженного дня.

***

Четыре месяца назад.        Пит шагал нога в ногу с Мишель по оживленной улице Нью-Йорка.        — Я все еще не знаю, правильно ли мы поступаем, — неуверенно произнесла Мишель.        — Правильно, — твердо ответил Питер, — Тони можно верить, и коль уж началась такая пьянка, то стоит быть готовым ко всему, что может представлять опасность для тебя, — говорил парень.        — Не знаю, Пит. Я чуствую дискомфорт, — девушка слегка поежилась.        — Я знаю. Меня тоже не радует данная ситуация, но… иногда так случается, что другого выхода нет. Это нормально, — Пит пытался поддежать Мишель, когда они неумолимо приближались к башне Тони. Сам мужчина вообще не знал о визите девушки, но Питера ждал на вечернюю стажировку. Благо, самая середина лета и отсутствие школьных занятий позволяла иметь свободное время для собственных… увлечений.        — Я надеюсь, что все правда так, как ты говоришь, — Мишель попыталась улыбнуться. Пит улыбнулся в ответ. Ветер раздувал ее волосы, которые упорно лезли в лицо. Паркер больше радовался от того, что девушка злилась и пыталась убрать непослушные пряди рукой, что выходило очень плохо.        Мишель была ему дорога. Очень дорога. Это был его первый и единственный друг. Она всегда была рядом и поддерживала Паркера, у них была некого рода ментальная связь, которую те поддерживали долгое время. И это не могло не впечатлять. И если уж появилась, пока что, не сильно значимая опасность, то Пит в любом случае попытается помочь своей подруге.        Когда они поднимались в лифте, Мишель молчала. Ее руки взволнованно теребили край легкой кофточки, в которую та была одета. Питер лишь смотрел на нее с неким трепетом.        — Я думал, у нас закрытая вечеринка, — сказал Тони, завидев Питера с Мишель в дверях лаборатории. Парень улыбнулся на шутку Старка, а Мишель лишь недовольно фыркнула.        — Тони, это Мишель, — Пит указал на девушку.        — Приятно познакомится, юная леди, — произнес Старк. Он легко покачивался на стуле, оценивающе оглядывая девушку. Под напором его взгляда она не сдавалась, так же агрессивно глядя в его сторону.        Питер прервал данную борьбу тихим покашливанием.        — Вообщем… как бы так мягко начать, — Пит даже и не знал, с какой стороны подступить к данной теме. На его колебания Мишель лишь неодобрительно фыркнула. Нет, ну правда! Не каждый же день к вам заявляются два подростка, которые собираются просить помощи, потому что она умеет превращаться в животное на четырех лапах. Это даже в мыслях звучало, словно глупая дикость. Пит моментально понял, что его план начинает рушится, ведь парень даже не подумал, о чем будет говорить и как вообще начать данный диалог. Он надеялся, что все решится как-то само собой… впрочем, так и получилось. Питеру хватило лишь секунды на то, чтобы моргнуть и перед его взором на месте подруги увидеть пантеру. Такую же красивую, роскошную, черную пантеру, шерсть которой как всегда была идеально ухожена, вылизана и блестела под любым бликом света. Он уже давно привык к подобным превращениям подруги, потому не был сильно удивлен… Питер больше глядел на реакцию Тони, который, наверное, видит это все в первый раз… неясное волнение и тревога охватили сердце Паркера.        Видимо, Тони не понял, что произошло, ведь его лицо даже не дрогнуло. Ни мускул на лице. Не было ни страха, ни волнения. Ничего. И Пит не знал, пугает ли это его или напротив, радует.        — Невероятно, — проговорил Старк. — Отличный фокус, Пит.        Питер смотрел на него, задавая немой вопрос о способностях ума мужчины. Как Пит и предполагал, Старк просто напросто не поверил. И все. Мишель лишь сидела в привычной для себя кошачьей позе и вылизывалась, что было довольно-таки комично в данной ситуации.        — Скажи, что это ебанный фокус! — теперь Тони поверил. По ужасу на его лице было видно, что он действительно осознал суть происходящего. Он буквально вжался в спинку своего стула, кажется, не дыша. Его лицо исказилось то ли в гримасе ужаса, то ли в гримасе шока.        Мишель уже успела перекинуться обратно, вальяжно развалившись на диване. Ее явно забавляла происходящая ситуация.        — Блять, Фьюри был прав, — Старк сидел с выпученными глазами, все еще таращась на девушку, которая буквально секунду назад была никем иным, как хищным животным.        — Так вот, Тони… — снова начал Питер, — Аллиусы — это правда. И сейчас… охота, которую открыл Фьюри немного пугает.        Тони сидел с открытым ртом. Кажется, Пит слышал, как сильно стучит его сердце.        — Так, — протянул он, немного отходя от транса, — что это за хуйня и как к этому привыкнуть?        Мишель усмехнулась.        — Привыкнуть невозможно, — пожала плечами девушка, — разве что очень долго смотреть, как это происходит.        — То есть, Питер, ты довольно долго на это смотрел? — Тони перевел взгляд на Питера.        — Ну… да. Относительно долгое количество времени… — Пит пожал плечами.        — И ты мне не говорил об этом никогда, — скорее, константировал факт, нежели задал вопрос Тони.        — А зачем? — недоуменно попытался выяснить Питер, — это был не мой секрет, лишь тайна Мишель…        Тони устало выдохнул, потирая переносицу.        — Вы, дети, все больше и больше меня пугаете. Так… ладно. Хорошо. Вообщем, — Тони попытался прийти в себя, хотя это мало получалось. Он резко крутанулся на стуле, легким движением пальцев выводя видео с Пятницы на всеобщее обозрение. Пит сразу понял, что это была запись камеры с места преступления. На ней точно и четко было видно то, о чем говорил Фьюри: убийство, животное, странная тень… и всё. — Это все, что мы имеем. Фьюри не давал четких наводок, но по ночам улицы будут пристально патрулироваться. Если не хочешь попасться, то не выходи в своем… образе женщины-кошки в потемках, — попытался отпустить шутку Старк, обращяясь к Мишель. — Ничем другим помочь, увы, пока что я не могу. Мы толком ничего не выяснили… но настроены все серьезно. Это еще народ не прознал об этом и не началась паника.        — А где мне разминаться? — спросила Мишель с явным недовольством в голосе.        — Разминаться? — попытался уточнить Тони, снова развернувшись на стуле к девушке.        — Когда долго не превращаешься в Аллиуса, то тело начинает безумно болеть и затекать, — попыталась объяснить девушка. — Это сложно объяснить, но думаю… вы поняли.        — Господи, дай мне сил… — взвыл Тони, вздымая руки к потолку.        Перед уходом девушки они немного поболтали, в основном, Тони заваливал ее вопросами. Видимо, данная тема невероятно его зацепила, так что Мишель фактически убегала из лаборатории, прежде сказав спасибо за небольшой инструктаж по безопасности. Едва механические двери успели закрыться за ней, то мужчина моментально перевел неодобрительный взгляд на Питера.        — Это был не мой секрет, — сразу стал защищаться Паркер. Один взгляд Старка уже выражал неодобрение и осуждение.        — А если бы ты попался с ней в объектив камеры, или вроде того… Пит, это не шутки. Это серьезные вещи, о которых ты должен мне сообщать! — Тони был явно недоволен.        — Ну прости! Я не мог иначе, — саркастично протянул Пит. Он вовсе не чувствовал вины, ведь делал все правильно и был в этом уверен.        — Я надеюсь, ты больше ничего от меня не скрываешь. И надеюсь, что у тебя не припасено за пазухой пару штук крыльев или хвост с ушами, — Тони улыбнулся. Доселе напряженная обстановка разрядилась.        — Об этом ты бы точно узнал первый, — хмыкнул Питер.        — Эй, слушай! А есть Аллиусы-мухи? — спросил Тони с серьезным лицом, на что Питер окончательно не смог ответить колко или саркастично. За это он и любил Старка, за его умение разрядить напряженную обстановку веселыми шутками и колкими фразами.        Любил.

***

      Питер добросовестно отработал у Старка и теперь направлялся домой. Было непривычно приходить в пустую квартиру, где в воздухе не парит запах чудного (ну, не то чтобы…) пирога Мэй. Тетя уехала в командировку на два месяца лета, оставляя племянника на попечение Тони. Старк уговаривал того остаться жить на Базе, но Питер упрямо хотел иметь личное пространство. Нет, у Старка на базе он бы тоже его имел, но собственная холостяцкая берлога, как прозвала пустующую квартиру Мишель, не могла сравниться буквально ни с чем. Теперь и пустующее помещение сыграло им на руку — если Мишель опасно выходить из дому для разминки, то пусть она превращается тут. Простор маленький, вернее, даже мизерный, но это хоть что-то. Тони предлагал ей разминаться у них, на базе Мстителей, но перспектива быть застуканной кем-нибудь из других обитателей не впечатлила девушку. И было еще много других «но», которые Питер перестал слушать после двадцать девятого раза произнесения этой частицы. Мишель иногда была крайне стервозной.       Квартира встречала очередной темнотой и пустотой. Мэй стабильно звонила племяннику ежедневно, дабы узнать о его делах, но у Пита не могло быть никак иначе, кроме как хорошо.       Он легко закинул портфель в прихожую на диван, проходя в свою комнату. Есть не хотелось, от Тони он всегда приходил сытый, но от того не менее уставший. По телевизору не показывали ничего интересного. Сводки новостей, телепередачи с тупым юмором, программы про животных. Паркер быстро стал засыпать, едва только услашл монотонный голос диктора в программе «Лесные птицы».       Но почему-то погрузится в длительный сон у парня не получилось. То ли из-за неудобной позы на диване, то ли из-за того, что он не переоделся… так и оставаясь на периферии своего сознания, Питу показалось, что он сошел с ума.       — Питер… — тянул чей-то сладкий голос. Он не мог определить, мужской или женский, кажется, хозяин был совершенно бесполым существом, чем-то средним…       — Питер… — продолжал шептать голос. Этот звук был захватывающим, словно шелестение мелких сухих листьев в парке по осени, или журчание мелкого ручейка где-то в отдалении леса.       — Питер… — настырно продолжал голос. Паркер ворочался с места не место, не в силах проснуться от состояния легкого дрема, что было странно, и не в силах убрать этот настойчивый голос, который отчаянно и страстно желал, чтобы парень его услышал.       — Я жду тебя, Питер. Ты знаешь, что я тебя жду… я тут. Я в тебе, — голос нес что-то нечленораздельное, странное и буквально никак не связанное друг с другом. Питер хмурился. По его телу стал выступать холодный пот, и парень все это чувствовал и осознавал, но не мог никак проснуться. Даже щипки сквозь сон не позволяли, будто бы его погрузили в герметичную оболочку, откуда нет никакого выхода.       — Не нужно бояться, — попытался успокоить парня голос, — я всегда буду ждать тебя тут…       Питер наконец-то смог вынырнуть из холодного сна. Он стал жадно хватать воздух ртом, пытаясь понять, что только что случилось. Нечто непонятное и странное произошло с ним, а объяснить парень этого никак не мог. Он бы мог спихнуть это на обычный кошмар, но голос… голос казался ему слишком знакомым. Чересчур. Он точно слышал его где-то раньше, но будто бы воспоминания об этом находились под крепким замком, за стальными дверями с пятью железными и ржавыми замками, напрочь покрывшимися коррозией. Это пугало и интриговало одновременно.       Пит легким движением стянул с себя футболку, оставаясь почти полуголым. Тело покрыл холодный и липкий пот, который бывает, если очень сильно перенервничать. Да, пожалуй… это мог быть просто сонный паралич. Такое бывает — это нормально. Вот. Точно! А то Питер уже разнервничался, что с ним что-то не так. Все хорошо! Просто глупый приступ сонного паралича. Пит истерически ухмыльнулся, кидая по пути на кухню в корзину мокрую ото сна футболку.       Но что-то все равно не давало ему покоя. Что-то, сидящее настолько глубоко внутри души и сердца парня, что он просто не мог дать этому точное название и значение.       Его размышления прервал настойчивый стук в дверь. Пит было хотел подумать, кто может потревожить его в столь поздний час, но вспомнил, что Мишель должна была прийти на разминку. Хлопнув себя по голове, Паркер усмехнулся собственной паранойе. Действительно — это была просто его подруга.       За порогом, надменно сложив руки на груди стояла Мишель. Она оглядела Питера с ног до головы, ухмыляясь и проходя в квартиру.       — Я надеюсь, Старку не пришлось прятаться в шкафу или вылезать в окно, — задорно хмыкнула Мишель. То, что Питер фактически весь мокрый и без футболки не укрылось от ее чуткого взгляда (от какого бы нахуй взгляда это вообще могло укрыться?)       — Что? — не понял высказывание подруги Питер и переспросил. А потом его глаза округлились, когда он понял шутку. Поспешив наградить подругу громкой речью о том, что они с Тони друзья, но не успев, ибо Мишель лишь цокнула и закатила глаза, уходя вглубь квартиры, Питер сдался. Да, все-таки, от этих шуток ему никогда в жизни не откреститься.       — Ты будешь чай или вроде того? — спросил Питер, проходя на кухню. Квартира, которая была выполнена в виде студии позволяла услышать слова парня в любой точке квартиры.       — У тебя есть мясо? — выкрикнула Мишель. Питер выглянул из-за угла кухни с нечитаемой миной на лице.       — Я шучу, — задорно посмеялась девушка. — Нет, Питер, я не буду чай.       Стереотипы про то, что Аллиусы с их носителями едят по разному — были просто мифом. Мишель могла спокойно есть человеческую еду, а ее Аллиус питаться из того, что ест она. Все просто. Нет никаких изысков или вроде того. Да, конечно, у девушки в рационе должно быть мясо. Ведь если бы та была вегетарианкой… ох, пришлось бы нелегко. Как понял Питер, или попытался понять — Аллиусы существа с живым разумом, которые точно так же могут выражать свои мысли и предпочтения. Если бы Мишель ела только зелень, вскоре ее Аллиус в конец бы двинул кони.       — Мишель, слушай… мне тут кое-что приснилось. Или не приснилось. Я не знаю, — сказал Питер отрешенно. Он пытался заварить чай, но пакетик с заваркой упрямо не хотел открываться.       — Если ты про то, что влюблен в Старка — нет, Питер. Не приснислось, — хмыкнула девушка.       — Да Господи Боже! — вскрикнул Питер, вздымая руки к небесам.       — Да ладно тебе, умник. Что тебе там приснилось? — уже серьезно сказала девушка. Питер поспешил рассказать ей о своем странном сне, о глупом чувстве, о непонятных ощущениях. Он изливал ей все о своих переживаниях, и с каждым его словом лицо девушки становилось все мрачнее и мрачнее.       — У меня такое было в дни горячки, — ответила Мишель, когда Питер закончил свой рассказ. Горячкой они называли период, который пришлось испытать девушке в определенном возрасте. Температура поднимается почти до сорока градусов, все тело неимоверно болит, хочется выть и лезть на стену. — В то время была третья ночь. Температура слегка поутихла, но сон… мне снился мой Аллиус. И он говорил со мной. Точно так же, как и с тобой. Чувство легкой полудремы, невозможность проснуться… Питер, это просто нереально. Ты уже не в том возрасте, чтобы у тебя появился Аллиус. Или я не знаю, что это за хрень. Горячки у тебя не наблюдается, температуры, болезни… не знаю, Пит. Реально — это максимально странная и пугающая меня херня, — ответила Мишель. Ее лицо было нечитаемо, то ли в нем были нотки ужаса, то ли удивления и восторга. Понять этого Питер никак не мог.       — Чтож, я думаю, что это был обычный сон и сонный паралич. Не зацикливайся, — легко отмахнулся Питер, продолжая заваривать чай. Действительно, это было все слишком глупо. По крайней мере, Паркер очень хотел так думать.       Пока Мишель в кошачьем образе бродила без цели по квартире, Питер торчал на кухне и попивал свой чай. Время было позднее, так что закрывать окна во избежание того, чтобы Мишель не увидели было бессмысленно. Все равно сквозь темноту ничего толком и не разглядеть.       Телефон парня завибрировал во входящем сообщении. Питер поспешил открыть диалог: Тони. Писал Тони: 0:01. Спишь?

Нет. Сижу с Мишель. А ты почему не спишь? 0:01.

0:02. Нет особого желания. Как поживает женщина-кошка?       Питер усмехнулся. Тони быстро придумал кличку Мишель, благо, что девушка о ней не знала.

Вполне неплохо себя чувствует. Ругается, что вход на улицу запрещен. 0:02.

0:03. Это продлится недолго. У Фьюри уже есть наводки, так что мы быстро словим того нарушителя.

Это хорошо. 0:03.

      «Это хорошо» — ответил Питер. И все.       Диалог как-то сразу неувязался. Видно было, да и Пит сам это чувствовал — Старк хотел что-то сказать. Но никак не решался. И Паркера, порой, бесила данная черта его характера — небольшая нерешительность. 0:05. У нас намечается кое-какое мероприятие. Не хочешь присоединиться?       «Наконец-то, изродился», — пронеслось в голове у Питера. Долго же Тони решался, дабы сказать это. «Кое-какое мероприятие» в понимании Тони — это место, где можно было наклюкаться и после хорошенько потанцевать. Может, даже подцепить кого-то. Потому, желания идти и смотреть на все это Питер не имел. У него, чтоль, своеобразный иммунитет к алкоголю… он просто не пьянеет. Сколько бы не выпил. С утра свежий как огурчик, без болей в голове. А вот Тони… приходилось становиться свидетелем его утренних пробуждений и не раз. Ведь все попойки кончались тем, что Питер приезжал в какой-то очередной клуб после звонка Тони. Обычно такие разговоры не длились долго, и после фразы: «Птр, забери мня…» парень уже осознавал тяжесть ситуации. Хэппи услужливо помогал Питеру в таких делах, но вот незадача: каким-то чудесным образом (Питер еще не выяснил каким) он оказался отправлен в командировку туда же, куда и Мэй. Питер обязательно разберется. Но не сейчас.

Я подумаю. 0:05

0:05. Там будут все Мстители. Тебя очень ждут.        Тони явно не отчаивался, пытаясь уломать Питера. С одной стороны, это был хороший повод провести больше времени с Тони (как друзья!), но с другой стороны… к черту. Питеру все равно придется ехать после всего этого мероприятия к Тони, ведь одной башней все не кончится. Веселым продолжением обязательно станет караоке или очередной клуб с дотошливым количеством смазливых девочек. Питер до сих пор вспоминает с мурашками, как те девицы докопались до него… а ведь он просто приехал за Старком. Тони быстро рассмеялся, едва увидел своего протеже, вокруг которого, словно бабочки, порхали девушки. «Получай удовольствие, Питер!» — так это назвал Тони. Но удовольствие в этом было весьма сомнительное.

Тогда я очень хорошо подумаю. 0:06

0:06. Да ладно тебе, Питер. Не ломайся. Я буду рад видеть тебя)        Не дожидаясь ответа от Паркера (будто бы он писал только для того, чтобы поставить парня в известность о том, что он куда-то идет), Тони отправил еще одна сообщение: 0:06. Цокольный этаж, завтра, 18:00. Подружка твоя пусть дома посидит, я пришлю ей замечательные когтеточки.        Питер усмехнулся. Если бы Мишель услышала Тони сейчас… на мужчине не осталось бы живого места. Он в этом уверен. Когда Питер закончил свою небольшую трапезу и с вполне довольным видом вышел их кухни, Мишель уже в человеческом обличьи развалилась на диване, листая один канал за другим.        — Тебя искать не будут? Поздно ведь уже, — усмехнулся Питер, отодвигая ноги девушки, чтобы присесть на диван. Та даже не попыталась поднять их и помочь Питеру, лишь разваливалась недвижимой тряпичной куклой.        — Я с ночевкой у тебя сегодня, забыла предупредить, — лениво протянула Мишель.        — Вообще-то, это я должен предупреждать тебя, если вдруг захочу, чтобы ты осталась у меня на ночь, — возмущенно произнес Питер. Конечно, все его наигранное недовольство было лишь шуткой. Порой одиноко становилось в квартире… так хоть не скучно будет.        — Ой, не будь таким букой, — пробурчала девушка. Она втыкала на какую-то глупую программу, идущую по телевизору. Ведущий вел передачу, шутя свои вовсе не смешные шутки. Под монотонное его бурчание Питера стало снова морить ко сну. Завтра ему в любом случае будет не до сна, а раз Мишель тут… можно и передохнуть немного.       — Питер… — и снова.       Снова этот тихий, словно шелест деревьев голос. Зазывающий. Манящий. Голос на который хочется идти. Он навевал одновременно и ужас и восторг. И Пит не мог понять, нравится ли ему это.       — Питер… просто иди на мой голос… я тут, я уже близко, — все не унимался этот слащавый бесполый голос. Питер буквально ощущал себя везде и нигде, в пространстве, где ему было необъяснимо… просто необъяснимо хорошо. Он хотел так и продолжать парить тут, среди этой потрясающей неги…        — Питер, ты мне нужен… я так устала ждать. Я так устала, — если этот голос говорил о себе в женском роде, следовательно… он принадлежал девушке. Женщине. Пит до сих пор не мог понять.        — Питер…       — Питер…       — Питер! Питер, твою налево! — Пит проснулся от того, что его судорожно трясли за плечи. Перепугавшись, он с размаху вмазал локтем нарушителю своего сна прямо по носу. Мишель болезненно схватилась за него, падая на пол. — Вот уж спасибо, герой-любовник! — злобно выкрикнула девушка. Питер чувствовал себя виноватым. — Идиота кусок… — продолжала причитать она.       — Ну зачем меня надо было так резко будить?! — вскрикнул Питер, потирая переносицу. Девушка так и лежала пятиконечной звездой на полу.       — Потому что ты идиот, — отчеканила Мишель. — И я тоже идиотка, — быстро исправила та себя.       — Вот уж спасибо… за что?! — вскрикнул Питер.       — За то, что ты не рассказал мне о своем сне более подробно. И надо было мне вообще раньше проследить за твоим сном. Когда вся эта херня началась? — девушка явно говорила загадками. Она все так же продолжала невозмутимо лежать на полу, делая вид, что ведет будничный диалог. Питер нихрена не понимал. И отказывался понимать.       — Какая херня? Что ты несешь? Какой сон? Это я тебе так сильно локтем заехал, чтоли? — посмотрел Питер на девушку весьма неспокойно. Не могло же у нее быть сотрясение…       — Питер, ты сейчас ох как сильно тупишь. Эти сны. С голосом. Когда это началось? — немного жестче спросила Мишель, поднимаясь на локтях с пола.       — Сегодня. Только сегодня, — непонимающе ответил Питер.       — Помнишь, полгода назад ты ужасно заболел? Горячка, температура, галюны, боль. Вот тут уже я просчиталась, — досадно ответила Мишель, — Аллиус рождался прямо перед моим носом, а я и не заметила, — хмыкнула девушка, весело подскакивая на ноги. Питер уставился на нее шокировано.       — Какой нахер Аллиус, Мишель? Ты головой треснулась? — спросил Питер, все еще смотря на девушку с широко открытыми глазами.       Но Мишель было не до шуток: она смерила Паркера буквально убийственным взглядом.       — Ты болел полгода назад. Конечно, это очень поздно, но ты у нас исключительный попался. После перенесенной горячки подобный сон приснился мне на третий день. Тебе потребовалось на это шесть месяцев. Я читала в одной книжонке… чем сильнее и могущественнее Аллиус, тем дольше он будет пробуждаться. Видимо, твой дал знать о себе, — Мишель хмыкнула, — Жопой чуяла, Питер. Жопой! — она сделала выражение своего лица философским.       — Ты точно свихнулась! Это просто глупые сны! Это просто глупые доводы! Я не умею ни в кого превращаться, Мишель! Я обычный парень, — упрямо отрицал Питер.       — Тогда как ты объяснишь вот это? — девушка хитренько ухмыльнулась, включая видеозапись с телефона.       На ней было четко видно спящего Питера, но комментарии Мишель украшали абсолютно все: «Смотрите, это балбес Питер. Он еще не знает, что происходит, но пусть это будет видео-дневник маленького Питера. Познаем жизнь заново.»       Девушка говорила почти шепотом и неслышно, наводя камеру на спящего на видео Паркера. «Вот-вот, смотрите! Сейчас снова будет.»        Кажется, Питеру померещилось.        А нет, Питеру не мерещилось. Он просто сошел с ума. Ведь на видео было четко видно непонятное сияние на его коже. Какие-то вовсе неподдельные отблески странного свечения… то тут, то там… это было так странно. Это было столь… непривычно. Питер стал автоматически гладить свою кожу, делая это непроизвольно. От подруги данное действо не укрылось, на что она лишь усмехнулась в привычной для себя манере. «Мы пока еще не знаем, что это за киндер-сюрприз, но скоро он вылупится на свет. Давайте разбудим и обрадуем нашего маленького Аллиусика.»       Дальше все шло по накатанной: Питер проснулся, испугался, вмазал Мишель.       Но Пит уже не смотрел на видео.       Он пытался рассмотреть на своей коже то, что только что увидел. Она была точно такая же — белоснежная и в родинках. Питер был в шоке. Мишель было весело.